Бай Сяофань никак не ожидал, что столь высокомерный и холодный человек способен сказать «спасибо», и чуть не поперхнулся водой. Лицо Гу Юньтяня тут же помрачнело, и он бросил:
— Я забираю свои слова назад.
Бай Сяофань подумал, что его недавнее поведение наверняка вывело того из себя. Разум подсказывал, что сейчас — редкий момент, когда между ними нет того накала страстей, что был при первой встрече, поэтому он с неловкой улыбкой произнес:
— Пустяки.
Гу Юньтянь больше не стал с ним разговаривать и молча пил воду.
Бай Сяофань взглянул на телефон и мысленно ахнул: оказывается, уже было одиннадцать часов. Он тут же забормотал про себя:
— Боже мой, как поздно, мне нужно возвращаться в общежитие. Если приду слишком поздно, комендант точно сдерет с меня еще пару пачек сигарет, прежде чем откроет дверь.
Увидев, что Бай Сяофань торопливо поднимается на ноги, Гу Юньтянь удивленно спросил:
— Ты что, еще студент? Я думал, ты уже несколько лет как работаешь.
Бай Сяофань с досадой процедил:
— Не думай, будто я не понял. Ты окольными путями назвал меня старым.
Гу Юньтянь никак не ожидал, что этот парень из лифта не так уж глуп, и, слегка кашлянув, произнес:
— Я не это имел в виду.
Бай Сяофань хмыкнул и бросил:
— Ради тебя я уже сделал всё, что мог. Прощай.
Увидев, что тот собирается уходить, Гу Юньтянь заговорил лишь бы что сказать:
— Я вообще-то большая звезда. Неужели ты не хочешь ухватиться за эту возможность и как следует подлизаться ко мне? Глядишь, и нашел бы работу получше.
Эти слова действительно задели Бай Сяофаня за живое: до конца его безработного статуса оставалось всего полгода. Столкнувшись с суровой реальностью, Бай Сяофань подумал, что Гу Юньтянь в чем-то прав. Настоящий мужчина должен уметь и прогибаться, и распрямляться, так почему бы еще немного не покрутиться вокруг Гу Юньтяня?
— Я сейчас всё еще бедный студент четвертого курса, который даже не выпустился, а ты — большая звезда, у которой всего вдоволь. Неужели ты нуждаешься в том, чтобы кто-то тебе подлизывался? — ответил он.
Гу Юньтянь перевел тему:
— Так ты стажер в Исин Чуаньмэй?
— Ага! — ответил Бай Сяофань. Теперь ему уже нечего было бояться, что его подноготная всплывет наружу, ведь оставалось ему здесь совсем недолго.
Гу Юньтянь, от которого редко дождешься столько слов, поинтересовался:
— На кого ты учишься?
Бай Сяофань честно ответил:
— Я изучаю драматургию, кино и телевидение. Проще говоря, специальность сценариста. В Исин Чуаньмэй я всего лишь стажер-помощник сценариста.
— Быть помощником сценариста — тоже неплохо, — заметил Гу Юньтянь.
Бай Сяофань усмехнулся над собой:
— Моя мечта — стать первоклассным сценаристом, поэтому я и выбрал это направление. Поначалу я думал, что Исин Чуаньмэй отобрала меня из-за моих способностей, но позже понял, как же я был наивен! Ладно, мне пора идти, разбирайся тут сам.
Услышав те слова Бай Сяофаня, Гу Юньтянь задумался, но когда понял, что тот действительно собирается уйти, уже не смог оставаться равнодушным:
— Постой!
Бай Сяофань остановился:
— У тебя еще что-то есть?
Гу Юньтянь поднялся, направился к Бай Сяофаню и с некоторым смущением произнес:
— Одолжи мне немного денег на такси до отеля.
Бай Сяофань на мгновение опешил, а затем сообразил:
— Да тут от силы минут тридцать ходьбы пешком до отеля, зачем такси!
Гу Юньтянь тяжело вздохнул:
— Я больше не могу идти.
— Сколько одолжить? — спросил Бай Сяофань, мысленно ворча: богатенькие вечно такие капризные.
Поразмыслив немного, Гу Юньтянь сказал:
— Одолжи мне пятьсот!
Услышав это, Бай Сяофань взъерошился:
— Твою ж мать, ты в своем уме? С порога просишь в долг пятьсот юаней! Разве ты не знаешь, что такие студенты, как мы, — бедняки?
Гу Юньтянь ошеломленно произнес:
— Вот как! Ну а сколько тебе не трудно одолжить?
— Все мое состояние — это чуть больше ста юаней, решай сам! — ответил Бай Сяофань.
— Тогда одолжи сто юаней, — сказал Гу Юньтянь.
Бай Сяофань не поверил своим ушам:
— Ну ты и мастер разинуть рот пошире.
Гу Юньтянь, разумеется, не мог понять тягот жизни бедняков и бесстрастно произнес:
— Не бойся, я верну. В понедельник, когда ты придешь на работу, я попрошу помощницу занести деньги в твой отдел. Кстати, как тебя зовут? Боюсь, как бы люди потом не смогли тебя найти.
Видя, что тот говорит вполне серьезно, Бай Сяофань отчетливо произнес:
— Меня зовут Бай Сяофань: бай — как белый, сяо — как ребенок, фань — как обычный смертный, самый заурядный. Запомни как следует, чтобы потом не отдать не тому.
Гу Юньтянь вдруг подумал, что Бай Сяофань не такой уж противный, а временами даже по-своему милый. Тихонько усмехнувшись, он ответил:
— Запомнил.
Только тогда Бай Сяофань полез в кошелек, вытащил последнюю сторублевую купюру с Мао Цзэдуном и протянул Гу Юньтяню:
— Держи.
Гу Юньтянь потянул, но купюра не сдвинулась с места. Бай Сяофань напомнил:
— Чего ты так вцепился? Всего-то сто юаней, а не миллион.
Бай Сяофань с досадой разжал пальцы и перед уходом не забыл напомнить:
— Помни о том, что обещал. Еще увидимся.
Глядя на удаляющуюся фигуру парня, Гу Юньтянь вдруг почувствовал, как на душе стало намного легче, и уголки его губ сами собой поползли вверх:
— Бай Сяофань...
Понедельник наступил быстро. Рано утром помощницу Гу Юньтяня, Тяньгуа, отправили на восемнадцатый этаж в Отдел сценаристов — искать Бай Сяофаня.
Бай Сяофань, сидевший за чтением сценария, был вызван наружу Су Сяотан с ресепшена. Той самой девушкой, которая дежурила на ресепшене в день прибытия Бай Сяофаня. Возможно, она была знакома с помощницей Гу Юньтяня по имени Тяньгуа, поэтому, выпроваживая Бай Сяофаня наружу, улыбалась исключительно услужливо.
Проработав больше недели, Бай Сяофань уже давно раскусил натуру Су Сяотан и мысленно занес ее в категорию людей, страдающих слепой приверженностью к статусу и деньгам.
Глядя на Тяньгуа в черной оправе очков, Бай Сяофань догадался:
— Ты, должно быть, пришла вернуть долг от Гу Юньтяня? Я и есть Бай Сяофань.
Тяньгуа кашлянула, отвела его в комнату для приема гостей и тихо сказала:
— Бай Сяофань, о таких вещах лучше не кричать на каждом углу.
Бай Сяофань понимающе кивнул:
— Понял.
Тяньгуа достала конверт и протянула его:
— Это тебе от молодого госпогодин Гу. Ну вот, моя задача выполнена.
Взяв этот пухлый конверт, Бай Сяофань прикинул, что там наверняка больше тысячи юаней. И правда, богатые люди — это совсем другой уровень. Он тут же поднялся, чтобы попрощаться:
— Красавица, спасибо тебе большое, пока-пока!
Тяньгуа внезапно схватила его за рукав:
— Не спеши уходить.
Бай Сяофань озадаченно спросил:
— Красавица, что-то еще?
Тяньгуа с привычной обходительностью произнесла:
— Не надо звать меня красавицей, зови просто Тяньгуа.
— Хорошо, Тяньгуа, а что у тебя еще за дело? — поинтересовался Бай Сяофань.
Сгораемая от любопытства Тяньгуа спросила:
— Бай Сяофань, мне просто интересно, какие у тебя вообще отношения с нашим молодым господином Гу?
http://bllate.org/book/31018/3781031
Готово:
