Встав, он почувствовал, что в животе тоже не очень-то комфортно: в желудке горело огнем. Сразу после этого Е Жэнь отправился за дом умываться и, глядя в отражение в резервуаре с водой, заметил, что его губы слегка припухли!
Е Жэнь вдохнул утренний свежий воздух и завопил на небеса:
— Сюй Синсянь! Тебе конец!
Сине-белая фигура стрелой пронеслась по переулку, заставив всех торговцев завтраками обернуться.
Е Жэнь, по привычке стянув пару паровых булочек у лавки с баоцзы, даже не оглянулся на крики и ругань разгневанного хозяина — закинул одну за щеку и покатил дальше, жуя на ходу.
Проезжая мимо аптеки, он на ходу прихватил еще и одну из тростей, выставленных снаружи.
Это был первый раз, когда он стащил что-то из аптеки.
Хозяйка заведения на секунду остолбенела, а сообразив, тут же выскочила наружу с воплем:
— Воришка!
Но окружающие, узнав Е Жэня, даже ухом не повели.
Более того, некоторые еще и злорадствовали:
— Вечно ты смеялся, когда у нас что-то воровали, а теперь вот и до тебя дошло!
Хозяйка, скрипя зубами и указывая на удаляющуюся спину Е Жэня, пригрозила:
— Попадёшься мне в следующий раз — я тебе крысиного яду влью!
Е Жэню было абсолютно плевать, и он мигом свернул из узкого переулка.
Когда он доехал до Шаньского моста, который неизменно лежал на пути в школу, окружающие школьники то и дело косились на него.
Е Жэнь быстро крутил педали одной ногой. Какая-то девочка с близорукостью толком ничего не разглядела и, взволнованно схватив за руку подругу, затараторила:
— Кажется, я вижу красавца! Ты разглядела?
Однако её большеглазая подружка застыла с остекленевшим видом и, механически подняв палец, указала на далёкую спину:
— М-м-м... да это же вроде Бедствие?
— Бедствие?! — несколько стоявших рядом девчонок вытаращили глаза и уставились вперед.
Тощая спина, вызывающая причёска, закатанные рукава и штанины... кто же это, если не Е Жэнь?
— Боже мой, дожили, — девчонки закрыли лица руками и зацокали языками от досады.
У школьных ворот не было навеса для велосипедов, и редкие двухколёсные транспортные средства хаотично жались к стене. Бросив велосипед у стены, Е Жэнь обернулся и неожиданно столкнулся взглядом с Сюй Хуаде, которая уставилась прямо на него.
— Это твой велосипед? — спросила она.
Это был первый раз, когда Сюй Хуаде сама заговорила с ним. Е Жэнь выпятил грудь и заявил:
— Твой брат подарил.
Сюй Хуаде резко замерла.
Е Жэнь огляделся по сторонам, подался чуть ближе и шепнул:
— Тебе стоит остерегаться своего братца, он — настоящий извращенец!
— А? — лицо Сюй Хуаде выразило полное недоумение, и она долго не находила слов.
Одноклассницы, подошедшие сзади, увидели, что Е Жэнь стоит перед ней, и, решив, что тот её запугивает, без лишних слов подбежали и оттащили девушку в сторону.
— Проклятое Бедствие, хулиган! — кричали они, убегая в сторону учебного корпуса.
Сюй Хуаде оглянулась назад, желая во всем разобраться, но в итоге всё же последовала за подругами.
Е Жэнь зажал трость подмышкой и возмущенно запротестовал:
— Да никакой я не хулиган.
Затем, опираясь на трость, он прихрамывая вошел на территорию школы и завопил на тех, кто как раз убирал дежурный участок:
— Сюй Синсянь силой поцеловал честного юношу!
С первого раза кто-то мог и не расслышать, но Е Жэнь превратился в ходячий мегафон: словно разносчик газет, он шел по двору и орал на все лады:
— Сюй Синсянь силой поцеловал меня!
— Ваш школьный красавчик — хулиган!
— Сюй Синсянь! Главный хулиган! Злой и коварный, как голодный волк!
— Ай! Появился кто-то страшнее самого Бедствия! Сюй Синсянь не разбирает пола, насильно целуя невинных юношей!
...
Прихрамывая и подпрыгивая на одной ноге, Е Жэнь преодолел путь с первого этажа на третий, голося во всю мочь.
В серо-каменном учебном корпусе коридоры не были застеклены, и звук не задерживался ни на секунду; даже стрекот цикад в ветвях густой лиственницы не мог перекрыть его криков — каждый в школе слышал всё до последней ночи.
Вот только все вокруг считали, что он просто мается дурью.
Компания девушек стояла на повороте внешней лестницы и читала роман. Расслышав, что он кричит, они нахмурились и посмотрели на него:
— Ты совсем с катушек съехал, Бедствие? Наговариваешь на человека, противно смотреть.
— Никакой я не наговариваю, — голос Е Жэня осип от крика. Он кашлянул пару раз и, тыча пальцем в собственные губы, произнес: — Смотрите сами, мне из-за него губы расцеловали так, что опухли.
С этими словами он даже вытянул губы трубочкой и попытался подступиться к девчонкам ближе.
— И-и-и! — несколько девушек разом отпрянули назад, сбившись в тесную кучу.
Как назло, в этот момент на лестничную площадку между вторым и третьим этажами поднялся Сюй Синсянь и исподлобья уставился на них.
Цзин Вэньвэнь с крашеными в каштановый цвет волосами заметила его и тут же громко объявила:
— Сюй Синсянь, Бедствие на тебя наговаривает!
Услышав это, Е Жэнь опустил голову и посмотрел вниз.
В невозмутимом взгляде Сюй Синсяня мелькнуло острое лезвие, напомнившее о вчерашнем жарком поцелуе на закате. Е Жэнь так перепугался, что тут же круто развернулся и поскакал к своему классу.
Классный руководитель Чэнь Цзюань только-только подошла к дверям кабинета, как Е Жэнь завопил:
— Учительница, спасите!
Не успела Чэнь Цзюань опомниться, как свободная рука Е Жэня вмиг вцепилась ей в рукав, и он спрятался у нее за спиной.
— Учительница, вы должны заступиться за меня! — взвыл Е Жэнь, изображая плач.
Чэнь Цзюань нахмурилась и попыталась оторвать его руку, но Е Жэнь вцепился намертво.
— Е Жэнь, у тебя совесть есть?! Вечно ты устраиваешь балаган, не хочешь учиться — вали отсюда! — рявкнула она.
Е Жэнь и не думал униматься; продолжая смотреть на шагающего вперед Сюй Синсяня, он выпалил:
— Сюй Синсянь ко мне приставал, учительница, вы собираетесь с этим что-то делать?!
— Ты что за бред несешь? — от усталости и стресса голос Чэнь Цзюаня дрожал. — С какой стати Сюй Синсяню к тебе приставать? Ты что, девица красная?
Е Жэнь:
— Ей-богу! Идите спросите Лю Цзи, они вчера тоже были там!
При этом имени Чэнь Цзюань почувствовала себя еще более беспомощной. Поднеся руку ко лбу, она проговорила:
— Шайка Лю Цзи вчера попалась на воровстве и сейчас парится в изоляторе временного содержания, некому тебе подыгрывать в твоей лжи.
Е Жэнь заволновался:
— Какая еще ложь! Они вообще-то собирались меня избить, это Сюй Синсянь их разогнал!
Чэнь Цзюань:
— Значит, Сюй Синсянь тебя спас, и ты должен сказать ему спасибо.
— Чего? Да не в этом дело! — Е Жэнь растерялся.
Чэнь Цзюань воспользовалась моментом, оторвала пальцы Е Жэня от своего рукава и шмыгнула в класс.
Увидев, что Сюй Синсянь тоже собирается войти, Е Жэнь преградил ему дорогу и толкнул в грудь:
— Чего ты не признаешься? Боишься ответить за свои поступки, трус!
Сюй Синсянь не удостоил его ответом — он лишь нахмурился, глядя на припухшие губы Е Жэня, а опустив взгляд на его ногу, помрачнел еще сильнее.
Все зеваки в коридоре замерли в ожидании зрелища, однако Сюй Синсянь не сделал ничего предосудительного. Лишь бросил таким тихим голосом, что услышать мог только Е Жэнь:
— Я поцеловал тебя уже после того, как Лю Цзи сбежали. Никто не видел.
Он одарил Е Жэня загадочной полуулыбкой и спокойно прошел к своему месту.
— Какого черта... — Е Жэнь вытаращил глаза.
Он никак не ожидал, что этот парень мастерски притворяется святошей: вчера набросился на него, как голодный волк, а теперь делает вид, будто ничего не было!
Скрипя зубами и злобно глядя на Сюй Синсяня, Е Жэнь рявкнул:
— Тебе конец!
С этими словами он занес трость горизонтально, прицеливаясь в Сюй Синсяня так, будто в руках у него был пулемет.
Сюй Синсянь никак на это не отреагировал — лишь достал и установил на парте небольшое зеркало.
Отраженный им солнечный зайчик угодил прямо в лоб Е Жэню.
Первые два урока первой половины дня выдались шумными: ученики полны сил, болтают во время занятий, ни капли не слушают учителей и не поддаются наставлениям.
Будучи человеком действия, Е Жэнь быстро сообразил, как бы подшутить над Сюй Синсянем.
Он оторвал половину тетрадного листа, нарисовал на нем свиную морду и аккуратно прилепил Сюй Синсяню на воротник сзади.
Когда Чэнь Цзюань вызвала кого-то к доске решить задачу, Е Жэнь тут же взметнул руку вверх.
— Учительница!
Чэнь Цзюань посмотрела на него и раздраженно бросила:
— Чего тебе? Решить сможешь?
— Не смогу, — честно ответил Е Жэнь и тут же ткнул пальцем вперед: — Зато он сможет!
Чэнь Цзюань вздохнула, но, окинув взглядом класс — где остальные либо шумели, либо сидели уткнувшись в парты, боясь встретиться с ней взглядом — всё же назвала имя Сюй Синсяня.
Е Жэнь тут же прикрыл рот ладонью, хихикая про себя. Но в следующую секунду Сюй Синсянь, словно у него на затылке выросли глаза, ленивым движением руки точно сорвал бумажку с воротника!
— Ого! — Е Жэнь вытаращил глаза и выпрямился за партой.
Сюй Синсянь бросил на него сверху вниз холодный и равнодушный взгляд.
Хотя взгляд был невыразительным, Е Жэню показалось, будто он — банка газировки, которую этот взгляд взял и раздавил в лепешку!
Цзин Вэньвэнь, сидевшая за первой партой у коридорной стены, стала свидетелем всей сцены и насмешливо бросила:
— Бедствие только и умеет, что пакостить людям. И глупый, и пакостный.
— Такая умная — сама попробуй напакостить! — огрызнулся Е Жэнь.
Цзин Вэньвэнь презрительно фыркнула и отвернулась к доске.
Е Жэнь подпер щеку рукой, крутя ручку и обдумывая новый план розыгрыша, совершенно забыв, что Сюй Синсянь уже решил задачу и возвращался на свое место.
Закинув травмированную ногу на другую и раскачивая голенью в задумчивости, он невзначай выставил ногу за пределы парты и чувствительно пнул Сюй Синсяня.
— Тс-с... — Е Жэнь задохнулся от боли и с грохотом уткнулся лицом в парту.
Подняв глаза, полные слез, он перевел взгляд на соседа, но на лице Сюй Синсяня не было ни малейшего раскаяния — тот лишь беззвучно шевельнул губами, изображая слова: «Ту-пи-ца».
— Ах ты сволочь! — прошипел сквозь зубы Е Жэнь.
Но Сюй Синсянь проигнорировал его и молча сел на стул.
Руководствуясь принципом благородный муж и через десять лет отомстит, оставшиеся два урока Е Жэнь вел себя тихо. Он больше не пакостил Сюй Синсяню напрямую, а молча выводил в тетради: Сюй Синсянь силой поцеловал Е Жэня.
Исписав страницу, он вырывал её и швырял в окно, позволяя обрывкам бумаги разлетаться по всей школе.
Когда перед обедом прозвенел звонок, дежурные из каждого класса, выйдя в коридор, почувствовали, что мир рушится.
Впрочем, никто из учеников по-прежнему не воспринимал это всерьез.
В Шаньской средней школе не было интерната, но работала столовая, где обедала примерно половина учащихся.
Получив свою порцию утреннего стресса, Е Жэнь сбежал с урока на десять минут раньше и прихрамывающей походкой направился в столовую.
Подойдя к одному из окошек выдачи, он заглянул внутрь и потребовал:
— Наложите мне две порции ребрышек! Без кинзы, без зеленого лука и поострее.
— Две порции? — повариха уперла руки в бока. — С какой стати тебе две порции? Если все тебе отдадим, остальные будут твои кости глодать?!
— Тц, подумаешь, я будто не знаю, — Е Жэнь приподнял бровь, сдул чёлку со лба и ухмыльнулся: — Вы сами вечно вкусняшки потихоричку хомячите!
— Брехня! Какой такой из твоих глаз это видел?!
— Щас как наговорю на вас начальству, живо всех разгонят!
Толпа работников столовой сгрудилась у окна, буравя его взглядами, словно собираясь проглотить живьем.
Но ведь это была чистая правда! В прошлый раз, когда он заглядывал на кухню поживиться едой, он сам всё видел своими глазами!
Все кругом твердили, что он лжет и распространяет слухи. На этот раз Е Жэнь действительно разозлился.
http://bllate.org/book/30926/3769859
Готово:
