Когда Му Гэ мысленно досчитал до двадцати девяти, Адам протянул к нему руку. Ногти на этой длинной изящной руке были чуть длиннее обычного, а под кожей угадывались рельефные мышцы. Му Гэ в удивлении поднял голову, и всё его лицо оказалось в поле зрения главной камеры.
Всего секунду спустя голограмма Му Гэ мгновенно исчезла, рассыпавшись на мириады мелких искр. Протянутая рука Адама рассекла воздух на том месте, где только что стоял Му Гэ, и сжала пустоту прямо там, где находился его силуэт.
Сестрица Хуа, обладавшая огромным опытом, всё же не могла с уверенностью сказать, что именно это значило, а потому продолжила называть имена следующих кандидатов.
Му Гэ вернулся в толпу, где к нему тут же подбежали Алан и еще два проигравших претендента.
— Братец, тебя-то выбрали или нет? — завистливо и с вожделением глядя на Му Гэ, спросил Алан. Тот был единственным, на кого Адам отреагировал столь недвусмысленно.
Му Гэ покачал головой — он сам не понимал, что всё это значит, — и снова посмотрел на проекцию на стене.
Встреча Адама с кандидатами продолжалась, но главный герой больше никак не реагировал на вновь появлявшихся претендентов: он вернулся к деревянному столу и присел на него боком. Му Гэ сначала подумал, что тот хочет съесть виноград, но пальцы Адама вдруг сжались, превратив гроздь в сплошное ягодное пюре.
Губы Адама шевельнулись — он что-то тихо произнес и, с улыбкой, в которой читался какой-то скрытый смысл, бросил взгляд на камеру.
— Он разозлился, — подал голос Алан.
Словно подтверждая слова Алана, Сестрица Хуа прервала встречу с оставшимися кандидатами:
— На сегодня всё, все могут идти домой и ждать уведомлений.
Едва она договорила, как по комнате прокатился ропот возмущения. Кто-то громко потребовал:
— До нас еще даже очередь не дошла, почему всё сворачивают? И сколько нам еще ждать?!
— Возвращайтесь. Сегодня он немного устал, а о том, когда состоится следующая встреча, мы сообщим дополнительно, — отрывисто бросила в пространство Сестрица Хуа.
Двери комнаты бесшумно раздвинулись. В коридоре дежурили человек семь-восемь охраны, чьё молчаливое присутствие давило на всех присутствующих.
Алан дернул Му Гэ за одежду и тихо произнес:
— Пойдем отсюда.
Му Гэ ничего не оставалось, как приготовиться уходить вместе с ним.
— Му Гэ, останься, — неожиданно окликнула его Сестрица Хуа.
Любовник
Му Гэ всем телом оцепенел, его сердце заколотилось с бешеной силой. Он оглянулся на Сестрицу Хуа, но слова, готовые сорваться с языка, так и застряли в горле.
Выражение лица Алана стало каким-то неопределенным — в нем смешались зависть и нездоровый азарт.
— Му Gэ, давай потом поболтаем, я подожду тебя снаружи, — бросил он.
Му Гэ собирался ответить, что этого не требуется — в конце концов, их с Аланом ничего не связывало, кроме совместного участия в отборе на роль смотрителей. Но кто знает, может, нынешняя ситуация вовсе не означала, что выбрали именно его?
Когда все вышли, Сестрица Хуа заперла дверь и только после этого пристально посмотрела на Му Гэ.
— Ты — старший брат Му Лина?
Внешность Му Гэ и Му Лина не сказать чтобы сильно совпадала, но их фамилия была из тех, что вроде бы на слуху, но встречаются не так уж часто. Му Лин пошла в мать, а Му Гэ — в отца. Когда они вдвоем шли по улице, незнакомцы обычно принимали их за парочку, а не за брата и сестру.
Задавая этот вопрос, Сестрица Хуа то ли опиралась на результаты предварительной проверки, то ли просто бросила его наугад.
Му Гэ не стал скрывать и честно ответил:
— Да.
Сестрица Хуа кивнула и знаком велела Му Гэ снова встать за стеклянный барьер:
— Проведем еще один тест. Хочу убедиться, была ли прошлая случайность совпадением.
Адам в проекции не смотрел в сторону камеры, и сейчас Му Гэ видел лишь его спину.
— Что мне делать?
— Тебе не нужно делать ничего, — пояснила Сестрица Хуа. — Мы не разрешаем остальным подходить к Адаму напрямую по вполне определенным причинам. Если ты действительно брат Му Лина, то должен понимать почему.
Взгляд Му Гэ оторвался от проекции и устремился на объектив прямо перед ним.
— У Адама невероятно сильная агрессия, и если к нему приблизится кто-то, кто не является его возлюбленным, он с большой вероятностью может покалечить человека.
— Верно, именно так. Возлюбленный — это единственный человек, чьё приближение он способен вытерпеть, поэтому выбор он должен сделать сам.
Договорив, Сестрица Хуа велела снова вывести голограмму Му Гэ позади Адама. На этот раз ограничение по времени снималось: они хотели проверить, был ли предыдущий поступок Адама простой случайностью.
Стоя спиной к камере, Адам понятия не имел, что позади него вновь возник образ Му Гэ. Тот едва слышно вздохнул про себя: и сколько же ему здесь стоять?
— Держи, — Сестрица Хуа неожиданно протянула ему небольшой черный прибор, похожий на пуговицу. — Прикрепи к вороту, через него мы транслируем твой голос.
Му Гэ взял пуговицу и, следуя ее указаниям, защелкнул у самого горла.
— Попробуй позвать его.
Му Гэ смотрел на спину Адама, но слова никак не шли на ум. Адам — всего лишь кодовое имя, данное ему людьми, а вовсе не настоящее имя, и далеко не факт, что оно ему нравится. Му Гэ приоткрыл рот и издал нечто вроде невнятного звука.
Сестрица Хуа странно на него покосилась.
Голос Му Гэ передался через устройство, и Адам мгновенно вскинул голову, бросив взгляд на динамик. Тот располагался как раз под голограммой — именно через этот динамик разрешалось подавать голос тем, кто претендовал на роль возлюбленного.
Уставившись на этот раструб размером с чашку, Адам естественным образом заметил и Му Гэ, который снова появился перед ним. Му Гэ невольно перевел взгляд на проекционный экран в комнате: изображение находилось прямо перед ним, создавая полное ощущение зрительного контакта глаза в глаза. Если бы проекцию Адама не увеличили, она шла бы один к одному с реальным ростом. К своему изумлению, Му Гэ заметил, что Адам направляется прямо к его голограмме.
Сестрица Хуа издала одобрительный возглас:
— Браво.
Приближение этого мужского создания не вызывало у Му Гэ ни капли радости. Хотя стать возлюбленным и входило в его планы, перспектива привлекать Адама всё равно заставляла его чувствовать себя не в своей тарелке. У него даже девушки отродясь не было, а теперь придется связывать свою судьбу с нечеловеческим существом.
Му Гэ изо всех сил постарался сделать вид, что он невероятно счастлив.
Подойдя вплотную к его образу, Адам издал звук, точь-в-точь повторяющий то самое мычание, что Му Гэ только что произнес.
Сестрица Хуа резко взмахнула рукой, отдавая команду, и лицо Адама в проекции сильно увеличилось, заняв добрую половину стены. Му Гэ испуганно вздрогнул, и на его лице тут же застыло невольное, комичное выражение.
Адам, наблюдавший за ним, вдруг изобразил на лице нечто вроде живого интереса. Му Гэ понял это потому, что Адам явно «улыбался» ему — если, конечно, эту гримасу можно было назвать человеческой улыбкой, в ней определенно читалось дружелюбие.
Не отрывая глаз от Адама, Сестрица Хуа произнесла:
— Похоже, он и впрямь выбрал тебя.
Теперь стало понятно: в прошлый раз Адам разозлился именно потому, что голограмму Му Гэ внезапно оборвали.
http://bllate.org/book/30944/3772147
Готово:
