Убежище, которое «доктор» подготовил для Тэвина, и в самом деле оказалось невероятно безопасным.
Оно располагалось на десятом подземном уровне, было тщательно изолировано и на архитектурных чертежах вообще не существовало. Стены были выполнены из новейшего материала, созданного по принципу формирования черных дыр, что позволяло этому маленькому жилищу становиться невидимым практически для любых приборов. Этот материал много лет назад изобрел один военно-промышленный научно-исследовательский институт, и тогда это произвело настоящий фурор. Его единственным недостатком была чрезмерная тяжесть: если применить его в аэрокосмической сфере, то для корабля того же масштаба собственный вес увеличился бы по меньшей мере в десяток раз, и двигательная система перестала бы справляться. Поэтому военные заводы все эти годы не оставляли попыток усовершенствовать этот материал.
Стоило Шэнь Синцзи лишь взглянуть на все шесть стен — верх, низ, левую, правую, переднюю и заднюю, — как он понял, насколько хорошо «доктор» устроился в Зоне Хаоса. Ведь материал подобного рода обычный человек раздобыть просто не смог бы! Наверное, все заработанные им деньги превратились в эти стены, которые и достались Тэвину по наследству.
— Ты хочешь сказать, что эти стены очень ценные? Очень-очень ценные? Намного превосходят мое воображение? — Тэвин остолбенел.
При жизни «доктор» не был близок с Тэвином, не слишком жаловал его своим присутствием и явно предпочитал держаться подальше. Кто бы мог подумать, что перед смертью «доктор» позаботится о нем столь надежным образом.
Шэнь Синцзи не знал, как «доктор» и Тэвин ладили при жизни, но судя исключительно по обустройству этого убежища, «доктор» действительно искренне о нем думал. В комнате находились оптомозг и виртуальная капсула — обе системы прошли многократное шифрование и позволяли гибко менять виртуальные адреса. Тэвин мог использовать оптомозг для получения новых знаний, а виртуальную капсулу — для общения в виртуальном пространстве. В помещении также были установлены система поддержания постоянной температуры, система очистки воздуха, а в углу стоял небольшой лечебный модуль, раздобыть который на Мусорной Улице было крайне непросто.
Теперь все эти устройства значительно облегчали жизнь гостящим здесь Шэнь Синцзи и Слайсеру.
Изначально они полагали, что им придется приложить немало усилий, чтобы отыскать подходящее жилье на Мусорной Улице, однако у Тэвина, хоть домик и был мал, имелось абсолютно всё необходимое, к тому же здесь было чрезвычайно, невероятно безопасно. Это заставило Шэнь Синцзи проникнуться еще большим интересом к тому самому «доктору».
Впрочем, даже Тэвин, которого «доктор» приютил на целый год, знал о нем немного.
Тэвин невольно потрепал крошечное декоративное украшение на груди.
Причина, по которой Шэнь Синцзи и Слайсер прибыли на Мусорную Улицу, заключалась главным образом в стремлении раздобыть правдоподобную легенду для мага из иного мира. Тэвин уже почти год не показывался на глаза местным обитателям и не общался с жителями Мусорной Улицы, поэтому мог дать совет лишь на основе прошлого опыта:
— …С какими бы запросами вы ни столкнулись, можете отправиться в лавку старьевщика Дэйва. У старого Дэйва очень широкие связи, если у вас хватит денег, он сможет достать для вас абсолютно всё — даже трусы президента.
Шэнь Синцзи: «……»
Слайсер: «……»
Зачем нам трусы президента?
Помедлив, Тэвин понизил голос и добавил:
— Все говорят, что старый Дэйв — это Питерс с Мусорной Улицы.
Поскольку у Тэвина имелись готовые материалы, Шэнь Синцзи собрал еще один комплект внешнего механического экзоскелета, собираясь надеть его на Слайсера. Тэвин медленно придвинулся к Шэнь Синцзи и робко подал ему пару деталей. Шэнь Синцзи опустил голову и улыбнулся Тэвину. Тот сразу же успокоился и радостно зашагал рядом, помогая ему по хозяйству.
Внешний механический экзоскелет, по сути, тоже можно было считать своего рода меха, только не столь эффектной, как огромные боевые машины. Он был более приспособлен к повседневной жизни и обладал не такой разрушительной силой, однако функции выполнял те же самые — сводились они к тому, чтобы превратить человека в супермена.
Лавку старьевщика Дэйва отыскать оказалось несложно. Сам старый Дэйв в магазине не дежурил, за кассу отвечал лишь робот.
Шэнь Синцзи подошел к роботу и завел переговоры, заявив, что ему требуется несколько оптомозгов, причем обязательно привязанных к генетическим аккаунтам и полностью готовых к использованию. Такой товар, должно быть, пользовался ходом, и робот сразу же извлек с полки больше десятка оптомозгов на выбор. Обладая виртуальным счетом, на котором хранилось свыше двадцати миллионов, Шэнь Синцзи без лишней скромности произнес:
— Беру все!
В разгар сделки появился еще один покупатель.
Этот человек выглядел крайне взволнованным. Шэнь Синцзи уступил ему место и, потянув за собой Слайсера, повернулся, чтобы уйти. Новоприбывший приобрел в лавке какое-то оружие, и боковым званием Шэнь Синцзи успел заметить его примерный контур, заподозрив, что это оружие генетического типа. Генетическое оружие, разумеется, воздействовало на гены, но исключительно на тех лиц, чьи ДНК совпадали с целевой матрицей. В Центральной Звездной Системе тайная купля-продажа генетического оружия являлась незаконной и каралась вплоть до смертной казни, однако в лавке на Мусорной Улице подобные вещи сбывали запросто.
Вернувшись к Тэвину, Шэнь Синцзи принялся за изучение только что купленных оптомозгов.
Оптомозги, не привязанные к персональным генетическим аккаунтам, имели массу ограничений. Чтобы снять их, требовалось либо действовать методом «доктора» — при помощи информационных технологий силой взломать систему, заставив оптомозг признать введенную вами фальшивую личность, либо привязать его к легитимной, подлинной личности.
Однако обитатели Мусорной Улицы практически не имели настоящих законных личностей, которые признало бы центральное правительство.
Даже если бы такой человек, как Тэвин, купил чистый оптомозг и привязал к нему свои биометрические данные, устройство всё равно не заработало бы. Биометрия Тэвина отсутствовала в базе данных законных граждан Центральной Звездной Системы, так что привязывай не привязывай — толку не будет.
— Я тут изучил вопрос: персональные данные, к которым привязаны эти оптомозги, принадлежат планетам из довольно глухих уголков. Ну, например, этот — его привязал некто по имени Ван Сянъюй. Судя по базовой информации, он родился в детском доме на планете Хунму и никогда ее не покидал. Я также провел проверку того детдома, отыскал их официальный сайт: на Хунму и впрямь существует подобное детское учреждение, и в его электронных архивах действительно числится человек по имени Ван Сянъюй, — сообщил Шэнь Синцзи.
И тут возникал закономерный вопрос: существовал ли реальный человек по имени Ван Сянъюй, чью личность попросту утащили? Или же Ван Сянъюя не существовало вовсе, а силы, стоявшие за спиной старого Дэйва, вступили в сговор с властями Хунму и попросту выдумали этих людей?
Если верен второй вариант, то здесь замешана еще и серьезнейшая проблема коррупции и взяточничества в правительстве планеты Хунму.
Тяньюань, Центральная Звездная Система, Университет Шанхуа.
Первокурсники только что завершили серию экзаменов, и итоговые списки общегосударственного рейтинга академии были разосланы каждому студенту. Нань Шэн открыл виртуальный экран, кликнул по файлу, и на нем высветился табель успеваемости. На самой вершине красовалось имя Би Вэйчэня.
Нань Шэн завопил во весь голос:
— Вэйчэнь! Ты действительно на первом месте! Не зря профессор Ло так высоко тебя ценит!
Би Вэйчэня можно было назвать юношей редкой «красоты», однако он явно не принадлежал к тем, кто пользуется своей привлекательностью во зло. Его мягкий, интеллигентный нрав словно вуалью покрывал ослепительную внешность. Ему едва исполнилось восемнадцать-девятнадцать лет, и хотя внешне он казался более уравновешенным, чем Нань Шэн, услышав радостные вопли товарища, он не удержался, заглянул в оценки и счастливой улыбкой отреагировал на результат.
Нань Шэн проворчал:
— В последнее время в школьной сети вечно кто-то распускает про тебя гадости! Они просто завидуют! И еще специально приплетают Шэнь Синцзи…
Кое-кто заявлял, что если бы Шэнь Синцзи благополучно добрался до университета и прошел зачисление, разве осталась бы хоть капля славы для Би Вэйчэня?
К счастью, подобных речей звучало немного — лишь единичные выпады, ведь выдающиеся успехи Би Вэйчэня были очевидны для всех.
Би Вэйчэнь не относился к числу людей, способных злословить за чужой спиной, да и чужая зависть его не волновала. Но стоило Нань Шэну упомянуть имя Шэнь Синцзи, как он не преминул отозваться:
— Шэнь Синцзи действительно сильнее меня. Когда мы участвовали в Кубке Новых Побегов, первое место занял он.
Би Вэйчэнь познакомился с Шэнь Синцзи именно на Кубке Новых Побегов. Сам Би Вэйчэнь тогда взял второе место.
Семья Нань Шэна была весьма состоятельной. В отличие от Би Вэйчэня, происходившего с отдаленной малой планеты, чьи родители давно ушли из мира сего и который выживал плечом к плечу лишь с престарелой бабушкой, Нань Шэн мог позволить себе многое. Он понизил голос:
— Да ты и сам молодец! У меня есть инсайдерская информация: во время голосования в финальной стадии Кубка Новых Побегов у вас с Шэнь Синцзи было пятьдесят на пятьдесят, по меньшей мере половина жюри отдала голоса за тебя. Но у Шэнь Синцзи имелось одно крайне яркое маленькое изобретение, и председатель комитета заявил, что Кубок поощряет инновации, поэтому победителем выбрали его.
Би Вэйчэнь поспешно произнес:
— Первое место досталось ему абсолютно заслуженно, просто жаль его…
Хотя Нань Шэн больше симпатизировал Би Вэйчэню — своему соседу по комнате, с которым они делили быт уже почти месяц, — к Шэнь Синцзи он тоже не испытывал никакой неприязни и даже отчасти восхищался им за прежние заслуги. Услышав это, он тоже вздохнул:
— Его и вправду жаль… Но те люди не имеют права возносить Шэнь Синцзи лишь для того, чтобы опустить тебя! Они даже умудрились заявить, будто ты тогда тоже находился на борту «Даниэля»…
Некоторые комментаторы высказывались из рук вон отвратительно: мол, оба они плыли на «Даниэле», но Шэнь Синцзи спас целый корабль, в то время как Би Вэйчэнь давным-давно устроился в спасательной шлюпке. Количество спасательных шлюпок на корабле было ограничено — «Даниэль» оснастили всего двумястами такими капсулами. Когда случалось ЧП, часть пассажиров, заплативших сверх стоимости билета, в приоритетном порядке распределялась по спасательным капсулам для гарантии выживания.
Со стороны это выглядело дико несправедливо: почему спасали только этих пассажиров? Разве остальным было суждено дожидаться смерти?
Вся суть заключалась в том, что при покупке билета эти клиенты помимо основной суммы доплачивали еще сто тысяч звездных монет. Эти сто тысяч вносились экстра-платежом как раз для того, чтобы в случае непредвиденной аварии гарантированно оказаться в спасательной капсуле. Вероятность катастрофы на космическом корабле была ничтожно мала, и в большинстве случаев эти сто тысяч монет просто улетали на ветер. Вечно находились те, кто язвил, не является ли эта сумма очередной схемой обогащения судоходной компании, а кто-то считал людей, идущих на такие траты, глупцами, у которых куры денег не клюют. Подумать только — целых сто тысяч звездных монет, в то время как месячная зарплата обычного трудяги составляла всего пять тысяч! Но когда беда действительно грянула, те, кто заплатил, получали на одну жизнь больше по сравнению с теми, кто поскупился.
При упоминании «Даниэля» лицо Би Вэйчэня побледнело, и он с содроганием произнес:
— К счастью, перед посадкой на корабль я помог одной беременной женщине. Изначально у меня был билет в эконом-класс, и моя семья не могла выложить сто тысяч звездных монет, но та женщина в знак благодарности не только перевела мой билет в бизнес-класс, но и оплатила место в спасательной капсуле…
Как бы трусливо это ни звучало со стороны, но в момент крушения корабля он первым делом оказался в спасательной капсуле, и тогда он действительно испытывал дикое, неописуемое облегчение!
— Так что это тебе воздалось за доброту! А те, кто возносит Шэнь Синцзи, чтобы втоптать тебя в грязь, — просто мерзавцы. Я знаю, они ведь не по-настоящему сочувствуют Шэнь Синцзи, они просто завидуют тебе. Все только и говорят, что профессор Ло хочет сделать тебя своим последним закрытым учеником, — с чувством произнес Нань Шэн. — Знай Шэнь Синцзи, в качестве какого орудия они его используют, он бы от злости из могилы восстал.
— Не говори так, он сейчас просто пропал без вести. Он вернется, — несогласно возразил Би Вэйчэнь. Он искренне не хотел, чтобы Шэнь Синцзи погиб; со времен молодежного инновационного конкурса мех «Кубок Новых Побегов» он неустанно ждал возможности провести с Шэнь Синцзи академическую дискуссию.
Я надеюсь, что он цел и невредим, я жду его возвращения.
http://bllate.org/book/30738/3747858
Готово:
