По вопросу обмена заложника в этот день проектная группа провела трехчасовое закрытое совещание.
Аргументы против обмена казались весьма весомыми: «не вести переговоры с террористами» — основополагающий принцип многих стран и организаций. Стоит лишь раз пойти на уступки, как противник наверняка продолжит захватывать людей, чтобы использовать их в качестве рычага давления.
Кроме того, методы обращения «Химеры» с заложниками пользуются дурной славой. На видеозаписях на голове Наги видны следы, подозрительно напоминающие хирургические шрамы — это говорит о том, что «Химера» уже использовала его для экспериментов. Исходя из этого, даже в случае успешного спасения вероятность того, что он выживет, составляет менее двадцати процентов. Можно сказать, что попытка вызволить его — почти безнадежное дело.
Что касается самого Наги, то он, возможно, прекрасно понимал, что шансы на спасение ничтожны, поэтому и намекнул организации оставить его. Он сирота, семьи не завел, так что даже в случае его гибели ущерб для общества будет минимальным.
С другой стороны, такой обмен без гарантий третьей стороны изначально несет в себе высокую степень неопределенности. Если из-за спасения одного человека пострадает еще больше полицейских, не будет ли это игрой, в которой потери превышают выигрыш?
Однако нашлось немало и тех, кто не желал бросать Нагу.
Наиболее эмоционально настроенным был непосредственный начальник Наги. В свое время он сразу выделил этого талантливого парня, лично курировал его с полицейской академии и привел в Управление безопасности полулюдей. Он считал, что обменять Нагу на того шпиона из Департамента технологий — вполне равноценная сделка.
Его поддержал и руководитель Научно-исследовательского института. Его точка зрения состояла в том, что большую часть текущей информации и улик удалось получить именно из того зашифрованного чемодана. Если бы Нага не рискнул собой, тыловая работа не продвигалась бы столь стремительно. Даже если передать шпиона Департамента технологий обратно «Химере», для нашей стороны это все равно останется крайне выгодным обменом.
Многие высказывали свое мнение по очереди. Когда очередь дошла до конца длинного стола, председательствовавший на совещании заместитель начальника управления перевел взгляд на Мин Росина.
— Сяо Мин, ты служишь с Нагой одного призыва, вас вечно сравнивают друг с другом. Ну же, выскажи свое мнение.
Почувствовав на себе направленные взгляды, Мин Росин глубоко вздохнул и отложил шариковую ручку на стол.
— Нагу нужно спасти. И это обязательно нужно сделать.
Понимая, что пути назад нет, он знал, что должен высказаться громко и уверенно, будь то здравые доводы или спорные утверждения.
— Аргумент о недопустимости переговоров с террористами лишь на поверхности основан на опасениях, что они войдут во вкус и станут захватывать еще больше людей ради выкупа. По сути же, это означает отсутствие уверенности в том, что мы сможем нанести им сокрушительный удар до того, как они совершат новые преступления. Благодаря проведенной в прошлом месяце внезапной операции, ядро вооруженных сил «Химеры» на территории нашей страны в основном разгромлено. Хотя часть сил и скрылась, большая их часть — это научные сотрудники организации... Короче говоря, полное искоренение остатков «Химеры» — лишь вопрос времени. Если принести в жертву отличного офицера лишь из-за временной разницы в несколько месяцев, я считаю это огромной и совершенно неоправданной потерей.
Сделав паузу, он четко и спокойно подчеркнул главное:
— Говоря проще, пока мы способны гарантировать быстрое и полное уничтожение китайского филиала «Химеры», обмен заложника не является проблемой. Скажу вещь, которая может показаться неуместной: если захват заложников повторится, виновато будет не решение об обмене Наги, а то, что наши действия оказались недостаточно быстрыми и решительными, а сила удара — недостаточной.
— Похоже, вы с ним вовсе не такие враги, как говорят снаружи.
Начальник, сидевший во главе стола, находился на другом конце, и с места Мин Росина его выражение лица было не разобрать. В задних рядах, где сидели наблюдатели, послышались сдавленные смешки, и Мин Росин неестественно кашлянул.
— Возможно, я слишком самонадеян, но все это время я усердно собирал информацию, отчасти надеясь, что... если возникнет подобная ситуация, мы хотя бы не окажемся в столь пассивном положении.
— Похоже, у нас сложилось четкое видение ситуации. Пришло время принимать решение.
Начальник кивнул, знаками отпуская наблюдателей, и оставил лишь немногих доверенных лиц, имевших право голоса.
Час спустя штаб проектной группы официально отдал приказ о подготовке к тайному обмену заложника.
***
В пять часов вечера Мин Росин постучал в деревянную дверь кабинета 1101 в главном здании Управления безопасности полулюдей.
Просторное помещение было устлано ковром с длинным ворсом, у окна стояли высокие зеленые растения, а больше всего внимание привлекали стеллаж во всю стену и массивный письменный стол из цельного дерева.
Хозяин кабинета сидел за этим столом. Это был солидный мужчина лет тридцати пяти. Его черты лица напоминали Мин Росина, но в нем было больше властности, от него исходило невольное ощущение силы.
Мин Росин быстро подошел к мужчине и вытянулся по стойке смирно.
— Пожалуйста, отправьте меня на этот обмен, — начал он без обиняков. — Я гарантирую, что успешно выполню задание.
Мужчина, словно ожидавший этого, был сосредоточен на разборе бумаг и даже не поднял головы.
— Почему ты не обратился к главе вашего комитета? Он — ответственный за выполнение задач проектной группы.
— Если я сначала заручусь твоей поддержкой, а потом пойду убеждать председателя Чэня, шансов будет гораздо больше.
— С какой стати я должен тебя поддерживать? — мужчина наконец мельком взглянул на него. — Назови пять причин.
— Причина первая: как офицер-аналитик, я сопровождал это дело с самого начала и владею всей полнотой информации.
— Причина вторая: у меня отличные навыки. В ежегодных соревнованиях управления я стабильно вхожу в десятку лучших по всем дисциплинам, обладаю навыками самообороны и спасения других.
— Причина третья: я умею общаться и работать в команде, имею опыт полевого руководства, работа «в полях» для меня не проблема.
— Причина четвертая: того шпиона, которого «Химера» хочет выкупить, вывела на чистую воду именно моя группа. Я прекрасно осведомлен о его ситуации, что поможет мне адаптироваться на месте.
На этом он сделал паузу, словно тщательно подбирая слова:
— Причина пятая: у меня с Нагой есть старые счеты. Сейчас нет никого, кто хотел бы вытащить его оттуда живым больше, чем я.
Закончив перечислять причины, он сделал глубокий вдох, ожидая вердикта.
Мужчина наконец отложил документы, но тон его остался сухим.
— Какие у тебя с ним могут быть счеты?
— Это личное.
— Сейчас я спрашиваю тебя как старший брат.
Мужчина, а именно Мин Рочэнь, старший брат Мин Росина, слегка повысил голос. Будучи братьями-полулюдьми из семейства кошачьих, они обладали поразительно схожей интуицией и упрямством.
Мин Росин уже собирался сочинить ложь, но внезапно его опередил мягкий голос:
— У братьев не могут быть совсем уж нет секретов. Первых четырех причин, приведенных Сяо Сином, вполне достаточно для дела, не так ли?
Братья одновременно обернулись к двери. Вошел учтивый и элегантный мужчина.
Мин Росин был родным братом Мин Рочэня, поэтому мог входить без записи, но человек, которому не требовалось ни записи, ни даже стука во всем Управлении безопасности полулюдей, был только один.
Это было абсолютное доверие, заработанное более чем двадцатью годами дружбы.
— Пора?
Мин Рочэнь взглянул на часы и начал собирать вещи. После работы, если не было других дел, они с У Фэем иногда заглядывали в частный клуб в городе — тайное королевство молодых чиновников-полулюдей, где те обменивались новостями.
Но сегодня, до получения удовлетворительного ответа, его младший брат явно не собирался его отпускать.
— Брат, я ответил на все твои вопросы, пообещай, что поможешь мне добиться своего!
— Да что тут добиваться?
Упрямство брата начало раздражать Мин Рочэня.
— Обмен заложников — это всегда неблагодарная работа. Не говоря уже о рисках и цене, даже если все пройдет гладко, найдутся те, кто усомнится в необходимости обмена. Зачем тебе лезть в это мутное дело? Эффективность крайне низка.
— Эффективность?
Мин Росин уловил это режущее слух слово.
— Если бы сейчас похитили Брата Фэя, ты бы пошел его спасать?
У Фэй, невольно ставший мишенью, тихо произнес «ой» и вполне естественно перевел взгляд на Мин Рочэня.
Ощущение, когда на тебя смотрят двое, было не из приятных. Упрямый мужчина немного помолчал, затем взмахнул рукой.
— Я понял. Иди назад и жди новостей.
— Брат...
Мин Росин хотел было зайти дальше, но Мин Рочэнь внезапно сверкнул глазами, и мощное давление в одно мгновение обрушилось на младшего брата.
Это был взгляд абсолютного диктатора, не допускающий никаких возражений.
Торгу больше не было места.
— Понял. Тогда надеюсь на тебя.
Шаги Мин Росина быстро удалились и затихли в конце коридора.
— А так ли это хорошо?
У Фэй закрыл за ним дверь и снова подошел к столу: — Ты не сможешь вечно оберегать его в стенах офиса Управления.
— Разве я к этому стремлюсь?
Мин Рочэнь уложил последний документ в сумку и достал две золотые запонки, прикрепив их на манжеты. На них был изображен герб семьи Мин — азиатский тигр с глазами-рубинами.
— Кошка всегда остается кошкой. Я просто хочу дать ему подобающую тренировку, ни больше ни меньше.
— Это мысли старшего брата? — У Фэй помог ему застегнуть левую запонку. — Или презрение тигра к кошке?
— Ты думаешь, я его презираю?
— Если смотреть со стороны, Сяо Син действительно талантлив. Кабинетная работа комитета, может, и стабильна, но она губит его способности. Такого молодого человека невозможно удержать взаперти.
Запонки были застегнуты, У Фэй поправил вторую, а затем подал пиджак.
Видя, как он хлопочет о нем, Мин Рочэнь наконец смягчился.
— Разве у них с тем Нагой отношения всегда не были плохими?
— Плохие или хорошие — не всегда определяется тем, что говорят вслух. Неужели ты до сих пор не знаешь, насколько твой родной брат бывает колючим?
— ...Иногда мне кажется, что ты больше похож на его брата.
— Есть вещи, которые родным братьям порой не разглядеть.
У Фэй наблюдал, как Мин Рочэнь встал, надел пиджак и сделал пару шагов, чтобы открыть дверь. Когда мужчина проходил мимо, он подытожил их разговор:
— Дай ему шанс, и ты будешь им гордиться.
***
На следующее утро в десять часов Мин Росин получил приказ о назначении на должность главного переговорщика по обмену заложника. До назначенного «Химерой» времени оставалось менее сорока восьми часов.
Ситуация была критической, и все участники операции по спасению должны были работать на пределе возможностей.
А для Мин Росина это означало, что до возвращения Наги домой осталось всего два дня.
* * *
Автор хочет сказать:
Да, старший брат — азиатский тигр, а младший — длинношерстный дворовый кот.
Что касается того, как братья могут быть разных видов: каждый получеловек обладает генами нескольких животных, поэтому при рождении детей гены выбираются случайным образом из этого набора (да, это полнейший бред).
В следующей главе Сяо Мин будет крут.
http://bllate.org/book/30800/3755777
Готово:
