На мгновение Ин Боуэнь почувствовал, будто Хуа Чжуо водит им, как обезьяной, и его лицо стало ещё мрачнее.
— Отлично. Посмотрим через несколько дней, кто победит, а кто проиграет!
Под «несколькими днями» он, разумеется, подразумевал благотворительный вечер, устраиваемый семьёй Гринленд.
В этот момент Ин Боуэнь мог возлагать все свои надежды только на Гринлендов.
Вэнь Ли, естественно, разделял его мнение.
Невысокий мужчина сделал шаг вперёд и тихо произнёс:
— Молодой господин Ин, у нас всё ещё большие шансы на победу. Да и это всего лишь одна схватка — она не решит нашей судьбы.
Он немного помолчал, затем добавил:
— В древности Гоу Цзянь спал на хворосте и пробовал жёлчь, чтобы не забыть унижения. С тех времён победителем всегда становится тот, кто держится до самого конца. И я твёрдо верю: последним победителем может быть только семья Ин.
Речь Вэнь Ли прозвучала твёрдо и убедительно, и даже Ин Боуэнь, стоявший на грани ярости, немного успокоился.
— Ты прав, я слишком разволновался, — холодно усмехнулся он и, в конце концов, пришёл в себя.
Как верно заметил Вэнь Ли, сейчас — лишь небольшая разведка перед настоящей битвой. Это ещё ничего не значит.
Если же на вечере он сумеет использовать семьи Гринленд и Байняо, чтобы устранить Хуа Чжуо, то, хотя «Девять Звёзд» уже не вернуть, всё, что принадлежит Хуа Чжуо, окажется в его руках.
Тогда-то и придётся Хуа Чжуо плакать.
Лицо Ин Боуэня исказила злая усмешка. Он повернулся к Вэнь Ли:
— Свяжись ещё раз с людьми из Гринленда и обсуди детали. Никаких сбоев больше быть не должно.
Вэнь Ли тут же кивнул и ответил «да», после чего развернулся и ушёл.
Когда фигура Вэнь Ли исчезла из виду, Ин Боуэнь подошёл к окну и уставился в холодное, безмолвное небо.
*
*
*
С тех пор как Хуа Чжуо передал Бай Юйси, он снова остался один.
А в эти дни вышли результаты приёмных экзаменов во все вузы.
Жуй Тяньнин зачислили в её первый выбор — художественный вуз в Яньбэе. Хуа Чжуо и Тан Цзэ тоже, как и ожидали, поступили в Яньский университет на юге.
Этот исход они предвидели.
Однако, когда результаты появились на экране, Жуй Тяньнин не удержалась и вздохнула:
— Ах, будет так неудобно навещать вас! Придётся ехать целую вечность.
Хуа Чжуо, сидевший рядом, бросил на неё ленивый взгляд и спокойно заметил:
— У тебя тогда и времени-то не будет на визиты.
Жуй Тяньнин высунула язык.
Она знала, что Хуа Чжуо прав: скорее всего, она будет занята съёмками. И тогда ей будет некогда не только навещать друзей, но даже в университет возвращаться.
При этой мысли Жуй Тяньнин стало ещё грустнее.
— Но, — Хуа Чжуо неожиданно сменил тон, прищурив свои узкие глаза и улыбнувшись, — мы с Ай Цзэ сможем приехать на твои съёмки. Разумеется, если ты будешь сниматься именно в Яньцзине.
Если же она уедет сниматься за границу, им пришлось бы лететь на самолёте — это было бы уже чересчур.
— Отлично! — глаза Жуй Тяньнин загорелись, и в них заблестели искорки. Такой вид девушки заставил Хуа Чжуо и Тан Цзэ рассмеяться.
— Только обязательно привезите мне много вкусняшек! — мечтательно прищурилась Жуй Тяньнин.
Хуа Чжуо и Тан Цзэ переглянулись, и последний фыркнул:
— Разве агентство не следит за весом актёров?
— …Тан Цзэ, — возмутилась Жуй Тяньнин, — мы же почти двадцать лет растём вместе как бамбук и слива! Тебе не стыдно говорить такое?
— Это не мой вес прибавляется, так чего мне стыдиться? — парень приподнял бровь, и на его красивом лице заиграла лёгкая усмешка.
Увидев эту улыбку, Жуй Тяньнин скривила губы.
Ей показалось или Тан Цзэ в последнее время всё чаще улыбается?
Хотя и не очень заметно.
Хм.
Жуй Тяньнин подумала, что улыбается он, конечно, красиво и эффектно… но ей бы не хотелось, чтобы он так улыбался.
Ведь в университете она не будет рядом со своим «бамбуковым братом».
Надо следить, чтобы он не сбежал к кому-нибудь другому.
Жуй Тяньнин прищурилась и перевела взгляд на Хуа Чжуо.
Тот, погружённый в свои мысли, вдруг почувствовал на себе этот пристальный, почти наглый взгляд и так испугался, что чуть не выронил яблоко из рук.
К счастью, он успел поймать его в последний момент.
Хуа Чжуо осмотрел яблоко — оно осталось чистым — и хрустнул им.
Проглотив кусок, он прищурился и спросил девушку:
— Зачем ты так на меня смотришь?
Жуй Тяньнин хихикнула и серьёзно покачала головой:
— Ни за чем.
Пока они разговаривали, по лестнице спустились Тан Цзихэ и Тан Синчэнь.
Малыш, увидев Хуа Чжуо, сразу вырвался из руки отца и, как маленький хомячок, засеменил к нему, уцепившись за его штанину.
Хуа Чжуо без колебаний наклонился и поднял мальчика на руки.
Тан Цзихэ, наблюдая за этим, уже почти не чувствовал внутренних волнений — но всё же с горькой усмешкой отвёл взгляд.
Через некоторое время он снова заговорил:
— Парень, ты становишься всё более знаменитым.
Под «парнем» он, конечно, имел в виду Хуа Чжуо.
Тот, продолжая играть с Тан Синчэнем, рассеянно спросил:
— Это почему?
— Цзэ-цзэ-цзэ. Теперь имя «молодой господин Чжуо» уже гремит повсюду. Стал знаменитым, — последние три слова Тан Цзихэ произнёс с особенным нажимом.
Откуда он узнал об этом?
Разумеется, из-за дела с аукционным домом «Девять Звёзд» семьи Ин.
Сам Тан Цзихэ не присутствовал на том мероприятии, но это было событие масштаба. Тем более, речь шла о семье Ин. Поэтому на следующий день подробности уже дошли до него.
Сначала он удивился.
Потом один из подчинённых сообщил, что против семьи Ин выступил юноша лет семнадцати-восемнадцати, имя которого — одно иероглифическое слово «Чжуо».
Юноша семнадцати-восемнадцати лет с именем «Чжуо»?
Кто ещё, кроме Хуа Чжуо?
Когда он назвал это имя, подчинённый кивнул в подтверждение.
Именно тогда Тан Цзихэ по-настоящему осознал, насколько силён этот внешне рассеянный и юный парень.
Действительно силён.
По крайней мере, Тан Цзихэ был уверен: если бы он сам столкнулся с Хуа Чжуо, его ждал бы лишь позорный провал.
*
*
*
После инцидента с аукционным домом «Девять Звёзд» впечатление Тан Цзихэ о Хуа Чжуо ещё больше укрепилось.
Он вдруг почувствовал облегчение.
Хорошо, что Хуа Чжуо — друг Тан Цзэ. Хорошо, что их семья никогда не вступала с ним в конфликт. Иначе вместо семьи Ин под ударом оказалась бы семья Тан.
На мгновение в глазах Тан Цзихэ мелькнуло облегчение, смешанное со сложными чувствами.
Тан Цзэ не знал об этом инциденте, но, увидев выражения лиц дяди и Хуа Чжуо, сразу понял, что произошло нечто важное.
Его взгляд скользнул между ними и остановился на Тан Цзихэ.
Тот, поймав взгляд племянника, усмехнулся, обнял его за шею и сказал:
— Ай Цзэ, поучись у этого парня. Молча, ни слова не сказав, он устроил семье Ин полный разгром.
Эта фраза сразу объяснила, какое «доброе дело» сотворил Хуа Чжуо.
Тан Цзэ мгновенно распахнул глаза.
Он прекрасно понимал, насколько это серьёзно.
«Девять Звёзд» всегда были источником «чёрных» денег для семей Сян и Ин. А теперь Хуа Чжуо просто уничтожил их?
Чёрт!
Неужели так жёстко?
Взгляд Тан Цзэ переместился на юношу, чьё лицо украшала лёгкая улыбка, и он покачал головой.
Хорошо, что они не враги.
Иначе Тан Цзэ чувствовал, что его самого просто «съедят заживо».
Если бы Хуа Чжуо сейчас услышал их мысли, он бы точно сказал: «Не зря же вы родственники — даже думаете одинаково».
В итоге именно Хуа Чжуо перевёл разговор с темы уничтожения «Девять Звёзд»:
— Дядя Тан, вы получили приглашение от семьи Гринленд?
Тан Цзихэ на секунду опешил, потом нахмурился, вспоминая.
Через некоторое время он кивнул:
— Кажется, да. Получил несколько дней назад.
Он немного помолчал, затем с лёгкой иронией посмотрел на Хуа Чжуо:
— Так ты тоже получил?
Судя по его тону, он явно не знал всех подробностей о Хуа Чжуо.
Но это и понятно: у них нет вражды, так зачем Тан Цзихэ специально расследовать, кто такой Хуа Чжуо на самом деле?
К тому же, хотя Тан Цзэ и знал, что за Хуа Чжуо стоит организация SI, он никогда не рассказывал об этом дяде.
Это личное дело Хуа Чжуо.
Хуа Чжуо, похоже, тоже это осознавал.
Он лишь слегка улыбнулся:
— Тогда увидимся на вечере.
Тан Цзихэ: «…Ты и правда пойдёшь?»
Не зная почему, но, глядя на выражение лица Хуа Чжуо, в сердце Тан Цзихэ вдруг закралось дурное предчувствие.
*
*
*
Вернувшись в апартаменты у озера Тяньлу, Хуа Чжуо позвонил Лун Ханьшэну, чтобы узнать, как обстоят дела с Пэн Вэнь.
Вероятно, Лун Ханьшэн не считал это важным делом, поэтому после развязки не сообщил Хуа Чжуо. Да и все они были так заняты проблемами семей Сян и Ин, что просто забыли об этом случае.
Только когда Хуа Чжуо сам позвонил, Лун Ханьшэн вспомнил.
— Молодой господин Чжуо, не волнуйтесь. Всё уже улажено. Эта девушка и все причастные лица уже находятся под стражей, — хриплым голосом ответил он. — Там сказали, что будут держать их под строгим надзором.
Услышав это, Хуа Чжуо наконец вздохнул с облегчением и, сказав «хорошо», повесил трубку.
Через три дня должен был состояться благотворительный вечер семьи Гринленд.
Поскольку это был вечер, Хуа Чжуо решил сделать исключение и надел чёрный костюм.
— Молодой господин Чжуо, этот костюм разработан лично Харольдом из Милана. В нём вы будете выглядеть потрясающе, — за четыре часа до начала вечера Гань Цзяньань уже принёс наряд в апартаменты Хуа Чжуо и, улыбаясь, вручил ему эксклюзивный костюм ручной работы.
Он давно присмотрел эту вещь и изначально хотел подарить Хуа Чжуо. А раз сегодня как раз подходит случай надеть костюм, почему бы не воспользоваться моментом?
Хуа Чжуо, скрестив руки и откинувшись на спинку дивана, с досадой посмотрел на мужчину и провёл пальцами по переносице:
— Да это же просто вечеринка. Зачем мне так стараться выглядеть?
http://bllate.org/book/2894/321469
Готово:
