Кто-то из негодяев, послушно приняв лекарство, заметил, что душевное состояние сидящего рядом человека ничуть не улучшилось, и тогда протянул изящные пальцы, легонько зацепив чужие:
— Прости.
Услышав извинения, Сун Минсюань замер, позволяя держать свою руку и не отталкивая её.
— Я же обещал тебе не злиться, но всё равно не удержался... — голос провинившегося становился всё тише, а по мере продолжения в нём проступало всё больше вины.
Сун Минсюань уставился на его жалкий вид и никак не мог заставиться себя разозлиться.
Ладно уж.
Он лишь тяжело вздохнул, взял лежавшее неподалёку полотенце и принялся вытирать испарину на шее Лян Цичэна:
— Я злюсь из-за того, что ты не пришёл ко мне, а сидел один на улице на холоде. Ты что, дурак?
Тот, кого отчитывали, на мгновение замолчал, а затем глухо произнёс:
— Я не хотел заставлять тебя волноваться.
— Ты просто... круглый дурак. — В голосе послышалось с трудом сдерживаемое рыдание.
— Ты знаешь, как долго я тебя искал? Я обошёл все места, где ты мог быть, ты хоть понимаешь, как я переживал... — Этот бесконечный поток слов прервала внезапная обжигающая волна тепла, хрупкое тело потеряло равновесие, целиком укутанное в широкие и крепкие объятия.
— Ты так сильно за меня переживаешь? — добившись своего, ухмыльнулся он.
Человек в его объятиях выглядел так, будто его поймали на чём-то сокровенном; в ту секунду он не знал, как возразить, а его щёки тем временем покрылись вполне отчетливым нежным румянцем, словно тронутые пудрой.
Помолчав немного, он отвесил в адрес широкого плеча лёгкий, как пёрышко, шлепок.
— Ты что, хочешь меня заразить? — Сун Минсюань был вынужден притвориться сердитым, чтобы скрыть бешено колотящееся сердце.
— Эй, от такого уровня заразиться не получится. Вот если бы я сейчас поцеловался с тобой, тогда бы действительно появился шанс подхропить заразу.
Стоило словам сорваться с губ, как Лян Цичэн по выражению лица собеседника сообразил, что, пожалуй, сболкнул лишнего.
Он увидел, как у Сун Минсюаня расширились зрачки, губы слегка приоткрылись, а учащённое дыхание обожгло его собственную кожу.
Как щекотно.
Лян Цичэн услышал бешеный, лишённый всякого ритма стук сердца — то ли своего, то ли чужого.
Чёрт возьми, иногда он по-настоящему ненавидел себя за то, что язык у него работал быстрее, чем мозги.
Что делать, если человек, которого он с таким трудом только что успокоил, снова разозлится?
Воздух застыл на долгое мгновение, но наконец человек в его объятиях пришёл в себя и попытался вырваться, однако его обняли ещё крепче, а широкая ладонь намертво прижала мягкие пушистые пряди.
Сун Минсюань почувствовал, как у него горят уши, потому что прямо на них оседало обжигающее дыхание.
— Побюд со мной.
Ночь стояла тихая, они так и сидели, прижавшись друг к другу, между их телами почти не оставалось зазора.
Тот, кого обнимали, совершенно не смел шевельнуться, до смерти боясь задеть какое-нибудь чувствительное место.
— Из-за чего ты сегодня снова поругался с мамой?
— Она говорила о тебе.
Услышав это, Сун Минсюань поднял голову и посмотрел на Лян Цичэна.
А тот продолжил:
— Когда она говорила гадости обо мне, я ради тебя всё терпел. Но когда речь зашла о тебе... я стерпеть не смог.
Я стерпеть не смог.
Всего четыре коротких слова легким перышком опустились на дно сердца Сун Минсюаня и в то же время отдавались во рту кислинкой незрелой груши — так остро, что хотелось заплакать.
Не желая, чтобы кто-то заметил его тончайшие эмоции, Сун Минсюань быстро спрятал влажный блеск в глазах и уткнулся лицом в тёплую, надёжную грудь Лян Цичэна.
— Дурак, — глухо донеслось из-под слоя одежды.
— Ты сегодня уже столько раз назвал меня дураком, между прочим, я лучший ученик во всей школе, очень даже умный.
Человек в его объятиях больше ничего не ответил. Решив, что тот заснул, Лян Цичэн широкой ладонью легко похлопал его по хрупкой спине.
Мягким голосом Лян Цичэн произнёс:
— Знаешь, вообще-то у меня есть суперспособность — я умею пожирать твои кошмары.
С этими словами тот, кто только что заявлял о своей суперспособности поедать ночные ужасы, тоже закрыл глаза, и его дыхание выровнялось.
А вот человек в его объятиях засыпать вовсе не собирался — по щекам катились дорожки слёз.
Когда-то давно Сун Минсюань постоянно страдал от бессонницы, просыпался посреди ночи в холодном поту и, не в силах больше сомкнуть глаз, сидел у окна, любуясь щедро рассыпанным по небу серебром луны.
Оказывается, он всё это время знал.
Но никогда не спрашивал.
Засыпая сегодня в объятиях своего личного защитника, он наверняка видел удивительно сладкие сны.
На следующий день жар у Лян Цичэна спал, но домой возвращаться он не стал.
Время пролетело незаметно, и они перешли во второй класс старшей школы.
Каждые выходные Лян Цичэн то и дело прогуливал кружки и тайком убегал на бейсбольную площадку поиграть, а Сун Минсюань, не записавшийся ни на какие дополнительные занятия, в перерывах между учёбой всегда составлял ему компанию.
Директор бейсбольного клуба Цинь Лин относился к Лян Цичэну с огромным уважением, и в его глазах неизменно читалось нескрываемое восхищение.
В этот день Сун Минсюань, как обычно, сидел на трибунах, молча наблюдая за тем, как Лян Цичэн играет в бейсбол.
Вдруг он заметил неподалёку слева какую-то девушку, судя по возрасту — их ровесницу. Держа в руках фотоаппарат, она сосредоточенно нацелила объектив куда-то вглубь поля.
— Эта девчонка тоже пришла со своей парой.
Услышав голос, Сун Минсюань поднял голову и увидел, что облачённый во всё чёрное Цинь Лин невесть откуда взялся рядом и бесшумно встал у него за плечом.
Погодите-ка.
— Тоже?
Цинь Лин слегка нахмурился:
— Разве вы со Сяо Ляном не пара?
Оба синхронно вытаращили глаза, воцарилось несколько секунд молчания, а затем лицо Сун Минсюаня в один миг залилось ярко-красным румянцем.
Цинь Лин неловко кашлянул:
— Извините, извините, просто вы... очень похожи на парочку влюбленных.
От этих слов Сун Минсюань покраснел ещё сильнее.
— Хватит тут сводить людей понапрасну.
В этот момент к ним подошел другой мужчина — высокий, крепкого телосложения, с суровыми чертами лица и холодным, пронзительным нравом.
Сун Минсюань поднял голову и слегка поклонился в знак приветствия.
Тот бросил на него отстранённый взгляд исподлобья, сунув руки в карманы спортивных штанов.
Но в следующую секунду кто-то со злостью пнул его по голени. Виновник тут же пояснил:
— Сяо Сун, это мой... — Цинь Лин запнулся на полуслове, словно решая, в каком качестве представить человека напротив.
— Я его бывший коллега.
При этих словах экс-коллега поморщился от недовольства.
Цинь Лин полностью проигнорировал его и продолжил:
— Не пугайся, он просто по природе своей бука.
Сун Минсюань кивнул.
Вряд ли всё так просто...
От их воинственного настроя создавалось впечатление, будто что-то здесь было не так.
В этот момент завершивший тренировку парень побежал в их сторону. Весь мокрый от пота, он тяжело дышал.
Сун Минсюань улыбнулся, достал из сумки чистый, сухой носовой платок и аккуратно стёр пот со лба товарища.
Лян Цичэн завороженно смотрел на человека, оказавшегося так близко, а его взгляд был мягким и нежным, как вода.
В ту же секунду до него дошло: оказывается, и когда он играл в бейсбол, и когда просто проводил время рядом с Сун Минсюанем, в его душе царило доселе неведомое ощущение абсолютной лёгкости.
Стоило только взмахнуть рукой и отправить мяч ударом биты, как любые тревоги и стрессы словно уносились куда-то далеко-далеко.
А возвращаясь к Сун Минсюаню, он обретал тепло и покой.
Выходило, что бейсбол и Сун Минсюань были единственным противоядием от его долгой и горькой жизни.
Глава 10: Пленительная дымка
Наблюдая за этой сценой, высокий мужчина скрестил руки на груди, толкнул плечом стоявшего рядом человека и, наклонившись к самому его уху, прошептал:
— Эти двое так похожи на нас в прошлом, верно?
Сосед одарил его предупреждающим взглядом, глубоко вздохнул и произнёс:
— Ци Ван, советую тебе исчезнуть, пока я не вышел из себя.
Услышав это, Лян Цичэн пришёл в себя и перевёл взгляд на спутника Цинь Лина. Присмотревшись внимательнее, он вдруг просиял и быстро подбежал к Ци Вану.
— Ци Ван? Ты тот самый легендарный питчер из мира бейсбола?!
Сун Минсюань сидел рядом в полном недоумении — он никогда ещё не видел Лян Цичэна настолько взволнованным и восторженным.
— Это действительно старший Ци Ван!
Ци Ван равнодушно кивнул.
Стоявший неподалёку Цинь Лин лишь тяжело вздохнул и сокрушённо покачал головой.
Бейсбольный клуб был в некотором роде домом Цинь Лина, поэтому он просто решил оставить Лян Цичэна и Сун Минсюаня поужинать вместе с ними, а Ци Ван наотрез отказался уходить и увязался следом.
Оповестив Ван Юймэй, Лян Цичэн и Сун Минсюань остались в клубе.
Из кухни доносились звуки шипения жарящихся блюд и аппетитные ароматы, а неподалёку за столом Сун Минсюань поправлял лежащие перед ним палочки и ложки. От скуки он бросил взгляд на сидевшего рядом парня, который подпёр рукой голову, опершись локтем на светлую деревянную столешницу.
Проследив за сосредоточенным взглядом Лян Цичэна, Сун Минсюань заметил два силуэта, смутно проступавших сквозь тюлевую занавеску: их ноги внизу соприкасались практически без малейшего зазора.
Стоило правому сместиться хоть на сантиметр, как левый тут же подавался за ним следом.
Навострив уши, можно было даже разобрать обрывки недовольного ворчания Цинь Лина.
— О чём ты думаешь?
Лян Цичэн уже было открыл рот, но, видимо, вспомнив что-то, вдруг подался ближе к Сун Минсюаню и понизил голос:
— Ты же не знаешь, этот Ци Ван когда-то был настоящей звездой бейсбола, их вместе со старшим товарищем по секции Цинь Юем называли легендами, но во время одного из международных чемпионатов вдруг всплыло...
На полуслове Лян Цичэн покосился в сторону кухни, ещё тише понизил голос и продолжил:
— Что Цинь Юй принимал допинг.
Сун Минсюань, чей разум только что затуманился от налетевшего аромата свежего мыла, не до конца уловил суть слов.
Но стоило ему услышать про допинг, как мысли мгновенно вернулись в реальность.
Он повернулся к сидевшему рядом парню, но Лян Цичэн прижал его голову рукой, заставляя слушать дальше:
— Тогда Цинь Юя дисквалифицировали на пять лет, но после окончания срока он просто исчез, никто не мог его отыскать. Всю информацию о матчах с участием Цинь Юя в сети подчистили и замазали, да и Ци Ван после этого стал всё реже выходить на поле.
— Ты что, подозреваешь тренера Цинь...
Не успел он договорить, как занавеска откинулась. Цинь Лин нёс дымящиеся блюда и застал сидевших напротив Лян Цичэна и Сун Минсюаня за оживлённым шепотком.
Замерев на секунду, они тут же расплылись в улыбках, а Цинь Лин бодро объявил:
— Заждались? А вот и еда подоспела!
Следом за ним шёл Ци Ван, в руках у него тоже было горячее.
Цинь Лин боялся этого пуще всего на свете, но Ци Wang всё же столкнулся с мальчишками лицом к лицу, да ещё и уселся за один стол. Теперь оставалось лишь молиться, чтобы Ци Ван не брякнул лишнего...
— Тренер Цинь, а как вы познакомились со старшим Ци Ваном?
http://bllate.org/book/30841/3760311
Готово:
