Этажом апартаментов слишком много, и шанс встретить жильцов на другом этаже невелик, поэтому Хэ Личжоу решил не упускать ни одного владельца квартиры, которых ему удастся найти.
В квартире 402 терпение лопнуло: дверь распахнулась, и на пороге возник старик с недовольным лицом. — Ты чего тут шастаешь?
Хэ Личжоу улыбнулся: — Хотел взглянуть на ваш интерьер, позволите войти?
Старик бросил взгляд на руку Хэ Личжоу, которой тот придерживал косяк, и его лицо вытянулось ещё сильнее. — А у меня есть выбор?
Хэ Личжоу изящно кивнул: — Благодарю.
Старик развернулся и зашагал прочь. Хэ Личжоу последовал за ним, невозмутимо осматривая комнату. Его взгляд задержался на окне: прямо напротив него висело выпуклое зеркало.
Осмотрев всё помещение, он заметил, что украшений почти не было, в основном — развешанные повсюду народные обереги от нечисти. Окна были плотно зашторены.
Хэ Личжоу подошел к окну. — Посреди бела дня, а вы шторы не раздвигаете, свежим воздухом не проветриваете?
Не дожидаясь, пока старик бросится наперерез, Хэ Личжоу рывком отдернул штору и встретился взглядом с чем-то уродливым, прильнувшим к стеклу снаружи.
Хэ Личжоу молча задернул штору обратно. Старик, увидев это, лишь фыркнул, а в уголках его губ заиграла безразличная усмешка.
Хэ Личжоу не стал задерживаться и попрощался. Старик, давно мечтавший его выпроводить, тут же захлопнул дверь. Если бы гость замешкался хоть на полсекунды, его бы прищемило.
Стоя в коридоре, Хэ Личжоу взглянул на две другие двери. Раз хозяева не желают их открывать, он не станет настаивать — рано или поздно им всё равно придётся выйти.
Он нажал на кнопку вызова лифта, но внезапно за спиной открылась дверь. Хэ Личжоу обернулся и увидел маленькую девочку, прижимавшую к себе тряпичную куклу.
Такой образ — стандарт для этого инстанса. Хэ Личжоу насторожился: зачастую именно такие дети оказываются самыми опасными существами во всей локации.
Он присел, чтобы оказаться на одном уровне с девочкой, и разглядел её глаза: огромные, чёрные, почти полностью заполнявшие глазницы, так что белков было почти не видно.
Этот глубокий, бездонный взгляд легко мог вызвать страх и подавленность, но Хэ Личжоу, словно ничего не заметив, мягко спросил: — Малышка, а где твои папа и мама?
Это был крайне рискованный вопрос. В тот момент, когда он прозвучал, тело Хэ Личжоу напряглось, готовое в любой миг отразить атаку.
Вообще-то, не стоило задавать такое при первой же встрече, но Хэ Личжоу интуитивно чувствовал, что время на исходе. Инстанс нужно закончить как можно быстрее, иначе случится что-то неподконтрольное, поэтому он решил сразу пойти в наступление.
Однако, вопреки ожиданиям, девочка ответила совершенно спокойно: — Мои мама и папа умерли. Давно уже умерли.
Семилетняя девочка, обнимая любимую куклу, будничным тоном произносит слова о смерти родителей. Эта сцена выглядела до жути странно.
Ресницы Хэ Личжоу невольно дрогнули. — И с кем же ты теперь живёшь?
Девочка хихикнула: — Конечно, с Хозяином.
Сказав это, она, прижимая куклу, побежала вглубь комнаты. Дверь захлопнулась сама собой. От начала и до конца девочка даже не коснулась ручки.
Хэ Личжоу поднялся на ноги и почувствовал, что рука онемела — то ли от напряжения, то ли от испуга.
Здание было невысоким, всего четыре этажа. Не дожидаясь лифта, он спустился по лестнице и увидел, что владелец супермаркета всё так же дремлет за стойкой. Хэ Личжоу не мог не восхититься качеством его сна.
Он зашел в магазин. Раздался звуковой сигнал, оповещающий о приходе покупателя. Владелец, протерев глаза, поднял голову и скользнул по нему взглядом. — Опять ты.
Голос его звучал обычно и сухо, словно он был заранее уверен, что Хэ Личжоу вернётся.
Хэ Личжоу походил по магазину, набрал немного повседневных мелочей и выложил на прилавок. Как раз когда владелец собрался пробивать товары, у Хэ Личжоу из рукава выпали карманные часы и, раскачиваясь, зависли перед самым лицом торговца.
Это был артефакт, найденный в отеле, способный на мгновение затуманить разум. Но владелец лишь поднял голову с полуулыбкой: — Что ты делаешь?
Хэ Личжоу, не ожидавший, что артефакт не сработает, слегка смутился, хотя виду не подал: — О, выпали. Спасибо, что заметили.
Владелец усмехнулся и уткнулся в бумаги, продолжая подсчёты. — Одиннадцать… плюс… двадцать три… плюс пять…
Хэ Личжоу пнул кассовый аппарат, и из-под него посыпалось содержимое — клубок переплетённых насекомых.
Лицо владельца помрачнело. — …Я принял тебя за нормального покупателя, поэтому не обращал внимания на твои мелкие пакости, но ты что сейчас творишь?
Хэ Личжоу понимал, что тот всё понял, и отвечать не собирался. Он ещё раз пнул перевёрнутую кассу, из которой посыпались банкноты. Мельком взглянув на них и убедившись, что деньги настоящие, он не стал их подбирать, а лишь холодно усмехнулся: — Мне просто твоя рожа не нравится, решил сорвать злость, и что?
Услышав это, владелец, напротив, немного оттаял и не стал препятствовать уходу Хэ Личжоу. Напротив, после его ухода он в отличном настроении замурлыкал песенку, поднимая кассу на место.
Поставив её, он бережно собрал насекомых с пола, смахнул с них пыль и нежно прошептал: — Ох, мои лапочки, вы не напугались? Ничего, сегодня ночью он умрёт.
Насекомые зашевелились у него на ладони, словно что-то отвечая. Владелец снова помрачнел, но тут же расплылся в улыбке: — Ничего, если не сегодня, то рано или поздно до него дойдёт очередь.
…
Хотя время в инстансе сбрасывалось, состояние тела игрока, скорее всего, оставалось прежним. Когда Хэ Личжоу вернулся в 4404, он был настолько голоден, что в глазах плыло.
Он нашел в холодильнике пачку лапши, оставшуюся, видимо, от прежнего владельца. Проверив срок годности и убедившись, что всё в порядке, он вскипятил воду.
Хэ Личжоу прикрыл заваренную лапшу тонкой книгой, лежавшей на столе, и откинулся на спинку дивана, ожидая пять минут. В уме он неплохо ориентировался по времени: как только срок вышел, он открыл глаза и убрал книгу.
В этот момент, коснувшись обложки, он заметил, что отсыревшие страницы стали прозрачными, и между ними проступил клочок плотной бумаги.
Хэ Личжоу раскрыл книгу и достал его. Это была записка от Шэн Цюй.
Бумажный человек.
Последний штрих был написан в спешке. Видимо, Шэн Цюй что-то встретил, раз написал так кратко — в обычных обстоятельствах он бы исписал весь лист.
Хэ Личжоу задумался, перевернул листок и добавил два слова: — Самосознание.
В одиночном инстансе легче всего потерять себя.
Хотя он не знал, как именно Шэн Цюй подкинул эту записку в его комнату и придёт ли он за ней, Хэ Личжоу всё же затеплилась надежда. Ведь это был единственный способ связи, который они обнаружили с момента попадания в этот мир. Даже кинжал связи, который был у Хэ Личжоу, здесь оказался бесполезен.
Он не мог связаться с Пэн Нинъюй и не получил от неё ни единого сообщения. Надеюсь, у неё всё в порядке.
Этот инстанс был странным — до сих пор он не встретил ни одного игрока. Хэ Личжоу чувствовал, что упускает какое-то звено, но не мог понять, какая зацепка ускользнула.
Он вздохнул, перестал ломать голову и, мучимый голодом, принялся за лапшу.
Не успел он сделать и нескольких глотков, как пространство вокруг него слегка исказилось. Это было странное ощущение: изменения в пространстве заметить почти невозможно, но после привязки к отелю Хэ Личжоу стал крайне чувствителен к подобным вещам.
Он перевёл взгляд на книгу, лежавшую рядом: клочка бумаги внутри больше не было.
Вот оно что.
Оказывается, они всё это время жили в одной и той же комнате, только в разных временных потоках.
Хэ Личжоу внезапно всё понял. И кухонный нож, появившийся пару дней назад на лестнице, и искажения в пространстве лифта — всё обрело объяснение.
Глава 14
Хэ Личжоу терпеливо ждал, придут ли с запиской от Шэн Цюй какие-то новые сведения, но, видимо, как только опасность миновала, этот малый снова взялся за старое.
В записке была одна ерунда: жаловался, что так долго собирались в инстанс, а он оказался одиночным, и что в следующий раз они непременно должны идти вместе; писал, что уже три дня не видел босса Чжоу и ужасно соскучился.
Хэ Личжоу беспомощно вздохнул. Ничего не попишешь, но, с другой стороны, было хорошо знать, что Шэн Цюй и Пэн Нинъюй в безопасности.
Пусть Шэн Цюй и любил ревновать по пустякам, но Пэн Нинъюй уже стала частью их команды, и если с ней что-то случится, он не останется в стороне, а в крайнем случае даст знать Хэ Личжоу.
Хэ Личжоу ощутил лёгкое удовлетворение: в таком сложном инстансе Пэн Нинъюй быстро и хорошо росла над собой.
Он бережно спрятал записку. Узнав, что с Пэн Нинъюй всё в порядке, он наконец выдохнул: последние два дня его мучила мысль, что, взяв её с собой, они с Шэн Цюй лишь навредили ей.
*
Хэ Личжоу собрал мусор и уже собрался выйти, чтобы выбросить его, как вдруг услышал стук в дверь.
Он уже понял, что это одиночный инстанс и игроки не могут встретиться, а значит, стучит явно не игрок.
Хэ Личжоу отложил пакет с мусором и снова включил монитор наблюдения. Снаружи стоял человек, лицо его было вполне отчётливым. Хэ Личжоу подошел к двери: — Кто там?
http://bllate.org/book/30847/3760990
Готово:
