Сам себя пугаю, — пробормотал юноша, взял вымытый фрукт и принялся его жевать.
— Учитывая твои прегрешения, по закону тебе полагается смертная казнь, — Правящий император намеренно нагнетал обстановку, запугивая мальчишку. — Но я человек великодушный, дам тебе шанс искупить вину. Желаешь воспользоваться им?
— Всецело полагаюсь на волю Вашего Величества, — простершись ниц, ответил Носитель Меча.
Правящий император, пребывая в отличном расположении духа, хмыкнул и произнес:
— Я отправлю тебя в глухое, безлюдное место, где ты будешь прислуживать тамошнему обитателю. Если справишься хорошо — прощу тебя. А если нет... каким бы великодушным я ни был, помочь тебе уже не смогу.
— Счастлив служить Вашему Величеству! — Носитель Меча помолчал немного и добавил: — Увидеться с Вашим Величеством — величайшее счастье в моей жизни, а служить Вам — честь, о которой невозможно было и мечтать. Я приложу все усилия.
Правящий император остался доволен еще больше и кивнул:
— Тогда прямо сейчас тебя и отправлю. Просто делай то, что подобает слуге, и не лезь в чужие дела. Главное — самовольно не покидай это место.
Носитель Меча намеренно изобразил колебание:
— Но... я никогда не учился быть слугой.
— Ничего страшного, — с легкой ноткой злорадства улыбнулся Правящий император. — Тот, кому ты будешь прислуживать, все равно не достоин настоящего слуги.
В конце концов, чего еще ждать от свергнутого правителя?
Носитель Меча промолчал и, в точности следуя приказу Правящего императора, отправился на Виллу на Полугоре.
Ли Байхэ услышал стук в дверь и подошел открыть.
Стражники, дежурившие поблизости, привели к нему Носителя Меча, подтолкнули в спину и заявили:
— Отныне это твой слуга.
Ли Байхэ кивнул.
— Чего стоишь? Заходи! — прикрикнул стражник на Носителя Меча.
Тот прошел вслед за Ли Байхэ внутрь. Стражник с грохотом захлопнул дверь и запер ее снаружи.
Ли Байхэ проводил Носителя Меча в комнату, где находился вход в подвал. Вокруг никого не было. Носитель Меча принял свой истинный облик, Ли Байхэ отворил люк, и они спустились вниз.
Там Носитель Меча встретил юношу и Раненого.
— Ты можешь выходить, — сказал Носитель Меча юноше.
Тот опешил, но тут же сообразил:
— Значит, меня уже схватили снаружи и отправили прислуживать хозяину этого дома?
— Именно так, — кивнул Носитель Меча и принялся подробно рассказывать о встрече с Его Величеством.
Юноша то и дело кивал, одновременно испытывая ужас и восторг. Не заметив, как, он вышел вслед за ними наружу.
— Можешь выходить, — повторил Носитель Меча.
Ли Байхэ стоял в углу у самой двери и наблюдал за ними.
— А как же вы? — с легким недоумением спросил возбужденный юноша.
— Мне не подобает покидать это место, — ответил Носитель Меча, опуская глаза, и добавил с предостережением: — И никому не рассказывай обо мне.
— Я буду молчать, — пообещал юноша, хотя все еще пребывал в полном недоумении.
Раненый, глядя на Носителя Меча, с надеждой спросил:
— Я все обдумал и все еще хочу стать вашим учеником. Что скажете?
Носитель Меча быстро выудил из Системы пособие по обучению фехтованию и ответил Раненому:
— Раз так, я принимаю тебя в ученики. Остальное будет видно позже.
Раненого переполнила радость, он опустился на колени и трижды поклонился, звонко воскликнув:
— Приветствую учителя!
Носитель Меча кивнул:
— Вставай.
— С какого дня мы начнем тренировки? — с воодушевлением спросил Раненый.
Носитель Меча не ожидал такого пыла:
— С завтрашнего.
Раненый закивал:
— Верно, это я не подумал. Учитель только вернулся после трудов, как я могу досаждать вам? Завтра буду с нетерпением ждать ваших наставлений!
— Иди, — Носитель Меча отвернулся и посмотрел на Ли Байхэ, а затем на юношу.
Юноша перевел взгляд с одного на другого. Ему показалось, что в тот миг Носитель Меча выглядел очень печальным, но, наверное, это было лишь наваждение. В конце концов, ничего особенного не произошло, с чего бы вдруг печалиться?
Юноша подошел к Ли Байхэ.
Тот сказал ему:
— Можешь заниматься чем хочешь. Не обязательно все время крутиться рядом. Я привык быть один, и иногда присутствие кого-то под боком пугает.
— Хорошо, — кивнул юноша. Он понял, что Ли Байхэ на самом деле не нужен слуга: тот просто предоставил ему легальное убежище, и если юноша однажды изменит решение, его, скорее всего, попросят уйти.
Он внезапно вспомнил о схваченных односельчанах. Если те умрут, он не только сможет уйти отсюда без лишних забот, но и его друзьям не придется опасаться, что однажды их узнают и призовут к ответу. Хотя сейчас они в крайне плачевном состоянии, он верил, что однажды добьются успеха. И тогда Правящему императору придется считаться с ними.
Чтобы Правящий император, встретив их, не видел лишь беглых преступников, те односельчане должны исчезнуть. Стоит ему через хозяина Виллы на Полугоре выйти на императора и косвенно убедить его сменить гнев на милость, как эти люди будут обречены, хотят они того или нет.
Но убедить императора — это не в детские игры играть, будет непросто. Если только он не совершит нечто великое и не обменяет свою заслугу на помилование для них. Возможно, император согласится.
Все нужно делать тайно. Звучит сложно, а уж выполнить — тем более. К тому же, он заперт на этой вилле, какие уж тут подвиги.
Ничего, постепенно все получится. Юноша вздохнул про себя.
Ночью, лежа у себя в комнате, он снова вспомнил тот взгляд, который Носитель Меча бросил на Ли Байхэ. Сон не шел. Юноша рывком сел на кровати и начал обдумывать ситуацию. Неужели Носитель Меча опечалился оттого, что даже он, чужак, которого знают всего пару дней, может открыто находиться рядом с хозяином дома, а сам Носитель Меча, знающий его много лет, вынужден либо прятаться, либо избегать встреч?
Чем больше он думал, тем вероятнее это казалось.
На следующее утро юноша предстал перед Ли Байхэ с темными кругами под глазами. Ли Байхэ, заметив их, удивился:
— Что с тобой? Плохо спал?
Юноша пришел в себя и улыбнулся:
— Нет, спал хорошо. — Он и сам не понял, как наступило утро, ведь глаз он так и не сомкнул.
Ли Байхэ, сомневаясь, кивнул:
— Если хочешь спать, иди ложись. У меня все равно нет для тебя особых поручений.
— Лучше останусь рядом с вами, — покачал головой юноша. — Не дело просто спать весь день, это совсем не похоже на слугу.
— Как знаешь, — безразлично ответил Ли Байхэ.
Юноша следовал за ним по пятам и, не удержавшись от любопытства, осторожно спросил:
— Я еще не спрашивал, откуда вы узнали, что мы в беде?
— Носитель Меча немного сведущ в гадании, — соврал Ли Байхэ.
Все равно любое странное событие можно свалить на своего «марионеточного» персонажа. Он сам ничего не знает и ничего не умеет.
— Тогда огромная благодарность ему. Есть ли какой-то урон от этого метода? Я постараюсь отплатить, — не унимался юноша.
— Никакого урона нет, не берите в голову, — Ли Байхэ помолчал и добавил: — Он всегда поступает так, как хочет, и спасал вас не ради награды. Если вы будете слишком серьезны, это лишь создаст ему лишнее бремя.
На самом деле обо всем знала Система, и спасти их хотела тоже Система. Если уж быть до конца откровенным, благодарить стоило ее, а не Ли Байхэ или Носителя Меча. И хотя Носитель Меча лично участвовал в спасении, нет нужды воздавать почести за «прорицание».
Носитель Меча ведь не гадал. Раз ничего не делал, какой может быть урон? Получить слова благодарности за то, чего не совершал — еще куда ни шло, но принять реальную награду — это уже перебор.
Ли Байхэ отвел взгляд в сторону.
Юноша тайно удивился: хозяин дома так хорошо понимает Носителя Меча. Они определенно знакомы очень давно. Если их связывают такие отношения, почему они до сих пор не могут быть вместе открыто?
Наверняка ведь хотели? Если бы нет, Носитель Меча не выглядел бы таким опечаленным.
Так в чем же причина? Неужели хозяин дома против? Но он не похож на того, кто будет противиться. Он даже чужака рядом с собой терпит, неужели не потерпит того, кого знает давно?
Значит, дело не в них.
Неужели во всем виноват Правящий император? Очень похоже на то. Император держит хозяина дома взаперти, вряд ли он позволит ему какое-то развлечение. Тем более не позволит держать рядом близкого человека. Разрешить такому, как юноша, остаться здесь можно лишь потому, что вилле нужен слуга или... более близкий и доверенный соглядатай.
Неудивительно, что император не позволяет Носителю Меча оставаться здесь. Даже если тот согласится быть слугой, он никогда не станет жить здесь вечно и, главное, не станет доносить императору новости о хозяине дома.
Невозможность договориться — вполне закономерный итог.
Но тогда почему они сами не уходят? У них есть план даже для такого преступника, как он, неужели для себя они не подготовили путь к отступлению? Неужели боятся разоблачения, боятся подставить других или быть схваченными? Нет, они не похожи на тех, кого страшат подобные вещи.
Чем больше юноша размышлял, тем меньше понимал. Он не удержался и спросил Ли Байхэ:
— Почему вы все время остаетесь здесь?
На самом деле он хотел спросить: почему вы не уйдете?
http://bllate.org/book/30575/3727634
Готово:
