Линь Юйцзин потёр нос и тихонько протянул:
— Ой.
Реакция Линь Юйцзин, похоже, позабавила мужчину, он с улыбкой покачал головой:
— Впрочем, ты — первый настоящий культиватор, которого мне довелось встретить.
Линь Юйцзин широко распахнул глаза:
— Тогда каково же твое заветное желание?
Мужчина на мгновение задумался, его взгляд затуманился, и казалось, что глаза смотрят куда-то сквозь окно:
— Тогда я хочу побывать в Столице.
Сказав это, он тут же поспешно добавил:
— Я хочу пойти сдать императорские экзамены.
Услышав, что желание столь простое, Линь Юйцзин тут же охотно согласился, но в следующее же мгновение спохватился и с некоторой неловкостью спросил:
— Стой, а нынешняя Столица — это всё та же древняя столица?
Мужчина не сразу понял:
— Древняя столица?
Линь Юйцзин невпопад бросил:
— Я уходил в уединение в годы Цзяньу, поэтому хочу спросить: нынешняя Столица — это всё та же?
Мужчина кивнул:
— Разумеется, та же.
Линь Юйцзин хотел было расспросить о чём-то ещё, но его пробрал один за другим целый ряд чихов. Заметив лукавый взгляд мужчины, Линь Юйцзин упрямо задрал нос:
— Мы, культиваторы талисманов, таковы и есть, слабое тело — это совершенно нормально. Ну что ж, приведём себя в порядок и выступаем в путь, посмотри, не нужно ли тебе захватить с собой какие-нибудь вещи.
С этими словами Линь Юйцзин снова чихнул, а его лицо покрылось нездоровым румянцем.
Мужчина тихо хмыкнул, бросил взгляд на болезненный вид Линь Юйцзина и, не став над ним подшучивать, лишь произмолвил:
— Я тут на днях насобирал целебных трав, пойду сварю тебе отвар.
Укутавшись в одеяло, Линь Юйцзин вдруг подумал: знал бы он заранее, захватил бы с собой всё, что Фэн Цзыянь ему подарил — пилюли куда лучше этого доводящего до горького отчаяния отвара!
Только вот кто же мог знать? Сейчас Линь Юйцзин просто намеревался отвезти этого мужчину в Столицу, исполнить его желание, а потом найти другое место, чтобы спокойно умереть. На сей раз он обязательно наденет белые одежды, чтобы никто больше его не нашёл.
Впрочем, если говорить начистоту, просто умереть куда приятнее, чем подхватить простуду и валяться здесь пластом.
Линь Юйцзин шмыгнул носом и плотнее запахнул одеяло. Странно: его тело вообще не переносило одеяла из обычной ваты — стоило только укрыться таким, как по всему телу тут же выступала красная сыпь, начинались головокружение и жар.
Но что удивительно: после того как этот мужчина подобрал его, постель они не меняли, однако мучившая его долгое время проблема с телосложением так и не дала о себе знать.
Линь Юйцзин отчётливо чувствовал, что что-то здесь не так. Стоит вспомнить, что вокруг простиралась лишь глушь и дикие горы, да и в тот самый момент, когда он только вышел на улицу и применил заклинание, он ясно видел, что во всей округе дом этого мужчины — единственное жилье на много миль вокруг.
Откуда у таких людей могло взяться столь прекрасное одеяло?
Разгорячённая лихорадкой голова Линь Юйцзина отчаянно пыталась размышлять, но очень скоро у него совсем не осталось на это сил. Согретое теплом его собственного тела одеяло было мягким и уютным, а мужчина к тому же подложил к его ногам грелку. Совсем расхворавшийся Линь Юйцзин постепенно погрузился в сон, так и не заметив, как в тот момент, когда рука мужчины случайно коснулась его лодыжки, что-то в его рукаве дважды ярко вспыхнуло.
Мужчина же поставил сваренный отвар на изголовье кровати, перевёл взгляд на лежащего Линь Юйцзина, застыл на мгновение с остекленевшим взором и лишь спустя долгое время поднялся, развернулся и вышел, аккуратно притворив деревянную дверь.
А на крыше, притаившись, лежала маленькая змейка. С холодным выражением мордочки она молча наблюдала за всем происходящим внизу.
Стоило ей только увидеть, как Линь Юйцзин на кровати с трудом и мучениями делает вдохи, как она легонько покачивала хвостиком и на доли секунды высовывала раздвоенный красный язычок. С помощью магического заклинания она клала на лоб Линь Юйцзина сложенное и смоченное водой полотенце, а когда мужчина толкал дверь и входил внутрь, маной заставляла полотенце исчезать и снова начинала неотрывно следить за каждым движением между мужчиной и Линь Юйцзином.
В хлопотах день пролетел незаметно. Линь Юйцзин проснулся на следующий день в час дракона. Проспавшись, он, судя по всему, как следует пропотел под одеялом, и теперь чувствовал, что его тело исцелилось добрых на девять десятых.
Когда мужчина подогрел лекарство и принёс его, Линь Юйцзин сначала хотел отмахнуться рукой, показывая, что пить больше не нужно, но, перехватив ласковую улыбку на лице мужчины, почему-то невольно вспомнил старшего брата — тот в прошлом точно так же смотрел на него, когда он болел и пил лекарства.
Во всей их семье, пожалуй, за исключением строгого тайши, заставлявшего его учиться из-под палки, больше всего на свете он боялся именно старшего брата.
В конце концов, баловать-то он баловал по-настоящему, но уж если говорил, что отлупит, то говорил абсолютно серьёзно.
Поэтому под пристальным взглядом мужчины Линь Юйцзин со страху снова чихнул. Все его громкие слова о том, что он уже полностью здоров, рассыпались прахом, и в конце концов ему пришлось осушить пиалу с лекарством до дна, после чего всё его лицо скривилось в отчаянной гримасе горечи.
Впрочем, мужчина действительно продумал всё до мелочей: он вложил ему в ладонь цукаты из восковой тывы:
— Поблизости нет рынка, это я сам делаю такие сладости.
Не раздумывая, Линь Юйцзин сунул их в рот, и сладкая конфета прекрасно перебила горечь, оставшуюся во рту.
Немного передохнув и убедившись, что всё необходимое собрано, они тронулись в путь.
Переодевшись в белые одежды, Линь Юйцзин с недоумением посмотрел на входную дверь, которую мужчина просто прикрыл, даже не повесив амбарный замок:
— Разве ты не станешь запирать?
Мужчина невозмутимо покачал головой:
— Всё ценное я забрал с собой, а остальное добро не боюсь потерять. К тому же ко мне сюда редко кто заглядывает.
Глядя на мужчину, Линь Юйцзин почему-то чувствовал: правда совсем не такова, как он говорит. Напротив, закрадывалось обманчивое ощущение, будто тот вовсе не верит, что Линь Юйцзин действительно сможет довести его до Столицы.
То ли внешность мужчины слишком сильно напоминала старшего брата, то ли во мне взыграло упрямство, но Линь Юйцзин преисполнился решимости во что бы то ни стало довести его до Столицы.
К тому же, разве так уж трудно добраться до этой Столицы?
Он уверенно шагнул вперед. На снегу позади них виднелись не только следы ног двоих путников, но и тянулась крошечная, незаметная при беглом взгляде змеиная полоса.
Поначалу Линь Юйцзин был полон уверенности, но когда они обогнули пару поворотов и перед ними снова возник только что покинутый деревянный дом, он на мгновение замолк. Неловко отведя взгляд и не смея даже глянуть на мужчину, он сделал еще несколько шагов вперед — и деревянный дом снова оказался прямо перед ними.
Тут стало совсем неловко.
Линь Юйцзин кашлянул, очищая горло:
— Неудивительно, что твоё желание — всего лишь добраться до Столицы, и при этом ты ни капли не удивился моим магическим заклинаниям. Этот твой уголок явно отгорожен от мира чужими чарами. Впрочем, пустяки, сейчас я со всем этим разберусь.
http://bllate.org/book/30506/3719029
Готово:
