Вэнь Цяо не верила своим ушам, а её лицо от удивления застыло в маске полного шока.
Ци Хуайчжэнь — и до такой степени махровый шовинист?
Вэнь Цяо и Су Юньсин были однокурсницами по университету, да и с Ся Аньни они тоже учились вместе. Вот только семья Вэнь Цяо жила скромно, ей было далеко до этих мажоров, поэтому Ся Аньни, разумеется, смотрела на неё сквозь пальцы.
Зато с Су Юньсин они прекрасно ладили. Будучи закадычными подругами, Вэнь Цяо кое-что знала и о Ци Хуайчжэне.
Тот парень — сдержанный, замкнутый, амбициозный, внешне просто безупречен, но и недостатки бросаются в глаза: в таком мужчине неизменно есть доля мужского шовинизма. Впрочем, достоинства перевешивали мелкие изъяны, и в своё время она немало нахваливала способность Су Юньсин выбирать мужчин. И надо же — всего за несколько лет он превратился в главную звезду их кругов.
Все последние годы в светских сплетнях только и говорили о том, как Ци Хуайчжэнь балует жену, отчего Ся Аньни едва не плавилась от зависти прямо на месте. Вэнь Цяо тоже считала Ци Хуайчжэня редким образцом хорошего мужа, и кто бы мог подумать, что за этой мягкостью и заботой скрывается такой деспотизм.
Глядя на изумлённое лицо Вэнь Цяо, Су Юньсин вдруг почувствовала себя до отвращения фальшивой — она ведь никогда не открывала душу даже лучшей подруге.
Её плечи поникли, и она тихо выговорила слова, что давили ей на сердце:
— Все думают, что он любит меня и готов исполнить любой каприз, но на самом деле всё совсем не так.
Услышав это, Вэнь Цяо сразу уловила неладное: почему всё это звучит как завязка какого-то дешёвого сериала? Она чуть не подскочила, замахав руками, чтобы остановить её:
— Только не говори мне, что он женился на тебе по расчёту, а теперь, когда твой никчёмный папаша вышвырнул тебя на улицу и ты лишилась полезных связей, он тоже решил сбросить маску? Или, может, он воспользовался твоим бедственным положением и заявил, что у него кто-то есть на стороне? А то и вовсе хочет бросить жену-неудачницу, чтобы жениться на какой-нибудь богатой красотке и взлететь ещё выше по карьерной лестнице?
Практически каждый пункт поразительно точно совпадал со свежими злобными сплетнями!
— Черт! — Вэнь Цяо раздраженно взъерошила волосы. Нет, её голова была забита сплошными банальными мелодрамами! — Дай мне прийти в себя! Ци Хуайчжэнь ведь не такой человек, верно?
Су Юньсин никак не ожидала такой бурной реакции — подруга переживала даже сильнее её самой, и она невольно прыснула со смеху, отчего царившая на душе хмарь немного рассеялась.
— О чём ты вообще думаешь? Он просто хочет, чтобы я сидела дома и была домохозяйкой. Вчера мама внезапно завела разговор о детях, и он подхватил тему, предложив мне уволиться и готовиться к беременности, а я не согласилась.
И всё?
Вэнь Цяо вытаращила глаза. Она-то думала, что в их семейной жизни и впрямь начались проблемы, как судачили в слухах, а тут из-за этого сыр-бор?
Чистой воды показуха напоказ!
Требование Ци Хуайчжэня не было чрезмерным: клан Ци не нуждался в тех грошах, что зарабатывала Су Юньсин, так что дети, само собой, были важнее. Другие люди заводят детей просто так, а в клане Ци всё иначе — там рожают наследника императорского престола!
Уволиться и готовиться к ролодам вполне разумно и логично.
Она снова уселась на место:
— Хотя работа и подготовка к беременности друг другу не мешают, но находиться в этой паршивой компании — сплошное мучение, вредное для физического и душевного здоровья будущей мамы. По-моему, тебе стоит уволиться. И довод с подготовкой к дому очень кстати — избавишься от необходимости увольняться в самый последний момент, когда станет совсем невмоготу, устроив безобразный скандал.
Су Юньсин находилась в тяжёлых раздумьях. То, о чём говорила Вэнь Цяо, не было для неё новостью, но:
— Ты же видишь моё нынешнее положение. Если я лишусь работы, то сяду ему на шею и буду полностью зависеть от него. Посмотри на мою маму: больше двадцати лет она была ослепительной богатой госпожой, а в итоге у мужа появилась любовница, и он втайне переписал на себя все активы. Её выставили из дома с пустыми руками, не оставив ни гроша! Я не хочу повторять её путь.
Вэнь Цяо поморщилась: Су Мать действительно умудрилась спустить потрясающие возможности в унитаз. Столько лет купалась в роскоши и развлечениях — черт с ним, что ничего не смыслила в инвестициях, могла бы хоть пару квартир прикупить, как она умудрилась остаться ни с чем?
Конечно, богатство богатых и бедность бедных — вещи разные. Су Мать определенно не бедствовала в буквальном смысле, но жить на широкую ногу, как раньше, ей уже вряд ли удавалось.
Судить об этом было трудно, поэтому она лишь произнесла:
— Твоя мама — это твоя мама, а ты — это ты. По-моему, Ци Хуайчжэнь не из таких. Будь он как твой никчёмный папаша, он бы уже давно с тобой развелся.
Были свои причины, почему Су Мать полжизни предавалась праздности и не стремилась к развитию: за ней стояла влиятельная семья, и Отец Су, опасаясь ресурсов её родни, не смел портить с ней отношения. Но за последние два года бизнес семьи Су Матери потерпел череду неудач, позиции пошатнулись, и былое влияние сошло на нет.
Вот тут-то Отец Су и задумал недоброе.
Су Юньсин вовсе не почувствовала утешения и легко вздохнула:
— Кто сможет поручиться за будущее? Если вдруг дело дойдёт до худшего, у меня хотя бы останется путь к отступлению.
Ци Хуайчжэнь и впрямь не был таким человеком, но она уже порядком устала жить чужой жизнью. Униженно притворяться кем-то другим и всё равно не суметь растопить его сердце.
С чего бы это развода обязательно должен требовать он? Разве она сама не может подать на развод?
— Тьфу-тьфу-тьфу! Прекрати молоть чепуху! — Вэнь Цяо сочла это дурной приметой. — Стал бы он заводить с тобой детей, если бы не планировал совместную жизнь? Хватит забивать голову глупостями!
У Су Юньсин снова тяжело защемило в груди: Вэнь Цяо была не в силах понять её чувств. Ци Хуайчжэнь просто хотел, чтобы она и дальше безупречно исполняла роль дублёрши, а её саму с каждым днём всё сильнее тошнило от этого, до безумия хотелось снова стать самой собой.
Однако стоило её волосам отрасти хоть чуть-чуть, как он заставлял её идти в салон и состригать их. Ей не позволялось иметь собственное мнение даже в таких мелочах, не говоря уже обо всём остальном!
Она действительно устала и душой, и телом.
В кабинете воцарилось короткое молчание, как вдруг за дверью раздался звенящий голос Ся Аньни.
Су Юньсин мгновенно вернулась в реальность и переглянулась с Вэнь Цяо, недоумевая, что на этот раз заставило Ся Аньни беситься с самого утра.
В следующее мгновение дверь кабинета со стуком распахнулась, и на пороге возникла Ся Аньни с независимым и надменным видом.
Лицо Су Юньсин оставалось спокойным: подобное происходило далеко не впервые, она уже онемела к такому. А вот Вэнь Цяо — нет; она украдком сжала кулаки, мысленно изрыгая ругательства.
Да, Ся Аньни — начальница, но даже босс не может вести себя подобным образом изо дня в день, не проявляя элементарного уважения и приличия!
Ся Аньни никогда не ставила Вэнь Цяо ни в грош, поэтому ей и в голову не приходило вникать в чужие мысли — она в упор смотрела на Су Юньсин, словно хищная птица на желанную добычу.
— Я уж думала, ты сегодня не придёшь. Раз уж явилась, очень кстати: с клиентским заказом возникла небольшая накладочка, придётся тебе лично съездить и во всём разобраться.
Не успел её голос смолкнуть, как сопровождавший её секретарь положил на стол Су Юньсин папку с документами.
Су Юньсин знала, что та намеренно пришла попортить ей нервы — подобное случалось сплошь и рядом, и удивляться было нечему. Она терпела её выходки вовсе не из страха, а потому что в компании была и её доля акций. По сравнению с другими акционерами, она не могла привлечь нужные ресурсы, поэтому старалась выкладываться там, где могла принести хоть какую-то пользу.
Поэтому на грубые выпады Ся Аньни она ответила молчанием, склонив голову и принявшись листать бумаги.
С точки зрения Ся Аньни, та была просто бесхребетной амёбой, способной лишь терпеть издевательства. Она думала, что таким смирением удастся избежать конфликтов? Ха! Раз уж такая мягкая, пусть не винит её за то, что затягивает гайки!
— Площадка для мероприятия этого клиента находится на берегу моря. Прошлой ночью дул сильный ветер, и всё убранство разнесло в пух и прах. Кое-кого уже отправили навести порядок, но на месте осталось еще много нерешённых вопросов. Есть вещи, которые рабочие не могут решить самостоятельно, съезди туда и проконтролируй всё на месте.
Су Юньсин бегло просмотрела документы: речь шла об оформлении свадьбы на побережье. Эскиз проекта выглядел потрясающе красиво, но подобные декорации действительно не выдержали бы ночного шторма. Поехать на место и оценить обстановку не составляло труда, проблема заключалась в том, что дорога была неблизкой, и она опасалась не успеть вернуться до прихода Ци Хуайчжэня домой.
Ся Аньни заметила малейшую тень недовольства на её лице и тут же ядовито бросила:
— Что такое? Не хочется ехать? Ах да, какая я глупая: для госпожи Ци уже большая удача выкроить время заглянуть в офис, разве гоже ей бегать по поручениям? В нашей компании штаг трещит по швам, каждый человек на счету, дармоедов мы не содержим. То отгулы среди недели, то даже выйдя на работу — того не могу, это не умею. Ха, раз так, лучше бы тебе уволиться и сидеть дома богатой госпожой, зачем мучить компанию?
Скрытая в этих словах насмешка была очевидна — она унижала не только Су Юньсин, но и её мать. Звучит красиво — богатая госпожа, а на деле — женщина, живущая за счёт мужчины.
Смотри-ка, стоит мужу быть недовольным, и от тебя ничего не останется!
Су Юньсин резко подняла голову, её до крайности возмутили непрекращающиеся выпады Ся Аньни.
— Я поеду!
Хотя компания всё сильнее вызывала у неё чувство омерзения и тоски, увольняться прямо сейчас она еще не могла. Вэнь Цяо была права: нужно найти подходящий момент, чтобы начать своё дело, а здесь, не говоря уж о том, чтобы добиться успеха, у неё даже не было шансов встать с ними на один уровень!
Ся Аньни растянула алые губы в фальшивой улыбке:
— Тогда заранее благодарю за труды.
С этими словами она вместе с секретарём гордо прошествовала к выходу с таким видом, будто только что выиграла битву.
Вэнь Цяо снова закрыла дверь кабинета, повернулась к подруге и возмущенно выпалила:
— Тебе подсовывают любую грязную работу, а ты еще и соглашаешься! Из-за того, что ты такая бесхребетная, она и садится тебе на шею! Что бы она тебе сделала, если бы ты отказалась? Компания бы разорилась?
Су Юньсин и сама вдруг почувствовала, что поступила опрометчиво, но стоило ей услышать слова про увольнение и богатых домохозяек, как в ней вскипало желание доказать свою профессиональную состоятельность. Теперь же, немного остыв, она поняла, что попалась на удочку Ся Аньни.
Если дело сорвется — скажут, что она бездарна, а если всё пройдет отлично — так и должно быть; в любом случае останешься виновата.
По характеру она была мягким человеком, не любящим спорить, и лишь тяжело вздохнула:
— Ладно, в компании есть и моя доля, вложить свои силы — это нормально.
Услышав это, Вэнь Цяо закатила глаза до самого неба! Нечего пенять на Ся Аньни за то, что та помыкает ею, как бессловесной куклой — уж до чего характер мягкий!
Раз уж всё равно согласилась, что тут поделаешь? Оставалось только заявить:
— Я поеду с тобой.
Су Юньсин улыбнулась: Вэнь Цяо называет её мягкотелой, а сама-то разве не отличается мягким сердцем при всей своей внешней жёсткости? Она взглянула на часы и произнесла:
— Нам нужно поторопиться, я должна вернуться до окончания рабочего дня.
Вэнь Цяо проворчала:
— Прекрасно знала, что времени в обрез, и всё равно согласилась... Ладно, пошли уже быстрее!
Туда и обратно — больше трёх часов пути, и это если просто посмотреть. Судя по тону Ся Аньни, так просто отделаться не получится. Поездка обещала быть тяжёлой!
Время не ждало, подруги больше не стали болтать и поспешно покинули офис.
Вэнь Цяо села за руль, а Су Юньсин принялась внимательно изучать документы, и с каждой страницей её брови хмурились всё сильнее. Судя по чертежам, подобное оформление попросту не выдержало бы сильного ветра. Переделывать его было неизбежно, и мало того, что это потребовало бы уйма времени и сил, так ещё и часть материалов придется закупать заново.
Интересно, что творится на самой площадке.
Вэнь Цяо, напротив, смотрела на вещи гораздо проще:
— Расслабься, в худшем случае всё провалится. Ся Аньни сама запорола немало проектов, оттого что изменится, если ты испортишь парочку? Даже если будут убытки, основной удар прийдётся на её карман.
— Легко тебе рассуждать, — покосилась на неё Су Юньсин. — Я сначала позвоню, узнаю обстановку.
Вэнь Цяо беспечно бросила:
— Звони, звони, там наверняка сплошная свара и куча проблем.
Не успела Су Юньсин набрать номер, как телефон зазвонил сам. На экране высветилось имя Ци Хуайчжэня. Её сердце на секунду замерло, а от чувства вины стало трудно удержать телефон в руках.
Неужели он узнал, что она приехала в офис? Да как такое возможно?
Мелодия звонка всё не смолкала, а у неё никак не хватало смелости ответить. Рядом с ним она чувствовала себя совершенно прозрачной, и от него было невозможно скрыть никакую ложь.
Вэнь Цяо удивленно покосилась на неё:
— Кто звонит? Почему не отвечаешь? Ся Аньни?
Она покачала головой и, словно боясь, что тот на том конце провода услышит её, не смела произнести ни звука — лишь молча повернула экран телефона к Вэнь Цяо.
Это был Ци Хуайчжэнь!
http://bllate.org/book/30853/3761805
Готово:
