Под полуугрожающим и полупугающим взглядом Чу Цина Му Цунжун, преисполненный унижения, взял тряпку и принялся мыть пол.
Чу Цин сидел за столом, лениво перелистывая книгу, бросил на него косой взгляд и обронил:
— Вытри начисто.
Му Цунжун огрызнулся:
— Знаю.
Какой же неженка! Почему он до сих пор не во дворец подался, в наложницы?!
Через некоторое время Чу Цин снова произнёс:
— Это твоё место для отдыха.
Услышав это, Му Цунжун яростно уставился на него.
Чу Цин отложил книгу и встретился с ним взглядом:
— Что такое?
Му Цунжун поглазел с минуту, взвесил все за и против, сообразил, что силы явно неравны, и потому с мягким выражением лица произнёс:
— Просто я очень тронут. Большое спасибо за милость, великое Бедро, что приютили меня.
Чу Цин перевёл взгляд обратно на книгу и равнодушно бросил:
— Не стоит.
Му Цунжун: «……»
Среди ночи Чу Цин проснулся в полусонном тумане. До его слуха донёсся громкий храп. Нахмурившись, он решительно столкнул наглеца с кровати.
Скатившийся на пол Му Цунжун перевернулся на другой бок и продолжил спать, обняв ножку стола.
Ранним утром второй молодой господин Чу, чей распорядок дня отличался железной дисциплиной, едва проснувшись, обнаружил, что Му Цунжун валяется прямо рядом с ним и безмятежно храпит, закинув на него ногу. Чу Цин мгновенно почувствовал себя осквернённым, и его красивое лицо побелело от гнева.
— М-м… — как назло, в этот момент Му Цунжун издал бормотание во сне, его рука зашарила по чужой груди, а нога потёрлась о чужое тело.
— Му! Цун! Роң! — сжав зубы, прорычал Чу Цин и пинком сбросил его с кровати.
Му Цунжун совершил самое что ни на есть тесное и сокрушительное свидание с полом и наконец со сна распахнул глаза.
Стоило ему поднять голову, как он увидел сидящего на постели Чу Цина. Лицо того было мрачнее тучи, кулаки сжаты до белизны в костяшках.
Му Цунжун пошевелил затекшим и ноющим локтем и поприветствовал его:
— Утро доброе~
Холодный голос Чу Цина произнёс:
— Одевайся и берись за уборку.
— Чего? — Му Цунжун ничего не понял.
Ничего не отвечая, Чу Цин молча поднял его за шкирку и направился к двери.
Му Цунжун отчаянно замахал руками и заблажил чужим голосом:
— Мы же, в конце концов, на одном ложе спали — а-а-а —
Его безжалостно швырнули на землю.
Посреди огромного двора Му Цунжун, с метлой в руке, бросал обиженные взгляды по сторонам. Черт побери, а я-то думал, этот тип тайно влюблен в меня и хочет держать при себе в качестве любимчика, а у него душа оказалась на редкость узкой! Му Цунжун с гневом замахал метлой, с шумом сгребая опавшую листву.
Что-то коснулось его спины.
Раздражённый Му Цунжун обернулся — ничего.
Повернувшись обратно, он заметил, что меч Чу Цина весело прыгает по земле туда-сюда, выписывая круги.
Му Цунжун: «……Ты так рад?»
Меч замер и отвесил ему свирепый тычок.
Только теперь Му Цунжун разглядел привязанный к эфесу небольшой свёрток и невольно протянул руку, чтобы взять его.
Меч послушно наклонил головку, и его сияние сменилось на бледно-красный оттенок.
Развязав свёрток, Му Цунжун обнаружил внутри сплошные сверкающие шарики и поинтересовался:
— Это мне?
Меч промолчал, круто развернулся и полетел вперед, пролетев какое-то расстояние, снова замер и оглянулся на Му Цунжуна, словно подгоняя поторапливаться.
Поколебавшись, Му Цунжун последовал за мечом.
Хотя усадьбу он знал плохо, Му Цунжун всё же мог определить, что места вокруг стали глухими и безлюдными. Долго петляя по пустым тропинкам, меч наконец остановился.
— Где это мы? — Му Цунжун огляделся по сторонам: кругом буйно рос бурьян, не было видно ни единого патрульного. Подобные места безошибочно походили на какую-нибудь заднюю гору.
Кончик меча указал на восток. Поняв намек, Му Цунжун сделал несколько шагов вперед. Здесь сорная трава росла гораздо гуще, чем где-либо еще, словно скрывая нечто сокрытое от глаз. Раздвинув сорняки руками, Му Цунжун обнаружил невысокий проем, ведущий внутрь; над входом были высечены четыре иероглифа: Байцзю Госи.
Пока Му Цунжун стоял в растерянности, тот меч снова ткнул его в спину.
Внутри у Му Цунжуна всё сжалось от тревоги, но поддавшись любопытству, он всё же шагнул в пещеру. Внутри царил кромешный мрак, не было видно даже собственной руки.
— Эй, ты еще здесь? — тихо позвал он.
Меч ткнул его в спину, давая понять, что он рядом. Слабый синий свет, испускаемый оружием, едва позволял смутно различить очертания вокруг, а чуть впереди по-прежнему зияла непроглядная тьма.
Набравшись смелости, Му Цунжун двинулся вглубь. Сделав пару шагов, он вдруг оступился в пустоту и мысленно выругался, но в этот же момент его тело стало невесомым, и кто-то подхватил его на руки.
— Жить надоело? — раздался голос Чу Цина.
Обхватив его за шею, Му Цунжун мысленно возблагодарил небеса и заодно потерся носом о чужие грудные мышцы.
Меч, до этого беспрестанно порхавший в воздухе, молча погас.
Холодно приказал Чу Цин:
— Зажгись.
Меч вздрогнул и испустил тусклый синий свет.
— Не чувствуешь недомогания? — спросил Чу Цин.
Му Цунжун покачал головой.
Нахмурившись, Чу Цин приподнял его подбородок и поцеловал. Кончик его языка раздвинул чужие зубы, сплетаясь с губами и языком Му Цунжуна.
Му Цунжун остолбенел.
Меч благоразумно погас, погрузив пещеру в абсолютную темноту.
Спустя долгое время Чу Цин отпустил его, словно ничего не произошло, и вновь холодно зыркнул в сторону меча.
Меч с явной неохотой включил синее свечение.
В мерцающем полусвете Му Цунжун разглядел лицо Чу Цина: на нем читалось отвращение — нет, какое там отвращение, чистейшее омерзение, — к тому же он старательно вытирал рот.
……Вытирал…… рот……
Му Цунжун помрачнел. Это еще что за?!
Чу Цин хмурился, выглядя крайне недовольным.
Му Цунжун тоже не остался в долгу, яростно вытер губы и взвился:
— И что это за реакция у тебя? Обязательно было так явно показывать своё брезгливое отношение?
— Какая же муторная волокита. — Чу Цин холодно глянул на него, ухватил за ворот и, волоча за собой и швыряя из стороны в сторону, грубо выволок наружу из пещеры.
Му Цунжун отчаянно сопротивлялся, и после долгих мытарств его наконец вытащили за пределы пещеры и с размаху бросили на землю.
Поднявшись с земли, Му Цунжун отряхнул одежду и злобно выпалил:
— Ты в какие игры играешь? Ломаешься, как недотрога?
— Чего? — поморщился Чу Цин.
Му Цунжун опешил от такого вопроса и лишь спустя долгую паузу снова вытер рот.
Словно что-то припомнив, Чу Цин с недовольным лицом холодно фыркнул.
Му Цунжун разъярился:
— Ты чего фыркаешь?! Это вообще-то меня тут без всякой причины поцеловали!
Чу Цин и думать забыл о том, чтобы возиться с ним, развернулся и зашагал прочь.
Му Цунжун увязался следом, не отставая:
— Сам же первый полез, с какой стати теперь нос воротишь?
С презрением бросил Чу Цин:
— По-твоему, я сам горел желанием?
Му Цунжун вспыхл ещё сильнее:
— Говоришь так, будто я тебя заставлял!
Чу Цин наконец остановился и бросил на него взгляд:
— Считай, что этот долг тебе прощен. Через минуту собирай вещи и спускайся с горы.
— Да больно нужно! — Му Цунжун все никак не мог проглотить эту обиду и выпалил: — Что ты вообще имел в виду пару минут назад?
— Обменялись жидкостями, — сухо ответил Чу Цин. — А ты думал, я о чем?
Скрипя зубами, Му Цунжун прошипел:
— Чу Цин, я хочу тебя придушить.
— С чего бы, — вид у Чу Цина был невозмутимый, как у благородного мужа. — Я-то еще ничего не сказал, а великий ван Му девятый станет переживать из-за такой ерунды?
— Ты-то не сказал, — взбеленился Му Цунжун, — но вид у тебя такой, будто поцеловав меня, ты принес величайшую жертву!
— Так и есть, — отозвался Чу Цин.
— Все мы взрослые люди, стоит ли так убиваться?! — Му Цунжун ткнул в него пальцем.
— Действительно, — Чу Цин перехватил его руку, заломил назад, после чего принялся тереть собственные пальцы, и осведомился: — Стоит ли вам, ван, так убиваться?
Му Цунжун: «……»
— Почему нужно было целоваться так по-эротичному? Погодите-ка… — кончики ушей Му Цунжуна покраснели, и он поправился: — Зачем понадобилось обмениваться жидкостями?
Чу Цин вдруг, будто открыв неведомые земли, уставился на его покрасневшие мочки с игривым блеском в глазах.
Му Цунжун неестественно отпрянул:
— Ч-что такое?
Вглядываясь ему в глаза, Чу Цин поинтересовался:
— Запал на меня?
— Чу Цин, — криво усмехнулся Му Цунжун, а затем принял серьезный вид. — У меня есть серьезные подозрения, что я тебе нравлюсь.
— Только потому, что мы обменялись жидкостями? — уточнил Чу Цин.
Му Цунжун безропотно снёс унижение и кивнул.
Помолчав немного, Чу Цин негромко произнес:
— Войти в Байцзю Госи могут лишь члены моего клана Чу, постороннего же ждет неминуемая смерть.
Му Цунжун: «……Так это был твой предлог, чтобы меня поцеловать?»
Чу Цин холодно фыркнул, не удостоив его ответом.
— Ой, — Му Цунжун огляделся по сторонам и спросил: — А где Цанхуан?
Чу Цин сохранил каменное выражение лица:
— Кто такой Цанхуан?
— Ну, тот меч, — невнятно отмахнулся Му Цунжун, снова окинул взглядом окрестности и позвал: — Цанхуан!
— Что за паршивое имя? — скривился Чу Цин.
С гордостью произнес Му Цунжун:
— Меня зовут Цунжун, а его — Цанхуан, разве не прекрасное сочетание?
Даже не взглянув на него, Чу Цин равнодушно бросил:
— Его зовут А-Бао.
Му Цунжун чуть не захлебнулся собственной кровью и едва не изрыгнул её.
— ……Кровь? — Му Цунжун вытаращил глаза, уставившись на собственные внезапно хлынувшие изо рта следы крови, и тут же растерял всякое желание насмехаться над именем меча.
— Войти в Байцзю Госи могут лишь члены моего клана Чу, — бросил вдогонку Чу Цин.
Му Цунжун перевел на него взгляд, в котором смешались растерянность, боль и смятение.
Чу Цин успокоил:
— Не умрешь.
Только тогда Му Цунжун с облегчением выдохнул, но тут же вспомнив недавнее, недоверчиво уставился на него:
— Как ты его назвал?
Небрежно бросил Чу Цин:
— А-Бао.
Едва стихли его слова, как меч послушно подлетел прямо к ним.
Прижав руку к груди, Му Цунжун подумал: какая жалость, такое превосходное духовное оружие — и вдруг какое-то А-Бао.
А-Бао с угодливым видом ткнулось в рукав Чу Цина.
Не дрогнув и мускулом, Чу Цин сурово приказал:
— Запечатать на три дня.
Услышав это, А-Бао с нескрываемой обидой снова бобнулось о его рукав.
Чу Цин приподнял бровь:
— Смирно.
Меч вытянулся стрункой на земле, демонстрируя поразительное послушание.
Тогда Чу Цин добавил:
— Запечатать на три месяца.
А-Бао запрыгало по земле, после чего прильнул к ноге Му Цунжуна, скорбно потираясь о нее.
— Дарю тебе этот меч, — великодушно заявил Чу Цин.
Му Цунжун воссиял от радости.
— И забери его с собой, — на лице Чу Цина проступило откровенное отвращение.
Му Цунжун и А-Бао: «……»
— Послушай, — внезапно сообразив что к чему, спросил Му Цунжун: — Что такое Байцзю Госи? И почему туда могут войти только люди из клана Чу?
Чу Цин бросил на него леденящий взгляд:
— Завтра выступаем с горы.
— Ладно-ладно, — Му Цунжун скривил губы, выразительно подмигнул А-Бао и бросил вслух: — Да больно надо знать.
Этой же ночью А-Бао тайком прокралось к Му Цунжуну, принеся с собой какую-то книгу.
Погладив ножны, Му Цунжун вздохнул:
— Прямо как тайное свидание.
Вскоре Му Цунжун захлопнул фолиант, сменившись в лице:
— Ты ведь не на развале подержанных книг её откопал, признайся?
А-Бао замотало клинком из стороны в сторону.
— Врата времени и пространства? — с трудом выдавил Му Цунжун.
А-Бао выглядело не менее растерянным.
— Выходит, я могу вернуться в прошлое? — Му Цунжун потер подбородок.
— А затем свергнуть тиранический режим — глаза Му Цунжуна вспыхнули.
— Занять его место и отомстить за все кровные обиды! — Му Цунжун хлопнул себя по бедру и вскочил на ноги. — А-Бао, уходим прямо сейчас!
— Куда это? — за спиной раздался низкий голос. Чу Цин неизвестно когда появился позади, и вид у него был недовольный.
Му Цунжун испуганно вздрогнул, А-Бао тоже затряслось мелкой дрожью.
— Опять ты? — выдавил Му Цунжун.
— Вообще-то это моя комната, — сухо ответил Чу Цин. — Вы меня разбудили.
Бросив косой взгляд на А-Бао и будучи уверенным в безупречности их маскировки, Му Цунжун уточнил:
— Мы что, так сильно палились?
Чу Цин приподнял бровь:
— Весьма открыто действовали, разве что на мою кровать улечься не додумались.
Прижав меч к груди, Му Цунжун выдавил:
— ……А, понятно.
— Ну тогда продолжайте, — бросил Му Цунжун, пятясь к выходу и виновато улыбаясь. — Мы больше не смеем мешать.
Чу Цин протянул руку и ухватил его за воротник.
Му Цунжун: «……»
Мягким движением Чу Цин притянул его обратно в свои объятия.
Прислонившись спиной к чужой груди, Му Цунжун робко подал голос:
— Я ведь и неправильно понять могу.
Придвинувшись вплотную, Чу Цин выдохнул слова прямо ему на шею:
— Теперь-то уйти будет не так-то просто.
Тон Му Цунжуна стал совсем жалобным:
— Мужчинам положено расставаться мирно…
Дыхание Чу Цина сделалось еще холоднее.
Му Цунжун нервно сглотнул:
— Ну в самом деле, надо уметь отпускать…
Холодно произнес Чу Цин:
— А-Бао, скрути-ка его.
Тело меча мгновенно размягчилось, и он беспрекословно оплел Му Цунжуна, лишив того всякой возможности пошевелиться.
Му Цунжун обиженно уставился на него.
А-Бао чуток ослабило хватку.
Чу Цин зыркнул на меч.
А-Бао: «……» Было решено не вмешиваться ни в чьи дела: меч просто рухнул на пол, изображая мертвеца.
— Даже заполучив мое тело, тебе никогда не добиться моего сердца! — с героическим пафосом бросил Му Цунжун, глядя на Чу Цина.
Чу Цин отрезал:
— Оно мне и даром не нужно.
— Тогда отпусти меня! — потребовал Му Цунжун.
Чу Цин вскинул брови:
— Нельзя же позволить тебе отделаться так легко!
— Только потому, что я тебя предал?! — воскликнул Му Цунжун.
— Потому что ты узнал тайну моего клана Чу, — бесстрастно ответил Чу Цин.
Поморгав, Му Цунжун возразил:
— Да эта пещера с первого взгляда выглядит странно, какая же это тайна?
Чу Цин посмотрел на него и промолчал.
Помахав перед его носом книгой, Му Цунжун снисходительно изрек:
— Все равно эта книга — подделка.
— Вот как? — Чу Цин крепко сжал его запястье, заставив Му Цунжуна разжать пальцы, и фолиант надежно опустился прямо в ладонь Чу Цина.
Потирая занывшее запястье, Му Цунжун решил, что у него к Чу Цину уже не осталось никаких романтических чувств.
— Пещера времени и пространства — фальшивка, верно? — спросил Му Цунжун.
Услышав это, Чу Цин прищурился.
Глаза Му Цунжуна засияли:
— Значит, она настоящая!
Чу Цин: «……»
Бросившись на него с воплем, Му Цунжун взволнованно завопил:
— Она и правда настоящая!!
С брезгливым выражением лица Чу Цин оттолкнул его.
Му Цунжун разъярился:
— Да ты только что сам прижимался ко мне ближе некуда, а теперь рожу воротишь?!
Сухо ответил Чу Цин:
— Почти за честь сочти.
http://bllate.org/book/30785/3753926
Готово:
