Съев лапшу, Лу Тинси пулей помчалась к своей девятьсот одиннадцатой, которую не видела уже несколько дней. Снова прикоснувшись к рулю своего нового автомобиля, она ощутила прилив свежих эмоций и дала себе клятву впредь беречь машину как зеницу ока, не позволяя ей получить ни единой царапины.
Ярко-красный спорткар с визгом рванул вперед по асфальтированному шоссе. Стоило выехать в черту города, как она угодила в утреннюю пробку, и Лу Тинси пришлось отпустить педаль газа. Машина медленно ползла по дороге, то и дело перестраиваясь из ряда в ряд, отчего девушка чувствовала себя крайне ущемленной.
Наконец припарковавшись, Лу Тинси с грохотом захлопнула дверь, яростно хлопнув ею, и зацокала шлепанцами в сторону больницы. Поднявшись на лифте и толкнув дверь палаты, она застала Лу Шу, которая с самым оживленным видом жевала фрукты, уткнувшись в планшет, и наслаждалась жизнью, словно небожитель.
— Оказывается, ты тут живешь в свое удовольствие, а я-то полночи места себе не находила от беспокойства за тебя.
Лу Шу слегка цокнула языком и, решив, что стало жарко, скинула одеяло в ноги. Она засыпала Лу Тинси вопросами, быстро вникнув в её текущее положение.
Лу Тинси уставилась на неё глазами, в которых стоял влажный блеск:
— Сестренка, ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти за эти дни. Я до того обеднела, что есть было не на что. Пыталась выставить свои брендовые сумки на продажу, но ни одной не купили. Уже собиралась нести их в ломбард.
В ту же секунду в кармане звякнул телефон. Лу Тинси опустила взгляд, открыла WeChat и обнаружила, что дорогая кузина перевела ей пятьдесят тысяч юаней!
Раньше такая сумма не вызвала бы у неё ничего, кроме пренебрежительной усмешки, но теперь она прижала телефон к груди, словно это было величайшее сокровище.
— Обожаю тебя! Моя самая-самая любимая кузина!
Лу Шу, которой такая сцена показалась приторной, испуганно попятилась:
— Ой, ну будет тебе, хватит. Буду каждый месяц присылать по пятьдесят тысяч. Заботься о себе, не заставляй семью волноваться, и хоть изредка навещай старших, поняла? Нечего только гулять и просаживать деньги, займись уже чем-нибудь дельным, договорились?
— Ой, поняла, поняла.
Снова раздался звуковой сигнал уведомления. На этот раз сообщение пришло от Бо Таня:
Ты благополучно добралась до больницы?
Лу Тинси, уткнувшись в экран, принялась усердно строчить ответ, совершенно игнорируя ворчание Лу Шу:
Добралась.
Лу Шу, видя, что та совершенно не проявляет к ней уважения и с головой ушла в переписку с кем-то посторонним, с любопытством подалась вперед:
— С кем это ты так увлеченно переписываешься? Уж не завела ли ты подружку?
— Какая еще подружка, черт возьми? Это одна сердобольная соседка, пригласила меня на обед и спрашивает, когда я вернусь, чтобы успеть всё приготовить к нужному времени.
Лу Шу помолчала, о чем-то раздумывая. Её глаза хитро блеснули, и, решив не развивать эту тему, она перекинулась парой ничего не значащих фраз, а затем поспешно выпроводила Лу Тинси за дверь, сославшись на то, что скоро придет Шэнь Юйцин и не стоит мешать их уединению.
Лу Тинси, решив, что время и правда поджимает, не стала больше задерживаться, подхватила сумку и без колебаний вышла из палаты.
В обеденное время городские дороги были не такими загруженными, и она, вдавив педаль газа, помчалась в деревню Утун. Когда на одном из светофоров загорелся красный, Лу Тинси получила сообщение от Бо Таня:
Возвращаешься?
Заметив, что светофор вот-вот сменится на зеленый, она переключила клавиатуру на голосовой ввод, прижала палец к кнопке и, не сводя глаз с дороги, ответила:
— Уже еду, начинай готовить.
Бо Тань ответила текстом: Хорошо, будь осторожна за рулем.
Лу Тинси не стала отвечать, лишь мысленно хмыкнула. Ей показалось, что такому человеку лучше работать инспектором дорожного движения, а не земледелием заниматься.
На этот раз Лу Тинси усвоила урок и предусмотрительно припарковала машину в зоне обзора камер видеонаблюдения перед гостевым домом. Если какой-нибудь ублюдок снова надумает поцарапать её машину, она в два счета выведет его на чистую воду!
Заперев двери, она направилась к дому Бо Таня.
Как только она переступила порог, её ноздри защекотал манящий острый аромат хого. Она прошла на кухню и увидела, что Бо Тань стоит у раковины и занимается говядиной, а на кухонном острове уже вовсю кипит, булькая, котел с бульоном.
Лу Тинси понимала, что напрашиваться на бесплатный обед — это не совсем красиво, поэтому решила не вести себя как королева. Она помыла руки с мылом и добровольно подошла к Бо Тань:
— Нужно чем-нибудь помочь?
Бо Тань удивленно приподняла брови, услышав её предложение. Она скосила взгляд на изящное лицо девушки — безупречный макияж придавал Лу Тинси особую элегантность, — но тут же отвела глаза:
— Что это с тобой? Как будто другой человек вернулся после короткой поездки.
— Ну скажешь тоже, я, Лу Тинси, вовсе не бессердечный человек.
Бо Тань с интересом усмехнулась и кивнула на кухонный нож, лежащий на полке:
— Возьми нож и нарежь те две картофелины тонкими ломтиками. Смотри, не делай их слишком толстыми, иначе будет невкусно.
Пусть Лу Тинси никогда не готовила сама, это не значит, что она не разбиралась в еде. Она съела столько хого, что прекрасно знала: толстые куски картофеля — это гадость. Ей показалось, что Бо Тань обращается с ней как с детсадовцем.
— Можешь не переживать, в еде я толк знаю, — заявила Лу Тинси, осторожно беря в руки нож. Она положила очищенный картофель на доску, аккуратно приставила лезвие, оценивая толщину, и перед тем как начать, внезапно вспомнила: — Кстати, а как же моя лапша? Не забудь про неё.
— Не волнуйся, не забуду. — Бо Тань, глядя на её неуверенную позу, всё же чувствовала беспокойство. — Не отвлекайся, сосредоточься на картошке, смотри не порежь пальцы.
Лу Тинси послушно замолчала, боясь даже вздохнуть. На словах всё было гладко, но когда дошло до дела, она вдруг поняла, как сложно нарезать картофель тонкими ломтиками — все они выходили толщиной с крепостную стену.
Ей стало неловко — так громко расхваливала себя, а на деле ничего не вышло. Она уже представляла, как холодно Бо Тань будет насмехаться над ней.
Однако, прежде чем Лу Тинси успела бросить картошку в котел, чтобы скрыть следы преступления, Бо Тань всё заметила.
Она указала пальцем на кучу толстых картофельных ломтиков:
— Ладно, забудь. Иди лучше садись за остров, вари хого, а я сама займусь продуктами.
А? Почему она не стала надо мной издеваться? Странно, очень странно. Может, это она сегодня стала другим человеком?
Лу Тинси понимала, что таланта к нарезке у неё нет, поэтому не стала настаивать и мешать Бо Тань. Она помыла руки и уселась у кухонного острова, терпеливо дожидаясь, пока закипит хого.
Она даже заботливо подготовила соус для Бо Тань — привычное сочетание мелко нарезанного перца чили и чеснока. Опустив готовые креветочные пельмени в соусницу, она немного поболтала их там, а затем, держа соусницу в одной руке и палочки в другой, подошла к Бо Тань:
— На, попробуй.
Бо Тань, услышав это, застыла на месте, нож в её руках замер. Неизвестно почему, она инстинктивно подалась вперед, словно ожидая от собеседницы какого-то привычного жеста близости.
Но Лу Тинси, пребывавшая в недоумении, лишь склонила голову набок и чуть подала руку вперед:
— Да бери же, ешь, пока горячее, так вкуснее.
— А, да-да. — Бо Тань взяла себя в руки, решив, что её недавнее движение выглядело глупо. Она отложила нож и приняла у Лу Тинси палочки и соусницу. При этом её пальцы легко коснулись пальцев Лу Тинси — прикосновение было невероятно нежным.
Лу Тинси почувствовала, как по коже пробежал холодок, и поспешно отдернула руку. Она сделала вид, что ничего не произошло, и поддела Бо Тань:
— Ты что, подумала, что я хочу покормить тебя сама?
Даже когда Лу Тинси насквозь видела её истинные мысли, лицо Бо Тань осталось невозмутимым. Она безразлично покачала головой:
— С чего бы? Ты чего-то передумала.
Но её не так-то просто было обмануть.
— А чего тогда ты вдруг подалась вперед? Близорукость? Плохо видишь?
Съев пельмень, Бо Тань отложила палочки на стол и с некоторым смущением потерла переносицу:
— Тебе и правда показалось.
Видя, что она стоит на своем, Лу Тинси не стала допытываться. Она просто села на стул, тихо наслаждаясь хого и попутно очистив для Бо Тань целую миску креветок.
Лу Тинси наблюдала за её хлопотами, и в голове вдруг всплыло популярное нынче короткое видео о жизни в маленьких городках. Бо Тань одевалась просто: обычно майка на бретельках, сверху легкая рубашка в винтажном стиле, широкие брюки или клеш. Хоть на ней не было ни единого бренда, она всегда обладала каким-то своим, неповторимым шармом.
— Хватит уже возиться, садись скорее есть.
Бо Тань разложила лапшу и бульон по глубоким фарфоровым чашкам и поставила горячую порцию перед Лу Тинси:
— Осторожнее, горячо.
Лу Тинси принюхалась, словно заправский гурман. Один только запах дразнил вкусовые рецепторы, и она уже могла представить, насколько божественной будет эта лапша — возможно, она даже превзойдет лапшу с маринованным перцем и говядиной.
http://bllate.org/book/30586/3728780
Готово:
