— Хорошо. Позвольте объяснить правила состязания, молодой господин Хуа, — Ин Боуэнь сделал приглашающий жест в сторону Хуа Чжуо, и в его глазах мелькнула насмешливая искорка. — Сегодня мы выясним, кто первым доберётся до финиша.
Он указал рукой на Западную гору, чёрнеющую вдали:
— Полагаю, господин Тан и другие уже посвятили вас в суть дела. Эта гора — место нашей сегодняшней гонки. Дружеское напоминание: склоны здесь отвесные, тропы — коварные. Так что будьте осторожны, молодой господин Хуа. Один неверный шаг — и тело ваше так и не найдут.
Хуа Чжуо слегка замер.
Затем на его губах заиграла загадочная улыбка:
— О? Неужели господин Ин так торопится избавиться от меня?
Эта двусмысленная реплика сбила с толку окружающих, но заставила Ин Боуэня раскатисто рассмеяться.
— Ха-ха-ха! Молодой господин Хуа — человек безошибочного чутья! — проговорил он, но в его взгляде всё яснее проступало жгучее желание обладать этим юношей.
Похоже, Хуа Чжуо уловил его тайный замысел.
Но даже если и так — разве это что-то изменит? В любом случае Хуа Чжуо не избежит своей участи оказаться в его постели.
Пока они обменивались словами, каждый думал своё. На трибунах же один из зрителей, глядя на стройную фигуру юноши внизу, недовольно скривился:
— Какого чёрта, опять этот парень?
Говоривший был худощавее своего соседа, но его глаза горели, не отрываясь от Хуа Чжуо.
Граф бросил взгляд на Шейха и, вспомнив недавние слова товарища, неожиданно кивнул в знак согласия:
— Действительно, судьба нас свела.
Изначально они получили информацию о том, что у семей Ин и Сян есть подпольная гоночная трасса. Учитывая масштабы, которые там устроили, явно не обошлось без чего-то большего.
Возможно, это как-то связано с тем делом, которое они давно расследовали.
Узнав, что сегодня на трассе появится наследник семейства Ин, они последовали за ним. Но никто не ожидал, что станут свидетелями гонки между Хуа Чжуо и молодым господином Ин.
Цзянь!
Этот юноша по имени Хуа Чжуо точно не знает, что такое страх.
Как он вообще осмелился бросить вызов наследнику гоночного концерна? Либо у него мозги набекрень, либо их вовсе нет.
— Погоди-ка, — вдруг воскликнул Шейх, будто вспомнив нечто важное, и поднял руку. — Кажется, я снова заметил сходство между этим юношей и Яошэнь.
В этот миг на него упал тяжёлый, глубокий, как звёздное небо, взгляд.
Шейх посмотрел в узкие, сдержанные миндалевидные глаза Цзинь Цзинланя и хихикнул:
— Ну, это… Яошэнь ведь тоже обожает гонки? Помнишь, Тяньшэнь, ты даже подарил ей автомобиль в прошлый раз.
Цзинь Цзинлань отвёл взгляд и уставился на свои длинные, изящные пальцы. Он еле слышно кивнул, но больше не проронил ни слова.
Шейх скривился.
— Ладно, смотри свою гонку и не болтай попусту, — сказал Граф, взглянул на Цзинь Цзинланя, потом на Шейха и, как обычно, придержал того за голову, заставив смотреть на трассу.
Шейх: «…» Да чтоб ты сдох от своей вежливости.
Он закатил глаза и с досадой сбросил руку с головы.
— Кстати, насколько я слышал, молодой господин Ин — гонщик высшего класса. Сможет ли Хуа Чжуо победить? — Шейх знал имя Хуа Чжуо. Сам юноша ему ничего не рассказывал, но стоило спросить у персонала «Бай Гуан», и всё становилось ясно.
Когда они впервые услышали это имя, и он, и Граф были поражены.
Одна — Гу Чжохуа, другой — Хуа Чжуо.
И увлечения у них почти одинаковые.
Вот уж поистине судьба.
Жаль только, что их Тяньшэнь отказывается признавать существование Хуа Чжуо. Ведь Гу Чжохуа — особенная.
— Ха, — холодно фыркнул Граф в ответ на вопрос Шейха. — Если она проиграет, ей не поздоровится.
— А? Что ты имеешь в виду? — Шейх широко распахнул глаза, чувствуя, что упустил нечто важное.
Граф посмотрел на своего напарника и медленно произнёс:
— Если Хуа Чжуо проиграет, он, скорее всего, станет игрушкой в постели молодого господина Ин.
— Ё-моё! — вырвалось у Шейха.
О чём это вообще?
Неужели наследник семейства Ин предпочитает мужчин?
— Но ведь рядом с ним же женщина! — Шейх в изумлении постучал себя по лбу и указал пальцем на Хуа Янь. — Как так?
Граф проследил за его взглядом и, увидев лицо Хуа Янь, на губах появилась насмешливая улыбка:
— Некоторые люди не разбирают в своих вкусах.
— Ё-моё, да у него аппетит здоровенный.
Больше Шейх не нашёл слов.
Действительно, странные у этих аристократов пристрастия!
Пока Шейх размышлял, сотрудники трассы подогнали два почти идентичных автомобиля к Хуа Чжуо и Ин Боуэню.
Машины были одной марки и модели. Единственное различие — цвет кузова.
Одна — дерзко-алая, другая — сдержанно-чёрная.
— Я слышал от Янь, что молодому господину Хуа нравятся яркие цвета. Поэтому покрасил эту в красный. Как вам?
Цзянь.
С каких это пор Хуа Янь узнала его предпочтения?
Хуа Чжуо закатил глаза, затем медленно ответил:
— Раз уж господин Ин всё подготовил, у меня, похоже, нет выбора.
— Хе-хе, — в глазах Ин Боуэня вспыхнула усмешка. — Конечно, если молодой господин Хуа захочет поменяться со мной машинами, я не возражаю.
О?
Хуа Чжуо чуть приподнял бровь, удивлённый таким предложением.
В это же время Жуй Тяньнин потянула его за рукав и серьёзно спросила:
— Боже мой, а вдруг здесь подвох?
Ин Боуэнь — человек, которому нельзя верить.
Пусть он и улыбается, но те, кто видел его жестокость, знают: всё это лишь маска.
Семейство Ин замешано в подпольном бизнесе, и их наследник — вовсе не бездельник. Более того, Ин Боуэнь — человек безжалостный, готовый на всё ради цели.
— Хуа Чжуо, не вызвать ли специалиста для проверки машин? — обеспокоенно предложил Тан Цзэ, размышляя примерно так же, как и Жуй Тяньнин.
Но где взять время на проверку?
— Малыш Чжуо, вы слишком много думаете, — вмешалась Хуа Янь, её красивое лицо озарила «нежная» улыбка. — Господин Ин — человек высокого положения. Неужели он опустится до подтасовок?
— Так вы гоняться будете или нет?
— Точно! Если не гоняетесь — убирайтесь, не мешайте!
— Испугались, что ли?
— У господина Ин техника безупречна, он даже не станет жульничать!
— …
Едва Хуа Янь закончила фразу, трибуны взорвались криками.
Жуй Тяньнин тут же выругалась сквозь зубы, и в её взгляде, устремлённом на Хуа Янь, мелькнул ледяной холод.
Хуа Янь, будто ничего не замечая, улыбалась ещё ярче и бросила Хуа Чжуо:
— Малыш Чжуо, решайтесь скорее. А то, боюсь, тут начнётся бунт, и остановить его будет непросто. Верно?
— О? — на лице Хуа Чжуо снова появилась та самая загадочная улыбка. Он долго смотрел на Хуа Янь, затем медленно подошёл ближе и, почти касаясь уха женщины, прошептал со смехом, но со льдом в голосе: — Моя дорогая сестрица, ты так усердно стараешься, чтобы я умер.
Он на миг задержал взгляд на её побледневшем лице и тихо рассмеялся:
— Но не волнуйся. Я ещё не умру… по крайней мере, до тех пор, пока ты и твои родители не отправитесь на тот свет.
С этими словами он больше не взглянул на Хуа Янь и направился к огненно-красному автомобилю.
Хуа Чжуо знал: раз Хуа Янь так настаивала, чтобы он сел именно в эту машину, значит, с ней наверняка что-то не так.
Но сейчас у него не было выбора.
А если вдруг что-то пойдёт не так — он всегда может укрыться в Башне Бахуан. Чего ему бояться?
Увидев, как Хуа Чжуо без колебаний сел в машину, Ин Боуэнь усмехнулся.
Затем он холодно, но с усмешкой посмотрел на Тан Цзэ и Жуй Тяньнин:
— Не волнуйтесь. На этот раз я действительно не подстроил ничего.
Хотя Ин Боуэнь и был жестоким, на этот раз обе машины были абсолютно одинаковыми — за исключением цвета кузова.
Ведь ему нужен был сам Хуа Чжуо.
Если тот умрёт, все его планы превратятся в прах.
А сейчас, думая о том, как Хуа Чжуо окажется в его постели, Ин Боуэнь чувствовал, как по телу разливаются жаркие волны.
Он облизнул губы, ещё раз взглянул на красный болид и в глазах вспыхнула решимость: «Ты мой».
Когда Ин Боуэнь тоже сел в машину, Жуй Тяньнин потянула Тан Цзэ за рукав, её красивые глаза полны тревоги:
— Ай Цзэ, можно ли верить словам Ин Боуэня?
Тан Цзэ на миг задумался.
Помолчав, он покачал головой:
— Не знаю.
Действительно, не знал. Ин Боуэнь — человек с глубоким умом, и никто, кроме него самого, не мог угадать его замыслы.
Однако…
Тан Цзэ вспомнил выражение лица и тон Ин Боуэня. Возможно, на этот раз тот и правда не лгал. Но почему?
Они так и не выяснили главного: зачем Ин Боуэню понадобилось вызывать Хуа Чжуо на гонку?
Осознав это, Тан Цзэ снова нахмурился.
— Ого, техника у Хуа Чжуо неплоха, — заметил Шейх с трибуны, следя за тем, как машина юноши отъезжает задним ходом.
По мастерству парковки было ясно: Хуа Чжуо — не новичок.
Услышав слова Шейха, Граф тоже перевёл взгляд на трассу, кивнул, но тут же холодно добавил:
— Посмотрим, как он покажет себя в самой гонке.
— Верно, — согласился Шейх и снова уставился на трассу.
http://bllate.org/book/2894/321282
Готово:
