Среди офицеров, тренировавшихся до изнеможения, Ли Чуньсяо и Янь Тун выделялись особой безрассудной яростью.
Они видели тех нескольких генералов армии Цилинь, вернувшихся накануне. Вчера вечером они ужинали вместе с ними и заметили кое-что поразительное.
Возьмём, к примеру, Цзюнь Лю: раньше он едва достиг шестого уровня силы ци, а теперь уже перешёл на четвёртый уровень королевской силы! И всё это — после всего лишь нескольких дней затворничества с генералом Цзюнь?
А Цзюнь Жунь? Обычно военные стратеги умеют лишь рассуждать, но не сражаться, а он, гляди-ка, теперь уже на шестом уровне силы ци!
Остальные четверо и говорить нечего — у всех рост силы налицо.
Цзюнь Хао: раньше третий уровень силы ци, теперь — первый уровень королевской силы.
Цзюнь Си: раньше четвёртый уровень силы ци, теперь тоже первый уровень королевской силы и уже почти готов перейти на второй.
Цзюнь Хао: раньше седьмой уровень силы ци, теперь — четвёртый уровень королевской силы. Его рост был самым стремительным.
Цзюнь Лан: раньше пятый уровень силы ци, теперь — второй уровень королевской силы.
Все они за ужином так и пылали самодовольством!
Теперь их стало «пять королей и один император»!
А что же они сами? Один — шестой уровень силы ци, другой — пятый. Если бы и им дали шанс пройти особое затворничество, они бы наверняка не уступили этим ребятам.
Но раньше такой возможности не было!
Теперь же маршал объявил: кто пройдёт отбор, тот попадёт в армию Цилинь.
А значит, если они пройдут проверку, у них тоже появится шанс стать королями или даже императорами!
Разве не ради этого стоит тренироваться до изнеможения? Чего ещё ждать?
—
Поскольку главнокомандующий не тренировался вместе с остальными, вокруг Ли Чуньсяо и Янь Туна собралась только толпа заместителей командиров.
Остальные заместители, глядя на их безумную ярость в тренировках, остановились.
— Эти двое совсем спятили? — спросил один из заместителей у соседа.
— С прошлой ночи, как вернулись с ужина у тех из армии Цилинь, они себя странно ведут. Вчера вечером сидели, как ошарашенные, а сегодня утром, ещё до начала тренировок, уже пошли на пробежку! Сейчас опять так рвутся вперёд! Что с ними случилось?
(Заместители жили в лагере вместе: хотя у каждого был свой шатёр, все видели друг друга — своего рода взаимный надзор.)
— Чжан Цзянь прав, — кивнул другой заместитель, сжимая кулаки от досады. — Я тоже видел. Наверняка они что-то узнали вчера вечером. Как нехорошо — держат информацию при себе!
— Точно, — подхватил первый, засучивая рукава и направляясь к драчливой парочке. — Пойдём, поймаем их и вытрясем правду: что они там вчера увидели?
Остальные последовали за ним, зловеще окружая двух товарищей.
Безо всяких договорённостей семь-восемь заместителей бросились вперёд: один схватил за руку, другой — за ногу, и вмиг прижали обоих к земле.
— Говори, что вы там вчера увидели? — Чжан Цзянь уселся прямо на спину Ли Чуньсяо.
Не только заместители пристально смотрели на него, но и солдаты поблизости, хоть и продолжали отрабатывать удары, насторожили уши.
— Вы правда хотите знать? — задохнувшись, спросил Ли Чуньсяо, лицо его покраснело от удушья.
— Быстрее говори! — почти хором потребовали заместители.
— Генерал Цзюнь Лю уже достиг королевского уровня! Даже военный стратег Цзюнь Жунь теперь на уровне силы ци!
Он выдохнул всё за один раз, потом изо всех сил попытался сбросить сидевшего на нём человека:
— Чжан Цзянь, слезай с меня, я задыхаюсь!
Чжан Цзянь оцепенел и машинально отполз, усевшись рядом на землю.
Остальные заместители тоже отпустили их и окружили, усевшись полукругом.
— Ты не врёшь? — с недоверием спросил Чжан Цзянь.
Потирая ушибленную руку, Янь Тун бросил на него презрительный взгляд:
— Разве он стал бы тебя обманывать? Мы вчера ужинали с ними лично. У всех этих генералов рост на целый большой уровень!
— Боже!.. — вырвалось у всех хором.
— У всех на целый большой уровень? Да это же невероятно!
Увидев такое же изумление на лицах товарищей, двое почувствовали облегчение.
Теперь их собственное ошарашенное состояние прошлой ночи уже не казалось таким уж странным.
Ведь и эти ребята сейчас в точности такие же!
— А как они тренировались? Вы видели? — спросил заместитель по имени Ван Кан.
Оба покачали головами.
Ли Чуньсяо понизил голос и загадочно произнёс:
— Я знаю только то, что их недавно генерал Цзюнь лично вызвал на особое затворничество. Это дело нужно держать в строжайшем секрете — даже нашим непосредственным командирам не говорить, поняли?
Он оглянулся по сторонам, убедился, что кроме них никто не слышит, и лишь тогда с облегчением выдохнул.
Остальные, увидев его серьёзность, тоже посерьёзнели.
— А почему даже нашим командирам нельзя? — робко спросил один из заместителей, пониже ростом.
Янь Тун поманил всех ближе.
Когда головы почти соприкоснулись, он прошептал:
— В Железной броне завёлся предатель.
У всех от изумления глаза полезли на лоб!
— Предатель?
Глубоко за озером у задней горы,
на огромной поляне, упирающейся в подножие высокой горы и выходящей к реке,
плотно, насколько хватало глаз, стояли военные шатры.
Они были расположены полукругом вокруг главного шатра в центре.
Без сомнений —
это была новая стоянка армии Цилинь.
В лагере в это время двигались лишь фигуры у нескольких рядов полевых кухонь. Всюду царила тишина, будто лагерь был заброшен.
Зато в ближайшем лесу то и дело раздавались громкие выкрики и шум.
—
В главном шатре
Цяньсяо быстро просматривала стопку бумаг, листая их так стремительно, будто просто перелистывала.
Перед ней стоял худощавый мужчина — лицо его было бело, как нефрит, стан строен, рост почти два метра.
Он терпеливо ждал, сохраняя на лице лёгкую улыбку.
— Чжун Пин, — не поднимая глаз, сказала Цяньсяо.
— Слушаю, госпожа, — слегка поклонился Чжун Пин, выражение лица не изменилось.
— Ты осмотрел тех людей?
— Да, госпожа. Я сделал обход. Физически серьёзных проблем нет. Некоторые сильно переутомлены, но им поможет лечебная ванна. Однако есть отдельные бойцы… я не рекомендую им продолжать тренировки.
— Нет других способов? — Цяньсяо подняла на него взгляд. Увидев его неизменную улыбку, она почувствовала боль в сердце и тут же отвела глаза.
— Способы есть, — честно ответил Чжун Пин, — но цена слишком высока. Госпожа, по моему мнению, для отдельных солдат такие жертвы не стоят того.
— В будущем я не буду вмешиваться, — твёрдо возразила Цяньсяо, — но из этой партии я хочу, чтобы до конца дошли все.
Она снова опустила глаза на бумаги и больше не обращала на него внимания.
Все они прошли её личную проверку — ни у кого нет повреждений души. И все они были отобраны для неё дедушкой. Как бы то ни было, она не собиралась отказываться от них сейчас.
В будущем при наборе в армию Цилинь подобных проблем уже не возникнет.
— Слушаюсь, — ответил Чжун Пин и бесшумно вышел.
За шатром он подошёл к Белому Сюну, который нес дежурство.
— Есть минутка? — всё так же улыбаясь, спросил Чжун Пин.
Белый Сюн взглянул на него, потом на шатёр — смысл был ясен: он на посту.
— Иди, — донёсся изнутри голос Цяньсяо.
— Есть!
—
Белый Сюн последовал за Чжун Пином в медпункт.
Чжун Пин уселся за стол и указал на кушетку у входа:
— Заходи, раздевайся догола и ложись.
Белый Сюн широко распахнул глаза и с ужасом уставился на него.
«Ты бы уточнил! Так можно и недопонять!»
— Быстрее! — прикрикнул Чжун Пин, видя, что тот просто стоит как вкопанный. — Чего ждёшь? Ребёнка родить?
«Да как ты можешь с такой улыбкой говорить такие наглости!»
Понимая, что промедление только усугубит ситуацию, Белый Сюн вошёл, снял верх и лёг лицом вниз. Потом, обеспокоенно оглянувшись, предупредил:
— Аккуратнее.
Чжун Пин…
«Теперь уж точно все подумают не то!»
Увидев на спине Белого Сюна тёмно-фиолетовый отпечаток ладони, Чжун Пин взял мазь и с силой хлопнул ею прямо по ушибу, сквозь зубы процедив:
— Я всегда очень аккуратен. Ну как, приятно?
— А-а-а! — раздался вопль из медпункта, долетевший даже до главного шатра вдалеке.
Цяньсяо подняла глаза, покачала головой с досадой и снова погрузилась в работу.
— Да ты убить меня хочешь?! — Белый Сюн покраснел от боли и злости, глядя на ещё более радостно улыбающегося Чжун Пина. — Убери эту дурацкую ухмылку, а то глаза режет!
Целыми днями с такой физиономией, а творит при этом самое бесчеловечное!
— Ничего не поделаешь, — пожал плечами Чжун Пин и сунул ему в рот пилюлю. — Такая уж моя природа. Хотел бы измениться — не получается.
Услышав это, Белый Сюн замолчал. Проглотил пилюлю и молча лег обратно.
Он вдруг вспомнил.
Когда-то на Земле маленькая госпожа была похищена.
Тогда она была в нестабильном состоянии и никому ничего не приказала.
Все они, разбросанные по всему миру, немедленно бросились на выручку.
Чжун Пин прибыл первым.
Как только похитители увидели, что кто-то идёт, они подорвали бомбу.
Чжун Пин бросился спасать госпожу и получил множество пуль, самая страшная — в голову.
Он тут же потерял сознание.
Госпожа всё же спасла его, но нервы в лице были повреждены навсегда — теперь он не мог менять выражение лица.
Хорошо ещё, что в момент взрыва он улыбался. Иначе пришлось бы ходить с вечной гримасой отчаяния.
Чжун Пин вернулся к столу и налил себе воды.
— Вам не нужно так за меня переживать, — спокойно сказал он. — Для госпожи я готов на всё добровольно. После того взрыва я снова впал в кому, но госпожа поместила меня в пространство хранения для восстановления. Когда я очнулся, мы уже были на другом континенте. Значит, госпожа их нашла?
Он был вызван из пространства хранения прямо в лагерь и сразу отправлен в дом лекаря Вэя, где целыми днями общался с отчаявшимся человеком. Потом его без передышки перевели сюда — поэтому он ещё не успел узнать всех новостей.
— Да, — кивнул Белый Сюн и больше ничего не добавил.
Все они, кто так долго служил госпоже, прекрасно понимали, каково ей на самом деле.
http://bllate.org/book/2988/329061
Готово:
