Автор комментирует: Не волнуйтесь — просто после пережитого потрясения остались психологические последствия.
— Похищение? — голос Цинь Сан прозвучал хрипло и недоверчиво, будто она не верила своим ушам.
Старый управляющий кивнул, и в его тоне прозвучала глубокая скорбь:
— В таком юном возрасте пережить столь ужасное… Молодой господин Янь…
Дядя Чэнь не договорил — горло сдавило, и он горько всхлипнул.
Цинь Сан растерялась, поспешно протянула ему салфетку и неловко утешила:
— Дедушка Чэнь, пожалуйста, не расстраивайтесь так.
Изначально она тоже гадала, что случилось с ногами Янь Цзинъяня. Но никогда не осмеливалась спросить напрямую: каждый раз, когда слова подступали к губам, она боялась обидеть его и снова проглатывала их.
У неё было множество предположений, но в голову ни разу не приходило, что Янь Цзинъянь пережил похищение.
Он всего лишь на два года старше её — возраст цветущей юности, когда человек должен быть окружён заботой и любовью.
Вместо этого на него первой обрушилась жестокость мира…
Одно лишь воображение этой сцены заставило сердце Цинь Сан сжаться от боли.
Заметив, что девушка побледнела, старый управляющий немного взял себя в руки и, наоборот, стал утешать её:
— Всё в порядке. Это уже в прошлом.
— Молодой господин… он гораздо сильнее, чем мы думаем.
Цинь Сан кивнула и мягко перевела взгляд на больничную койку.
Она не дождалась, пока Янь Цзинъянь придёт в себя, и вскоре после наступления сумерек, подняв зонт, покинула больницу.
Цинь Сан вернулась в переулок Миньюэ на такси.
Дома бабушка сообщила ей, что Су Е звонил и просил перезвонить.
— Поняла, — ответила девушка равнодушно, без особой интонации.
Цзян Мань хотела спросить, как дела у Янь Цзинъяня, но, увидев, что Цинь Сан явно не в себе, пошла принимать душ.
В гостиной осталась только Цинь Сан. Она устроилась на диване и уставилась на стоящий рядом телефон.
Вспомнив слова дедушки Чэня, она решила, что сегодняшний приступ Янь Цзинъяня, скорее всего, спровоцировали Чэнь Сю и его подручные.
Ему, должно быть, очень неприятны проявления насилия — из-за собственного опыта он, вероятно, не выдержал, когда увидел угрозу агрессии.
Такие психосоматические симптомы не поддаются полному излечению даже врачам — остаётся лишь помочь ему успокоиться и хорошо выспаться.
Цинь Сан решила, что с завтрашнего дня обязательно начнёт ложиться и вставать рано.
Отныне она будет сопровождать Янь Цзинъяня в школу и обратно.
И никогда больше не допустит повторения сегодняшнего инцидента.
…
Утренний свет пронзил небосвод и, рассыпаясь сквозь листву путоны, упал на землю.
С наступлением утра Янь Цзинъянь поднял стекло в машине.
Он только что выписался из больницы и торопился домой переодеться перед школой.
Дядя Чэнь всю дорогу уговаривал его остаться дома хотя бы на один день, обещая самому позвонить в школу и отпросить его.
Но упрямство Янь Цзинъяня было таково, что никто — даже сам Небесный Владыка — не смог бы его переубедить.
Он строго запретил дяде Чэню сообщать об этом старику, лишь бы избежать лишней суеты.
Янь Цзинъянь боялся, что, узнав о его приступе, дедушка вновь преодолеет тысячи ли, чтобы примчаться в Линьчуань и засыпать его тревожными расспросами.
Всё это беспокойство было совершенно напрасным — лучше бы он вообще ничего не знал.
Дядя Чэнь, не в силах переубедить его, согласился скрыть происшествие.
В обмен на это Янь Цзинъянь должен был пообещать, что отныне будет ходить в школу вместе с Цинь Сан, иначе дядя Чэнь лично будет возить его на машине.
Выбирая из двух вариантов, Янь Цзинъянь выбрал Цинь Сан.
Ему не хотелось беспокоить дядю Чэня и становиться единственным учеником средней школы №3 Линьчуаня, которого возят в школу на машине.
Когда машина остановилась у входа в переулок, Янь Цзинъянь вернулся к своим мыслям.
По дороге домой он всё размышлял: Цинь Сан, скорее всего, не согласится сопровождать его.
Эта девчонка обожает поспать и любит повеселиться — вряд ли у неё найдётся время и желание тратить силы на него.
Поэтому Янь Цзинъянь совершенно не верил в предложение дяди Чэня.
Кресло-каталка медленно катилось по длинному переулку, а он, уныло опустив веки, казался рассеянным.
Уже почти у самого дома он машинально поднял глаза.
И тут же его взгляд упал на Цинь Сан, сидевшую прямо у его двери. В глубине тёмных зрачков мелькнула искра света.
Янь Цзинъянь слегка удивился.
Кресло-каталка резко остановилось. Он смотрел на девушку вдалеке.
Она подняла какую-то палочку и увлечённо тыкала ею в муравьиную колонну.
Её сосредоточенность выглядела почти трогательно.
Взгляд Янь Цзинъяня невольно смягчился, но, услышав за спиной шаги дяди Чэня, он громко кашлянул, чтобы привлечь внимание Цинь Сан.
Она была так поглощена игрой с муравьями, что не услышала приближения кресла-каталки.
Зато кашель услышала. Подняв голову, она увидела Янь Цзинъяня в нескольких шагах.
— Янь-гэгэ! — радостно воскликнула Цинь Сан и, сжав палочку в руке, резко вскочила на ноги.
Видимо, она слишком долго сидела на корточках — ноги онемели, и, сделав полшага вперёд, она чуть не упала.
Янь Цзинъянь увидел, как она пошатнулась, и сердце его на миг дрогнуло, сбив ритм.
К счастью, в следующее мгновение Цинь Сан устояла.
На плече у неё болтался школьный рюкзак. Подойдя к Янь Цзинъяню, она как раз встретила подоспевшего дядю Чэня.
Увидев девушку, старый управляющий улыбнулся с теплотой:
— Саньсань, с этого дня мы очень рассчитываем на тебя в дороге до школы и обратно.
— Без проблем! — ослепительно улыбнулась девушка, и её глаза засияли.
Янь Цзинъянь опустил взгляд и, не говоря ни слова, проехал мимо Цинь Сан, направляясь во двор.
Он специально вернулся из больницы, чтобы забрать учебник и переодеться.
Когда он вышел из дома, готовый к дороге, Цинь Сан стояла у его ворот и разговаривала с Лу Чжэн.
О Лу Чжэн Янь Цзинъянь знал немного.
Лишь то, что та тоже живёт в переулке Миньюэ и, по сути, выросла вместе с Цинь Сан.
Было очевидно, что они хорошо знакомы, но между ними не чувствовалось той особой нежности, что обычно бывает у детских друзей. Возможно, из-за разницы в возрасте.
Цинь Сан старше Лу Чжэн, поэтому их отношения больше напоминали дружбу старшей сестры и младшего брата, чем что-то романтическое.
Лу Чжэн сидела на своём велосипеде «Вечный» и, увидев выходящего Янь Цзинъяня, закончила разговор и уехала первой.
Раньше Цинь Сан тоже ездила в школу на велосипеде, но теперь, из-за Янь Цзинъяня, решила ходить пешком.
…
Когда Лу Чжэн уехала, Цинь Сан обернулась к юноше в кресле-каталке и мягко улыбнулась.
Её голос прозвучал звонко и мелодично:
— Пора и нам в путь, а то опоздаем.
С этими словами она просто сбросила рюкзак с плеча прямо ему на колени:
— Подержи сумку.
Сама же обошла его сзади и, взявшись за ручки кресла, повела его по длинному переулку.
Цинь Сан вообще не дала Янь Цзинъяню шанса что-либо сказать.
Что, впрочем, устраивало его — он и сам не знал, что сказать.
Скорее всего, он стал первым в истории средней школы №3 Линьчуаня парнем, которому в школу сопровождает девушка.
Для любого юноши подобное положение, пожалуй, немного унизительно.
Поэтому Янь Цзинъянь изначально хотел отказаться от её помощи.
Но он прекрасно понимал своё состояние и осознавал заботу Цинь Сан и дяди Чэня. Поэтому… он промолчал и просто смотрел вперёд.
Дорога была необычайно тихой. Даже болтливая Цинь Сан сегодня молчала.
После долгого молчания Янь Цзинъяню захотелось обернуться и взглянуть на девушку за спиной — узнать, почему она сегодня так необычна.
Но пока он колебался, стоит ли поворачиваться, они уже миновали улицу Хуайшу и оказались в лучах утреннего света, пробившегося сквозь облака.
Сзади раздался её весёлый голос:
— Янь-гэгэ, смотри — после дождя выглянуло солнце.
Юноша тихо «мм»нул, чувствуя, что в её словах скрыт какой-то иной смысл.
Но раз она не объясняла — он не стал спрашивать.
Прошло немало времени, и Янь Цзинъянь уже решил, что Цинь Сан больше не заговорит, как вдруг её голос снова прозвучал спокойно:
— Почему Чэнь Сю с ними напали именно на тебя?
Янь Цзинъянь на мгновение задумался, но так и не вспомнил, кто такой «Чэнь Сю».
Цинь Сан тоже поняла это и с лёгкой усмешкой сказала:
— Ладно, сама пойду спрошу у Чэнь Сю.
С таким замкнутым характером, как у Янь Цзинъяня, в первый же день учебы вряд ли получилось бы познакомиться с уже окончившим школу Чэнь Сю.
Значит, Чэнь Сю, скорее всего, действовал по чьей-то просьбе.
Подумав об этом, Цинь Сан спросила ещё раз:
— Ты кого-то обидел в школе?
Для Янь Цзинъяня этот вопрос звучал странно.
Тем не менее он серьёзно обдумал его и ответил:
— Думаю, нет.
Он не из тех, кто ищет конфликтов.
— Ладно, — сдалась Цинь Сан. Она решила после урока физкультуры сбегать со школы и самолично разузнать у Чэнь Сю, в чём дело.
…
Второй урок дня — физкультура.
Все, кроме Янь Цзинъяня, отправились на стадион.
В классе воцарилась редкая тишина.
Янь Цзинъянь только что закончил разбирать задачи по физике, и глаза его немного устали. Он закрыл их, чтобы отдохнуть, а затем направил кресло-каталку к выходу.
Он пошёл в туалет — в специально оборудованную для инвалидов кабинку.
Всё это было заслугой его дедушки: чтобы Янь Цзинъянь мог нормально учиться, старик тайно сделал для школы немало.
Янь Цзинъянь всё это видел и ценил заботу деда.
Выйдя из туалета, он столкнулся с той самой девушкой, которая недавно его остановила.
Кажется, её звали Чжао Янь?
Он как раз собирался вернуться в класс, а девушка шла одна по коридору с противоположной стороны.
Янь Цзинъянь сначала её не заметил — она сама окликнула его по имени.
Только тогда он поднял глаза.
Девушка подбежала к нему, слегка запыхавшись, и без предисловий спросила:
— Говорят, Чэнь Сю напугал тебя до больницы?
— Ты в порядке?
Янь Цзинъянь посмотрел на неё. Его глаза были холодны и безжизненны, словно застывшее озеро.
Он на миг задумался — и всё понял.
Тот самый Чэнь Сю — лидер вчерашней шайки в переулке.
Значит, вчерашний инцидент как-то связан с Чжао Янь.
Осознав это, он посмотрел на неё ещё холоднее.
Его лицо оставалось неподвижным, он молчал.
Чжао Янь решила, что он действительно сильно напуган, и даже засмеялась, довольная собой:
— Всё из-за такой ерунды, как чашка молочного чая… Неужели стоило доводить до такого?
— Выпить чашку молочного чая — это ерунда?
Янь Цзинъянь прищурился, уголки губ дрогнули в насмешливой и ледяной усмешке.
Однако он смотрел в пол, и девушка этого не заметила. Она продолжала:
— На самом деле я ничего плохого тебе не хочу.
— Просто… ты мне очень нравишься. Давай… подружимся.
Она особенно выделила последние слова, придав им оттенок флирта.
К тому же Чжао Янь незаметно огляделась по сторонам, убедившись, что вокруг никого нет, и наклонилась к самому уху юноши.
Очень тихо, почти шепча, она произнесла:
— Дам тебе ещё один шанс. Сегодня после уроков зайдёшь со мной в чайную напротив школы?
В её голосе звучала уверенность, будто он непременно согласится.
В конце концов, у неё за спиной стоит такой пугающий тип, как Чэнь Сю. Обычный человек вряд ли осмелится отказать.
Но едва Чжао Янь решила, что он согласится, как юноша холодно поднял на неё глаза и коротко бросил:
— Нет времени.
С этими словами он развернул кресло, чтобы проехать мимо.
Девушка замерла на месте, а когда опомнилась, побежала следом за ним в класс старших юношей естественно-математического профиля.
http://bllate.org/book/2950/326064
Готово:
