— Я в туалет, — сказала Су Линэнь, бросив взгляд на Толстяка Вэня.
— Что-нибудь удалось выяснить? — Толстяк Вэнь тоже хотел воспользоваться предлогом сходить в туалет, чтобы осмотреться, но тюремный надзиратель его не пустил.
— По пути я не встретила никого, — ответила Су Линэнь, вспоминая, в каком направлении ушел Му Хэ. Зачем он туда отправился? И кто был тот человек, с которым он разговаривал?
Толстяк Вэнь потер свой пухлый подбородок:
— Цыц, эта тюрьма до того странная.
— Но разве отсутствие людей не означает, что теперь можно пробраться куда угодно? — Толстяк Вэнь внезапно передумал, осознав эту приятную новость.
Су Линэнь кивнула:
— Угу.
Толстяк Вэнь обеими руками ухватился за плечи Су Линэнь:
— Как ты туда пробралась? Почему тебе можно сходить в туалет, а мне нет?
— Не знаю, я просто захотела — и зашла, — с невинным видом ответила Су Линэнь.
Толстяк Вэнь посмотрел на ее лицо, и ответ внезапно нашелся. Он прикрыл лицо ладонями и пробормотал:
— Совсем забыл, что ты выглядишь вот так…
— Слушай, может, ты отвлечешь надзирателя, а я проскользну следом? — Глаза Толстяка Вэня забегали, когда он придумал этот план. — Конечно, всем, что найду, я с тобой поделюсь.
Су Линэнь кивнула. Ее самочувствие оставляло желать лучшего, поэтому объединиться с кем-то было верным решением.
— Там внутри есть несколько комнат. Думаю, будет лучше, если я сразу скажу тебе, где они, так мы сэкономим время.
— Значит, выйдя из туалета, повернуть налево… верно? — Толстяк Вэнь изо всех сил старался запомнить слова Су Линэнь.
Высказав всё, что считала нужным, Су Линэнь перевела взгляд на тюремного надзирателя, чьего имени она не знала. Теперь всё зависело от того, как он разыграет эту карту.Заключённых, выпускавших на прогулку во дворе, было много. Большинство сбивалось в кучки по три-пять человек, о чём-то оживлённо переговариваясь. Ради их общего плана Су Линэнь и Толстяк Вэнь разделились, и не прошло и нескольких минут, как вокруг Су Линэня столпилось несколько зеков.
Все они были рослыми, и пусть ростом не дотягивали до Му Хэ, но, встав перед Су Линэнем, полностью загородили его от посторонних глаз. Рядом с ними Су Линэнь казался совсем цыплёнком.
Толстяк Вэнь сразу же заметил неладное вокруг Су Линэня и двинулся в его сторону, намереваясь вытащить товарища из окружения.
Су Линэнь поднял руку и махнул ею. Хотя они заранее не оговаривали никаких жестов, Толстяк Вэнь сразу понял: это означало, чтобы он не вмешивался.
Поэтому Толстяк Вэнь остановился и стал наблюдать издалека.
— Мелкий, а неплохо ты тут устроился.
При виде такого отношения к Су Линэню у остальных заключённых зависть аж из глаз брызнула. Ему досталась лучшая камера, да к тому же у него было одеяло! А какую жизнь вели остальные? Им приходилось благодарить небеса на коленях, если удавалось отыскать в помещении хоть немного чистое местечко.
— Вы чего удумали? — Су Линэнь нахмурился и запрокинул голову. Когда тебя со всех сторон окружат громилы, да ещё в такой обстановке, как тюрьма, кто угодно занервничает. Тем более что у Су Линэня была внешность человека, которого так и тянет обидеть...
— Мы тебя не обидим, просто хотим поменяться камерами.
Су Линэнь прекрасно знал, в каких условиях они живут:
— Я не буду меняться. Если хотите жить в хороших условиях, обратитесь к надзирателям.Эти заключённые, конечно, не смели жаловаться надзирателям. Местные надзиратели страдали какой-то непонятной хворью — каждый из них словно страдал манией преследования или приступом бешенства. Обратись они к ним — и комнаты, скорее всего, не поменяют, зато знатно отхватят люлей. Побои сами по себе пустяк, но ведь так можно и жизни лишиться, а это уже игра не стоит свеч.
Тайком поменяться комнатами — вот это был единственный верный путь!
— Ха, неужели ты думаешь, что я с тобой тут торгуюсь? — громила схватил Су Линэня за воротник.
— Не поменяюсь. — Су Линэнь тоже обладал крепким характером: раз сказал не поменяюсь, значит, так оно и будет.
Разговор зашёл в тупик.
Этот тип такой наглый! Ну и что, что моя жена низкого роста? Малыши его не трогали.
И то верно, неужели он ещё и драться полезет? Жена, беги скорее к тому надзирателю, пусть он тебя защитит!
Су Линэнь был очень худым, на его теле почти не было мышц, но по одному взгляду этих заключенных было ясно — Су Линэнь упрям до мозга костей, однако отступаться они не собирались.
— Похоже, без небольшой порки тут не обойтись.
Несколько заключенных зажали Су Линэню рот и, перестроившись так, чтобы заслонить его от взглядов надзирателя, решили преподать ему урок.
Блин, эти жмоты такие жуткие, неужели и правда бить будут? Только не трогайте лицо моей жены!
— Смотрите, только по лицу не бейте. — Главарь этой шайки проявил хоть какое-то подобие человечности.
Глаза Су Линэня покраснели, по щекам покатились слёзы, и даже в сердцах этих отъявленных головорезов промелькнуло нечто похожее на жалость.
— Даю тебе ещё один шанс: соглашайся поменяться комнатами, и я тебя отпущу, каково? Ты же не хочешь получить тумаков?
Глаза Су Линэня были полны слёз, и преступник подумал, что с такой внешностью Су Линэнь никак не похож на упрямца, а до этого он, должно быть, просто упрямился со злости.
— Если согласен с моими словами, просто моргни.
Су Линэнь моргнул, и слёзы повисли на его ресницах, словно жемчужные украшения, делая его невероятно красивым.
Этот заключенный даже подумал, что такое особое отношение надзирателей к Су Линэню вполне объяснимо — окажись он на их месте, поступил бы точно так же.
Преступник убрал руку с рта Су Линэня, но тот, выбрав подходящий момент, вцепился зубами в основание его большого пальца.
Жена, отлично сработано, кусай их, не жалей!
Наша жёнушка Энь-Энь и впрямь та ещё перчинка! Какой глубокий след от зубов остался на его руке!
— Какого чёрта… — его первой реакцией было ударить Су Линэня.
— Спасите! Бьют! — Су Линэнь среагировал быстрее. Вырвавшись из их кольца, он бросился в сторону надзирателя.
Оступившись на ходу, он с размаху угодил прямо в объятия надзирателю, и слёзы брызнули из глаз с новой силой.
— Спасите, они бьют людей! — Су Линэнь полностью забился в объятия надзирателя, не переставая горько плакать.
Мягкое тело, упавшее в объятия, заставило надзирателя с чистой улыбкой замереть на несколько секунд. Он машинально обнял Су Линэня за талию — такую же мягкую, какой она и представлялась ему по впечатлениям от Су Линэня.
Талия у Су Линэня была тонкой, её можно было легко обхватить одной рукой.
http://bllate.org/book/30727/3745573
Готово:
