Бай Цуньюань, пообщавшись с Жэнь Гэ несколько раз, понял: парень, окруженный заботой покойных дедушки, бабушки и односельчан, совсем не похож на беспризорников, скитающихся по улицам.
Он был по-своему чист и глуп.
Но, к счастью, не лишен смекалки.
Спустя двадцать минут, при помощи Жэнь Гэ, Хо Фэнхуа убедилась, что пробудила Пространственную способность.
Жэнь Гэ, словно щенок, пришел в невероятный восторг. Он прильнул к изголовью кровати, его глаза светились от возбуждения: Тетушка Хо, убери и это туда, внутрь! А теперь достань вот это!
Разве есть на свете мальчишка, лишенный фантазий в духе подросткового максимализма?
Бай Цуньюань лениво прервал радостные эксперименты у кровати: Я проголодался.
Хо Фэнхуа, чье самочувствие улучшилось, а гостеприимство, подогретое радостью от обретения сверхспособности, возросло, тут же засуетилась. Она направилась на кухню, ворча себе под нос: И что мне теперь делать? Не заставите же вы старуху спасать мир! — и всю дорогу напевала песенку.
На ужин была лапша с подливой от Хо Фэнхуа. Очень ароматная, Бай Цуньюань съел две порции.
Жэнь Цзюньхун взял полторы тысячи, которые Жэнь Гэ заработал у Бай Цуньюаня, и отправился закупать муку и продукты в качестве запасов на время Апокалипсиса. Хо Фэнхуа пошла вместе с ним.
Жэнь Гэ не смел притронуться к еде.
Вернувшись, Хо Фэнхуа увидела, что парень всё еще голоден, и пожалела его, попытавшись вразумить Бай Цуньюаня: Как бы там ни было, ребенок не может оставаться голодным. Он же в том возрасте, когда растет.
Без правил нет порядка. Ты считаешь, что он растет, и если его накормить, он осмелеет, бросит работу, заберет ваши деньги на завтрак и пойдет в интернет-кафе играть в игры. А закончив, полезет ко мне в карман.
Хо Фэнхуа признала правоту Бай Цуньюаня. Она чувствовала, что не справилась с воспитанием чужого ребенка, и ей было ужасно стыдно, поэтому она замолчала.
Хо Фэнхуа ушла мыть посуду, а Жэнь Цзюньхун отправился в комнату, лег на кровать и уткнулся в телефон. Сложилось забавное ощущение, будто отец воспитывает сына, а дедушка с бабушкой не смеют вмешаться.
Жэнь Гэ лежал на столе, жалобно хлопая глазами, и смотрел, как Бай Цуньюань неспешно ест закуски. Пытаясь унять голод, он перевел тему: Брат Бай, а у меня тоже появится сверхспособность?
Бай Цуньюань кивнул: Появится.
В прошлой жизни Жэнь Гэ был невероятно силен, и Бай Цуньюаню доводилось с ним сражаться.
До падения зоны N Жэнь Гэ был эспером, который развивался даже быстрее, чем Бай Цуньюань.
На десятый год Апокалипсиса Бай Цуньюань, находясь в Городе Байди, по счастливой случайности поглотил ядро 3-го уровня эспера-человека, подняв свой уровень до 15-го. Благодаря возросшей силе восприятия он почувствовал, что среди орд зомби зародился первый зомби 15-го уровня.
На 15-м уровне сверхспособность претерпевает качественные изменения, позволяя ощущать других сильных эсперов. Чтобы зомби 15-го уровня не почувствовал Жэнь Гэ — эспера 12-го уровня, находившегося дальше всех от Города Байди, — Бай Цуньюань решил собрать людей поодиночке. Он взял Му Ланьюй и отправился в зону N, чтобы убедить Жэнь Гэ вернуться с ними в Город Байди.
Бай Цуньюань до сих пор помнил свою первую встречу с Жэнь Гэ.
Оборона в зоне N была строжайшей, посторонним вход был категорически запрещен.
Бай Цуньюань прибыл туда вместе с Му Ланьюй на поиски Жэнь Гэ.
Му Ланьюй передала приглашение от имени Бай Цуньюаня. Жэнь Гэ смотрел на них без всякого выражения, но его скорбь была очевидна.
Я не поеду.
В отличие от других великих эсперов, Жэнь Гэ, «Палач императоров» 12-го уровня, был колючим, замкнутым и параноидальным.
Я не поеду, — повторил он.
Зомби эволюционировали быстро, сохранение сил человечества стало первоочередной задачей. Бай Цуньюань, не колеблясь, перешел к действиям, намереваясь силой забрать Жэнь Гэ, но тот источал такие колебания сверхспособности, каких он не встречал ни у кого.
Обладая Изначальной Аномалией, Бай Цуньюань при должной скорости реакции мог использовать любую способность зомби или эспера, чтобы отразить атаку.
Но Жэнь Гэ он контролировать не мог.
У Жэнь Гэ был только кинжал. Бай Цуньюань попытался использовать способность металла, чтобы подчинить себе клинок, но Жэнь Гэ мгновенно сократил дистанцию.
В уголках глаз Жэнь Гэ была слезная отметина, зрачки смещены вверх, из-за чего он выглядел крайне свирепо. В одно мгновение его лицо оказалось совсем близко к Бай Цуньюаню.
Му Ланьюй метнулась вперед, прикрывая Бай Цуньюаня. Металл под управлением Жэнь Гэ вошел в плечо Му Ланьюй наполовину — Бай Цуньюань опоздал с установкой защиты на секунду.
Вспыхнули способности металла и воды, кинжал расплавился, рана Му Ланьюй покрылась инеем, остановив кровь.
В этот миг Бай Цуньюань ощутил едва уловимые искажения пространства.
Способность Жэнь Гэ оказалась редкой Пространственной способностью — управлением пространством. В отличие от обычного Пространства, предназначенного для хранения ресурсов, он мог использовать его для мгновенного перемещения, уклоняясь от атак и нанося удары.
Более того, он был не 12-го, а 14-го уровня. Если бы Бай Цуньюань не поглотил ядро 3-го уровня эспера, у него не было бы шансов победить Жэнь Гэ — напротив, он мог погибнуть на месте. Сейчас же, хотя он и мог одолеть противника, у него не было уверенности, что он сможет забрать его с собой.
Жэнь Гэ был прирожденным убийцей и таким же прирожденным беглецом.
Его прозвище оправдывало себя — даже самые сильные эсперы попадались в его ловушки.
Глаза Жэнь Гэ, напоминавшие волчьи, под действием Пространственной способности светились неживым блеском. Он больше не обращал внимания на Му Ланьюй, продолжая атаковать Бай Цуньюаня, словно робот, движимый лишь жаждой убийства.
Бай Цуньюань одновременно управлял всем металлом в помещении, используя способность металла, чтобы отражать внезапные вспышки убийственного намерения, и одновременно пытался нащупать слабые места в пространственных искажениях. Наконец, он почувствовал брешь.
В момент, когда он заблокировал пространство, Жэнь Гэ вывалился из пространственного разлома, с силой ударившись об пол. Перед глазами Бай Цуньюаня промелькнуло видение.
Размытый образ девушки.
Жэнь Гэ, тебе нужно бежать, в моем пространстве много ядер кристаллов.
...
Прорыва нет, ядер больше не осталось.
Они еще есть, вот, держи еще одно.
...
Всепоглощающая печаль накрыла Бай Цуньюаня.
Жэнь Гэ, лежа на полу, попытался подняться, но из-за обратного удара при разрушении пространственного барьера не мог пошевелиться. Бай Цуньюань наложил остатки Пространственной способности на металлический светильник, превратил его в цепи и, приближаясь шаг за шагом, сковал руки Жэнь Гэ.
Жэнь Гэ на полу метался, словно обезумевший зверь, пытаясь телом разорвать оковы, которым не мог сопротивляться. В тот миг, когда цепи сомкнулись, он затих, уткнувшись лицом в пол. Его черные волосы спутались, по лицу текли слезы, и он издал отчаянный, сокрушительный вопль.
Я не поеду!
Он дрожал и плакал, уткнувшись в землю, а затем поднял голову и злобно посмотрел на Бай Цуньюаня, державшего конец цепи, и на Му Ланьюй, стоявшую за его спиной.
Вас предали, так почему вы всё еще им верите?!
Бай Цуньюань спокойно смотрел на исступленно кричащего Жэнь Гэ.
В Апокалипсисе он давно разучился сострадать.
Но глядя на то, как непобедимый «Палач императоров» повержен, как он, охваченный ужасом, отчаянно борется, как эспер 14-го уровня сходит с ума, лишь бы не покидать свой город, Бай Цуньюань ощутил, как что-то кольнуло его сердце, отозвавшись глухим отчаянием и грустью.
Город Байди — это моя вотчина, предательство там невозможно, — произнес Бай Цуньюань.
Жэнь Гэ не слушал. Раненый волк лишь повторял: Я не поеду.
Человечество всё равно обречено, к чему перед концом заточать чью-то личность под предлогом выживания?
Бай Цуньюань небрежно бросил цепь и сказал: Ланьюй, уходим.
Дорога назад была унылой, словно скорбный плач.
Вспомнив увиденное, Бай Цуньюань сказал Му Ланьюй: Ланьюй, я видел его воспоминания. Я видел, как они были в ловушке, как их держали в заточении, и как Жэнь Гэ ценой жизни пытался поглотить ядро для прорыва.
А дальше? — голос Му Ланьюй был глухим.
Жэнь Гэ не прорвался, и ядер больше не осталось.
Воздух в комнате наполнился тишиной, отягощенной отчаянием: ...
Была там девушка, которая сказала: есть еще одно ядро.
Она спрятала ядро? — Му Ланьюй редко расспрашивала о деталях, но сейчас была настойчива.
Думаю, это было её ядро, как и то, 3-го уровня, что поглотил я. Последнее ядро — то, что было у нее во лбу.
...
Ланьюй, ты тоже плачешь над любовными историями?
Позже.
На 14-й год Апокалипсиса Бай Цуньюань почувствовал, что появился зомби 16-го уровня.
В том же году зона N пала. Бай Цуньюань понимал, что этот упрямый мальчишка Жэнь Гэ рано или поздно отдаст за это жизнь.
Но когда эспер 14-го уровня пал, энергию 16-го уровня зомби тоже стало невозможно почувствовать.
Король зомби погиб, а Жэнь Гэ своей жизнью подарил человечеству еще год жизни в последнем уцелевшем городе.
У тебя появится очень сильная способность, — Бай Цуньюань отложил палочки и серьезно посмотрел на него.
Утешаешь ребенка, — пробормотал Жэнь Гэ. Его взгляд был прикован к миске с лапшой, которую наполнила Хо Фэнхуа. Она уже перестала дымиться, но аромат всё еще был очень манящим.
Я...
Он запнулся, не смея сказать, что хочет есть, и поник, словно щенок, изгнанный из стаи.
Бай Цуньюань погладил его по голове, вспоминая смерть Жэнь Гэ в прошлой жизни, и тихо сказал: Умница.
Глаза Жэнь Гэ едва заметно блеснули, но, не дождавшись разрешения приступить к еде, он снова поник и лег обратно.
Он был очень голоден и утомлен, и в какой-то момент сам не заметил, как уснул.
Перед сном Жэнь Гэ смутно ощущал, как Бай Цуньюань ласково гладит его по голове и хвалит.
Жэнь Гэ был решительным юношей, и Бай Цуньюань больше не хотел, чтобы он рос холодным и одиноким ребенком.
Правила должны соблюдаться, но это не значит, что нужно лишь жестко наказывать. Наказание — это одно, но Бай Цуньюань не собирался скупиться на одобрение и тепло.
Он больше не позволит Жэнь Гэ плакать так, как плачет зверь, потерявший всё.
При встрече с врагом — либо ты, либо он, никакой скорби и жалости к себе.
Конечно, пока рядом Бай Цуньюань, не будет и скорбных воспоминаний.
Бай Цуньюань мягко гладил Жэнь Гэ по голове, чувствуя в его теле едва заметную искру сверхспособности, и начал направлять её.
Бай Цуньюань был досконально знаком с Пространственной способностью Жэнь Гэ, но в этой крошечной искре он не почувствовал ничего, что напоминало бы о пространстве.
Когда способность раскрылась, Бай Цуньюань ощутил в теле Жэнь Гэ ветер: нежный весенний ветерок, целующий лепестки цветов, вольный ветер, гуляющий в полях, и ветер, что гонит одинокого волка под луной.
http://bllate.org/book/30361/3702230
Готово:
