Лян Жуй постепенно приходил в себя. Он чувствовал, что лежит на холодном и твёрдом цементном полу, а перед глазами стояла непроглядная тьма — судя по всему, на него надели плотную повязку. Руки были крепко связаны за спиной. Однако, если не считать тупой боли в затылке, никакого другого дискомфорта он не ощущал.
Он быстро взял себя в руки. Очевидно, это было похищение, но у него не было ни малейгашей догадки о том, кто эти люди.
Лян Жуй мысленно перебрал все возможные варианты. Его личная жизнь была предельно простой: кроме Лю Сыжун, с которой они общались довольно близко, у него практически не было других контактов, а значит, исключалась сама возможность нажить себе врагов. Что же касалось работы, он трудился в небольшой торговой компании в Пинчэне, и в последнее время никаких конфликтов на службе не возникало. К тому же они были обычными коммерсантами, которые всегда стремились к мирному ведению дел, и вряд ли кто-то стал бы прибегать к столь радикальным методам, чтобы расправиться с ним.
С того самого дня, как он решил инсценировать собственную смерть и уйти, можно было сказать, что он окончательно порвал с серыми зонами, в которых некогда вращался, и с миром, державшим его на привязи.
Неужели... это действительно была просто случайность? В конце концов, в последнее время нередко случалось, что мошенники специально подставлялись под дорогие машины, да и ограбить человека посреди глубокой ночи в тихом месте вполне могло случиться...
Только вот подобное невезение казалось чересчур невероятным.
В мгновение ока Лян Жуй прокрутил в голове множество мыслей, но выражение его лица осталось невозмутимым. Понизив голос, он произвел:
— Кто вы такие?
Вокруг царила абсолютная тишина. Лян Жуй задал еще несколько вопросов, но в ответ по-прежнему было тихо. Неужели рядом никого нет? Эта догадка постепенно закралась ему в голову.
Он понятия не имел, где находится... Но Лян Жуй не привык сидеть сложа руки в ожидании гибели. Он согнул ноги в коленях и попытался, перебирая телом, приподняться и встать. Однако стоило его торсу чуть оторваться от пола, как чья-то ледяная рука резко легла ему на грудь и с силой вжала обратно в землю!
Эта рука обладала такой чудовищной мощью, что он не смог даже шевельнуться!
На лбу Лян Жуя мгновенно выступил холодный пот: рядом кто-то есть! И до этого момента он совершенно никого не замечал!
Этот человек всё время находился рядом, смотрел на него, наблюдал, слушал его слова... и притворялся, будто его здесь нет. И лишь когда Лян Жуй попытался оказать сопротивление, тот внезапно нанёс удар, безжалостно подавив любую его попытку и развеяв в прах все надежды на благополучный исход!
Столь жуткое, леденящее душу хладнокровие вовсе не было свойственно обычным похитителям.
— Кто ты? Чего ты хочешь? — громко выкрикнул Лян Жуй, одновременно пытаясь прощупать намерения противника и прогнать давящую, мёртвую тишину вместе с подступавшей к горлу жуткой тревогой.
Но отвечать Лян Жую явно не собирались. В наступившей тишине он слышал лишь собственное участившееся дыхание.
Неизвестный продолжал крепко прижимать Лян Жуя к полу, а его вторая рука тем временем через тонкую ткань рубашки начала медленно и плавно скользить по его телу. У Лян Жуя по всему телу побежали мурашки, его невольно пробил озноб: неужели он угодил в лапы какого-то извращенца?!
— Ч-что ты делаешь?! — голос Лян Жуя наконец дрогнул, потеряв прежнее самообладание.
Увы, его вопросы ничего не могли изменить. Движения этих рук ничуть не дрогнули: медленно и неумолимо они опускались от глаз, переносицы и губ... дюйм за дюймом исследуя каждый сантиметр его тела. Эти касания были одновременно нежными, словно ласка любовника, и безжалостными, как обращение с приговорённым к закланию ягнёнком.
Когда чуть прохладные кончики пальцев скользнули ниже живота Лян Жуя, он невольно напрягся всем телом.
К счастью, незнакомец не стал задерживаться на этом месте и неспешно продолжил свой путь дальше, отчего тугой узел нервов внутри Лян Жуя немного ослаб. Наконец руки остановились у лодыжек: его обувь уже была снята, и чужой палец легко очертил подошву его стопы. От неожиданности Лян Жуй издал короткий смешок.
Этот смех явно был здесь неуместен, и Лян Жуй тут же прикусил губу, сдерживаясь.
Черт побери, долбаный извращенец!
Пара рук обследовала Лян Жуя с головы до ног так тщательно, будто ставила метки на собственную вещь, причем на самых чувствительных участках тела они, казалось, специально замирали на пару секунд. А затем... из кармана его брюк извлекли кошелёк...
Лян Жуй: «...»
Так, погодите-ка. Выходит, в конце концов это банальный грабитель?! А до этого он просто проводил обыск?!
Пережитая за пару минут буря эмоций была поистине непередаваемой...
— Все мои деньги здесь, в машине еще осталось немного мелочи, можете забрать всё, — предельно ровным и искренним тоном произнес Лян Жуй, про себя подумав, что было бы здорово, если бы документы ему всё-таки оставили, ведь их восстановление — та еще головная боль.
Неизвестно, услышал ли его собеседник, но в течение долгого времени никаких дальнейших действий не последовало. Лян Жуй затаил дыхание. Хотя в конечном итоге всё свелось к банальному и «привычному» грабежу, он не смел терять бдительность: сейчас он был рыбой на разделочной доске, да и к тому же у него теперь появились люди, о которых нужно заботиться.
Раз похититель молчал, Лян Жуй тоже не решался произнести лишнего, опасаясь вывести из себя человека, чьи поступки совершенно не поддавались логике.
Прошло немало времени — атмосфера успела настолько сгуститься, что Лян Жуй уже почти терял терпение, — как вдруг те руки бережно подняли его с земли. Лян Жуй невольно вздрогнул, но сдержался и не издал ни звука.
Он уже понял, что ответа не дождётся — быть может, из соображений осторожности или просто по нежеланию говорить... Как бы то ни было, ответа всё равно не последует, а устраивать истерику и кричать нападающему в уши — только провоцировать того на убийство свидетеля.
Впрочем, убивать его явно не собирались. В конце концов, Лян Жуй не видел лица преступника и не слышал его голоса. Он лишь чувствовал по силе рук и твёрдой груди, что этот мужчина невероятно силен.
Незнакомец пронёс Лян Жуя на руках какое-то расстояние, а затем просто бросил на землю. Падение вышло жестковатым, но под ногами оказалась мягкая трава, так что боли он почти не почувствовал.
Спустя еще мгновение до него донесся звук удаляющихся шагов.
Лян Жуй понял, что тот ушел. И хотя похититель от начала и до конца хранил абсолютное молчание, мучения закончились.
Только теперь он наконец позволил себе выдохнуть с облегчением.
Трава под ним всё еще пахла сыростью после недавнего дождя — судя по всему, они находились под открытым небом в каком-то общественном месте. И действительно, вскоре, как и предполагал Лян Жуй, его обнаружил прохожий и помог подняться.
Сняв повязку с глаз, Лян Жуй понял, что уже рассвело. Дело происходило в самом большом парке в центре Пинчэна, а нашел его ранний дворник. Поблагодарив спасителя, Лян Жуй поспешно бросился к месту происшествия. К счастью, машина стояла на прежнем месте; кошелек, разумеется, пропал безвозвратно, но телефон уцелел.
Стоило включить экран, как на него посыпались пропущенные вызовы — все они были от Лю Сыжун.
Он пропал на всю ночь, мало того что не приехал вовремя забрать Сяо Юаня из школы, так еще и на звонки не отвечал. Лю Сыжун наверняка сошла с ума от беспокойства! Лян Жуй тут же перезвонил.
Гудки шли недолго, трубку сняли мгновенно — судя по всему, она неотлучно дежурила у телефона. В трубке послышался испуганный голос Лю Сыжун:
— Лян Жуй? Ты в порядке? Где ты? Почему ты всю ночь не отвечал на звонки?
Лян Жуй на секунду замялся, а затем виноватым тоном произнес:
— Прости, вчера слишком много выпил и не услышал телефон. Я уже еду!
Лян Жуй вовсе не собирался волновать Лю Сыжун, однако озвученная причина звучала довольно раздражающе. Ему пришлось потратить немало времени на успокаивающие заверения, прежде чем он смог повесить трубку.
Опустив взгляд на себя, он поморщился: помятая одежда, босые ноги — вид поистине жалкий. В таком виде заявляться к Лю Сыжун было никак нельзя.
В спешке вернувшись домой, Лян Жуй привел себя в порядок: лицо всё еще выглядело бледноватым, но в целом катастрофы не наблюдалось. Только после этого он поспешил к Лю Сыжун.
— Где Сяо Юань? — с порога спроил Лян Жуй, искренне переживая за сына.
Лю Сыжун изначально была сердита, но при виде измождённого вида Лян Жуя ее сердце смягчилось — наказывать его дальше было просто жалко. Она ответила:
— Он вчера прождал тебя допоздна и заснул только к ночи. Еще не проснулся.
С виноватым видом глядя на Лю Сыжун, Лян Жуй промолвил:
— Прости, что заставил волноваться.
Лю Сыжун закусила губу и тяжело вздохнула:
— Ладно... понимаю, работа. Но почему нельзя было предупредить заранее? Телефон отключен, словно сквозь землю провалился... Я... я так испугалась.
В ее глазах плескался нерастраченный ужас.
Глядя на нее, Лян Жуй на мгновение замер, протянул руку, притянул ее к себе за плечи и мягко утешил:
— Это моя вина. Вчера перебрал с клиентами и вырубился прямо на месте, даже сообщить тебе не успел. Больше такого не повторится. Обещаю.
Правду знать ей всё-таки было ни к чему, тем более что всё уже позади.
Тело Лю Сыжун едва заметно вздрогнуло, а затем она тихонько прижалась к груди Лян Жуя:
— Угу.
К счастью, сегодня была суббота, и Лян Сяоюань не нужно было идти в школу. Лян Жуй не решился будить мальчика и вместо этого вместе с Лю Сыжун отправился за покупками на рынок.
Когда они вернулись, Лян Сяоюань уже проснулся.
Коротенькими шажками подбежав к отцу, он стрелой взлетел на него и повис, намертво вцепившись в шею словно маленькая мартышка и ни в какую не желая слезать.
Лян Жуй одновременно испытывал и неловкое умиление, и жгучее чувство вины: ребенок наверняка испугался. Ведь за столько лет он еще ни разу не бросал его вот так одного. Детская психика невероятно чуткая, разве мог он не испугаться?
Оберегающим движением похлопав сына по спине, Лян Жуй с улыбкой произнес:
— Что, неужели соскучился по папе за одну ночь?
Лян Сяоюань молчал.
Тогда Лян Жуй продолжил:
— Эх, а я ведь купил твоих любимых раков, но раз уж ты в таком положении... боюсь, приготовить их не удастся...
— Папа — вредина! — наконец подал голос Лян Сяоюань. Надувшись, он сердито посмотрел на Лян Жуя, но всё же слез с него. Судя по всему, соблазн был слишком велик...
Лян Жуй улыблся, честно опустился перед сыном на корточки и виновато произнес:
— Это папа виноват. Простишь меня, взрослого человека, на этот раз?
Лян Сяоюань склонил голову набок, подумал и неторопливо протянул:
— Ну... я подумаю... Если приготовишь вкусно — прощу, а если нет — нет. Вот так!
Еле-еле угомонив этого маленького предка, Лян Жуй почувствовал себя так, будто боролся с похитителем. Схватив пакет с раками, он поспешил на кухню.
Лю Сыжун последовала за ним, прикрывая рот рукой и тихонько хихикая.
Безнадёжно глянув на нее, Лян Жуй вздохнул:
— Может, и ты пойдешь подождать в гостиной? Сегодня кухня полностью в моем распоряжении, не отбирай у меня это право.
— И не думала я ничего отбирать! — Лю Сыжун передразнила интонацию Лян Сяоюаня, лучезарно улыбнулась и вышла.
Лян Жуй тихонько рассмеялся, во взгляде его мелькнула мягкость.
Готовил Лян Жуй отменно. Сначала он быстро обжарил раков с зеленым луком в масляной заливке, затем приготовил мясо в двойном маринаде, добавил пару блюд из сезонных овощей — и вот на столе уже красовался скромный, но аппетитный ужин.
Сам он ел немного, а вот Лю Сыжун с Лян Сяоюанем уплетали за обе щеки, явно оставшись довольны кулинарными извинениями.
При этом они заставили его пообедать готовить всю следующую неделю — только тогда они соизволят простить его окончательно.
У Лян Жуя не было выбора, кроме как смиренно подписать этот ряд неравноправных соглашений.
Следующие полмесяца прошли в полном спокойствии, и Лян Жуй постепенно выбросил тот инцидент из головы: судя по всему, это была банальная случайность, а не целенаправленная слежка.
Вот только кошелек вернуть не удалось — внутри оставались удостоверение личности и банковские карты, так что при случае нужно будет выкроить время на их восстановление.
Последние дни Лян Жуя занимала совсем другая забота.
За последнее время их отношения с Лю Сыжун заметно потеплели. Лян Жуй всегда знал, что он ей небезразличен, но он не был подлецом, привыкшим играть на чужих чувствах. Раз уж он решился на серьезный шаг и задумался о переходе отношений на новый уровень, к этому стоило подойти со всей ответственностью — раз уж взялся поступать как мужчина, нужно делать всё до конца.
Например, скоро наступит Цисицзе, праздник влюбленных, и в такой день подобало сделать какой-то подарок...
Праздник приближался, и в пекарне Лю Сыжун тоже прибавилось хлопот.
Помимо обслуживания покупателей в самой лавке, Лю Сыжун открыла виртуальный магазин в WeChat, предлагая доставку на дом. Заказы на Цисицзе были расписаны на несколько дней вперед.
В день праздника, еще до рассвета, Лю Сыжун с помощниками уже вовсю трудились на ногах.
Когда Лян Жуй заглянул к ней вечером, он как раз застал курьера, выбегающего с целой охапкой коробок, в то время как сама Лю Сыжун склонилась над рабочим столом. Тихонько подойдя к ней сзади, Лян Жуй увидел, как она аккуратно выводит на кремовой шапочке торта фразу: «Давно не виделись, я очень скучаю».
Лю Сыжун критически оглядела творение, с довольным видом отложила кондитерский мешок и, обернувшись, заметила Лян Жуя:
— Ой, когда ты пришел? Напугал меня.
— Только что, — мягко улыбнулся Лян Жуй.
Лю Сыжун улыбнулась в ответ:
— Как раз вовремя. Выручишь меня? Отвези этот торт по адресу. — Она бережно упаковала готовый десерт в коробку и, завязывая шелковую ленту, пояснила: — Изначально я уже не планировала брать заказы, но этот клиент за последнее время сделал несколько крупных покупок, так что для него я решила сделать исключение. Эту надпись он попросил нанести лично. Судя по всему, человек довольно романтичный... Кстати, Сяофан уже ушла развозить заказы, а возвращаться самой уже поздно, так что вся надежда на тебя.
Подобная услуга не составляла труда — в те времена, когда пекарня только открывалась и денег катастрофически не хватало, Лян Жуй частенько брал на себя обязанности курьера.
— Слушаюсь, — Лян Жуй подхватил коробку с тортом и бросил Лю Сыжун: — Жди меня, вернусь — поедем ужинать.
Он незаметно качнул рукой в кармане: там лежала купленная после долгих поисков платиновая цепочка. Это был праздничный подарок для Лю Сыжун, и он до сих пор немного нервничал — гадал, понравится ли он ей.
Лю Сыжун не знала о его планах, но предложение поужинать вместе явно ее обрадовало. Пристально посмотрев на него, она произнесла:
— Хорошо, я буду ждать.
После этого Лян Жуй вышел.
Спустя полчаса он припарковал машину у ворот элитного жилого комплекса Шэнтин. Сверившись с запиской в руке, он убедился, что всё верно: адрес совпадал.
Шэнтин был самым престижным районом Пинчэна, здесь селились сплошь богачи и влиятельные люди, а охрана на проходной отличалась особой строгостью. Впрочем, клиент заранее предупредил охрану, так что Лян Жуй прошел внутрь без всяких проблем.
Отыскав восьмой корпус, он попытался позвонить клиенту, но тот не взял трубку. Тогда Лян Жуй отправил короткое сообщение: «Здравствуйте, ваш торт доставлен».
Ответ пришел незамедлительно: «Поднимайся наверх». Одновременно с этим раздался щелчок — дверь подъезда отперлась.
Лян Жуй слегка удивился: он не ожидал, что ответ поступит так быстро, видимо, абоненту было неудобно говорить по телефону...
Пришлось подниматься с тортом пешком. Едва выйдя из лифта, он получил еще одно сообщение: «Дверь не заперта, оставь торт на журнальном столике в гостиной».
Подняв глаза, Лян Жуй увидел, что дверь квартиры номер 1802 действительно приоткрыта.
Странный какой-то клиент, пронесло в голове Лян Жуя. Впрочем, в его задачу входило лишь доставить торт, так что он толкнул дверь и вошел внутрь.
Это были двухуровневые апартаменты, оформленные в лаконичном стиле, но выдававшие богатство в каждой детали. В гостиной никого не было — возможно, хозяин находился в другой комнате. Торопясь закончить дело (в конце концов, в лавке его ждала Лю Сыжун), Лян Жуй направился прямо к журнальному столику, чтобы поставить коробку.
Но стоило ему развернуться, чтобы уйти, как взгляд случайно зацепился за неприметный предмет, лежавший на краю столика. Рассмотрев его, он почувствовал, как по спине пробежал мороз!
На столе лежал именно его собственный кошелек вместе с удостоверением личности, потерянный в ту злополучную ночь.
Вот так... тихо и непринужденно красуясь на самом видном месте...
В этот момент мозг отказывался обрабатывать информацию: чисто животный инстинкт самосохранения заставил его стремглав броситься к выходу! Ему нужно было убираться отсюда как можно скорее! Однако не успел он добежать до прихожей, как из-за лестницы послышался знакомый, холодный голос, от которого кровь в жилах застыла окончательно.
— Разве можно уходить, даже не посидев?
http://bllate.org/book/30702/3742283
Готово:
