Дырявый Котёл
— Что такое мафия?
Пройдя по Грязному Проулку довольно далеко, Хагрид вдруг задал этот вопрос.
Мо Янь замер, не ожидая, что у этого полувеликана такой острый слух. То, что он не спросил об этом при Ниле, было просто невероятно. Подумав, Мо Янь ответил:
— Мафия — это очень большая и влиятельная организация в Италии, из тех, о которых все знают. Мне так проще объяснить. — А что? Ты разве никогда об этом не слышал?
— Ох, — пробормотал Хагрид, — я не особо разбираюсь в мире маглов.
— Маглов? — переспросил Мо Янь, хотя и так всё знал.
Хагрид пояснил:
— Так мы называем тех, кто не умеет колдовать.
Он снова подёргал себя за бороду. Мо Янь даже заметил на некоторых волосках следы крови, но полувеликан, казалось, вообще ничего не чувствовал. Он то и дело сувал руку в карман и вытаскивал обратно, шагал то быстрее, то медленнее, и Мо Яню приходилось чуть ли не бежать трусцой, чтобы поспевать за этим полувеликаном, который почти полностью игнорировал мальчика.
Мо Янь перекинул парусиновую сумку на другое плечо и мысленно выругал себя за жадность — надо же было захапать столько добра себе «на карманные расходы», — а сам тем временем лихорадочно гадал, что же так встревожило Хагрида. Насколько он знал, у этого громилы нервы были толще стальной арматуры. С другой стороны, чего ещё ожидать от человека, который умудрился вырастить огнедышащего дракона в собственной хижине?
Наконец, когда Мо Яню показалось, что лямки сумки стёрли его плечи до крови, Хагрид остановился, словно наконец приняв какое-то решение. Ноги Мо Яня от бега совсем оденели, и по инерции он налетел прямо на ногу Хагрида. Его нос врезался во что-то твердое, спрятанное в кармане полувеликана, и из глаз от острой боли тут же брызнули слёзы.
— Э-э, простите. — Похоже, слёзы в глазах Мо Яня напугали Хагрида. Желая загладить вину, он наклонился и вытащил грязный носовой платок, протягивая его мальчику. Мо Янь уставился на тряпицу, в которой уже невозможно было признать первоначальный цвет, а затем перевёл взгляд на полувеликана, который с трудом согнулся в три погибели, чтобы соответствовать его росту. Из-за близкого расстояния Мо Янь даже смог разглядеть в его круглых чёрных глазах крайнюю нервозность и тревогу. По правде говоря, ему вовсе не хотелось задевать чувства этого простодушного полувеликана, но если выбирать между тем, чтобы вытереть глаза такой тряпкой... тут уж лучше пустить друга на корм рыбам, чем самому утонуть. Поэтому Мо Янь решительно покачал головой и сделал два шага назад, чтобы закрепить эффект.
Конечно же, Хагрид занервничал ещё сильнее. Его ладони размером с крышку мусорного бака безостановочно сжимались и разжимались, но он всё же набрался смелости и произнёс:
— Эванс, у меня тут есть одно дело... э-э, очень важное, архиважное, я никак не могу опоздать...
— Забрать этого Гарри? — прервал его Мо Янь. Смотреть, как столь грозный амбал глядит на тебя глазами испуганного кролика — зрелище не из приятных, и по рукам Мо Яня уже побежали мурашки. К тому же этот полувеликан, ростом добрых с двух взрослых людей, согнулся в три погибели, чтобы разговаривать с ним! Не присел на корточки, а именно согнулся! Неужели этот здоровяк никогда не осознавал, какое колоссальное давление он оказывает на того, кто стоит перед ним? И ведь перед ним ребёнок, которому всего одиннадцать лет!Ну что ж, с виду ему всего одиннадцать. Мо Янь на мгновение ощутил лёгкий укол совести из-за того, что использовал свой возраст как оправдание.
Хагрид же, похоже, был ошеломлён столь прямолинейным вопросом:
— Откуда ты знаешь?
— Ты обмолвился об этом, когда спорил с Нилом, — указал Мо Янь. — Ты сказал, что должен забрать Гарри сегодня, и что не видел его целых десять лет.
Хагрид замялся и принялся нервно тереть руки:
— О, вот оно что. На самом деле, нет ничего страшного в том, что ты узнал, ведь вы всё равно встретитесь, когда приедете в Хогвартс. Я хотел сказать, да, мне нужно забрать Гарри сегодня вечером.
— Но ты опоздал забрать меня на четыре дня, — Мо Янь постарался придать своему голосу оттенок сдерживаемого недовольства. — Неужели тот Гарри не может ждать ни минуты, а меня можно откладывать на потом? — Ему удалось выжать из уголков глаз пару слезинок.
— Нет, конечно же, нет! — Хагрид, казалось, был напуган его слезами; он суетливо попытался снова сунуть ему в руки тот самый грязный платок. К счастью, Мо Янь успел ловко увернуться, и слёзы тут же высохли — для такого человека, как Мо Янь, слегка помешанного на чистоте, эта штука была мощнейшим средством от слёз. Хагрид не подозревал, что его платок уже дважды подействовал безотказно. Видя, как мальчик испуганно отпрянул, он решил, что глубоко ранил ребёнка, и поспешил оправдаться: — На самом деле... завтра день рождения маленького Гарри. Я подумал, что если приду за ним именно в этот день, это будет огромным сюрпризом. Конечно, я не хвастаюсь собой, но возможность учиться в Хогвартсе — это подарок, который запоминается на всю жизнь, согласен?
Глядя в ожидающие одобрения глаза Хагрида, Мо Янь через силу улыбнулся:
— Да, конечно, это запомнится на всю жизнь.
Последние несколько дней он томился в радостном ожидании и тревоге по поводу поступления в Хогвартс, что даже забыл: его собственный день рождения тоже завтра.
Как же так? Он всего лишь хотел подшутить над этим великаном, а в итоге сам же и расстроился…
Хагрид не заметил внезапной перемены в настроении Мо Яня и расплылся в широкой улыбке. Затем он наконец присел на корточки и с ещё большей надеждой добавил:
— Раз ты согласен, как насчёт того, чтобы воспользоваться небольшой хитростью и добраться до Косого Переулка пораньше? Видишь ли, я не очень-то силён в этих запутанных магловских дорогах.
Мо Янь постарался изобразить любопытство:
— Хитростью? Какой ещё хитростью?
Хагрид таинственно усмехнулся, достал из внутреннего кармана плаща небольшой мешочек с поблёскивающим серебристым порошком и прошептал так громко, что его могли бы услышать все в округе:
— Это летучий порох. С его помощью мы сможем переместиться из одного камина в другой, главное, чтобы оба были подключены к сети летучего пороха. Волшебники обычно так и путешествуют, но когда забираешь первокурсников, обязан пользоваться магловским способом. Однако если я так поступлю, то точно не успею добраться до Гарри до полуночи… Впрочем, это ведь довольно интересный опыт, правда?— Угу, да уж, — покривив душой ответил Мо Янь. На самом деле ему вовсе не улыбалось переживать столь сомнительные приключения. Он прекрасно помнил, как тяжело пришлось Гарри, когда тот впервые воспользовался камином, — у него даже очки разбились. Но раз уж на то пошло...
— Если воспользуешься летучим порохом, клянусь, я никому не скажу, — произнес он.
— Вот и отлично! — Хагрид радостно улыбнулся и с заискивающим видом забрал у Мо Янь рюкзак, засунув его в один из своих карманов. — Ну тогда пошли. Профессор Флитвик, если память мне не изменяет, живет тут неподалеку, пара шагов — и на месте. Только вот здороваться с ним тебе, пожалуй, не стоит. Нам ни к чему, чтобы профессор Флитвик видел, как я тащу первокурсника по сети летучного пороха. Сможешь спрятаться под моим плащом?
Плащом? Под этой грязной тряпкой, провонявшей бог весть чем?
Разумеется, нет!
— Хорошо, — услышал он собственный голос, давший ответ, который совершенно расходился с его желаниями, и до того рассердился, что был готов головой о стену биться.
Ветер в ушах свистел оглушительно и пронзительно... Зеленое пламя лизало его одежду и лицо, но вместо тепла веяло холодом. Стоило ему попытаться хоть что-то разглядеть, как пляшущие языки пламени начинали слепить глаза, вызывая тошноту... Хагрид крепко прижимал его к груди, они без конца кружились и кувыркались, подбрасываемые и швыряемые невидимой силой... Огромное тело Хагрида то и дело обо что-то билось, и пару раз Мо Янь всерьез испугался, что тот застрянет... Из-за того, что Хагрид занимал почти все пространство, Мо Янь, как ни старался сжаться в комок, постоянно обо все ударялся.
Затем он почувствовал внезапную пустоту под ногами, но благодаря сиюминутной поддержке мощных рук Хагрида всё же удержал равновесие.
— Где это мы?
Голова у Мо Яня кружилась, но, кое-как встав на ноги, он огляделся и понял, что они с Хагридом находятся в каком-то полумрачном, обветшалом пабчике; из-за нехватки света это место выглядело зловеще.
— Дырявый Котёл, — ответил Хагрид. — Место весьма знаменитое.
О, ну а где же еще, если не здесь? — мысленно проворчал Мо Янь, решив, что сеть летучного пороха на редкость пагубно влияет на умственные способности.
— Погоди-ка, сперва я должен показать тебе, где что, — заявил Хагрид и, ухватив Мо Яня за руку, потащил его на выход из паба.
И тогда Мо Янь в изумлении разинул рот.
Кинотеатр Сны, лавка старого Бартона, книжный магазин Синяя голубка, а еще музыкальный магазин, чью вывеску с некогда золотыми буквами облупило настолько, что первоначальное название уже не угадывалось...
Это была чрезвычайно оживленная улица, усыпанная всевозможными лавками.
Улица, до боли знакомая Мо Яню. Такая оживленная, шумная, кишащая народом и при этом обделенная вниманием патрульных стражей порядка — просто предел меччаний любого воришки. А потому, хотя от его дома досюда было кварталов семь или восемь, он частенько хаживал сюда поглазеть по сторонам.
Он ведь столько сил положил на поиски легендарного Дырявого Котла — шнырял по этой улице по два-три раза на дню, а то и тратил по шесть часов на дорогу в один конец, лишь бы отыскать его на другом краю города! С самого детства он исходил эту смрадную улицу вдоль и поперек, измерив своими шагами каждый дюйм...
И надо же было такому случиться: он и понятия не имел, что Дырявый Котёл, который он так упорно разыскивал, все это время находился прямо у него под носом!
Долго искал железные башмаки, а нашел впотьмах.
Раньше эта поговорка казалась Мо Яню просто забавной, но теперь он прочувствовал ее всей душой.
Интересно, когда Фэн Мэнлун сочинял эти строки, испытывал ли он что-то подобное? Чего в нем тогда было больше — радости, бессилия или обиды со злостью?
Как бы то ни было, Мо Янь был близок к тому, чтобы взорваться от ярости, хотя даже сам толком не понимал, на кого именно злится.
Бросив взгляд назад на Дырявый Котёл, он сообразил: стоит лишь перестать концентрироваться на этом здании, как его тут же легко не заметить, даже находясь вплотную, — словно вход в Дырявый Котёл был всего-навсего блеклым пятном на стене, не стоящим внимания.
Хагрид неожиданно хлопнул его по плечу, и застигнутый врасплох Мо Янь чуть не рухнул на колени.
— Ну как? Запомнил это место? Держи, здесь нарисован маршрут от твоего дома сюда — в следующий раз добираться придется самостоятельно.
Ничего не замечающий полувеликан громовым басом сунул Мо Яню в руку мятый кусок пергамента.
Во рту у Мо Яня стоял горький привкус, вымолвить он не мог ни слова. Отрешенно кивнув, он механически взял пергамент, после чего, улучив момент, когда Хагрид отвернулся, скомкал его в комок, швырнул на землю и вдобавок от души пнул ногой.
— А теперь заходим, тебе еще надо узнать, как пройти в Косой Переулок, — вновь уволокнув Мо Яня обратно в паб, Хагрид провел его во внутренний двор, отсчитал три кирпича вверх и три в сторону, трижды стукнул по стене кончиком зонта, и кирпичи сами собой зашевелились. Косой Переулок предстал перед глазами Мо Яня меньше чем за секунду, но сил изображать удивление у него уже не осталось.
— Ну вот, значит... — проговорил Хагрид. — Все необходимое по списку можно купить здесь, ты ведь справишься сам? Само собой, завтра я приведу сюда Гарри, так что если возникнут вопросы, сможешь спросить меня тогда, а может, вам даже удастся подружиться с Гарри!
Произнося последнюю фразу, Хагрид невольно задрал нос — в его голосе сквозила гордость за чужие заслуги, словно дружба с Гарри была величайшей честью.
Разумеется, так оно в общем-то и было... если бы не тот факт, что собеседником великана являлся брат-близнец мальчишки-который-выжил.
— Не нужно! — недружелюбно бросил Мо Янь.
Услышав, что от его драгоценного Гарри отказываются, Хагрид помрачнел. Сунув Мо Яню холщовый мешок и выданный школой кошель с золотыми галлеонами, он попрощался и зашагал прочь.
Стоило холщовой сумке опуститься на плечо, как в Мо Яне словно прорвало плотину: сработали все болевые рецепторы, и его разом пронзила жуткая боль по всему телу. Закатав рукава, он обнаружил содранные до крови локти, а чуть позже разглядел и несколько синяков на ногах. Но вся эта боль вместе взятая не стоила и десятой доли того, что полыхало на плечах и спине: пусть в камине он ими и не ударялся, Хагрид цепко в мертвой хватке держал его именно там, чтобы мальчика не вышвырнуло по дороге.
Копившееся весь день мрачное раздражение наконец прорвало плотину!
Мо Янь со злости пнул стену ногой, отчего из пальца в самый низ стопы ударила волна куда более резкой боли.
— Черт!
http://bllate.org/book/30629/3734451
Готово:
