Договор уже готов, я пойду принесу его, — допив чашку чая, сказала Цин Чжи, обращаясь к Ци Сяоняню.
Хорошо, — ответил Ци Сяонянь, отставляя чашку.
Затем Цин Чжи поднялась на второй этаж.
Ей не пришлось долго ждать: Цин Чжи быстро вернулась, а когда она полностью спустилась по лестнице, вслед за ней показались ещё двое.
Все трое сели на диван, Цин Чжи подлила каждому чаю и только после этого произнесла: Я хочу вас познакомить.
Она посмотрела на Ци Сяоняня: Это Ци Сяонянь, он скоро переезжает к нам. — Затем она указала ладонью на двоих сидевших напротив: А это наши жильцы. Сяонянь и Хэй Хуан уже виделись вчера, вы оба живёте на втором этаже, если возникнут трудности — помогайте друг другу.
Хм.
Да я сам тебе сейчас так фыркну, полный презрения и насмешки! — Ци Сяонянь с огнём в глазах уставился на Хэй Хуана.
Ну будет вам, будет! — в отчаянии воскликнула Цин Чжи. — Хуан просто немного холоден к незнакомцам, когда узнаете друг друга получше, это пройдёт.
Ци Сяонянь почувствовал, что никогда не сможет узнать его поближе, да и желания такого у него не было.
А это Бай Мэй, он живёт на третьем этаже.
Здравствуйте, — неловко поздоровался Ци Сяонянь. На самом деле, он заметил его ещё тогда, когда тот спускался: ростом с Хэй Хуана, но в белой рубашке он выглядел настолько стройным, что это можно было назвать лишь хрупкостью. Лицо у него было неестественно бледным, черты лица — невероятно красивыми, вот только из-за вечно опущенных век их не удавалось разглядеть толком. Хоть внешне он и напоминал Цин Чжи своей утончённостью, но в ней было больше живости, а в нём — холодная гордыня.
Он всё это время сидел молча, и лишь когда услышал приветствие Ци Сяоняня, повернул голову и наконец полностью открыл глаза, глядя на него.
Что за необыкновенные глаза: узкие, длинные, с уголками, слегка приподнятыми кверху, — этот крохотный изгиб придавал взгляду столько шарма и очарования. Однако стоило встретиться с ним глазами, как возникало совершенно иное ощущение: его взгляд был необычайно холодным, словно снег — чисто белый, бесцветный, безмятежный и ледяной. Эта надменность и холод буквально подавляли всю ту игривость, что таилась в уголках глаз.
Встретившись с этим взглядом, Ци Сяонянь почувствовал, будто провалился в пустоту, забыв об окружающем мире и о самом себе, лишь оцепенело продолжая смотреть в эти глаза.
Только когда Бай Мэй отвернулся и перевёл взгляд, Ци Сяонянь внезапно пришёл в себя.
Окинув взглядом комнату, он подумал: почему все обитатели этого дома красивее кинозвёзд?
Цин Чжи сказала: Кроме них, здесь живут ещё трое, но сейчас их нет дома. Когда они вернутся, ты сможешь с ними познакомиться.
Ци Сяонянь кивнул, показывая, что понял.
В этот момент Бай Мэй неожиданно произнёс: В твоей сумке... там что-то есть? — Он не сводил глаз с дорожной сумки Ци Сяоняня.
Сумка? — Ци Сяонянь с недоумением посмотрел на свой багаж.
Услышав слова Бай Мэя, Цин Чжи и Хэй Хуан с удивлением уставились на сумку Ци Сяоняня. Если уж даже Бай Мэй заговорил об этом, значит, там точно лежит что-то особенное.
Почувствовав на себе взгляды всех присутствующих, Ци Сяонянь растерялся. В этой сумке были только его вещи, ничего особенного там быть не могло.
Бай Мэй, не отрывая взгляда от сумки, вдруг блеснул алым светом в глазах: В боковом кармане.
Сбоку? — Ци Сяонянь перевернул сумку и внезапно вспомнил, что там действительно что-то было. Он расстегнул молнию и вытащил тёмную деревянную шкатулку размером в пол-ладони.
Ци Сяонянь протянул её, сжимая в руке, перед остальными: Ты об этом?
http://bllate.org/book/30491/3717054
Готово:
