В доме накопились долги перед теми людьми, да и деньгам счёт потерян. Господину Го уже за сорок, у него сменилось три жены, а сына до сих пор нет, вот он и положил глаз на меня. Матушка, едва увидев деньги, не раздумывая дала согласие. Я приложила невероятные усилия, чтобы вырваться из дома, так что сестрица, умоляю, не отправляй меня обратно. — А-Ли опустилась на корточки, обняла Шэнь Юньшу за бедро и горько заплакала, роняя слёзы, подобные каплям росы на цветах груши.
Шэнь Юньшу сдержала порыв вытереть ей слезы и вцепилась в сиденье стула, не позволяя своему сердцу смягчиться.
— Но ты же не можешь вечно ходить за мной. У меня свои дела, и брать тебя с собой неудобно. — Шэнь Юньшу отвела взгляд от девушки и бесцельно уставилась на дверь.
— Сестрица Юньшу, возьми меня с собой! Хоть в компаньонки мне годись, хоть в служанки! — Видя, что та настроена решительно и хочет её бросить, А-Ли опустилась ниже, прижавшись лицом к её коленям, и позвонила слезам смочить чужую одежду.
А-Ли обнимала её так крепко, что Шэнь Юньшу заерзала на месте. Девушка настойчиво прижималась всем телом, мягким и ароматным, словно у неё вовсе не было костей.
Горячие слёзы пропитали одежду и обожгли её сердце, но она всё же закрыла холодные, изящные миндалевидные глаза и отказала:
— Нельзя!
— Сестрица Юньшу…! — А-Ли, похожая на брошенного щенка, подняла на неё затуманенные слезами глаза…!
Полгода спустя две изящные и красивые фигуры шли по каменному мосту в небольшом городке на юге Цзяннаня. С неба моросил мелкий дождь, и обе девушки, прикрываясь масляными зонтами с цветочным узором, направлялись к постоялому двору.
— Есть кто дома? — раздался у входа звонкий и сладкий женский голос.
Хозяин трактира поднял голову и увидел пару очаровательных спутниц. Одна из них была одета в зелёное платье; лицом она была так хороша, что казалась ярче и свежее омытых дождём лотосов снаружи. Она с улыбкой спросила:
Рядом стоял спутник повыше, с холодным и отстранённым нэром, но необычайно яркими и резкими чертами лица. Он молча наблюдал за их разговором. Хотя внешностью оба обладали выдающейся, вид у него был такой, будто общаться с ним совсем не просто.
Хозяин трактира отвёл взгляд и перестал его разглядывать, сосредоточившись на беседе с девушкой в зелёном.
— Вы двое остановитесь на обед или снимете комнату? — с улыбкой спросил пожилой мужчина лет пятидесяти.
— Мы снимем комнаты.
— И вам нужна одна комната для новобрачных?
— Две! — мужчина в белом выставил два пальца.
— Две? Разве вы не муж и жена? — старик, чьё лицо было покрыто морщинами, не упустил случая проявить любопытство, разглядывая их так, будто пытался унюхать какой-то секрет.
— Одна, мы муж и жена, — с улыбкой ответила А-Ли, опуская руку Шэнь Юньшу.
Шэнь Юньшу уже не могла возражать. Раз уж она переоделась в мужское платье, то, разумеется, ради удобства в путешествии, а мужчина и женщина под видом супругов — самый простой вариант. Впрочем, её привычка не терпеть никого в одной постели с ней уже почти излечилась…!
Глава 14: Не позволить ли мне послужить сестрице в ванне?
Распахнулось окно, и зелёная ветвь слегка качнулась на ветру. С высоты второго этажа открывался вид на старинные белые стены под серой черепицей напротив; мелкие торговцы ловко и привычно занимались своими делами.
Шэнь Юньшу глубоко вдохнула свежий и влажный воздух снаружи, ощутив лёгкое, благодатное расслабление.
— Сестрица Юньшу, после ужина я помогу тебе искупаться, — произнесла А-Ли, подходя ближе с тарелкой шэнцзяней*. Корочка у них была хрустящей, сами они — маленькими, обсыпанными чёрным и белым кунжутом и украшенными крошками зелёного лука.
— Не нужно, я сама справлюсь, — голос Шэнь Юньшу показался А-Ли слегка резковатым и прохладным.
Её глаза, похожие на гладкое стекло, потемнели — ей всё казалось, что сестрица Юньшу намеренно держится с ней холодно.
Заметив, как вмиг сморщилось миловидное личико девушки, Шэнь Юньшу поспешила сменить тему:
— Эти пирожки выглядят аппетитно.
— Это шэнцзяни, я купила их на той улице, снаружи. — Услышав это, сникшее личико вновь просветлело.
— Одной не стоит ходить на улицу, это небезопасно, — тихо проговорила Шэнь Юньшу, принимая из её рук тарелку и ставя её на стол.
— Угу, — А-Ли прикусила губу и слегка кивнула. Пусть сестрица Юньшу и выглядела холодно, в душе она всё же переживала за неё.
Алые портьеры были подвязаны, в свете свечей густой пар поднимался над деревянной бадьей, а на полу дрожащими тенями отпечатывался резной силуэт лунной арки.
Шэнь Юньшу сидела на табурете, и её до предела натянутые нервы наконец-то немного расслабились. Затем мысли вернулись к дяде: интересно, куда запропастился этот любящий повеселиться старик?
Размышляя об этом, она опустила взгляд и обнаружила, что мыло для купания лежит в недосягаемом месте. Смущённо взглянув на А-Ли, скрывавшуюся за ширмой, она попыталась окликнуть её, но по какой-то причине не смогла выдавить ни слова.
А-Ли, слегка склонив голову, наблюдала за Шэнь Юньшу с другого конца ширмы. Идеальная линия подбородка, высокий прямой нос, рассыпавшиеся по плечам пряди волос — губы девушки трогала еле заметная, нежная и сладкая улыбка.
— Сестрице что-то нужно? — игриво поинтересовалась она, лукаво сверкнув глазами.
— Мм… Подай мыло, — тихо произнесла Шэнь Юньшу, потирая плечо.
— Сейчас принесу! А то я ведь говорила, что сама послужу сестрице, неужто сестрица застеснялась? — А-Ли сбросила верхнюю накидку, оставшись в длинном платье на бретелях нежно-розового цвета. Обнажив руки, она взяла нужную вещь и обошла увитую цветами ширму.
— Спасибо! — услышав позади весёлый голос, Шэнь Юньшу ответила не сразу.
Пара мягких рук аккуратно вмыли мыло в её гладкие распущенные волосы, и А-Ли была рада подобной близости с сестрицей Юньшу. Взгляд девушки скользнул ниже: изящная шея и чёткие ключицы источали утончённое очарование. Холодноватая белая кожа после соприкосновения с тёплой водой налилась силой и стала полупрозрачной, а её кончики манили своей яркостью, напоминая спелые вишни.
А-Ли перевела взгляд на водоворот её тёмных волос, боясь, что руки перестанут её слушаться и совершат что-нибудь дерзкое.
Боковым зрение заметив, что А-Ли без рукавов принялась намыливать ей волосы, Шэнь Юньшу махнула на всё рукой и закрыла глаза, мысленно уговаривая себя: «Мы же обе женщины, что в этом такого?»
Ковш тёплой воды медленно полился по волосам, стекая со лба к уголкам губ и падая в воду, рождая крошечные круги ряби…
Ночью они снова легли вместе. Сначала на широкой кровати оставался почти метровый зазор, но среди ночи из незакрытого окна потянул прохладный ветерок, и А-Ли придвинулась к мирно спавшей на том краю девушке, постепенно обнимая её.
С детства она спала беспокойно, но в последнее время, находясь рядом с сестрицей Юньшу, она чувствовала себя в полнейшей безопасности.
Растрепав волосы, она зарылась в чужие объятия, а её непослушные пальцы стали понемногу шарить по талии, даже осмелившись слегка её погладить.
Стоило ей податься вперёд и вытянуть подбородок, как её запястье крепко перехватили. Пара холодных узких глаз смотрела на неё сверху вниз из-под нахмуренных бровей.
— Что ты делаешь? — Шэнь Юньшу одной рукой зажала её подбородок, а по голосу было невозможно понять, злится она или нет.
— На улице гроза, мне немного страшно, — А-Ли невинно распахнула влажные глаза, глядя на неё с такой чистой наивностью, что у любого пропало бы желание корить её.
— Спи смирно. Если ещё раз пошевелишься — переселишься на тахту.
— Угу.
— Руки убери.
— Угу.
Шэнь Юньшу глубоко вздохнула, отвернулась и закрыла глаза, заставляя себя замолчать и уснуть.
Три дня спустя они сидели в лапшичной, планируя после обеда подыскать в аренду дом. У Шэнь Юньшу был адрес, где обычно останавливался дядя, но, наведавшись туда, она узнала, что старик снова отправился в путь к кому-то из друзей праздновать семидесятилетний юбилей, и вернется не раньше чем через три месяца.
Оставалось только ждать здесь — не возвращаться же назад сразу после прибытия в Цзяннань? К тому же, она изначально приехала сюда развеяться, так что отдохнуть лишний раз не помешает.
— Куда мы идём искать жильё? — А-Ли выглядела необычайно возбуждённой, словно собиралась обустраивать их с сестрицей новое семейное гнездышко.
Видя такое воодушевление, Шэнь Юньшу даже почувствовала к ней легкую жалость: судя по всему, дома этой девочке жилось несладко.
— Говорят, неподалёку есть агентство по аренде жилья, просто найдём небольшой чистый и светлый дворик, — Шэнь Юньшу кивнула в сторону переулка неподалёку.
— Тогда скорее пойдём! — А-Ли схватила её за рукав и принялась раскачивать.
Попетляв по улицам, они расспросили про старуху, которая сдавала внаём дома.
— Какое подворье ищут две барышни? — заметив, что к ней пожаловала молодая пара, сваха расплылась в улыбке, разглядывая гостий.
— Нам нужен двор поближе к улице, но в то же время уединённый, чтобы посторонние не могли заглядывать без спросу. Большого не требуется, но должно быть чисто, — перечислила требования Шэнь Юньшу.
— Было бы ещё лучше, если бы во дворе росли деревья и цветы, — высунув голову из-за её спины, добавила А-Ли.
— Насчёт такого двора — найдётся у меня на примете одно местечко. Вот только… цена кусается, — старуха хитро прищурилась, гадая, кто они — муж с женой или сбежавшие из дома юные влюбленные.
— Деньги — не проблема! — Шэнь Юньшу щедро извлекла на свет стомонетовую банкноту, но А-Ли с быстротой молнии выхватила её прямо из рук — так быстро, что сваха даже не успела разглядеть номинал.
— Сколько, говоришь, серебра? — аккуратно спрятав купюру, А-Ли повернулась к старухе с расчетливым и влажным выражением лица.
— Ого, сразу видно, кто в доме хозяин. Если позволить жене верховодить, над молодым господином все смеяться будут, — со злорадной ухмылкой подбросила масла в огонь старуха.
— Ничего страшного, пусть моя вторая половина сама всем распоряжается, — с натянутой улыбкой ответила Шэнь Юньшу.
— Хе-хе, видать, молодой господин сильно балует свою жёнушку, — с неловким смешком отозвалась сваха.
— Так сколько же будет стоить аренда этого двора на три месяца, бабушка? — А-Ли выпрямила спину и вновь поинтересовалась, сияя от предвкушения.
— Хоть двор этот и небольшой, но вся утварь в нём изысканная — прежние жильцы были зажиточными и благополучными людьми, — старуха вмиг распустила язык.
— И где же они теперь? — приподняла брови Шэнь Юньшу.
— Ох… те люди… Те люди уехали всей семьей, после того как глава семьи сдал экзамены на учееное звание, — уголки глаз старухи опустились, а в помутневшем взгляде промелькнуло сожаление.
— Тогда почему дом не продадут, а сдают в аренду?
— Говорят, хотят оставить за собой уголок на родине, а сдача внаём приносит деньжонки на поддержание порядка в доме, — со вновь расплывшейся на лице улыбкой подробно объяснила та.
— Хорошо, берём этот. Мне он тоже показался чистым, — поставила точку Шэнь Юньшу.
— Бабушка, а цену-то ты так и не назвала? — А-Ли украдкой дёргала Шэнь Юньшу за рукав. Какая же транжира! Если так разбрасываться серебром, на сколько дней хватит тех сотен лянов, что дал тот юный господин?
— Вообще-то за такой двор полагается не меньше десяти лянов, но раз уж вы люди солидные, старуха так и быть уступит, пусть будет восемь.
— Восемь лянов? Слишком дорого! Если за пять — мы и спорить не станем, а за восемь лянов можно и на постоялом дворе пожить, где за тобой ещё и ухаживают, с какой стати нам снимать целый двор? — с абсолютно серьезным видом обратилась к старухе А-Ли.
http://bllate.org/book/30867/3763617
Готово:
