Линь Ланчуань не стал ему отвечать.
Однако кончики его ушей едва заметно покраснели.
Дядя Чжун же озадаченно переспросил:
— Генеральный директор Цзинь? Разве генеральный директор Цзинь не приехал?
Линь Ланчуань замер.
Чэнь Фань тоже замер.
Затем Линь Ланчуань зашагал к задней дверце машины, распахнул её и заглянул внутрь. Салон оказался абсолютно пустым, Цзинь Чэньяня там не было.
Голова Чэнь Фаня с выкрашенными в красный цвет волосами тут же сунулась следом:
— Да ладно, и правда не приехал? Чёрт, вот это теперь и вправду неловко! Ну…
Он почесал затылок, не слишком умело пытаясь утешить друга:
— Ничего страшного, раз младший дядюшка тебя не взял к себе, братья тебя заберут! Раз уж не приехал, так и отлично, едем все вместе на банкет в твою честь!
Чэнь Фань поднял руку, пытаясь приобнять Линь Ланчуаня за плечи, но тот стоял неподвижно.
— Сяо Чуань?
У Линь Ланчуаня покраснели глаза, и он отвернулся, чтобы Чэнь Фань не заметил.
— Ну и дурак же он, просто ужасный болван, — тихо пробормотал он.
Чэнь Фань не расслышал и озадаченно почесал в затылке.
Дядя Чжун, однако, уже всё понял и с опаской попытался смягчить ситуацию:
— Генеральный директор Цзинь вообще-то собирался приехать лично, но из-за срочных дел…
Линь Ланчуань посмотрел на дярю Чжуна и попытался выдавить из себя улыбку, но та почему-то выглядела жалкой.
— Ничего страшного, я знаю, что он занятой человек. Он ведь такой работяга. В прошлом году перед Новым годом тоже собирался заехать ко мне за границу, но поездку в последний момент отменили. И на мой день рождения так было, и в день Национального праздника… Со мной всё в порядке, у меня куча друзей и за границей, и здесь, на родине. Ничего страшного, даже если он не приехал. Возвращайтесь пока, а я как нагуляюсь, сам вернусь.
Он развернулся и ушёл.
— Разве мы не собирались на банкет в твою честь? Почему ты не идёшь? — крикнул он, заметив, что Чэнь Фань не отставает.
Однако Чэнь Фань шёл не за ним. Вид у него был несколько смущённый, и наконец он произнёс:
— Ну… видишь ли, когда я увидел дядю Чжуна, то отослал семейного водителя обратно.
— …
— Теперь, если вызывать его заново, придётся прилично подождать, а машина дяди Чжуна всё равно пустует…
— …
— Сам видишь…
— …
Линь Ланчуань со слезами на глазах поплёлся обратно.
Чэнь Фань попросил дярю Чжун отвезти их в клуб, куда они часто ходили раньше. Стоило только распахнуть дверь отдельной кабины, как оттуда хлынул целый поток голосов.
— Ого, молодой мастер Линь!
— Ты и правда вернулся!
— Почему так поздно? Ну-ка, давайте по-честному, с вас три штрафные рюмки!
— Точно-точно, три штрафные!
…
— Да бросьте вы! — Чэнь Фань, который всю дорогу держался услужливо и скромно, только теперь чуть расправил плечи. Он расстегнул пуговицу пиджака и вальяжно рухнул на диван. — Вы же прекрасно знаете, что Сяо Чуань не пьёт.
Дело было не в том, что Линь Ланчуань вообще не умел пить, просто домашние строго-настрого запрещали ему прикасаться к алкоголю. Чэнь Фань до сих пор содрогался при воспоминании об одном случае в первом классе старшей школы, когда они уговорили Линь Ланчуаня тайком пропустить по рюмочке. Впрочем, выпили-то они совсем чуть-чуть, по маленькому бокальчику красного вина на брата, но тот взгляд, которым Цзинь Чэньянь встретил Линь Ланчуаня, когда приехал забирать его домой… Чэнь Фань вздрагивал при одной мысли об этом.
Остальные тоже прекрасно помнили тот день.
— Чёрт, чуть не забыл! Ладно, тогда отбой, сами выпьем!
— Эй, погодите-ка, — вдруг подал голос кто-то другой. — Разве Сяо Чуань не поругался с младшим дядюшкой? С чего бы ему теперь его указы слушать?
— И правда, чёрт возьми, Чэнь Фань, чуть нас не провёл!
— Ничего, Сяо Чуань, раз младший дядюшка от тебя отказался, я тебя заберу! Ты же учился в каком-то там Па… Пашлоском колледже за границей? Говорят, тамошняя бизнес-школа просто зверская. Возвращайся ко мне в корпорацию, братишка в два счёта устроит тебя директором департамента!
— Мы вообще-то пьём, к чему этот базар? Давайте-ка, три штрафные рюмки, и гуляем до утра!
…
Перед Линь Ланчуанем опустился бокал с янтарной жидкостью. Эту выпивку Чэнь Фань тайком стащил из дома, рискуя тем, что отец переломает ему ноги. Крепость была невысокой, но даже одной рюмки хватило бы с лихвой для такого зелёного новичка, как Линь Ланчуань, который в рот не брал ни капли.
Чэнь Фань уже хотел было заступиться за друга и отказаться за него, но Линь Ланчуань перехватил бокал и осушил его до дна.
— …
В тишине раздались свист и хлопки, сменившиеся восторженными возгласами.
— А дед-то хорош, уважил!
— Давай-ка, ещё по одной!
— Точно, еще две!
…
Перед Линь Ланчуанем поставили второй бокал. Он только протянул к нему руку, как Чэнь Фань перехватил чашку:
— Сяо Чуань, ты понимаешь, с чем играешь? Если младший дядюшка узнает, нам с тобой крышка!
— Разве вы сами только что не говорили? Цзинь Чэньянь со мной поссорился! Он от меня отказался! С какой стати ему мне указывать? — Не договорив, Линь Ланчуань выхватил бокал, запрокинул голову и снова осушил его залпом.
Чэнь Фань опешил, а потом подумал — хм, а ведь в этом что-то есть.
— Ну ладно, гуляем сегодня до упаду!
Компания шумела до самого рассвета. Линь Ланчуань нажрался так, что стал мягким и податливым, как кусок пластилина, но даже в таком состоянии не забыл наказать Чэнь Фаню ни в коем случае не везти его в Юньцюэ. Он уже один раз выставил себя дураком со своими несбыточными надеждами, и повторять этот позор ему не хотелось. Однако Чэнь Фань и сам изрядно выпил, поэтому ничего толком не расслышал.
— В Юньцюэ? Понял! — пробормотал он. — До чего же ты упрям, даже нажвшись в зюзю, всё равно рвёшься в этот Юньцюэ!
Он хлопнул водителя по плечу:
— Едем в Юньцюэ.
Линь Ланчуань хотел возразить, но его всё равно никто не слушал. Машина покачивалась на ходу, к тому же парень устал за весь день, так что, стоило ему закрыть глаза, как он тут же провалился в сон. А когда проснулся во второй раз, автомобиль уже стоял у ворот его дома.
Глава 2
Когда машина остановилась в пункте назначения, Линь Ланчуань всё ещё крепко спал и тихонько похрапывал.
Лицо у этого парня было мелким, кожа белой, и во сне он выглядел поистине очаровательно. На месте Чэнь Фаня кто-нибудь другой, пожалуй, даже пожалел бы будить такую милашку. Но что за человек был Чэнь Фань?
Хотя он являлся омегой, они с Линь Ланчуанем дружили уже больше десятка лет, и никаких скидок на половую принадлежность у него не было. Не испытывая ни малейших угрызений совести, Чэнь Фань от души шлёпнул Линь Ланчуаня по щеке.
— Эй, просыпайся, хватит дрыхнуть, приехали.
Получив оплеуху, Линь Ланчуань проснулся, но особого недовольства не выказал — главным образом потому, что ещё не до конца пришёл в себя. Что-то сонно пробормотав, он попытался снова отключиться.
— Чёрт, да с такой паршивой выносливостью неудивительно, что младший дядюшка не разрешает тебе пить.
Бормоча себе под нос ругательства, Чэнь Фань позвал водителя, и вдвоём они кое-как вытащили Линь Ланчуаня из машины.
Изначально Чэнь Фань планировал затащить друга прямо в дом, но, подойдя к крыльцу, заметил, что в окнах горит свет.
Кроме Линь Ланчуаня, здесь жил только Цзинь Чэньянь, а раз в столь поздний час горел свет, это могло означать лишь одно: Цзинь Чэньянь ещё не ложился.
Алкоголь из головы Чэнь Фаня улетучился в ту же секунду на добрую половину:
— Слушай, не то чтобы я бросал тебя в беде, просто противник слишком чёрт возьми силён!
Набравшись храбрости, он доволок Линь Ланчуаня до парадной двери, нажал на звонок и уже хотел было сделать ноги, как вдруг дверь распахнулась. Перед ним предстал высокий альфа с суровыми, давящими чертами лица.
У Цзинь Чэньяня было лицо эталонного красавца: под густыми бровями таились глаза с хищным, острым разрезом и чуть приподнятыми внешними уголками глаз, а кожа отливала холодноватой белизной. Никакой самый строгий и целомудренный деловой костюм не мог скрыть природной, бьющей через край яркости его натуры.
Впрочем, во всём Цзянчэне едва ли нашлось бы много смельчаков, готовых открыто обсуждать его внешность, ведь большинству людей требовалось потратить всё своё мужество лишь на то, чтобы выдержать его взгляд.
В этом смысле Чэнь Фань искренне восхищался Линь Ланчуанем: человек, от одного взгляда на которого у остальных стыла кровь в жилах, стал объектом его безумных преследований. И пусть финал оказался плачевным, Линь Ланчуаня всё равно можно было назвать смельчаком своего поколения!
Тусклый свет у входа на виллу делал красивое, подобное женскому лицо Цзинь Чэньяня ещё более мрачным, предвещая бурю. К тому же он был высок ростом, не произносил ни слова и не улыбался, из-за чего испускал ауру ледяной глыбы, прижимавшую Чэнь Фаня к земле так сильно, что тот боялся лишний раз вздохнуть.
— Н-ну… — Чэнь Фань напустил на себя храбрость. — М-младший дядюшка, здравствуйте, давно не виделись. Мои родители велели передать вам наилучшие пожелания.
Голос Цзинь Чэньяня прозвучал равнодушно:
— Передай им от меня ответный привет.
Компания семьи Чэнь сотрудничала с корпорацией Цзинь, но всё это были мелкие проекты, не заслуживающие внимания самого генерального директора Цзинь. Родители Чэнь Фаня смогли завести знакомство с Цзинь Чэньянем исключительно благодаря связям их сына с Линь Ланчуанем.
Завершив дежурный обмен любезностями с Чэнь Фанем, Цзинь Чэньянь перевёл взгляд на Линь Ланчуаня.
Тот не выказывал ни малейшего страха и в упор пялился на него.
Заметив, что парень стоит на ногах не слишком уверенно, Цзинь Чэньянь протянул руки и подхватил его вместо Чэнь Фаня.
— Пил?
Его голос звучал спокойно, но для Чэнь Фаня это прозвучало подобно удару грома. Несмотря на то, что он заранее морально подготовился, пульс всё равно подскочил до ста восьмидесяти. Язык у парня заплетался, и он заикаясь выдавил:
— А? Д-да-да… Н-нет, то есть… нет…
А Линь Ланчуань всё так же продолжал сверлить Цзинь Чэньяня глазами.
На самом деле остатки хмеля выветрились из головы Линь Ланчуаня ещё в машине, вскоре после отъезда.
Зачем ты привёз меня в Юньцюэ? Я не хочу в Юньцюэ, вези меня в гостиницу.
Эта фраза тоже мелькнула в голове Линь Ланчуаня.
Но… с другой стороны, раз уж приехали — чего уж там? И хотя видеть Цзинь Чэньяня ему не хотелось, заставлять Чэнь Фаня кататься зря тоже было нельзя. К тому же он внезапно вспомнил, что его чемоданы дядя Чжун уже притащил в Юньцюэ, и это были не абы что, а целых четыре чемодана от Hermes! Делать было нечего, пришлось смириться и позволить Чэнь Фаню доволочь себя до порога.
За те жалкие десять с небольшим метров пути от машины до входа на виллу в голове Линь Ланчуаня пронеслись мириады мыслей.
Что, если Цзинь Чэньяня нет дома? Или он дома, но видеть его не желает? Или ещё хуже — поездка дяди Чжуна в аэропорт была его собственной инициативой, о которой Цзинь Чэньянь ни сном ни духом не ведал, и сейчас, переступив порог, он первым делом уткнётся взглядом в свои четыре чемодана Hermes…
Но вместо этого он услышал, как Цзинь Чэньянь интересуется, пил ли он.
Не «Какого чёрта ты приплёлся?».
А «Пил?».
Не «Откуда пришёл, туда и катись».
А подхватил его из рук Чэнь Фаня.
Даже сила поддерживающего объятия оказалась точь-в-точь такой же, как в воспоминаниях.
И тогда тревога рассеялась, неуверенность испарилась, а мимолетно вспыхнувшее подозрение мгновенно захлестнула мощная волна обиды.
http://bllate.org/book/30875/3764718
Готово:
