— Господин Исылю, давно не виделись.
Перед глазами внезапно возникло огромное, покрытое морщинами мясистое лицо. Чжунли Цинъяо от неожиданности вздрогнул всем телом и попятился назад, но Исылю вовремя подхватил его, позволив удержать равновесие.
— Толстяк, лет пятьдесят прошло, не меньше? — Исылю сохранял полное спокойствие, а в уголках его губ заиграла легкая улыбка.
Толстый старикан, которому на вид было лет восемьдесят, радостно рассмеялся. Его щеки, отяжелевшие от жира, поползли вниз, из-за чего шея вовсе исчезла из виду.
— Господин Исылю, вы и господин Баба совсем не изменились, — проговорил толстяк. — Я каждый день приходил сюда и ждал вас.
Выражение лица Исылю едва заметно переменилось. Тут толстяк словно что-то вспомнил: он внимательно, в течение долгого времени, рассматривал Чжунли Цинъяо, а затем снова перевел взгляд на Исылю.
Исылю нахмурился, не став отвечать на реплику толстяка, и вместо этого спросил:
— Транспорт, чтобы покинуть Каменный Лес, готов?
Толстяк закивал и поспешно повел Исылю к выходу из Каменного Леса:
— Я пригнал машину, прошу, пройдемте сюда.
— Пойдем. — Проходя мимо Чжунли Цинъяо, Исылю остановился и окликнул остолбеневшего юношу: — Не отвлекайся.
Чжунли Цинъяо ответил:
— Слушаюсь, — и прибавил шагу, догоняя Исылю и толстяка.
Неизвестно, было ли это следствием утренних потрясений, но Чжунли Цинъяо не покидало ощущение, что голова стала словно чугунной, и он упустил какую-то важную деталь.
Толстяк пригнал самый дорогой импортный автомобиль из тех, что были сейчас в ходу. Оказавшись в салоне, Чжунли Цинъяо невольно проникся к нему глубоким уважением.
— Господин Исылю, в термосе на заднем сиденье есть еда, которую я подготовил. Попробуйте, пожалуйста.
Чжунли Цинъяо, сидевший рядом на заднем сиденье, тут же впился взглядом в термос. Исылю помедлил, затем аккуратно открыл крышку и достал оттуда пирожное с желтковой начинкой.
Чжунли Цинъяо поначалу не чувствовал голода, но, едва уловив аромат, исходящий от термоса, тут же ощутил, как у него заурчало в животе. Исылю бросил взгляд на сияющего от нетерпения Чжунли Цинъяо, с легкой досадой усмехнулся и протянул ему пирожное.
Чжунли Цинъяо в крайнем изумлении принял подарок и спросил:
— Господин, вы не будете?
Исылю покачал головой:
— Я не голоден.
Услышав это, Чжунли Цинъяо уже открыл рот, собираясь проглотить пирожное целиком, но вдруг заметил в зеркале заднего вида, что толстяк пристально смотрит на него. Смутившись, он закрыл рот и осторожно спросил:
— Господин, позвольте узнать, можно ли мне съесть одно пирожное?
Толстяк вздрогнул, тут же сосредоточился на дороге и дрожащим голосом произнес:
— Что вы, не стоит такой вежливости! Все, что лежит в термосе, вы можете есть, если вам нравится.
Только после этого Чжунли Цинъяо со спокойной душой отправил пирожное в рот. Он раскусил хрустящую корочку, и нежный желток растекся по языку, оставляя долгое, восхитительно вкусное послевкусие.
— Господин, вы, должно быть, повар! — не сдержал восторга Чжунли Цинъяо. — Это пирожное просто бесподобно!
Толстяк рассмеялся:
— В свое время господин Фэн угостил меня выпечкой, которую приготовила госпожа Шии. Когда я впервые попробовал ее, я вел себя точно так же, как вы. Поэтому я упросил госпожу Шии написать для меня секретный рецепт. За эти десятилетия я неоднократно практиковался и не ожидал, что у меня действительно получится повторить тот самый вкус.
Исылю, до этого смотревший в окно, едва заметно приподнял бровь:
— Вкус похож на тот, что у выпечки Шии?
Толстяк кивнул:
— Именно так, господин Исылю.
Чжунли Цинъяо увидел, что Исылю проявил интерес к лакомству, и поспешно достал из термоса еще одно пирожное:
— Господин, попробуйте.
Исылю пристально посмотрел на пирожное в руках у Чжунли Цинъяо и, немного поразмыслив, принял его обеими руками. Как раз когда Чжунли Цинъяо решил, что Исылю не станет есть, тот осторожно откусил кусочек.
Толстяк и Чжунли Цинъяо затаили дыхание, ожидая оценки. Исылю медленно жевал, тщательно смакуя вкус. Проглотив кусочек, он поднял взгляд на толстяка в зеркале заднего вида и сказал:
— Толстяк, благодарю тебя за труды. И правда, очень похоже на то, что делала Шии.
— Господин Исылю, о чем вы, какая благодарность? — Толстяк был вне себя от радости, его глаза заблестели от слез. — Главное, что вам нравится, лишь бы вам нравилось.
Исылю понимал: мастерство Шии постичь нелегко, и раз толстяку удалось достичь сходства на девять целых и девять десятых, значит, он вложил в это невероятно много сил.
За окном проносился Каменный Лес. Исылю время от времени замечал на камнях царапины или отпечатки следов — это были следы их с пятью Черными Воронами шалостей тех лет.
Казалось, пятьдесят лет пролетели в одно мгновение. Но для самого Исылю эти пятьдесят лет словно застыли на месте, пока автомобиль не выехал за пределы Каменного Леса…
Время Исылю наконец начало свой бег…
Глава 6. Клуб «Милю»
Толстяк не повез Исылю и Чжунли Цинъяо в чайный домик, о котором говорил юноша, а доставил их прямиком в самый известный элитный клуб Цзинду — Клуб «Милю».
Толстяк пояснил, что тот чайный домик сгорел в сильном пожаре еще полмесяца назад.
Исылю промолчал, лишь устремив взгляд в окно.
Огромные, покрытые золотой краской железные ворота были широко распахнуты — оставалось только табличку повесить с надписью «Добро пожаловать».
Машина въехала в ворота и остановилась у фонтана. Небо к тому времени уже начало темнеть.
— Господин Исылю. — Толстяк невесть откуда извлек кошелек с деньгами. Извиваясь всем своим тучным телом, он с трудом, поднеся обеими руками, протянул его Исылю. — Надеюсь, этих серебряных монет хватит вам на два-три дня пребывания в этом клубе. Если вам что-то понадобится, подайте прежний сигнал, и я снова пришлю вам все необходимое.
Чжунли Цинъяо сглотнул. Кошелек в руках толстяка выглядел увесистым, что лишь укрепило юношу в мысли, что этот толстяк — человек весьма влиятельный и уважаемый.
Исылю же оставался невозмутим. Он привычным жестом взял кошелек, открыл дверцу автомобиля и вытянул наружу длинную ногу.
— Господин Исылю! — окликнул толстяк Исылю, который уже наполовину выбрался из машины.
http://bllate.org/book/30787/3754094
Готово:
