Когда он протянул руку, расстояние до лица Линь Цзиня оставалось всего в несколько сантиметров. Испугавшись, Линь Цзинь резко отпрянул назад, и его стул с грохотом повалился на пол.
Сидевшие рядом любители поесть прекратили свою возню и с недоумением уставились на них двоих.
— П-прости, — покраснев, Го Цзы поспешно убрал вяленую говядину.
Линь Цзинь проводил лакомство жадным взглядом, едва не попросив его остановиться, но в последний момент всё же сдержался.
*У-у-у… как же хочется съесть хоть кусочек.*
В это время приятели потянули Го Цзы в сторону и принялись шептаться:
— Ну ты и приставучий. Он уже сколько раз тебя отшил, а ты всё никак не успокоишься.
— Да ладно вам, мы же в одной комнате живём, надо как-то налаживать отношения.
Сюй Чжоупин фыркнул:
— Ты-то, может, и хочешь, а вот он — вряд ли.
— Пин-пин, прозвучало как-то двусмысленно.
— Не придирайся к словам. Просто поменьше к нему лезь, мы с ним люди из разного теста.
Линь Цзинь, подбирая стул, до побелевших костяшек сжал руку.
— Тсс, тише вы. А то сейчас ваш кузен доест всю говядину.
Дверь общежития с грохотом распахнулась. В комнату вошел парень ростом метр девяносто, с могучими мускулами и кожей цвета пшеницы, волоча за собой огромный чемодан.
Заметив, что все в сборе, он ослепительно улыбнулся:
— Хай! Всем привет!
— Ух ты, братан, ну и высоченный же ты! — хором воскликнули парни.
— Есть метр девяносто? — Го Цзы подошел к нему и прикинул на глаз. При его собственном росте метр семьдесят два он едва дотягивался до подбородка вошедшего.
Цзян Ци с улыбкой ответил:
— Чистый рост — метр девяносто, в обуви — метр девяносто два.
— Ништяк! — остальные тоже окружили новичка, сравнивая свой рост с его.
Сюй Чжоупин и Фан Сяо, оба ростом метр семьдесят пять, доходили ему примерно до подбородка, а кузен, самый низкий из них, встав прямо, едва достигал ему груди.
— Ого, и на чём ты вырос?
— На блинчиках с зелёным луком.
— Ты из Шаньдуна?
— Угу.
На лицах остальных читалось полное «мы так и знали». Кузен, встав на цыпочки, похлопал его по плечу:
— Полностью соответствуешь стереотипам о твоей провинции.
— Ты из баскетбольной команды?
— Нет, занимаюсь бегом с барьерами.
— Как Лю Сян, летающий человек!
— Это мой кумир.
Цзян Ци оказался типичным экстравертом, который мгновенно заводит знакомства. Он поставил чемодан у своей кровати и по очереди отбил «дай пять» каждому из соседей:
— Цзян Ци, родом из Шаньдуна. Надеюсь на вашу поддержку в будущем.
Го Цзы первым хлопнул его по руке:
— Я Го Цзы, из Внутренней Монголии.
— Фан Сяо, пекинец, все зовут меня Сяо Фан.
— О, столичная штучка!
Фан Сяо кокетливо подмигнул:
— Ой, ты мой хороший. — Все вокруг дружно расхохотались.
— Я! Теперь я! — подпрыгнул Тянь Шо и тоже ударил по руке. — Я Тянь Шо, по моему акценту не скажешь, откуда я?
Цзян Ци, передразнивая его манеру речи, отозвался:
— Кузен, что ли?
Парни чуть не покатились со смеху.
— Именно! Его прозвище — Кузен.
Наконец очередь дошла до Сюй Чжоупина:
— Сюй Чжоупин, из Хэнани, все зовут меня Пин-пин. Мы тут все на фармацевтическом, хотя нет, постой — Кузен решил исправиться и в этом году перевёлся на экономический.
Цзян Ци заметил в углу еще одного человека, подошел к Линь Цзиню и протянул руку:
— Братан, познакомимся?
Линь Цзинь поправил очки и поднял голову. Он не стал ни пожимать руку, ни вести светскую беседу, а лишь холодно представился:
— Линь Цзинь.
— Э-э, кхм… — Цзян Ци неловко убрал руку, почесал затылок и, повернувшись, принялся разбирать вещи, попутно перекидываясь фразами с остальными.
Линь Цзиня это начало раздражать. Он достал наушники, надел их и включил документальный фильм.
Только тогда Цзян Ци тихо спросил:
— Что это с ним? Почему он такой нелюдимый?
Парни сгрудились вокруг и зашептали:
— У него брезгливость, он не любит, когда к нему прикасаются.
— Характер тяжелый, ни с кем не хочет общаться.
— Зато голова светлая, статьи в научных журналах публиковал!
Кузен подвел итог:
— Короче, ледяной гений.
Цзян Ци лишь фыркнул. Больше всего на свете он не любил пафосных типов, особенно тех, кто строит из себя аутичных «ледяных принцев».
Сюй Чжоупин добавил:
— Поменьше с ним связывайся. У парня явно что-то с психикой, не ровен час, психанет и пришибет нас всех.
Цзян Ци припомнил шутку про «спасибо соседу, что не убил», и все дружно закивали.
Цзян Ци расхохотался, его недавнее раздражение как рукой сняло. Он был человеком отходчивым и сразу забыл о неприятном моменте.
Го Цзы угостил его вяленой говядиной и йогуртовыми конфетами, и Цзян Ци тут же был принят в «монгольские сыновья».
В обед никому не хотелось спускаться в столовую, и Цзян Ци вызвался сходить за всех. У спортсмена энергии хоть отбавляй — лишний раз подняться и спуститься для него даже разминкой не считалось.
— Мне принеси рис с рыбой в остром соусе!
— А я хочу рисовую лапшу.
— Мне холодную лапшу и колу, спасибо, отец. — Фан Сяо был мастером называть всех отцами.
Кузен же переел говядины и обедать отказался.
Го Цзы добавил Цзян Ци в группу общежития в мессенджере и перевел деньги за еду, остальные последовали его примеру.
Разобравшись с заказами, Цзян Ци вспомнил про одиночку в углу, подошел и спросил:
— Эй, Линь Цзинь, тебе что-нибудь принести?
— Не нужно, спасибо.
Ответ прозвучал всё так же холодно. Цзян Ци решил, что с этим парнем каши не сваришь, и поспешил уйти подальше.
Когда в комнате стало совсем тихо, Линь Цзинь выключил компьютер, встал, сходил в туалет, помыл руки и, надев новые перчатки, отправился обедать.
В сентябрьский полдень солнце палило нещадно. Плитка, прогревшаяся за всё утро, дышала зноем, и не успел Линь Цзинь отойти далеко, как по спине уже заструился пот.
В столовой, благодаря кондиционерам, стало чуть легче. Линь Цзинь дождался, пока схлынет основная очередь, и только тогда подошел к свободному окну, чтобы сделать заказ.
http://bllate.org/book/30665/3738180
Готово:
