Чэнь Кэ не заметил тайных мыслей Цзян Сина. Довольный, он забрался под одеяло и натянул его до самой груди.
— На востоке города есть небольшой парк, там так здорово озеленили всё, называется Парк ста цветов. Там растёт столько цветов! Сейчас зима, интересно, цветёт ли там хоть что-нибудь? — вдруг заговорил Чэнь Кэ о каких-то пустяках.
Цзян Син не ответил.
— У ворот городского университета раньше строили скоростную железную дорогу, уже года два как строили. Интересно, закончили сейчас или нет?
Фитнес-тренер, с чего это вдруг он стал думать об университетах?
— Хе-хе, там рядом есть шашлычная, у них такие вкусные бараньи рёбрышки! У них есть порция на одного, подают с обжаренной брокколи, просто объедение. Если будет шанс, я отведу тебя туда.
Чэнь Кэ лежал на боку, повернувшись к Цзян Сину. Он сжался комочком рядом, не глядя на него, и всё болтал и болтал без умолку. Совсем не похоже на его обычную тишину. Казалось, он снова стал тем самым фитнес-тренером, который во время тренировок любил рассказывать Цзян Сину всякую ерунду.
Он был совсем не похож на Бай Юя. Когда Бай Юй разговаривал с кем-то, он откладывал всё, что держал в руках, тихо и внимательно смотрел на собеседника, искренне слушал и вовремя давал советы. Даже когда Цзян Син лишь бросил в ответ на рассказ Бай Юя о его хобби путешествовать: «Здорово», — тот искренне ответил: «Спасибо, что разделяешь радость, которую я испытал».
Они были совершенно разными людьми.
Цзян Син всегда это знал, но в этот раз его почему-то охватило раздражение. Из-за того, что Чэнь Кэ такой мелочный и не умеет себя подать? Но он ведь никогда не признавал его, никто вообще не знал о существовании Чэнь Кэ.
Никто не знал, что у Цзян Сина близкие отношения с фитнес-тренером.
Может, дело в том, что Чэнь Кэ приземлённый, а Бай Юй — утончённый? Но Чэнь Кэ с самой первой встречи был таким: простак, который не умеет отказывать людям, не видал жизни и даже позволяет другим себя использовать.
Он никогда не менялся.
Цзян Син не мог этого понять, и лёгкое раздражение переросло в ярость. Парк на востоке города снесли и построили торговый центр, железную дорогу у университета достроили и запустили ещё в позапрошлом году, а та шашлычная закрылась, став рестораном для хого.
— Заткнись. Ещё слово — и завтра никуда не пойдёшь, — лицо Цзян Сина, освещённое монитором, казалось мертвенно-бледным, холодным, словно лед. Чэнь Кэ тут же зажал рот, его круглые глаза широко распахнулись, пытаясь взглядом и жестами передать: «Больше не буду».
— Молчу.
— Только не запрещай мне выходить.
Цзян Син всё понял, но промолчал, лишь вернувшись взглядом к файлу на компьютере, а затем с довольным видом закинул ногу под одеяло.
Чэнь Кэ провёл ночь в тревожном полусне. Утром, провожая Цзян Сина, он осмелился лишь робко спросить:
— Я всё ещё могу выйти сегодня?
Цзян Син со злым умыслом долго хранил молчание. Наблюдая, как выражение лица Чэнь Кэ сменяется с ожидающего на встревоженное, а затем на отчаянное, он наконец медленно спросил:
— Ты уже передумал?
Выражение лица Чэнь Кэ было таким живым — он вмиг стал похож на подсолнух, увидевший солнце, и готов был расцвести от счастья:
— Хочу, хочу, хочу! — он так быстро закивал, что Цзян Син испугался, как бы у того голова не отвалилась.
Цзян Син подпёр подбородок рукой:
— Ладно, иди собирайся.
Глаза Чэнь Кэ снова округлились от удивления — он не мог поверить в такое приглашение. Цзян Син не удержался и посмотрел в те чёрные, как смоль, глаза, увидев в них собственное отражение — мягкое и доброжелательное.
— Иди гуляй сам, — Цзян Син вдруг отдёрнул руку. Он с мрачным лицом поднялся, тут же забрав свои слова обратно, и даже почувствовал лёгкое сожаление из-за того, что вообще подумал о том, чтобы провожать Чэнь Кэ.
В этот раз дверь не хлопнула.
Чэнь Кэ не стал принимать близко к сердцу переменчивость Цзян Сина. Жажда выйти на улицу перевесила всё остальное. Он тут же забыл об этом разговоре, убедился, что взял ключи и банковскую карту, и вылетел из дома.
В этот день небо было пронзительно синим, облака — редкими, и даже холодный ветер бодрил. Чэнь Кэ распахнул пальто, огляделся, убедившись, что вокруг никого, и, широко раскинув руки, рванул вперёд на сотни метров. Дома он поддерживал себя в форме, поэтому резкий бег прошёл неплохо, если не считать того, что он чуть не врезался в дерево, не сумев вовремя затормозить.
Чэнь Кэ, с трудом удерживаясь за ствол, тяжело задышал. Когда тёплые ноздри наполнились холодным воздухом, он выпрямился, посмотрел на усыпанную листвой землю и внезапно хихикнул.
...Словно дурачок.
Чэнь Кэ снял с карты триста юаней наличными. Хотя раньше он отдал все свои сбережения Цзян Син, к счастью, за те три года, что он прислуживал в доме Цзян Сина, тот не дошёл до безумия, чтобы требовать с него деньги на жизнь и проживание. Так что на старой, почти пустой зарплатной карте Чэнь Кэ неожиданно обнаружились три тысячи юаней.
Это была зарплата за последний месяц перед увольнением.
В этот день Чэнь Кэ побывал во многих местах: увидел, что парк превратился в торговую улицу, что к университету проложили метро. Поездка от остановки стоила десять юаней. Жаль, что та самая шашлычная стала рестораном хого.
Порция на одного стоила сто девяносто девять юаней.
Чэнь Кэ купил у ворот университета блинчик с начинкой, хрустящий, и, стоя на обочине, наслаждался своим обедом. Затем, не спеша, отправился бродить по студенческому городку, наполненному юношеской энергией.
На университетской барахолке он даже откопал кругленького синего керамического котика с ландышами на белом пузике и крошечными розовыми ушками.
Чэнь Кэ присел на корточки. Студент, торговавший вещами, увидев такого крепкого мужчину, тут же насторожился, косясь в сторону охраны:
— Вы чего?
Кто бы мог подумать, что этот мужчина, способный уложить его парой ударов, поджав губы, возьмёт милого котика и застенчиво спросит:
— Сколько стоит?
Пятьдесят юаней. Чэнь Кэ не смог сбить ни копейки — он проиграл студенту, у которого не было ни капли умения торговаться и который краснел при малейшем давлении. Студент просто ткнул ему в лицо экраном телефона, где ярко светилась сумма: «197.9».
...
Чэнь Кэ молча достал наличные, студент молча отсканировал код и перевёл сдачу. И этот милый котик отправился вместе с Чэнь Кэ домой.
Чэнь Кэ нёс его бережно, как сокровище. Вернувшись, он перепробовал несколько мест и углов, но всё было не то, и в итоге решил поставить его в прихожей.
Там, где каждое утро и каждый вечер он будет видеть его, едва подняв голову.
Чэнь Кэ радостно принялся готовить ужин. Когда рис уже варился, он снова выбегал в прихожую, чтобы бросить взгляд на покупку. Стоило ему потянуться, чтобы погладить котика, как он вспомнил, что руки влажные от воды, и отдёрнул их, улыбаясь самому себе.
Цзян Син вернулся домой и у порога столкнулся с этой глупой физиономией. Он был мрачнее тучи. Чэнь Кэ сегодня пребывал в таком восторге, что совсем потерял бдительность и потянулся к нему:
— Ты вернулся!
Цзян Син сразу заметил керамического кота. Тот скалился, как и Чэнь Кэ, с таким же глупым видом, словно насмехаясь над его наивностью.
Цзян Син оттолкнул Чэнь Кэ и, взмахнув рукой, с силой швырнул хрупкую фигурку на пол. Разве могла такая безделушка выдержать подобный удар? Раздался сухой треск, и котик разлетелся на куски. Среди грохота и оцепенения Чэнь Кэ, Цзян Син поднял подбородок и ледяным тоном спросил:
— Как ты посмел принести этот мусор в мой дом?
Глава 11. Гнев
Керамика разлетелась на куски. Цзян Син приложил слишком много сил, и мелкие осколки, брызнув в разные стороны, пролетели мимо щиколотки Чэнь Кэ. Тот застыл на месте, не смея отступить, не понимая, что сделал не так и почему Цзян Син так внезапно взбесился.
Но дело было явно не в котике.
— Ч-что случилось? — голос дрожал. Чэнь Кэ, понурив плечи, всё же набрался храбрости, чтобы помочь Цзян Сину снять галстук и пиджак.
Цзян Син с громким хлопком отшвырнул руку Чэнь Кэ. Он ударил намеренно сильно, и на тыльной стороне ладони почти сразу выступил красный след.
Чэнь Кэ поспешно отдёрнул руку, прижал её к груди, глядя на Цзян Сина с испугом и растерянностью.
— Ты принёс в мой дом мусор, и у тебя ещё хватает наглости спрашивать, что случилось! — Цзян Син шагал прямо по осколкам, их хруст под подошвами был невыносим для слуха. Он выглядел холодным и язвительным, а его наступающая фигура, казалось, полностью подавляла пригнувшегося Чэнь Кэ.
— А тот случай, Чэнь Кэ, как ты его тогда решил? — Когда подали блюда, среди них была каша из пшена с трепангом — полезная еда. Цзян Син закатал рукава и пододвинул тарелку Бай Юю. Рука его замерла на секунду, а затем он ровно поставил её на стол: — Столько лет прошло, с чего вдруг ты вспомнил об этом?
На лице Бай Юя отразилось искреннее беспокойство:
— Тогда моя психика была слишком слаба, — он отвёл взгляд, стесняясь смотреть Цзян Сину в глаза. — Увидев такое... я был потрясён вашими словами. Честно говоря, — Бай Юй отпил вина, прежде чем продолжить: — это событие перевернуло некоторые мои взгляды. Я был растерян в этом мире и подумал, что если отправлюсь в путешествие, то смогу найти ответы.
Бай Юй пожал плечами:
— Видимо, теперь я готов попытаться понять твои поступки. Так как ты тогда это решил?
Цзян Син попробовал фуа-гра — нежная, тающая во рту. Казалось, он не слышал вопроса Бай Юя. Как только тот заговорил, Цзян Син принялся выбирать кусочки еды, небрежно отправил один в рот, едва коснулся губами — свежий сок брызнул на язык, и он с лёгкостью ощутил вкус жизни:
— Попробуй, эта фуа-гра неплоха.
Бай Юй встретился с ним взглядом. Тени разрезали комнату. Он медленно опустил бокал на стол, пурпурная тень от вина растянулась, и Бай Юй улыбнулся:
— Цзян Син, ты всё же не понимаешь.
В его словах сквозил глубокий смысл, но Цзян Син лишь счёл это притворством. Он запил нежный вкус во рту глотком воды:
— Некоторые вещи решены и закончены, к чему снова ворошить прошлое? — Бай Юй не стал упрямиться. Он лишь постучал пальцем по бокалу: — Цзян Син, надеюсь, решение, которое ты принял тогда, было верным.
Разговор не заладился. Цзян Син по-джентльменски довёз Бай Юя до дома. Всю дорогу он прокручивал всё в голове: Бай Юй вернулся всего два дня назад, они виделись лишь дважды, и вот он внезапно и настойчиво завёл разговор о старом деле. И всё это в тот самый момент, когда Чэнь Кэ закатывал истерики и требовал отпустить его на улицу.
http://bllate.org/book/30991/3777604
Готово:
