— Так быстро перестал узнавать, Чэнь Мянь?
Шэнь Минли не выглядел особенно удивлённым, словно уже давно изучил характер Чэнь Мяня вдоль и поперёк. Он придавил дверь рукой и, наклонившись, неумолимо сокращал расстояние.
— Похоже, тебе придётся хорошенько всё припомнить, чтобы память освежилась.
Шэнь Минли в упор глянул на Чэнь Мяня и спролсил:
— Почему ты заблокировал мой номер? С чего вдруг сбежал без единого слова? Деньги, что я тебе перевёл, ты пожертвовал в детский дом — неужели так сильно хочешь со мной порвать?
А ведь он чётко говорил, что намерен соблюдать условия соглашения. Понурив голову, Чэнь Мянь глухо выдавил:
— Срок договора истёк, я и должен был уйти. Просто тебя как раз не было.
Запнувшись, Чэнь Мянь не выдержал:
— Не мог бы ты отойти подальше? Мы больше не связаны.
Шэнь Минли отступил на крошечный шаг, едва заметно нахмурившись, и лицо его помрачнело. Разве это далеко? Раньше в постели он почему-то не жаловался, что они слишком близко!
Его жутко раздражала отчуждённость Чэнь Мяня, хотя он и сам толком не понимал почему. В конце концов, он ведь сам установил тогда сроки и рассматривал всё исключительно как сделку. Но стоило Чэнь Мяню уйти, как накатило жгучее, невероятное чувство досады. Увидев отчёт, присланный секретарем Лю, он внезапно принял решение лично отправиться в уезд Нин. А встретив Чэнь Мяня лицом к лицу, ощутил эту досаду с ещё большей силой — настолько, что хватило пары слов и простенького ветряка, чтобы та девчонка помчалась разыскивать нужного человека.
Шэнь Минли списывал это недовольство на то, что перед отъездом из города Тан Чэнь Мянь попрощался со всякими посторонними людьми, а ему оставил лишь записку. Да вдобавок ещё и улыбался тому парню, что таскал коробки, так счастливо!
Подумав обо всём этом с холодком внутри, Шэнь Минли вернул лицу беспристрастное выражение и поинтересовался:
— Что значит эта записка? Боялся, что я тебя не отпущу?
Уголки губ Шэнь Минли изоделись в насмешке:
— Ты слишком высокого о себе мнения, Чэнь Мянь. Неужели в самом деле думал, что значишь для меня так много?
От подобных слов даже у Чэнь Мяня, который до того казался самому себе спокойным, словно гладь озера, внутри всё пронзительно заныло. Он так и знал — не стоило возлагать на Шэнь Минли хоть какие-то надежды. Сбросив всякую маску благоразумия, Чэнь Мянь выпалил:
— Да, господин Шэнь, во всём виноват я! Больше вы меня не увидите, я буду держаться от вас как можно дальше, чтобы не мозолить вам глаза.
— Только что притворялся незнакомцем, а теперь вдруг научился обращаться по имени? — голос Шэнь Минли упал. — К чему эта официальщина? Ты же давным-давно больше не телохранитель, верно? Забыл, как звал меня в постели?
Чэнь Мянь и сам не понимал, почему его так легко вывести из себя. Он изо всех сил толкнул Шэнь Минли:
— Да замолчи ты! Это детский дом, здесь полно детей, нельзя же вести себя так бесстыдно!
Грудь его тяжело и часто вздымалась от гнева:
— Ты нашёл способ вылечить мою маму, но я заплатил за это сполна! Шэнь Минли, я тебе ничего не должен! Какого чёрта ты преследуешь меня по пятам?!
Зачем Шэнь Минли вечно нужно было так его унижать?!
Оттолкнув его, Шэнь Минли попятился на пару шагов и нахмурился. Опыта в сердечных делах у него было крайне мало, поэтому он совершенно не понимал, с чего вдруг у Чэнь Мяня такое мертвенно-бледное, опустошённое лицо.
Если бы он не помнил, как отчаянно и настойчиво Чэнь Мянь сам добивался его в самом начале, то подумал бы, будто тот положил глаз на тот огромный цветник перед Садом Тань, на который Шэнь Минли потратил уйму денег!
Не успел он ничего сказать, как Чэнь Мянь от резкого движения чуть задрал рукав, и на предплечье обнажился шрам от ожога. Тёмные глаза Шэнь Минли едва заметно дрогнули:
— Как ты умудрился пораниться, Чэнь Мянь?
— Не твоё дело, — с трудом усмирив бурю внутри, твёрдо ответил Чэнь Мянь.
Глаза Шэнь Минли, тёмные, как омут, смотрели неотрывно. Он продолжил:
— Чэнь Мянь, ты целыми днями вычёркивал дни в календаре, так мечтая уйти, но ведь живешь сейчас ничуть не лучше, верно?
Денег на компенсацию не взял, куртка в пыли, на руках и предплечьях следы от сильных ожогов, нормального питания явно не видит — всё такой же худой, как дощечка.
Хотя срок контракта подошёл к концу, если бы Чэнь Мянь изъявил желание остаться, щедрый Шэнь Минли великодушно позволил бы ему это.
Чэнь Мянь молча дёрнул рукав, прикрывая руку, а Шэнь Минли заговорил снова:
— Раз тебе так тяжело, у тебя всё ещё есть шанс вернуться ко мне, если захочешь.
Никакие пластыри-подавители не могли скрыть брачные феромоны высшего альфы, которые тот намеренно выпускал наружу. В тот же миг Чэнь Мяня окутал мощный шлейф аромата зелёного сандала. Но на душе у Чэнь Мяня было горько: он жаждал нормальной любви и больше вовсе не собирался сидеть птицей в клетке.
Он покачал головой, и на его лице проступила горькая усмешка:
— Шэнь Минли, я не вернусь. Ни за что в жизни больше не вернусь. Я хочу начать нормальную жизнь, так оставь меня в покое. То, что было в прошлом, пусть останется в прошлом. Отныне мы с тобой — чужие люди, самые настоящие незнакомцы.
— Ха.
Шэнь Минли словно услышал какую-то шутку. С издевкой повторив его слова:
— Незнакомцы? Незнакомцы, чьё тело я вдоль и поперёк изучил? Ну и смельчак же ты, Чэнь Мянь.
Так оно и было. Шэнь Минли всегда вертел им как хотел. Он не любил его, не дорожил им — видел в нём лишь забаву, игрушку для развлечения. А у игрушки не может быть собственного мнения, искренние слова игрушки вызывают лишь смех.
Лицо Чэнь Мяня снова покраснело от гнева, в груди невыносимо защемило. Весь дрожа, он отступил на шаг, развернулся и бросился прочь. Шэнь Минли вовсе не собирался доводить его до слёз — его лишь задели холод и отчуждение парня. Инстинктивно протянув руку, чтобы остановить его, он вдруг услышал, как в следующую секунду кто-то толкнул дверь:
— Братишка Минли, тебе лучше? Я сбегал к машине за новыми пластырями-подавителями, давай скорее наклеим.
Они как раз осматривали территорию вместе с директором, когда Шэнь Минли вдруг заявил, что ему нездоровится, и зажал железу на шее с мученическим выражением лица. Су Ижань решил, что у того вот-вот начнётся период восприимчивости, а старый пластырь уже не справляется.
Экскурсию пришлось срочно прервать, Шэнь Минли устроили на отдых в приёмной, а Су Ижань вместе с помощником отправился за блокаторами. И вот теперь, увидев в комнате постороннего, он слегка растерялся — по идее, чужие сюда заходить не должны были.
— Извините, вы... кто? — с любопытством спросил Су Ижань.
Заметив незнакомца, Чэнь Мянь торопливо взял себя в руки:
— Ах, я здесь на подхвате, в детском доме. Зашёл проверить, не нужно ли в чём помочь, не обращайте внимания.
Шэнь Минли издал издевательский фыркающий звук носом. Су Ижань не обратил на это внимания, понимающе кивнул и лучезарно улыбнулся:
— А, должно быть, братишка Минли попросил вас зайти! Большое спасибо, что присматривали за ним, вы так усердно трудились. Но теперь я здесь, так что всё в порядке, идите по своим делам.
Пройдя несколько шагов, Чэнь Мянь всё же не удержался и обернулся. Этот омега выглядел очень молодым и невероятно красивым — безупречная фигура, стильная одежда, изысканные манеры. Он ласково, словно братишку, звал Шэнь Минли Минли-гэ, висел у него на руке и капризничал, а на лице самого Шэнь Минли проступало выражение, которое вполне можно было назвать нежным.
В памяти всплыли заголовки финансовых новостей, увиденных по телевизору: о скорой помолвке главы корпорации SG господина Шэня с единственным наследником Корпорации Су. Чэнь Мянь брёл вперёд словно в тумане, даже не замечая знакомых, которые с ним здоровались.
Неизвестно, сколько времени прошло, когда телефон в кармане коротко вибрировал. Взглянув на имя отправителя, Чэнь Мянь увидел сообщение от того самого кандидата в мужья, которого сосватала дальняя тётушка. Стоило им обменяться контактами, как тот принялся заваливать его сообщениями, и вот прилетело очередное:
Ты пообедал? Чем занимаешься? Сегодня такая прекрасная погода.
Следом тут же последовало второе:
Свободен ли в эту пятницу? Я знаю одно отличное заведение.
Поколебавшись ещё немного, Чэнь Мянь наконец решился. Наконец-то отправив ответ:
В следующую пятницу свободен, давай встретимся и поговорим.
В приёмной Су Ижань отставил в сторону аптечку и, перевернув свои красивые янтарные глаза, ласково прижался к Шэнь Минли, вполголоса спрашивая:
— Братишка Минли, а кто это только что ушёл? Какой-то знакомый? Разве у тебя есть друзья в таком маленьком уезде, братишка Минли?
Шэнь Минли скосил на него взгляд, и от холода в его глазах омегу пробрала мелкая дрожь. Чуть обиженно Су Ижань тут же извинился:
— Прости-прости, я больше не буду спрашивать.
Он знал: хотя на людях Шэнь Минли держался вежливо и учтиво, человеком он был крайне тяжёлым.
Испугавшись этого взгляда, Су Ижань не удержал в руках флакон с блокатором — тот со стуком рухнул на пол. Пришлось испуганно лепетать извинения:
— Прости, братишка Минли, я не со зла...
— Хватит.
Шэнь Минли с раздражением поднялся на ноги.
— Больше ничего не нужно. Мне уже намного лучше, собирай вещи, уходим.
С этими словами он широким шагом вышел из комнаты.
Су Ижань, прижимая к груди аптечку, послушно плёлся следом, недовольно думая про себя: и правда, эти альфы вечно себе на уме! Только что выглядел так, будто умирает от боли, а секунду спустя уже здоровхонек, да ещё и злится — просто ужас. И как тут не сомневаться, стоит ли вообще выходить замуж за такого Шэнь Минли! Всё нужно хорошенько обдумать!
http://bllate.org/book/30842/3760409
Готово:
