Глава 11. За такую прямолинейность могут и съесть
После недолгого обсуждения они наконец решили, что пока на пиру царит суматоха из-за множества гостей, четвёрка будет действовать согласованно — изнутри и снаружи, чтобы вызволить Мастера.
Сунь Шантянь крепко обнял Му Цунжуна:
— Большое спасибо, брат Му.
Му Цунжун тоже воспылал энтузиазмом: он чувствовал, что наконец-то сможет проявить себя и совершить какое-то грандиозное, выдающееся дело.
— Вы уже наобнимались? — раздался голос Чу Цина.
Наконец они неохотно отстранились друг от друга.
— Брат Му, береги себя! — сказал Сунь Шантянь.
— Ещё увидимся, — с пафосом произнёс Му Цунжун.
Чу Цин терпеть не мог подобные сопливые сцены. С презрительным выражением лица он поморщился и зашагал вперёд сам по себе.
Му Цунжун догнал его, ухватил за рукав и с улыбкой попросил:
— Унеси меня отсюда на летучем мече.
Чу Цин холодно бросил:
— Так сильно рад?
Му Цунжун растерянно моргнул:
— А?
Ничего не ответив, Чу Цин схватил его за руку и легко оттолкнулся ногами от земли, взмывая вверх.
Скривившись, Му Цунжун взмолился:
— Держи меня покрепче!
С отвращением поморщившись, Чу Цин бросил:
— Не хочу до тебя дотрагиваться.
Му Цунжун покачивался из стороны в сторону, и стоило ему взглянуть вниз, как у него тут же закружилась голова. Ему не оставалось ничего другого, как снова обратиться за помощью:
— Бедро моё, мне страшно…
Чу Цин скривил губы и с крайне недовольным видом притянул его поближе к себе.
Прижавшись к нему, Му Цунжун чувствовал себя абсолютно счастливым и при одной мысли о спасательном плане приходил в неописуемое возбуждение.
Заметив это выражение лица, Чу Цин холодно произнёс:
— На этом расстанемся.
Обхватив его руками, Му Цунжун запротестовал:
— Только не это!
Чу Цин: «……»
— Куда ты пойдёшь без меня? — очень встревожился Му Цунжун.
У Чу Цина дёрнулся уголок брови.
— Ты же совсем один, одинокий и беспомощный, никого вокруг не знаешь…
Чу Цин прервал его:
— Я вернусь на Виллу Уми.
Му Цунжун удивился:
— Ты разве знаешь дорогу?
Чу Цин ответил:
— Пока нет.
Усмехнувшись, Му Цунжун предложил:
— Тогда побудь пока со мной здесь, сначала спасём святого монаха.
Чу Цин приподнял бровь.
— Дорогое бедро, неужели ты такой жадный? — с расстановкой произнёс Му Цунжун. — Между людьми должна быть любовь и взаимопонимание.
Холодно бросив, Чу Цин возразил:
— Он вообще-то не человек.
— Ты ещё и оскорбляешь их, — метко подметил Му Цунжун.
Чу Цин приподнял бровь:
— Какая у вас крепкая привязанность друг к другу.
Боясь, что его снова скинут вниз, Му Цунжун проглотил все хвалебные речи, которые собирался высказать, мёртвой хваткой вцепился в спутника, и все его многочисленные слова свелись к одной фразе:
— У них нет дурных намерений.
Чу Цин фыркнул.
— Раз уж всё равно делать нечего, поможем им? — осторожно зондировал почву Му Цунжун.
Чу Цин раздражённо бросил:
— Разве ты не сам всё решил?
Му Цунжун похлопал ресницами и прошептал ему на ухо:
— Ты ведёшь себя крайне ненормально~
Чу Цин приподнял бровь:
— Хочешь полететь вниз?
Поспешно затрясся головой, Му Цунжун льстиво произнёс:
— Идеальное бедро, я действительно не могу без тебя жить.
Чу Цин нахмурился:
— Заткнись.
Решив ковать железо, пока горячо, Му Цунжун предложил:
— Может, окажем им эту милость?
Чу Цин нехотя промычал:
— Мгм.
Му Цунжуну безумно хотелось поцеловать его в щеку, но, опасаясь превратиться в лепёшку, пришлось ограничиться меньшим — он потёмся о него бедром. Однако едва он закончил, как почувствовал, что в районе талии пусто, и его тело полетело вниз по отвесной траектории.
Мысленно Му Цунжун покрыл его трёхэтажным матом: почему даже потёмся нельзя?! К счастью, Чу Цин вовремя поймал его, и они оба плавно опустились на крышу.
Убедившись, что никого нет, они украдкой шмыгнули внутрь комнаты.
Толкнув дверь, они увидели сидящую в комнате изящную девушку в красном. Му Цунжун покрылся холодным потом и инстинктивно ухватил Чу Цина за руку.
Услышав звук открывающейся двери, девушка подняла голову, встала и поклонилась обоим:
— Здравствуйте, молодые господа.
Му Цунжун поздоровался:
— Привет, сестрёнка.
Чу Цин: «……»
— Куда это два молодых господина… — Девушка подняла глаза, но, заметив, что те держатся за руки, остолбенела и потеряла дар речи.
Проследив за её взглядом, Му Цунжун поспешно выпустил руку Чу Цина.
А Чу Цин с невозмутимым видом вытер руку о костюм Му Цунжуна.
Увидев эту сцену, девушка в красном не удержалась от тихого смешка.
— Мы тут выходили прогуляться, осмотреться, — произнёс Му Цунжун.
Девушка кивнула, её взгляд, казалось, намертво прилип к лицу Чу Цина. Её щёки слегка покраснели, и, посмотрев на него ещё немного, она сладко произнесла:
— Муж.
Чу Цин перевёл взгляд на Му Цунжуна.
Рассвирепевший Му Цунжун принялся яростно тыкать пальцем ему в спину: на что уставился?! Это тебя зовут!
Девушка стыдливо улыбнулась:
— Матушка сказала, что молодой господин собирается просить моей руки… — На полуслове она замолчала, словно ей было стыдно продолжать.
Чу Цин отрезал:
— Ничего подобного.
Поперхнувшись, Му Цунжун отвернулся и отчаянно засигнализировал ему глазами: мы же находимся в логове демонов, она — демоница, за такую прямолинейность нас могут и съесть!
Поддавшись на зрительные уговоры Му Цунжуна, Чу Цин был вынужден исправиться:
— Мой младший брат собирается жениться на той девушке в зелёном.
— А молодой господин? — поинтересовалась девушка в красном.
Чу Цин посмотрел на Му Цунжуна:
— Что скажешь?
Му Цунжун: «……»
Девушка тоже уставилась на Му Цунжуна.
Протянув руку, Му Цунжун потрепал Чу Цина по голове и с улыбкой произнёс:
— Назови меня старшим братом.
Чу Цин сузил глаза:
— Му Цунжун.
Девушка смотрела на них с полным непониманием.
Му Цунжуну пришлось объясниться перед ней:
— Родителей рядом нет, поэтому устройство личной жизни младшего брата, разумеется, беру на себя я, старший брат.
Девушка в красном преданно смотрела на Му Цунжуна, точно старая дева за тридцать, которая никак не может выйти замуж, смотрит на бога брака.
Улыбнувшись Чу Цину, Му Цунжун потребовал:
— Назови меня старшим братом.
Нахмурившись и почернев лицом, Чу Цин наконец уступил:
— Мгм.
Не желая останавливаться на достигнутом, Му Цунжун продолжил гнуть свою линию:
— Мгм?
Холодно глядя на него, Чу Цин молчал.
Девушка в красном снова запуталась, но теперь сама обратилась к Му Цунжуну:
— Тогда… старший брат?
Сказав это, она опустила голову.
Му Цунжун вздохнул:
— К сожалению, карманы у нас пустые, а что касается свадебных подарков…
— Ничего страшного, — щёки девушки покраснели ещё сильнее.
— Тогда возвращайся в свои покои и со спокойным сердцем жди свадьбы, — Му Цунжун подмигнул ей. — Помни, до свадьбы видеться нельзя.
Девушка в красном бросила быстрый взгляд на Чу Цина.
Понизив голос, Му Цунжун шепнул ей:
— Мой младший брат просто ужасно застенчив.
Залившаяся краской девушка ещё раз взглянула на Чу Цина и поспешно закрыла за собой дверь, удалившись.
Шаги затихли вдалеке, и Му Цунжун, больше не сдерживаясь, разразился хохотом.
Чу Цин холодно бросил на него взгляд, пытаясь напомнить о том, что только что произошло.
Му Цунжун даже не подумал принять это всерьёз и всё так же скалился:
— Дорогое бедро, твоё обаяние просто непобедимо.
— Какая же она забавная! — Му Цунжун смеялся так, что не мог перевести дыхание.
Прямо намекая, Чу Цин произнёс:
— Как ты только что велел мне тебя назвать?
Улыбка на лице Му Цунжуна застыла.
Подойдя к нему вплотную, Чу Цин прищурился:
— Мгм?
Му Цунжун мгновенно разучился улыбаться.
Холодным тоном Чу Цин спросил:
— Весело?
Му Цунжун помотал головой.
— Разве ты только что не смеялся от души? — Чу Цин наклонился к нему, в его глазах блеснул опасный свет.
Внезапно у Му Цунжуна появилось недоброе предчувствие: он невольно вспомнил, как Чу Цин тогда ткнул его в спину, отчего он чуть не умер со смеху.
— Тебе нельзя воздействовать на мою точку смеха, — с укором запротестовал Му Цунжун.
На секунду замолчав, Чу Цин изогнул губы:
— Оказывается, ты этого боишься.
Голос Му Цунжуна звучал так, будто он был готов зарыдать:
— Нельзя же так намеренно злить людей!
Чу Цин оставил это без комментариев.
— Бедро моё~ — жалобно протянул Му Цунжун.
Схватив его за подбородок, Чу Цин явно не собирался вестись на эти трюки.
— Бедро, нельзя же постоянно использовать этот приём~ — Му Цунжун принял уязвимый и жалостливый вид.
Чу Цин прищурился.
Повесив нос, Му Цунжун признал поражение:
— Бедро, я был неправ.
— Братик~ — словно сломавшись окончательно, сдался Му Цунжун.
Чу Цин замер.
Заметив эффект, Му Цунжун продолжил:
— Старший брат~
Чу Цин растерялся, к тому же мочки его ушей слегка покраснели.
Получив ободрение, Му Цунжун пропел мягким голоском:
— Братец Цин~
Едва последний слог сорвался с губ, Му Цунжун расхохотался во весь голос. Зажав живот руками, он не мог остановиться:
— Ха-ха-ха… Чу Цин… ха-ха-ха… я виноват… я больше не буду… не буду над тобой подшучивать… ха-ха-ха-ха…
Увлёкшись смехом, Му Цунжун утёр выступившие слёзы и совершенно не заметил, как у Чу Цин покраснели до состояния жара мочки ушей.
Сочтя, что с него хватит, Чу Цин легко ткнул его в спину, и Му Цунжун наконец перестал смеяться.
Ещё какое-то время он не мог отдышаться, отсмеявшись до икоты. Уголки его глаз слегка увлажнились, веки покраснели, и даже нос стал алым.
В груди Чу Цина бушевало необъяснимое волнение, и он заставил себя отвести взгляд.
Свирепо глянув на него, Му Цунжун злобно бросил:
— Мы больше не друзья!
Вид этого человека напоминал маленького зверька, который явно не способен победить противника, но всё равно ощетинился и выглядит грозно. Чу Цин вдруг захотел жестоко поиздеваться над ним, довести до слёз, разозлить так, чтобы успокоить его мог только он сам…
Испугавшись собственных мыслей, Чу Цин закрыл глаза и стал регулировать дыхание, изо всех сил стараясь успокоиться.
— Чего молчишь? — увидев его состояние, Му Цунжун почувствовал себя ещё более правым. — Понял, что поступил неправильно?
— Чувствуешь угрызения совести? — продолжил наседать Му Цунжун.
Тяжело фыркнув, он добавил:
— Всё равно этот молодой господин тебя не простит.
Заметив, что тот по-прежнему никак не реагирует, Му Цунжун внезапно озарило: решив немного попугать спутника, он затаил дыхание, сосредоточился и тихонько приблизился к нему.
Вокруг внезапно стихло. Чу Цин открыл глаза и обнаружил, что лицо Му Цунжуна находится в опасной близости.
Даже не пытаясь отстраниться, Чу Цин поинтересовался:
— Что такое? — Его тон звучал совершенно ровно — настолько ровно, что выдавать внутреннее волнение было уже нечему.
И тут Му Цунжун, как назло, струсил. Опустив взгляд на его плотно сжатые губы, он сглотнул слюну, затем посмотрел прямо ему в глаза и чеканно произнёс:
— Ты ещё передо мной не извинился.
Протянув руку, Чу Цин положил её Му Цунжуну на голову и не удержался от того, чтобы слегка прижать её. Такой глупый, а ещё требует извинений!
В особняке били в гонги и барабаны, шум стоял в несколько раз сильнее обычного. Забравшись на дерево, Му Цунжун наблюдал за бесконечным потоком гостей и гадал, какие же именно разновидности ёкаев здесь собрались.
— А вон тот так и не спрятал хвост, — увлечённо комментировал Му Цунжун. — Ой, смотри, а вон тот, кажется, волк…
Не желая тратить на него время, Чу Цин спрыгнул с дерева и направился к тайной комнате.
Му Цунжун был вынужден последовать за ним.
Старшая госпожа и девицы были заняты приёмом гостей в парадном дворе, так что во внутреннем дворе царило необытимое запустение. Добравшись до тайной комнаты гораздо быстрее, чем в прошлый раз, они зашли внутрь и обнаружили, что там абсолютно пусто.
Окинув взглядом всё вокруг, Му Цунжун предположил:
— Неужели его уже съели?
Они обыскали каждый уголок особняка, не пропустив даже самые отдаленные щели, но Мастера так и не нашли.
Во дворе девушка в фиолетовом в панике металась из стороны в сторону. Заметив завернувших за угол двоих, она бросилась к ним, словно к спасителям, и испуганно выпалила:
— Беда! Тот красивый монах пропал!
http://bllate.org/book/30785/3753933
Готово:
