Пэй Цзинсю поднял руку, поймал Ся Наньсина за хвост и с легкой улыбкой в голосе произнес:
— Этот твой хвост все машет и машет, так щекотно.
Снова этот вредный хвост.
Ся Наньсин почувствовал досаду и изо всех сил втянул его обратно, послушно прижав к боку.
Пэй Цзинсю погладил его по шерсти пальцами и спросил:
— Проголодался? Пойдем вниз поужинать или спать?
Порой Ся Наньсину казалось странным, почему Пэй Цзинсю так часто задает ему вопросы, на которые кот не может ответить.
Но, пожалуй, это было сродни тому, как он сам, оставаясь один, то и дело разговаривал сам с собой — чистая привычка.
Он не стал ломать голову, улегся на груди у мужчины, свернулся клубком и собрался спать.
— Как же я усну, если ты на мне лежишь? — мужчина протянул руку, подхватил его ладонью, переложил на подушку, а затем подтянул одеяло, укрывая его почти целиком. — Спи здесь.
Ся Наньсин подумал, что так тоже сойдет, поудобнее устроился и продолжил спать.
Пэй Цзинсю ложиться не стал — он взял стоявший рядом ноутбук и принялся за работу.
Ся Наньсин в полусонном состоянии приоткрыл глаза, понаблюдал немного, но, не найдя ничего интересного, снова зажмурился. Он ненавидел работать, если бы сейчас был его обычный час, он, наверняка, все еще сидел бы в офисе сверхурочно.
Теперь, если подумать, превращение в кота не такое уж и плохое дело, по крайней мере, не нужно пахать по графику 996.
Глава 8
Ся Наньсин проспал до самого рассвета.
Лучи света пробивались сквозь щель в занавесках, окрашивая сероватую шерстку в золотистый цвет.
Приоткрыв один глаз, Ся Наньсин уставился на этот лучик, который полз от его плеча прямо на одеяло, и лениво выбросил лапу, пытаясь его поймать.
Отрезок утреннего солнца оказался зажат в лапке, но тут же ускользнул сквозь пушистые межпальцевые промежутки. Ся Наньсин растопырил все пять пальцев и легко шлепнул ими по одеялу. Белый пух невесомо взмыл вверх, закружился в воздухе и опустился обратно на постель.
Ся Наньсин вытянул голову, принюхался, а затем снова запульнул пушинку лапой. Пух порхал туда-сюда, пока не упал в небольшой холмик рядом.
Пэй Цзинсю еще спал.
Ся Наньсин вылез из-под одеяла, улегся на подушку и принялся пристально вырисовывать взглядом его черты лица.
Пушинка прилипла к уголку его губ, словно крошечный распустившийся цветок.
Ся Наньсин затаил дыхание и внезапно подался вперед, коснувшись ртом этого белого цветочка.
Пух был легким, его снесет малейшим дуновением, и Ся Наньсин, не отступая, высунул язык и лизнул.
Ощущение прилипшего к языку пуха оказалось не из приятных, и Ся Наньсин поднял мягкую подушечку лапы, чтобы смахнуть его. Краем глаза он заметил, что Пэй Цзинсю проснулся.
Взгляд Пэй Цзинсю еще не прояснился, он невидящим, непривычно заторможенным взором смотрел на маленького кота, который устроился у него на лице в попытке прикончить своим весом.
Оценив обстановку пару мгновений, он наконец протянул руку, перенес его на плечо и нерешительно произнес:
— Кажется, ты подрос.
Ся Наньсин не понял, о чем он говорит, но счел это место очень теплым и уютным. К тому же его недавняя шалость сошла ему с рук, а потому он послушно продолжил работать живым шарфом у мужчины на шее.
К сожалению, Пэй Цзинсю, похоже, не имел привычки валяться в постели, и вскоре Ся Наньсин почувствовал, что рядом образовалась пустая холодная зона. С некоторым сожалением он переполз на то место, где спал мужчина, наслаждаясь остаточным теплом.
Прошло еще немного времени, и кто-то откинул одеяло. Ся Наньсин вынырнул из сна, открыл сонны глаза и с недовольством уставился на виновника побудки.
От Пэй Цзинсю пахло свежим лосьоном после бритья, и одет он был уже по-другому — судя по всему, собирался уходить.
Ся Наньсин подумал, что тот просто заглянул на него посмотреть, и собирался спать дальше.
Однако в следующую секунду его подхватили на руки, спустили вниз и водрузили на электронные весы.
Ся Наньсин силой стряхнул с себя остатки дремоты и уставился на цифры под лапами: они поднялись от нуля до 2.45, а затем замерли.
Следом Пэй Цзинсю записал это число в какую-то таблицу.
Ся Наньсин заметил, что это значение было далеко не первым: выше значилось еще одно, датированное двумя днями ранее — 2.18.
У него совершенно не отложилось в памяти, будто его взвешивали. Озадаченно моргая, он наблюдал, как Пэй Цзинсю убирает бланк, придавленный снизу весами.
На пальто мужчины осталось несколько кошачьих волосков, но его это, казалось, ничуть не смущало. Погладив Ся Наньсина по голове, он сказал:
— Старайся лучше.
Ся Наньсин понятия не имел, в чем именно мужчина требует от него усердия, пока его не поставили перед миской и он не увидел, как Пэй Цзинсю снова заваривает ему какую-то жижу.
Эту баланду есть не хотелось; он тосковал по вчерашнему лососевому сашими.
Но Пэй Цзинсю явно не разделял его гастрономических стремлений — плеснув в миску воды, он удалился в столовую, оставив рядом лишь Ся Нань Сяо Лань.
Ся Наньсин с унылым видом погрыз еду. Отвратительный вкус казался все сильнее, и он, недолго думая, взгромоздился на Сяо Лань, заставив ту везти его в столовую.
Человек, сидевший за едой, лишь с легким недоумением бросил взгляд на кота с домработницей, после чего снова уткнулся в тарелку с завтраком.
Уловив аппетитный аромат пищи, Ся Наньсин нарезал вокруг мужчины круг, выждал нужный момент и, вцепившись лапами в слегка согнутую ногу Пэй Цзинсю, полез наверх.
Пара кусочков хлеба, яйцо, две сосиски, стакан молока. Завтрак самый простой, но в сто раз вкуснее кошачьей бурды.
Уперевшись передними лапами в край стола, Ся Наньсин попытался подтянуться к золотистой зажаристой сосиске.
Чья-то рука преградила ему путь.
Ся Наньсин обернулся: Пэй Цзинсю с бесстрастным выражением лица смотрел на него и произносил:
— Почему не ешь кошачий корм?
Потому что он невкусный!
Ся Наньсин мяукнул и, повернувшись обратно, продолжил штурм сосиски.
Его когти уже почти коснулись посуды, как мужчина вреднично отодвинул тарелку еще дальше.
Ся Наньсин не дотянулся и жалобно мяукнул.
После чего Пэй Цзинсю подхватил его и усадил себе на колено.
Он хотел было сбежать, но тут же заметил, что Пэй Цзинсю отложил вилку, взял другую сосиску, отломил кончиком пальца небольшой кусочек и поднес к его мордочке.
Кончик языка уловил вкус сосиски, и Ся Наньсин тут же прикрыл еду обеими передними лапами, издавая из горла невнятные мяукающие звуки.
Пэй Цзинсю сидел за столом и скармливал коту всю сосиску по кусочку.
Ся Наньсину было мало: проглотив угощение, он снова вцепился в край стола и сверлил горящим взглядом оставшуюся порцию.
Пэй Цзинсю невольно усмехнулся, почесал его тыльной стороной ладони по подбородку и просто придвинул кота к этой тарелке, а сам неторопливо отпил молока из стакана.
Спустя мгновение он обронил:
— Поешь, скоро выходим.
Ся Наньсин поднял голову от тарелки, уставившись на двигающееся горло Пэй Цзинсю — на кадык, взмывающий и опускающийся при глотании, на уголки губ, испачканные белыми капельками.
Мужчина замер и велел:
— Ешь давай.
Вкус сосиски притупился, Ся Наньсин уткнулся носом в тарелку и жевал без всякого энтузиазма, вынашивая в голове план: как только Пэй Цзинсю уйдет, он снова попытается открыть входную дверь.
Однако его планам не суждено было сбыться.
Потому что под выходом Пэй Цзинсю подразумевал совместную поездку.
Откуда-то он извлек кошачью переноску, водворил его туда, дотащил до подземного паркинга, а затем отвез на машине в ветеринарную клинику.
Для Ся Наньсина это стало первым знакомством с новыми декорациями после превращения в кота.
Скукожившись в переноске, он молча озирался. В холле, помимо него, находилось множество других мелких зверушек: кто-то бегал по клеткам, а кто-то свернулся клубочком во сне.
Вскоре подошел сотрудник клиники, и Ся Наньсин, толком не разобрав слов, оказался препровожден в кабинет.
Внутри стоял рабочий стол, рядом выстроился ряд полок с какими-то сертификатами, а в глубине помещение делила пополам ширма.
Через минуту занавеску отдернули, и оттуда вышел Пэй Цзинсю, зажав в зубах половинку яблока. Невнятно прошамкав, он бросил:
— Приехали?
Пэй Цзинсю коротко угукнул, открыл дверцу переноски и протянул Ся Наньсину руку:
— Синсин, вылезай.
Возможно, сказывались события той ночи с разведенными ногами, но Пэй Цзинсю внушал Ся Наньсину опасения; тем не менее, он послушно, хоть и с ужимками, выполз наружу.
— Ого! — Пэй Цзинсю раззявил рот, яблоко выпало, но он ничуть не смутился и ринулся к Ся Наньсину. — Какая прелесть!
Ся Наньсин испуганно отшатнулся назад и с грозным видом зашипел на него.
Пэй Цзинсю поднял руки, тут же опустил их, осторожно приблизился и засюсюкал:
— Синсин, не боишься, хороший мой.
Ся Наньсин перевел взгляд с этого ненадежного доктора на стоявшего рядом Пэй Цзинсю и подумал, что эти двое братьев ни капли не похожи.
Поколебавшись немного, он все же убрал когти.
Пэй Цзинсю робко погладил его, и он героически стерпел, не пытаясь укусить.
Увидев это, Пэй Цзинсю осмелел, подхватил его на руки и шагнул за ширму.
Ся Наньсин рассчитывал увидеть там место для отдыха, но вместо этого обнаружил аппарат.
Его уложили на стол на спину, попутно затянув на шее кошачий ошейник.
— Помоги придержать, мне нужно состричь шерсть у него на животе, — Пэй Цзинсю сбросил с лица шутливое выражение, став серьезным.
Ся Наньсин подобрал все четыре лапы.
Вчера ему уже ободрали шерсть на заднице, сегодня же под угрозой оказалась еще и требуха.
Ся Наньсину отчаянно захотелось сбежать.
Но руки Пэй Цзинсю сработали быстрее: он опередил его, прижав передние лапы кота, а второй рукой зафиксировал обе задние.
Ся Наньсин расстался с шерстью на животе самым унизительным образом.
Тут же голую кожу намазали какой-то жидкостью, и от леденящего прикосновения его помимо воли пробила дрожь.
Ему стало немного боязно, и он поднял глаза на стоявшего сверху мужчину.
У Пэй Цзинсю были заняты обе руки, поэтому он просто наклонился и чмокнул его в макушку:
— Сейчас все закончится, не бойся.
Запах лосьона после бритья окончательно выветрился, и теперь от мужчины исходил лишь едва уловимый, чистый аромат.
Ся Наньсин прекратил сопротивление и завороженно уставился на тонкие губы Пэй Цзинсю, в то время как в голове зазвучала за кадром мелодия из коротких видеороликов коллеги.
Ребята, кто-нибудь понимает? Мой краш только что меня поцеловал, ради такого осмотра я готов прийти еще раз.
— Вполне здоров, никаких проблем, — произнес Пэй Цзинсю, водвяряя прибор на место и глядя на экран. — Только чем это ты его кормил? В животе столько какашек, толком ничего не разглядеть.
Ся Наньсин: «……»
Как бы ему хотелось, чтобы в его кошачьей жизни было поменьше разговоров о какашках.
http://bllate.org/book/30585/3728723
Готово:
