По окончании этого года Ли Фэй планировал уехать из Цинчэна. Он собирался распродать имущество своей овощной лавки и, следуя изначальному плану, отправиться в город, откуда видно море. Там он хотел купить небольшую однокомнатную квартиру, завести питомца и найти какую-нибудь непыльную работу — желательно такую, чтобы не приходилось уходить засветло и возвращаться затемно, — лишь бы ежемесячного дохода хватало на еду и кров.
Помечтав немного о светлом будущем, Ли Фэй несколько раз огляделся по сторонам, после чего отправился спать.
…
На следующий день в полдень Ли Фэй, нещадно зевая, прислонился к стеллажу и листал ленту в телефоне. Его окликнул юноша-кассир, который собирался увольняться: закончились полиэтиленовые пакеты. Ли Фэй заглянул на склад, достал две рулона и протянул парню, но тот ответил, что этого мало. Ли Фэй, уже сняв фартук, направился к выходу, бросив на ходу, что сходит на оптовую базу за добавкой.
Солнце в два-три часа дня палило нещадно, и, выйдя на улицу, Ли Фэй вскоре пожалел, что не взял зонт.
Рассудив, что идти недалеко, он прикрыл ладонью лоб и зашагал вперед.
Переходя дорогу, Ли Фэй смутно разглядел, как зебра под воздействием раскаленного марева будто поплыла, извиваясь. Про себя он отметил, что, как только окажется в холле оптовой базы, первым делом с невозмутимым видом устремится прямиком к кондиционеру.
Вскоре загорелся зеленый свет, и Ли Фэй быстрым шагом вышел на дорогу. Зебра обжигала подошвы. Неизвестно, то ли от перегрева у него помутилось в глазах, то ли еще что, но двое людей, идущих навстречу издалека, показались ему смутно знакомыми.
— Би-би-би! —
Не успел Ли Фэй разобрать, кто это, как сбоку раздался пронзительный автомобильный гудок. Ли Фэй в ужасе застыл, не успев даже среагировать, как правую часть тела от бедра до ступни пронзила острая боль. В следующее мгновение его голова тяжело ударилась о раскаленный асфальт.
Мир будто замер на пару секунд.
Спустя две секунды водитель скрылся.
Ли Фэй морщился от жара земли, пытаясь приподняться, но от боли лишь снова кривился. В помутненном сознании он увидел, как те двое людей бегут к нему.
Встревоженный женский голос настойчиво спрашивал, где болит и как он себя чувствует. Ли Фэй смог лишь невнятно пробормотать: «Жарко… как же жарко», а затем кто-то взвалил его на спину.
…
В больнице, после полуторачасового лечения, Ли Фэя вывезли из смотровой. По счастливой случайности в последний момент адреналин обострил его инстинкт самосохранения: в момент столкновения он чудом подпрыгнул, видимо, надеясь по инерции перекатиться на капот и смягчить удар. Хотя целиком это не удалось, всё ограничилось вывихом тазобедренного сустава, небольшим переломом лодыжки, растяжением связок и рассечением головы с легким сотрясением мозга.
Ли Фэй пришел в себя еще на выходе, но, поскольку отдельной палаты не было, его уложили на койку в коридоре. Рядом с ним дежурил молчаливый подросток в школьной форме.
Кондиционер в больнице работал слишком сильно, и Ли Фэй чувствовал себя неуютно, его подташнивало — то ли от головокружения, то ли от холода. Долгое время он лежал с закрытыми глазами, хмурясь и борясь с тошнотой. Беременная женщина, сидевшая неподалеку на ряду кресел, выглядела точно так же.
Спустя какое-то время Ли Фэй почувствовал, что дурнота немного отступила, голова перестала кружиться, и он открыл глаза.
Подросток всё еще дежурил здесь, к нему присоединился кто-то из взрослых — с квитанцией об оплате в руках, — и они вместе сидели у кровати.
Оба молчали, сидя так, словно караулили покойника.
Ли Фэй невольно усмехнулся собственной метафоре.
И тут он заметил, что оба повернулись к нему.
Ли Фэй: «…» Он что, произнес это вслух?
— Вы очнулись, — женщина смотрела на него с нескрываемым беспокойством. — Как вы себя чувствуете? Может, нам связаться с вашими родными?
Ли Фэй хотел покачать головой, но из-за головокружения не смог, поэтому слабым голосом ответил: — Не нужно, спасибо, что доставили меня в больницу.
Женщина посмотрела на него со сложным выражением лица: — Водитель, кажется, скрылся, но не волнуйтесь, мы уже заявили в полицию.
Ли Фэй моргнул, про себя обругал водителя последними словами и еще раз поблагодарил их.
В то время на улице было совсем мало людей, да и дорога второстепенная — скорее всего, водитель проскочил на красный свет, решив, что никого нет, и сам не ожидал, что едва не угробит Ли Фэя.
Заметив, как неловко сидит женщина, Ли Фэй перевел взгляд на квитанцию в ее руках.
— Будьте добры, подайте мой телефон, — попросил он.
Женщина с готовностью выудила телефон из его сумки через плечо.
Ли Фэй чувствовал, что правая сторона тела онемела, а левая была в порядке, поэтому левой рукой он поднес смартфон к лицу, разблокировал его, набрал номер и, отдав распоряжения, положил трубку.
Тем временем в больницу пришла полиция. Уточнив у женщины, действительно ли она звонила в службу спасения, полицейский посмотрел на Ли Фэя с перебинтованной головой.
Поскольку с виновником аварии связаться пока не удавалось, дорожная полиция отслеживала машину по факту скрытия с места ДТП. Органы общественной безопасности уже открыли дело, и ожидалось, что к ночи местонахождение преступника будет установлено.
Опросив Ли Фэя, полицейский сказал, что выдаст направление на судебно-медицинскую экспертизу, и напомнил не забыть ее пройти.
Когда полиция ушла, Ли Фэй вспомнил о своих спасителях, но, обведя взглядом коридор, никого не увидел. Спросить было не у кого, а имен он так и не запомнил.
Ли Фэй тяжело вздохнул, не зная, как отплатить за спасение жизни. В довершение всего у него разыгрался голод.
Какое невезение.
Ли Фэй полежал, изображая мертвого, но в конце концов не выдержал. Он уже собирался попросить помощи у родственников больных в коридоре, как вдруг увидел, что его спасители вернулись.
Женщина шла быстрым шагом, а в руках у подростка был контейнер с едой.
Они ходили покупать ему обед?
Глядя, как они приближаются, Ли Фэй почувствовал, как по щекам предательски катятся слезы голодного человека.
Глава 3: Одноклассник Сяо Мин
Ли Фэй полусидел, прислонившись к стене, и, стараясь справиться с головокружением, держал ложку, чтобы поесть.
Во время еды спасители не отходили от него: один мягким голосом поддерживал беседу, а другой молча, как скала, сидел рядом.
Женщину звали Сун Яо, а подростка — Сун Мин, они были тетей и племянником.
Когда Ли Фэй невзначай спросил, почему они в последние дни не приходили собирать картон, на лице Сун Яо промелькнула тень усталости — казалось, ее грызет какая-то серьезная беда.
Ли Фэй съел половину, почувствовал подступающую тошноту и отложил контейнер, решив доесть позже.
Сун Яо, недолго думая, рассказала ему об их с племянником судьбе. Видимо, она посчитала Ли Фэя порядочным человеком и откровенничала без утайки.
Десять лет назад отец Сун Мина погиб в аварии, будучи за рулем в нетрезвом состоянии. В той катастрофе погибла не только мать Сун Мина, сидевшая на пассажирском сиденье, но и молодая пара — жертвы аварии, причем женщина была беременна.
Так девятилетний Сун Мин в одночасье остался сиротой, на которого повесили клеймо сына убийцы.
Сун Яо всегда души не чаяла в племяннике. Едва закончились похороны брата и невестки, когда вся остальная родня ломала голову, что делать с этим «горячим картофелем», Сун Яо добровольно вызвалась стать опекуном Сун Мина. Она переехала в другой город, перевела его в новую школу и начала жизнь с чистого листа.
До переезда долги отца Сун Мина перешли по наследству к самому мальчику и его опекуну Сун Яо. Компенсации, покрываемой имуществом, не хватало, и родственники погибших приходили к школе Сун Мина с транспарантами. Старики, потерявшие детей, устроили настоящий скандал. Чтобы успокоить их и обеспечить Сун Мину спокойное будущее, Сун Яо добровольно обязалась выплатить остаток долга.
После переезда, не имея высокого образования, Сун Яо не могла найти достойную работу. Днем она работала официанткой в закусочной, а по вечерам мастерила нехитрые поделки на продажу в интернете. На жизнь им хватало, но главное — все деньги уходили на погашение долга. Семья пострадавших тоже нуждалась в средствах: после смерти той пары остались только дедушка с бабушкой и пятнадцатилетний подросток. Основные кормильцы ушли, и мир для них рухнул.
Первые годы тетя с племянником кое-как сводили концы с концами. После того как первая буря эмоций улеглась, пострадавшая сторона согласилась на отсрочку платежей и устную договоренность: Сун Яо каждый месяц переводила им фиксированную сумму. Расчет был на то, что за пятнадцать лет долг будет погашен. Сун Яо надеялась, что, стиснув зубы, сможет оплатить учебу Сун Мина, а когда тот пойдет работать, их страдания наконец закончатся.
Сун Мин оправдывал надежды: он всегда был лучшим в учебе, все учителя в школе хвалили его за прилежание и воспитанность.
Увы, судьба распорядилась иначе.
Сун Яо думала, что, переведя племянника далеко, они будут в безопасности, что спустя столько лет никто ничего не вспомнит. Но судьба нанесла им сокрушительный удар.
Неизвестно, с чего всё началось, но в старшей школе Сун Мина поползли слухи, что его родители были убийцами.
Когда Сун Яо заподозрила неладное, Сун Мин уже много дней не произносил ни слова. А потом ей позвонил учитель и сказал, что всегда спокойный и рассудительный Сун Мин внезапно подрался с одноклассником.
Когда Сун Яо примчалась в школу, она услышала перешептывания окружающих:
— Родители Сун Мина — убийцы.
— Сын убийцы, как страшно.
— Как такого человека могли принять в школу?
— А вдруг он когда-нибудь и нас убьет?
— Вы только посмотрите, как он смотрит.
— Наверное, гены убийцы передаются по наследству.
Сун Яо хотела снова перевести его в другую школу, но тут пришло требование об оплате долга. Дедушка и бабушка из семьи пострадавших умерли, а тот пятнадцатилетний подросток вырос и стал требовать, чтобы Сун Яо выплатила остаток долга за пять лет единовременно.
Сун Яо отправила все деньги, что у нее были, но кредиторам этого оказалось мало. Слухи в школе не утихали.
Те дни были для Сун Яо невыносимы, она даже думала наложить на себя руки. Но стоило ей взглянуть на Сун Мина, который возвращался из школы, испачканный в грязи, но с каменным лицом произносил: «Я пошел делать уроки», — и она понимала, что не может его бросить.
http://bllate.org/book/30608/3731825
Готово:
