Говоря по правде, старая кушетка в комнате отдыха оказалась не такой уж удобной. Но Мин Росин все равно спал глубоким сном и даже, прикорнув, успел увидеть сон.
В этом сне Нага, полный сил, спрыгнул с операционного стола и так же бодро вернулся в квартиру. Мин Росин шел следом за ним, наблюдая, как тот открывает дверь. Гостиная была завалена элитным кошачьим кормом, избалованный белый кот давно забыл о своем прежнем хозяине, а та стопка постыдных журналов была намеренно положена на самое видное место.
Затем Нага обернулся и повалил Мин Росина на диван.
— Сяо Мин, Сяо Мин!
Кто-то звал его по имени и тряс за плечо.
— Мин Росин!
Сон лопнул, словно мыльный пузырь. Мин Росин с тоской открыл глаза и увидел перед собой Шэнь Дули.
Было десять часов вечера, предварительная диагностика и экстренная операция наконец завершились. Хотя время посещений давно вышло, Шэнь Дули сдержал свое слово и позволил Мин Росину взглянуть на пациента через стекло, прежде чем тот покинет больницу.
По пути из отделения в реанимацию Шэнь Дули кратко обрисовал состояние Наги: бесчисленные внешние повреждения по всему телу. Самые серьезные — ножевые ранения спины, обширная потеря кожи на плече и разрыв ахиллова сухожилия на правой ноге. Было шесть переломов, два из которых уже начали срастаться неправильно. Множественные повреждения внутренних органов, большая кровопотеря, при этом уровень лейкоцитов в крови пугающе высок, а также сотрясение мозга и черепно-мозговые травмы.
Хотя ни одно из этих ранений само по себе не было смертельным, тот факт, что Нага умудрился выжить после месяца заточения, можно было назвать не иначе как чудом.
Когда этот поток жутких подробностей иссяк, они наконец остановились перед дверью палаты интенсивной терапии.
Еще раньше Управление безопасности полулюдей прислало охранников, которые дежурили у входа посменно. Мин Росин кивнул им и вошел в дежурную комнату. Через одностороннее стекло панорама реанимации была как на ладони, а койка Наги находилась совсем рядом.
Щетина, отросшая за месяц, была начисто сбрита. На осунувшемся лице виднелась кислородная маска, в ноздри была вставлена трубка для кормления. Все остальное тело скрывалось под тонким одеялом.
— Дальше нам предстоит заняться исправлением костей, пересадкой кожи и операцией на ахилловом сухожилии, — тихо сказал Шэнь Дули. — Потребуется довольно длительный период восстановления.
Взгляд Мин Росина не отрывался от окна.
— Он сможет полностью поправиться?
Шэнь Дули не ответил на этот вопрос, лишь похлопал Мин Росина по плечу.
— Все, тебе пора идти. Приходи завтра в часы посещений, он никуда не денется.
Выйдя из реанимации, Шэнь Дули проводил Мин Росина до самого входа в больницу. Снаружи простиралась довольно широкая дорога; в этот час поток прохожих уже редел, становилось пусто и зябко.
Они попрощались у ворот. Перед самым уходом Мин Росин, о чем-то задумавшись, низко поклонился Шэнь Дули.
— Тогда в дальнейшем вся нагрузка ляжет на вас.
— О чем ты говоришь, это ведь моя прямая обязанность.
Шэнь Дули на мгновение опешил, помолчал, а потом горько усмехнулся.
— ...Этот парень, он для тебя действительно так много значит?
В тусклом свете уличных фонарей выражение лица Мин Росина было трудно разобрать, но его слова звучали твердо и отчетливо.
— Я слишком долго искал его, чтобы снова потерять.
Перед ними остановилось такси, из которого поспешно выбрался пациент, прибывший на прием. Шэнь Дули услужливо открыл для Мин Росина заднюю дверь машины.
— Сегодня ночью погода испортится, не задерживайся, поезжай домой.
— Угу.
— ...Может, как-нибудь выпьем по случаю?
— Хорошо.
Мин Росин кивнул и юркнул в салон.
Поездка от больницы до квартиры Управления безопасности заняла всего пятнадцать минут. И все же, когда Мин Росин вышел из такси, уже было около одиннадцати вечера.
Обычно в это время белый кот уже носился по саду, зазывая дружков. Однако сегодня Мин Росин ушел с самого утра, а вечером дежурил в больнице и совсем забыл покормить зверька. Как только раздался зуммер замка, из глубины квартиры донеслось крайне недовольное мяуканье.
Мин Росин невольно ответил парой звуков, открыл дверь и увидел белого кота, который сидел в прихожей с мрачным видом.
— Прости, сегодня я совсем забыл про тебя, — искренне извинился Мин Росин. — Давай я дам тебе добавки, а?
С этими словами он прошел на кухню, которая уже давно стала личной кладовой кота, достал четыре консервные банки и вывалил содержимое в миску.
В последний раз такая роскошь была месяц назад, в тот самый день, когда Нага ушел.
Это был изнурительный месяц.
Белый кот, уткнувшись носом в миску, издавал ритмичное чавканье. Мин Росин присел рядом, погладил его по шерсти и начал говорить сам с собой:
— Твой хозяин вернулся. Правда, он пока не может прийти к тебе, так что поживешь это время со мной. А потом я спрошу, можно ли будет взять тебя с собой к нему.
Белый кот жадно доел содержимое четырех банок и принялся неспешно умываться, вылизывая лапки. Мин Росин попытался воспользоваться моментом и взять его на руки, но тот ловко увернулся. Вильнув хвостом, кот рванул обратно к прихожей.
— Эй, — Мин Росин попытался остановить его, — не уходи сегодня ночью, погода переменится.
Раздался щелчок: белый кот пролез через дверцу, хотя это и потребовалось чуть больше усилий, чем обычно, и бесшумно растворился в темноте коридора.
Наведя порядок там, где похозяйничал кот, Мин Росин вернулся в свою комнату, когда стрелки часов перевалили за полночь. Завтра, нет, уже сегодня утром нужно вернуться в Управление, чтобы написать отчет о ходе операции, да и куча других дел требует завершения.
Интересно, успешно ли прошло преследование заложников? Надеюсь, в этот раз удастся одним махом уничтожить остатки «Химеры».
Мыслей становилось все больше, но мозг работал все медленнее. Затяжное переутомление нельзя было компенсировать несколькими часами дневного сна — решив сделать себе поблажку, Мин Росин перестал забивать голову лишним, принял душ, выпил теплого молока и лег в постель.
Ночь прошла беспросветно и без сновидений.
Восемь утра следующего дня. Мин Росина разбудил телефонный звонок от Шэнь Дули.
Тот лишь коротко сообщил, что состояние Наги резко ухудшилось, но подробности по телефону объяснить не смог, попросив как можно скорее приехать в больницу.
Сонливость улетучилась в одно мгновение. Мин Росин оделся и умылся со скоростью, которой не видел даже в полицейской академии, спустился вниз, сел в машину и помчался в больницу. Всего через пятнадцать минут он уже стоял у палаты интенсивной терапии.
Охранника, дежурившего вчера ночью, уже не было. В пустом коридоре лишь уборщик мыл пол дезинфицирующим раствором. Мин Росин растерянно озирался по сторонам, но вскоре увидел идущего со стороны стационара Шэнь Дули.
Если посчитать время, Шэнь Дули уже должен был закончить смену и отдыхать, поэтому сам его вид был дурным предзнаменованием. Но известие, которое Мин Росин услышал следом, превзошло самые страшные ожидания.
— Прости, вчера я кое-что от тебя скрыл. На самом деле у Наги есть еще одна, самая серьезная проблема... «Химера» проводила на нем эксперименты по модификации.
— Эксперименты?!
Сердце Мин Росина болезненно сжалось и, казалось, перестало биться.
Как он мог забыть об этом? Одно из самых позорных преступлений «Химеры» — похищение полулюдей разных уровней для проведения экспериментов над телом. Шрамы на голове и теле Наги говорили о том, что он не раз становился объектом медицинских исследований... Что эти демоны сотворили с его телом?!
— Они провели экспериментальную очистку его генов получеловека.
Шэнь Дули озвучил ответ, который Мин Росин меньше всего хотел услышать.
— Два его гена получеловека S-уровня были практически полностью заменены на гены других видов уровня C.
Очистка путем замены генов — это главная цель всех исследований «Химеры». Доктрина, которую проповедовала эта организация с самого начала, заключалась в устранении естественного неравенства между полулюдьми. Чтобы достичь этой цели, они решили прибегнуть к экстремальным и безумным мерам: постоянно похищать полулюдей и с помощью ряда сложных, жутких операций подменять гены разных видов.
На самом деле эти операции были совершенно не отработаны. Восемьдесят процентов невинных полулюдей, похищенных для экспериментов, погибали в муках через короткое время. Оставшиеся двадцать процентов оставались глубокими инвалидами, парализованными или утратившими сознание — участь хуже смерти.
— ...Что с Нагой сейчас?!
Хотя надежды почти не осталось, Мин Росин настаивал на том, чтобы узнать правду до конца.
— Ты должен успокоиться.
Шэнь Дули глубоко вдохнул, протянул руку и слегка надавил ему на плечо.
— Сегодня около пяти утра состояние Наги резко ухудшилось. Реанимационные мероприятия не помогли. В пять двадцать пять он скончался.
— Умер...
В голове Мин Росина снова загудело, логическое мышление окончательно рассыпалось, и он лишь смотрел перед собой широко открытыми глазами, словно беззащитный невинный юноша.
— Где он?!
— Сейчас он, должно быть, еще в морге.
Шэнь Дули вынужден был выложить остальное:
— Но из-за внезапной мутации перед смертью тело уже не подходит для прощания.
— Я должен увидеть его!
Мин Росин словно не слышал его. Он повернулся, чтобы посмотреть на план больницы на стене, а через мгновение снова уставился на Шэнь Дули.
— Где морг? Веди меня туда!
— Боюсь, люди из Научно-исследовательского института уже пришли забирать тело, они не позволят тебе вмешаться.
— Веди меня, остальное я придумаю сам!
— Сяо Мин, не надо...
У Шэнь Дули закончились аргументы. Он начал беспокойно оглядываться по сторонам, явно ища помощи у кого-то еще.
Этот явный отказ поверг Мин Росина в отчаяние, в глубине души словно разверзлась черная дыра, пожирающая его рассудок.
— Я только вчера своими руками нашел его. Неужели... неужели нельзя даже узнать, как он умер?!
Шэнь Дули молчал. Как раз в этот момент в конце коридора показался охранник. Увидев взволнованного Мин Росина, он решил, что возник конфликт между врачом и посетителем, и зашагал быстрее.
— Сэр, в чем дело?
— Где морг? — набросился на него Мин Росин. — Он здесь, в подвале этого здания?
Охранник в недоумении уставился на него, затем перевел взгляд на нахмурившегося Шэнь Дули и, сопоставив факты, решил, что Мин Росин пришел сюда устраивать беспорядки. Он отступил на полшага и потянулся к дубинке на поясе.
Именно в этот момент неподалеку раздался властный голос:
— Мин Росин!
Мин Росин вздрогнул и обернулся. У лифта, недалеко от них, стояли его старший брат Мин Рочэнь и У Фэй.
http://bllate.org/book/30800/3755780
Готово:
