Первый приступ случился, когда ему было три года. После обычной простуды и высокой температуры у мальчика внезапно отнялись конечности, дыхание перехватило, а личико покраснело от нехватки воздуха.
Родители Линь Цзиня в панике отвезли его в обычную больницу, но врачи не смогли определить причину недомогания, и ребенка поспешно перевели в столичную клинику.
К удивлению всех, после перевода он выздоровел сам собой. Линь Цзинь был абсолютно здоров по результатам всех обследований — врачи не нашли никаких патологий.
Родители выдохнули и, успокоившись, отправились с сыном в аэропорт, чтобы лететь домой. Кто бы мог подумать: в аэропорту одна из стюардесс, решив, что Линь Цзинь очень милый, коснулась его щеки — и приступ повторился снова...
После нескольких десятков поездок в больницы врачи наконец поставили диагноз: кожный сенсорный синдром. Его болезнь была вызвана прикосновениями к коже.
Этот недуг не был смертельным, но сильно осложнял жизнь. До наступления пубертата любое прикосновение незнакомца вызывало у мальчика слабость, затрудненное дыхание, жар, а иногда и рвоту.
После полового созревания добавилась еще одна реакция: при тактильном контакте тело переставало подчиняться, возникала неконтролируемая эрекция. Этот секрет едва не сломил его, несколько раз он был готов прибегнуть к крайним мерам и причинить себе вред.
Позже он научился справляться с собой, но с тех пор начал носить перчатки, круглый год не снимал длинные рукава и брюки, избегая любого физического контакта.
С того же времени он стал молчаливым, закрылся в себе и перестал отвечать на любые проявления симпатии или неприязни извне.
В этот период родители часто ссорились из-за его болезни и в конце концов развелись.
Однако, даже расставшись, оба не перестали любить сына и продолжали возить его по врачам в поисках исцеления.
За эти годы Линь Цзинь проглотил столько лекарств, что их количество превысило объем съеденной пищи, из-за чего заработал кучу побочных заболеваний.
В средней школе из-за избытка гормональных препаратов он сильно растолстел, а на лице начали расти темные волосы, из-за чего одноклассники прозвали его Холодным дикобразом.
В старших классах он принимал лекарство, которое сильно ударило по печени, и за месяц зрение упало до минус четырех диоптрий.
После окончания школы он поступил в престижный медицинский университет, где узнал, что генетические болезни почти невозможно вылечить одними лишь таблетками — для этого нужно менять структуру генов, что практически нереально.
С тех пор Линь Цзинь перестал принимать лекарства. Куда бы он ни шел, в карманах у него всегда лежали одноразовые перчатки, а сам он неизменно сохранял ледяное выражение лица, отпугивая всех на расстоянии тысячи ли.
Окружающие действительно держались от него на безопасной дистанции из-за его холодного нрава.
Все эти годы у него не было друзей, он не заводил отношений, каждый день занимался только учебой, ел да спал, изредка поглядывая кино или сериалы. Его жизнь была простой и сухой, как и он сам.
— Вернулся? — Фан Сяо вошел в комнату и по привычке поздоровался.
— Угу, — буркнул Линь Цзинь, и в общежитии воцарилась мертвая тишина.
Фан Сяо обхватил себя руками и картинно передернул плечами: ледяной гений и правда не подвел — температура в комнате упала градусов на двадцать, кондиционер даже включать не надо.
Вскоре вернулся Сюй Чжоупин. Как только они встретились, тут же начали подкалывать друг друга, соревнуясь, кто станет «отцом» для другого.
— Сынок, видел в соцсетях, ты летом за границу ездил. Ну как, интересно?
Фан Сяо, развалившись на стуле, лениво ответил:
— Да ну, скука. Одни наши, даже ни одного золотоволосого иностранца не встретил. Вроде как за границу съездил, а вроде и нет.
— Эх, не зря тебя называют вечным странником, — Сюй Чжоупин помолчал и добавил: — Кстати, слышал, Тянь Шо в этом семестре переводится на другой факультет.
Тянь Шо был их соседом по комнате.
— Куда переводится?
— На экономику, вроде. Точно не знаю, но с нашей специальностью ловить точно нечего.
В нынешних условиях жесткой конкуренции диплом почти всегда означал безработицу.
Конечно, за исключением особо выдающихся студентов, вроде того, что сидел перед ними. Тот уже опубликовал две статьи в базе данных SCI и после выпуска станет востребованным специалистом — не то что они, обычные люди.
Только они заговорили, как дверь открылась и вошел Тянь Шо.
Этот парень был родом из Гуанси, говорил с забавным акцентом, и все звали его Братцем.
— Братец вернулся! Ну как, нравится наше новое общежитие?
— Неплохо, три тысячи шестьсот юаней за проживание уплачены не зря!
Фан Сяо, хихикая, передразнил его акцент. Тянь Шо бросил вещи на кровать и набросился на него, пытаясь защекотать.
Линь Цзинь украдкой наблюдал за ними, и на душе стало тоскливо. Как же ему хотелось влиться в эту компанию, вместе смеяться и дурачиться.
Но это было невозможно. Одно прикосновение — и тело реагирует, желание вспыхивает в любой момент. Чем он тогда отличается от животного? Если другие узнают, их наверняка стошнит от отвращения.
Он опустил голову, пытаясь вернуться к статье, но буквы плыли перед глазами. Он продолжал прислушиваться к разговору, чувствуя себя мрачной крысой, подглядывающей за чужой дружбой.
Ближе к обеду вернулся Го Юйхан — пухлый, шумный парень. Обычно он болтал больше всех, и даже лед вокруг Линь Цзиня не мог устоять перед его натиском.
— Хей, братцы! Смотрите, что батя вам привез!
Он был родом из Внутренней Монголии, и в чемодане у него лежала целая куча вяленой говядины и йогуртовых конфет.
— Батя, ты вернулся!
— Сын твой так долго тебя ждал!
Парни тут же сорвались с мест и окружили его, будто голодали восемь жизней. Глаза их горели жадным огнем, готовые в любую секунду начать дележку.
— Вяленая говядина от матушки — угощайтесь!
— Спасибо, батя!
Они нетерпеливо зубами вскрывали упаковки и набивали рты.
— Оставьте мне, Фан Сяо, твою ж мать, не отбирай!
— Ой, вы чего творите, Сюй Чжоупин, ты мне руку укусил!
Го Юйхан протянул горсть гостинцев Линь Цзиню:
— Линь, будешь пробовать?
Линь Цзинь сглотнул слюну:
— Нет, спасибо.
В душе он стонал: ему ужасно хотелось попробовать... Но если съешь чужое, будешь обязан, а ему и так с трудом удается держать дистанцию с этим добряком.
— Да попробуй, это домашнее, чистое! — не дожидаясь отказа, Го Юйхан просто высыпал угощение ему на стол.
http://bllate.org/book/30665/3738179
Готово:
