Оказывается, он знал, что страдает от бессонницы и дурных снов, поэтому тайком пробирался в комнату, чтобы помочь ему массажем?
Этот малец, хоть и выбрал совершенно неуместный способ, но побуждения у него были самые что ни на есть добрые. Если считать это попыткой загладить вину, то ничего страшного не случилось.
Цзянь Синъи закончил массаж и, разминая запястья, сел на пол.
Ли Тиншэнь не слышал ни звука и решил, что охранник собирается уходить. Он раздумывал, стоит ли проснуться прямо сейчас, чтобы похвалить этого бесшабашного парня и позволить ему с завтрашнего дня приходить на массаж открыто.
В конце концов, лазить через окно — это полный абсурд.
Цзянь Синъи ухватился за руку Ли Тиншэня и по привычке начал поглаживать её подушечками пальцев.
Ли Тиншэнь внезапно замер. Он был не глуп, как он мог не понять, что именно сейчас вытворяет этот парень?
Цзянь Синъи поднес его ладонь к своему лицу, а затем поцеловал тыльную сторону руки.
Ли Тиншэнь: «...»
Цзянь Синъи этого показалось мало: он поднялся и поцеловал его в лоб.
Ли Тиншэнь: «...»
Цзянь Синъи подумал, что раз уж он начал целовать, то какая разница — один раз или два? Раз начал, нужно целовать больше.
Ли Тиншэнь: «...»
Цзянь Синъи чмокнул его в левую щеку, потом в правую.
Ли Тиншэнь: «...»
Цзянь Синъи с покрасневшим лицом коснулся губами кончика его носа.
Ли Тиншэнь: «...»
Цзянь Синъи остался доволен и снова блаженно опустился на пол. Похоже, сегодня ночью он позволил себе слишком много, отчего теперь, охваченный стыдом, закрыл лицо руками.
Господин так приятно пахнет.
Рука Ли Тиншэня, спрятанная под одеялом, неестественно сжалась в кулак. От первоначального шока не осталось и следа, сменившись оцепенением. Даже самый недалекий человек понял бы, что этот парень к нему неравнодушен.
Его собственный охранник посмел посягнуть на его тело!
Какое неслыханное унижение!
Цзянь Синъи аккуратно поправил одеяло, ещё раз убедился, что ничего не нарушил, вылез в окно и вернулся в свою комнату.
В темном помещении Ли Тиншэнь, бросая ледяные взгляды в потолок, лежал без сна.
На лице не осталось никаких следов, но он всё ещё чувствовал остаточное тепло от прикосновений Цзянь Синъи.
Утро, солнце светило по-прежнему.
Цзянь Синъи был в прекрасном настроении, всю дорогу он сидел на пассажирском сиденье, не в силах скрыть улыбку.
Ли Тиншэнь же не сомкнул глаз всю ночь, неотрывно буравя взглядом фигуру впереди.
Он так весело улыбается.
Ещё бы, пробраться в комнату босса, пока тот крепко спит, и всю ночь творить что вздумается — разве это не счастье?
Цзянь Синъи почувствовал на себе слишком острый взгляд, тут же притих и, обернувшись, спросил:
— Господин, что-то случилось?
Ли Тиншэнь чуть заметно скривил губы в усмешке.
Цзянь Синъи невольно вздрогнул. И не просто так: он остро почувствовал, что в этой улыбке господина сквозит некая насмешка.
Он злится?
Но сегодня утром никто ничего не натворил.
Корпорация Шэнэнь.
Ли Тиншэнь стоял у окна с мрачным видом:
— Замените Цзянь Синъи.
Чжоу Жуй был ошеломлен:
— Президент, вы ничего не перепутали?
— Ничего. Как можно скорее подыщите нового охранника.
Чжоу Жуй был в недоумении:
— Но ведь Помощник Цзянь работает очень эффективно, он способный парень. Разве вы не хвалили его совсем недавно?
— Раньше не знал, а теперь знаю. Этого человека оставлять нельзя.
Чжоу Жуй не мог взять в толк: вчера всё было в порядке, почему сегодня его нужно уволить? Что такого Цзянь Синъи сделал за ночь? Неужели он в одиночку снова отправился драться в семью Се?
Ли Тиншэнь мучился от головной боли. Он ни за что не потерпит, чтобы человек, находящийся к нему ближе всего, питал подобные порочные мысли.
Это предательство!
Чжоу Жуй ответил:
— Всё произошло слишком внезапно, я ещё не подыскал замену, на это потребуется время.
— Хорошо. Пока не сообщайте Цзянь Синъи. Как только найдете подходящего человека, назначьте его на другую должность подальше от головного офиса.
— Тук-тук-тук. — Цзянь Синъи постучал в дверь.
Ли Тиншэнь бросил быстрый взгляд на своего помощника:
— Ты можешь идти.
Чжоу Жуй с тяжелым сердцем открыл дверь кабинета. Глядя на сияющего Цзянь Синъи, он почему-то почувствовал жалость.
Цзянь Синъи не понял смысла его взгляда и слегка улыбнулся:
— Помощник Чжоу.
Ли Тиншэнь сел за рабочий стол, даже не удостоив своего дерзкого охранника лишним взглядом:
— В чем дело?
— Кофе, который вы просили.
Ли Тиншэнь буркнул:
— Выходи.
Но Цзянь Синъи стоял как вкопанный.
Ли Тиншэнь был вынужден поднять голову:
— Есть что-то ещё?
— Сегодня утром вы съели всего два паровых пельменя. Сестрица Ли переживает, что вы останетесь голодным, и попросила меня при удобном случае принести вам поесть. Я купил пельмени с креветками внизу, съешьте хоть немного.
Ли Тиншэнь посмотрел на дымящийся контейнер, лежащий на столе. Выражение его лица нельзя было назвать ни хорошим, ни плохим. Он уже хотел отказаться, как вдруг Цзянь Синъи подошел ближе.
В больших, ясных глазах Цзянь Синъи светилось чистое ожидание, а в голосе послышались кокетливые нотки:
— Съешьте немного, а то я не смогу отчитаться перед сестрицей Ли.
Ли Тиншэнь инстинктивно сглотнул. Он не был поверхностным человеком, которого интересует только внешность, но именно лицо Цзянь Синъи было невозможно игнорировать — чистое, белое, словно у куклы. При ближайшем рассмотрении в его глазах даже мерцали искорки.
В конце концов, Ли Тиншэнь против воли, с неохотой съел два пельменя.
Цзянь Синъи достал из кармана коробочку соевого молока. Судя по упаковке, из того же заведения.
Ли Тиншэнь с каменным лицом уставился на этого охранника, который заходил слишком далеко. Кажется, он обожал действовать по собственной инициативе:
Мало того, что он по собственной инициативе влюбился в него, по собственной инициативе домогался его, так теперь ещё и начал командовать им!
Цзянь Синъи пояснил:
— Вы едите слишком мало, от одного кофе желудку будет нехорошо. Попейте соевого молока, так будет лучше.
Ли Тиншэнь проигнорировал его старания и, не слушая, снова уткнулся в компьютер.
Цзянь Синъи не посмел настаивать и тихо отошел в сторону.
Ли Тиншэнь покосился на него:
— Ещё что-то?
Цзянь Синъи ничего не ответил, лишь продолжал смотреть на дымящееся соевое молоко на столе.
Ли Тиншэнь резко сжал компьютерную мышь: кто из нас тут босс?!
Обычно Цзянь Синъи не был таким упрямым, но когда дело касалось здоровья господина, он был готов рискнуть премией и даже увольнением, лишь бы настоять на своем.
Ли Тиншэнь подумал, что, вероятно, он слишком мягкосердечен, вот его охранник и позволяет себе всё что хочет.
Размышляя об этом, Ли Тиншэнь в ярости схватил соевое молоко со стола, залпом выпил больше половины и с грохотом бросил пустую упаковку в мусорное ведро, пытаясь таким образом показать свой гнев.
Глаза Цзянь Синъи радостно блеснули. Увидев, что босс выпил большую часть, он с довольным видом вышел из кабинета.
Ли Тиншэнь подпер голову рукой. Он не спал всю ночь и был раздражен, а тут ещё этот беспардонный охранник пришел его провоцировать.
Нужно уволить. Немедленно уволить. Сегодня же пусть собирает манатки и проваливает!
Цзянь Синъи вернулся на свое рабочее место и принялся за планирование графика господина.
Помощник Цинь с улыбкой подошел к нему:
— Помощник Цзянь, сегодня ты в хорошем настроении.
Цзянь Синъи улыбнулся:
— Да, сегодня утром съел любимые пельмени, небольшой сюрприз.
— Ого, так обрадовался из-за еды? Помощник Цзянь, ты такой неприхотливый.
Чжоу Жуй, проходя мимо, беспомощно покачал головой. Сейчас он улыбается, а как придет уведомление об увольнении — наверняка заплачет.
— Помощник Чжоу, чего такой хмурый? Не удалось съесть то, что хотелось? — пошутил помощник Цинь.
Чжоу Жуй покосился на него:
— Работай давай.
Цзянь Синъи вытащил из ящика леденец со вкусом лимона:
— Помощник Чжоу, случилось что-то трудное?
Чжоу Жуй не взял конфету:
— И правда, довольно трудное.
Цзянь Синъи не стал расспрашивать о рабочих делах и после пары вежливых фраз замолчал.
Но Чжоу Жуй сам горел желанием поделиться:
— Президент хочет сменить человека на очень важной должности. Я ломаю голову, как сделать так, чтобы все остались довольны.
— Кого именно? — высунулся помощник Цинь.
— До назначения я не могу разглашать имя, но этот человек отлично справляется с обязанностями. Я никак не могу понять, почему президент вдруг решил его заменить.
Цзянь Синъи замер с ручкой в руке. Неизвестно почему, но у него возникло плохое предчувствие.
Чжоу Жуй добавил:
— Несколько дней назад, когда я предлагал это, президент прямо отказался. Но сегодня утром он сам проявил инициативу. Не знаю, может, этот человек нарушил какой-то запрет?
При этом он перевел взгляд на молчаливого Цзянь Синъи. Если бы тот был умнее, он бы понял намек.
Пока новый человек ещё не выбран, всё можно исправить.
Цзянь Синъи на мгновение замер, а затем снова принялся за работу.
Основываясь на своих знаниях о Ли Тиншэне, если кого-то и собираются перевести, то первой на очереди должна быть помощница Анни из секретариата — ведь она вечно не может никого остановить.
В любом случае, кто угодно, только не он!
...
Ночь. В Минчжуюань воцарилась тишина.
Ли Тиншэнь стоял на балконе и курил. У него не было зависимости, просто на душе было неспокойно.
Внизу было тихо, будто в доме никто не жил.
— Тук-тук-тук. — Дядя Чжан вошел в комнату.
Ли Тиншэнь потушил окурок и вернулся в спальню.
Дядя Чжан поставил стакан воды на стол:
— Доктор Чэнь выписал новые лекарства, вы сегодня...
— Что вы думаете о Цзянь Синъи? — спросил Ли Тиншэнь.
Дядя Чжан тщательно всё обдумал и ответил честно:
— Сяо Цзянь — очень интересный человек. Он не похож на тех шаблонных охранников, что были до него. Он особенный и очень милый.
— Меня интересует его профессионализм, а не личные качества.
— Господин, вы считаете, что с ним что-то не так?
— С ним всё в порядке. Мне просто любопытно, каким он видится дяде Чжану.
Дядя Чжан редко высказывал мнение о людях, тем более о ключевом охраннике босса.
— Не нужно ничего скрывать, говорите прямо, — Ли Тиншэнь сел на диван и закинул ногу на ногу.
http://bllate.org/book/30307/3695101
Готово:
