— Братец Юнь, премного благодарен за то, что заботился о Юнь-эре все эти дни, — с затаенной обидой произнесла Лин Юэ. — Неудивительно, что я столько искал и не мог найти никаких вестей о Юнь-эре, оказывается, это ты его увел.
— Не стоит благодарности, Юнь-эр ведь мой названый младший брат, раз ему было невесело, я, естественно, должен был взять его развеяться, — с улыбкой ответил Юнь Фэн, притворившись, будто не понимает истинного смысла слов Лин Юэ.
— Ваше Величество, прошу к столу.
— Пойдёмте, давайте все вместе пообедаем, — я взял каждого под руку и привёл к обеденному столу.
— Старший брат, благодарю тебя за заботу в эти дни, мне было очень радостно жить у тебя. Теперь, когда ты приехал, настала моя очередь как следует тебя принять.
— Не нужно, мне еще нужно спешить обратно для решения государственных дел.
— Ох, — разочарованно протянул я. — Но если в следующий раз приедешь, обязательно навести меня, я тебя отдуши попотчую.
— Хорошо, братец Юнь, если кто-нибудь тебя обидит, обязательно вспомни и навести старшего брата, ладно? Можешь гостить у меня сколько угодно, помни: старший брат всегда на твоей стороне, — произнес Юнь Фэн и бросил на Лин Юэ многозначительный взгляд.
Лин Юэ свирепо зыркнул на Юнь Фэна:
— Не беспокойся, я сам о нем позабочусь, и больше Юнь-эр к тебе ни ногой.
— Братец, ну что ты такое говоришь? Как только выдастся свободное время, я обязательно навещу старшего брата.
— Никаких поездок! А если уж надумаешь ехать, то только в моем сопровождении.
— Хм, и не подумаю! Разве тогда я смогу поболтать со старшим братом о всяких пустяках? Правда ведь, старший брат?
— Братец Юнь абсолютно прав, ха-ха... — Юнь Фэн, наблюдая, как лицо Лин Юэ постепенно чернеет, расхохотался. — Ну тогда не забывай навещать меня, когда выдастся свободная минутка.
— Угу.
На следующий день Юнь Фэн отправился в обратный путь. Лин Юэ объяснил мне всю историю с Канцлером Линем, и я простил его. Что же касается наложницы Юэ, ее уже давно сослали в холодный дворец; впрочем, она и так вызывает лишь жалость, так что я больше не собираюсь портить ей жизнь.
— Юнь-эр, я должен сказать тебе еще кое о чем... Видишь ли, за то время, пока я навещал других наложниц, две из них забеременели, — встревоженно произнес Лин Юэ, до смерти боясь моего гнева.
— О, так это же замечательно! Теперь у тебя есть наследники, и в будущем нам больше не придется беспокоиться об этом.
— Юнь-эр, спасибо тебе. Что касается остальных наложниц, я хочу узнать их волю: если они пожелают уйти, я устрою им достойную жизнь; а если захотят остаться во дворце, я прикажу слугам окружить их должной заботой.
— Решай сам, я целиком и полностью полагаюсь на тебя. Возражений не имею. Лишь бы быть с тобой рядом во веки веков, — улыбнулся я.
— Юнь-эр, ты поистине сокровище, дарованное мне небесами. Я люблю тебя, — страстно промолвил Лин Юэ.
— И я тебя люблю, — ответил я в тон ему.
Последовал долгий и страстный поцелуй.
С той поры оба они зажили завидно счастливой жизнью — истинная пара бессмертных небожителей.
Однажды некий человек созвал нас пообщаться: Лин Юэ, Юнь Фэн и я сидели вместе. Внезапно во мне проснулся колоссальный прилив юмора, и я заявил:
— Ваш младший брат нынче в отличном настроении, так что послушайте-ка пару шуток и отгадайте загадки.
Стоило Лин Юэ и Юнь Фэну услышать это, как они тут же поспешили обозначить свою позицию: слушать не намерены. Шутки шутками, но шутки, которые рассказывал Юнь-эр, неизменно смешили только его самого, а им ради поддержания его настроения приходилось изображать глуповатую улыбку — вы только представьте, какого отчаяния они преисполнялись оба! А уж его загадки... О небеса, каждая отличалась полнейшей чудаковатостью.
Хм, я же знал, что вы будете против, хе-хе, но возражения не принимаются! Я пустил в ход свое главное оружие — притворился несчастным, хе-хе, к этому методу у них вообще не было иммунитета. И тогда я устремил на них обоих жалобный взгляд, молча выждал секунд тридцать, а затем обвиняющим тоном произнес:
— Вы же говорили, что дорожите мной, что сделаете всё ради моего счастья! А теперь даже послушать мою шутку не хотите... вы обманываете меня.
Хотя они прекрасно понимали, что Юнь-эр притворяется, удержаться всё равно не смогли... эх.
— Конечно же мы тебя не обманываем! Хорошо-хорошо, как скажешь, Юнь-эр, рассказывай, — в один голос произнесли Лин Юэ и Юнь Фэн.
— Хм, ни капли искренности. Вам следовало сказать: Юнь-эр, просим, мы затаили дыхание и слушаем, — поучал я.
Лин Юэ и Юнь Фэн переглянулись и с поразительным взаимопониманием выдали:
— Юнь-эр, просим, мы затаили дыхание и слушаем.
— То-то же! Слушайте внимательно, шутка первая: «Шел-шел кусочек пирожного и пропал». Ха-ха... смешно? — я залился хохотом.
Услышав это, Лин Юэ и Юнь Фэн одновременно вообразили проносящуюся по небу стаю ворон, а их лица покрылись густой сетью черных полос.
— М? Чего это вы не смеетесь? Это же классическая холодная шутка! Знаете, почему в конце концов он пропал? Да потому что шел-шел, проголодался и по дороге сам себя съел! Смешно же, ха-ха-ха...
Тут черных полос на лицах Лин Юэ и Юнь Фэна прибавилось еще сильнее, но из вежливости им пришлось выдавить из себя пару дежурных смешков.
— Ладно, раз вам не смешно, тогда задам загадку, хорошо? — видя их кислые физиономии, я внезапно проникся угрызениями совести.
— Хорошо, — ответили Лин Юэ и Юнь Фэн. Разве посмеешь тут сказать нет? В нынешние времена доброта часто служит мишенью для обидчиков.
— Знаете ли вы, как заставить стаю воробьев замолчать? Это вопрос на сообразительность, — возбужденно объявил я.
Лин Юэ и Юнь Фэн с поразительным единодушием изобразили глубокую задумчивость и в один голос выпалили:
— Перебить их всех!
Услышав это, я мысленно представил пролетающую над головами стаю ворон, которые громко каркали: «Балбесы...»
— Ладно уж, оглашу ответ сам: нужно просто прижать их, ведь вороны молчат, когда их прижмут.
— Ох, вот оно как! Юнь-эр поистине умен, восхищен, глубоко восхищен, — услышав такой ответ, оба принялись наперебой расхваливать Лин Юэ, лишь бы он прекратил свои выступления.
— То-то же! Кто я такой, хе-хе, хотя мне и следует сохранять скромность, так что впредь избавьте меня от подобных похвал, — изрек я.
— Конечно-конечно! Ну раз уж ты, Юнь-эр, и шутки рассказал, и загадку задал, не отправиться ли нам покататься на лодке?
— С удовольствием! — согласился я.
Услышав это, Лин Юэ и Юнь Фэн шумно выдохнули с облегчением: слава богу, этот прием всё еще работает, иначе и вообразить страшно, сколько бы им пришлось выслушивать его тирады. Хе-хе.
— Тогда выдвигаемся.
Втроем они радостно отправились на прогулку по воде.
Смех продлевает жизнь на десять лет
В один прекрасный день меня охватило вдохновение, и я взялся за перо, составив сборник шуток. К моему удивлению, благодаря стараниям Лин Юэ и Юнь Фэна эта книга разошлась огромными тиражами по всему Государству Лин и Государству Юнь, принеся мне басномощный барыш! Ва-ха-ха... Я ходил с до ушей разинутым ртом целыми днями, заставляя Лин Юэ всерьез опасаться, как бы я от чрезмерного хохота не вывихнул себе челюсть. Ниже я отобрал лишь малую толику для всеобщего веселья:
1. Как-то раз мать-муха с сыном сели обедать.
Сын спрашивает маму-муху:
— Мам, а почему мы каждый день едим какашки?
Мама-муха сердито отвечает:
— Во время еды не смей заводить такие мерзкие разговоры! Ешь давай, пока не остыло!
2. Волчонок с самого рождения рос вегетарианцем. Волк-отец и волчица ломали головы над тем, как приучить детеныша к охоте. Наконец в один прекрасный день они с облегчением увидели, как сын со всех ног преследует зайца.
Поймав добычу и продемонстрировав свирепый оскал, волчонок злобно процедил:
— Эй, парень! Выкладывай морковку!
3. Один пьянчуга по неосторожности свалился с третьего этажа Башни Желтого Журавля, привлекая зевак.
Мимо проходил чиновник:
— Что здесь стряслось?
Пьяный:
— Понятия не имею, я сам только что подошел.
4. Покупатель только что вышел из аптеки, как аптечный служащий стремглав бросился за ним вдогонку.
Служащий:
— Простите ради бога, вы просили тонизирующее средство, а я вам по ошибке продал яд!
Покупатель:
— Вот ты даешь, чуть беды не натворил!
Служащий:
— И не говорите! Узнай хозяин, непременно бы отругал — яд-то вдвое дороже тонизирующего!
5. Крестьянин никак не мог поймать петуха, чтобы зарезать, тогда он схватил курицу и пригрозил петуху:
— Если не спустишься, сделаю ее вдовой!
Петух:
— Ты что, бляха-муха, за дурака меня держишь? Стоит мне спуститься, как она останется вдова...
6. Слыхали такое? Пятьсот взглядов украдкой в прошлой жизни дарят лишь случайную встречу в этой, тысяча взглядов позволяют встретиться взглядами в толпе, а друзья вроде нас в прошлой жизни не занимались ничем иным, как черт бы побрал их, только и делали, что оглядывались назад...
7. Рано утром петух избил курицу так, что та едва ноги унесла. Подошедшие зеваки спросили курицу:
— За что петух тебя бьет?
Курица ответила:
— Сама ума не приложу!
Спросили петуха, а тот выругался:
— Да мать ее за ногу! Она сегодня поутру снесла утиное яйцо!
1. Славные деньки: пара мух, мать и сын, обедают.
Сын спрашивает маму-муху:
— Мама, почему мы каждый день едим какашки?
Мама-муха сердито отвечает:
— Не говори такие отвратительные вещи во время еды! Ешь пока горячее!
2. Волчонок с рождения был вегетарианцем. Волк-отец и волчица ломали головы над тем, как научить его охотиться. И вот наконец в один прекрасный день они с облегчением увидели, как сын со всех ног преследует кролика.
Поймав кролика, волчонок с кровожадным и свирепым видом прорычал:
— Мелкий! А ну выкладывай морковку!
3. Пьянчуга случайно свалился с третьего этажа Башни Желтого Журавля, привлекая зевак.
Прибегает стражник:
— Что тут произошло?
Пьянчуга:
— Понятия не имею, я сам только что подошел.
4. Покупатель только что вышел из аптеки, как аптечный подмастерье со всех ног бросился за ним.
Подмастерье:
— Простите, вы просили тонизирующее средство, а я по ошибке дал вам яд!
Покупатель:
— Послушай, ты чуть беды не натворил.
Подмастерье:
— И не говори! Если бы хозяин узнал, точно бы меня отругал — яд ведь вдвое дороже тонизирующего!
5. Фермер хотел зарезать петуха, да никак не мог его поймать. Тогда он схватил курицу и говорит петуху:
— Если не слезешь, оставлю тебя бобылем!
Петух:
— Ты что, блядь, за дурака меня держишь? Стоит мне слезть, как она станет вдовой...
6. Ты слышал? Пятьсот оборачиваний в прошлой жизни дарят лишь мимолетную встречу в этой, тысяча оборачиваний — судьбу улыбнуться друг другу при встрече, а такие друзья, как мы... В прошлой жизни не занимались ничем другим, только, мать твою, и оборачивались...
7. Ранним утром петух изрядно избил курицу. Кто-то разнял их и спросил курицу:
— За что петух тебя бьет?
Курица ответила, что сама не знает, и повернулась к петуху. А тот выдал:
— Ебать ее в душу! Она сегодня с утра пораньше снесла утиное яйцо!
01. Молодая пара поссорилась и выбросила с верхнего этажа подушку. Мимо как раз проходил нищий и безумно обрадовался. Через мгновение оттуда же полетело одеяло, и нищий пришел в полный экстаз. Утирая слезы, он закричал наверх:
— Братец, сделай милость, сбрось и бабу тоже!
02. Братец, хватит уже лапать! Ты гладишь и сверху, и снизу, всю шерстку мне истеребил! У такой нежной шкурки от твоих поглаживаний уже сок течет! Как я это потом продавать буду? Эти персики свежие, а раз не хочешь покупать, так и не надо!
03. Слон справил нужду прямо посередине дороги. Мимо как раз пробегал муравей, он поднял голову, взглянул на окутанную туманами вершину и не удержался от вздоха:
— Яласо, да это же Цинхай-Тибетское нагорье!
04. Мышь:
— Я сейчас кручу роман с летучей мышью, так что наши дети будут жить в воздухе, и ваши кошки нам не страшны!
Кошка зло усмехнулась и, указав на сову на дереве, произнесла:
— Видишь? Она уже ждет ребенка от меня!
05. Напал волк, и мелкие звери создали отряд смертников для отпора.
Богомол:
— У меня есть парные клинки!
Еж:
— Я весь утыкан скрытым оружием!
Жук-усач, покачивая усиками, запел:
— Хм! У меня есть нунчаки, парные нунчаки! Хм-хм, ха-ха!
06. Большой Серый Волк сказал:
— Я съем тебя!!!
Угадайте, что было дальше?
В конце концов Большой Серый Волк просто съел маленького барашка.
07. Муки совести
Однажды некий поэт выпивал со знакомым. Они заказали закуску к вину — четыре воробья. Его товарищ в один присест умял трех и уже собирался отправить в рот последнего, как поэт поспешно остановил его:
— Эту парочку я должен съесть!
Знакомый вздохнул и сказал:
— Я бы и рад уступить тебе, но совесть не позволяет мне разлучать их. Пусть лучше воссоединятся.
С этими словами он слопал и четвертого.
08.
Была когда-то девушка, что грозилась со мной на тот свет отправиться: «Если не вернешь долг, я с тобой в могилу сойду!»
Была когда-то девушка, что звала меня в следующую жизнь: «Хочешь ухаживать за мной? В следующей жизни!»
Была когда-то девушка, что была готова умереть за меня: «Да лучше мне умереть, чем быть с тобой!»
Пять лет спустя
Императорский сад
Стоит прекрасная погода, щебечут птицы, благоухают цветы.
— Сегодня и правда чудесный день, — потянувшись, произнес я. Бросив взгляд в сторону, я тут же почувствовал, как у меня заныла голова. Стоило догадаться, кого я увижу — эту парочку мелких разбойников...
— Маленький папочка! — не успел я и опомниться, как в мои объятия уткнулся какой-то малыш. Это был сын Лин Юэ — И Фэн. — Ой, мой маленький предок, говори давай, с чего это вдруг такая небывалая нежность? Тут явно какой-то подвох.
— Маленький папочка, как ты можешь такое говорить? Я всегда веду себя очень послушно. Братец, ведь правда же? — принялся ластиться И Фэн.
Забыл представить: вместе с И Фэном пришел И Юй, который был старше его всего на полмесяца. Эти два малых плута — один сплошной балаган, а второй точь-в-точь как Лин Юэ: серьезный, ведет себя прямо как взрослый. Глядя на эту разницу, я порой сомневался, точно ли у них один отец. Когда я говорил об этом Лин Юэ, он неизменно отвечал:
— Конечно, оба они мои сыновья. А мы с тобой? Ты вечно живой и непоседливый, но я же не пытаюсь тебя переделать.
Раз уж сам папаша так говорит, что мне оставалось возразить?
— Выкладывайте, что натворили? — я сделал строгий вид.
— Ну... понимаешь... в общем... Эй, братец, скажи ты маленькому папочке.
И Юй посмотрел на И Фэна, беспомощно покачал головой и произнес:
— Он испортил картину императора-отца.
— Ой, подумаешь, картина, маленький папочка всё уладит, — я вздохнул с облегчением, слава богу, не случилось ничего страшного.
— Но... но ведь это самая любимая картина императора-отца.
— Что? Только не говори мне, что это та самая Пионовая беседка?
Голова И Фэна опустилась еще ниже. Судя по всему, это была именно она. О небеса, этот сорванец... Делать было нечего, картина уже испорчена.
— Слушайте сюда оба: живо бегите за какой-нибудь кошкой, а потом сделайте вид, будто картину случайно испортила она, когда разглядывала. Как именно всё обставить, объяснять не надо, сами не впервой. Если ваш император-отец не поверит, пусть идет ко мне, я заставлю его поверить. Ступайте.
Во второй половине дня Лин Юэ вовремя явился ко мне во дворец:
— Опять ты научил их обоим проворачивать такое?
— Хе-хе, с чего ты взял? — виновато улыбнулся я.
— А сам-то в детстве разве мало подобного вытворял? Ладно, ради тебя я их наказывать не буду, но чтобы в последний раз.
— Ура, я же знал, что братец лучше всех! — я чмокнул Лин Юэ в щеку, и тот снова покраснел. Сколько лет прошло, а он всё такой же.
— Пойдем, прогуляемся, полюбуемся цветами, — предложил Лин Юэ.
— Идем. Насладимся нашим мирком на двоих, — я взял Лин Юэ под руку, и мы вышли.
http://bllate.org/book/24356/2837263
Готово: