— Не стал даже придумывать отговорку — прямо сказал, что не хочет идти.
Вскоре весь второй взвод сбежался вниз и выстроился перед ними. Шеренга была безупречно ровной, без единой ошибки — ни малейшего повода для замечаний.
Лан Янь с досадой заметил, что большинство взглядов устремлено на Мо Шанцзюнь. Лишь немногие смотрели на него, да и то с лёгкой обидой, будто он виноват в том, что отвлёк внимание от неё.
— Смирррррно! Вольно!
Мо Шанцзюнь, как всегда, подала команду чётко и уверенно.
И на её слова бойцы одновременно выполнили движения — так, будто репетировали это тысячу раз.
— Скажу пару слов, — Мо Шанцзюнь стояла, заложив руки за спину, спокойно и неторопливо. — Сегодня квартальный зачёт. Покажите всё, на что способны. А я с вами не пойду.
Три лёгкие фразы обрушились на них, будто ледяной водой из ведра в самый разгар зимы. Вся воодушевлённость и азарт мгновенно испарились, оставив после себя лишь холодную пустоту.
Лица бойцов потемнели от разочарования.
Особенно Линь Ци.
Когда она увидела, что Мо Шанцзюнь уже на ногах, даже немного обиделась — подумала, что та снова ушла на утреннюю пробежку. А оказывается, Мо Шанцзюнь специально ждала их на плацу.
И в итоге —
ни единого ободряющего слова, лишь сухое: «Я с вами не пойду». Этого хватило, чтобы погасить весь их восторг.
На смену ему пришла скрытая злость.
— Вы чего застыли? — холодно спросила Мо Шанцзюнь, нахмурившись и сузив глаза.
— Товарищ старший лейтенант! Почему вы не пойдёте с нами?
— Товарищ старший лейтенант! Вы что, на нас сердитесь?
— Товарищ старший лейтенант! Хотим знать причину!
— Товарищ старший лейтенант! Если у вас к нам претензии, скажите прямо!
...
Вопросы сыпались один за другим, как град.
Лан Янь молчал, лишь бросил взгляд на Мо Шанцзюнь.
Та уже достала свисток, поднесла ко рту и резко дунула:
— Пииииии!
Свисток всегда действовал безотказно.
Все, кто кричал «товарищ!», мгновенно замолкли.
— Ну вы и инициативные, — Мо Шанцзюнь лениво окинула взглядом строй, попутно поправив левый рукав. — Только скажите спасибо, что я не стану записывать, кто сегодня подвёл. А то потом, осенью, пришлось бы с вами расплачиваться.
...
Все замерли.
Им очень хотелось, чтобы Мо Шанцзюнь своими глазами увидела, как они займут первое место. Но при этом им совсем не хотелось, чтобы она искала у них недостатки.
Положение было непростое.
— Когда я прибыла в часть, мой наставник боялся, что в подразделении ко мне возникнет неприязнь, — продолжала Мо Шанцзюнь, слегка опустив голову и не спеша поправляя рукав. — А вот чтобы вы боялись моей неприязни... такого ещё не случалось.
Слова повисли в воздухе. Все напряжённо смотрели на неё, не зная, чего ждать дальше.
Пауза затянулась.
— Нет претензий, — наконец произнесла Мо Шанцзюнь.
Всего три слова.
Но они мгновенно развеяли тягостное напряжение, окутавшее взвод. Бойцы словно сбросили с плеч тяжёлый груз и почувствовали облегчение.
— Правда? — раздался недоверчивый голос из строя.
Пять дней подряд Мо Шанцзюнь не появлялась на тренировках. По логике, даже если бы она не занималась с ними лично, хотя бы наблюдала со стороны — это было бы вполне естественно.
Поэтому они и решили, что она злится на них — ведь из-за них могла пострадать её карьера.
— Как, — Мо Шанцзюнь прищурилась и бросила на них ледяной взгляд, — я похожа на мелочную зануду?
Все замерли. От её взгляда по спине пробежал холодок.
Даже Лан Янь, стоявший в стороне, незаметно отступил на шаг подальше.
— Тогда почему вы не приходили на плац смотреть за нами? — вытянул шею Сян Юнмин.
— Разведка обстановки, — спокойно ответила Мо Шанцзюнь.
Бойцы понимающе закивали, и в их сердцах вдруг вспыхнуло чувство вины за то, что они её неправильно поняли.
Лан Янь, знавший правду, лишь безмолвно вздохнул:
«Да вы что, дурачки!»
Раньше-то выглядел народ умный, а перед Мо Шанцзюнь — совсем глупыми стали!
— Ладно, на этом всё. Дальше слушайте командира Ланя, — закончила Мо Шанцзюнь, засунула руку в карман и развернулась, чтобы уйти.
— Товарищ старший лейтенант! Вы нас не проводите? — крикнул кто-то из строя.
Мо Шанцзюнь обернулась и чётко, раздельно произнесла:
— Я буду ждать вас здесь.
— Товарищ старший лейтенант! — громко выкрикнул Ли Лян, стоявший в первом ряду.
— Говори.
Мо Шанцзюнь смотрела на него с явным нетерпением.
— Вам не страшно, что мы проиграем? — Ли Лян пристально смотрел ей в глаза, его голос звучал твёрдо и уверенно.
В этот миг у всех вновь вспыхнул боевой дух. Десятки глаз устремились на Мо Шанцзюнь.
Даже Лан Янь с интересом наблюдал за ней.
Как она отреагирует, если они проиграют?
Мо Шанцзюнь медленно перевела взгляд с Ли Ляна на весь строй, уголки губ слегка приподнялись, и в её глазах вспыхнула дерзкая уверенность.
— Попробуйте хоть один проиграть, — сказала она, чётко и уверенно, слово за словом. — Ведь вас воспитывала я.
* * *
Фраза «Ведь вас воспитывала я» мгновенно развеяла всю унылость в рядах второго взвода, сменив её горячим энтузиазмом.
Мо Шанцзюнь даже не допускала мысли о поражении!
Это была безоговорочная вера!
Сказав это, она ушла.
За спиной — тьма предрассветных сумерек, перед ней — тусклый свет фонарей. Её силуэт, окутанный полумраком, шагал уверенно и спокойно — такой же, каким они привыкли её видеть.
Она всегда знала, что делает. Всегда была уверена в себе.
Глядя на её решительную, но изящную фигуру, бойцы вдруг поняли:
Мо Шанцзюнь не идёт с ними не потому, что ей всё равно. Просто ей безразличен сам зачёт — ведь она абсолютно уверена в них.
Линь Ци молча провожала взглядом, как Мо Шанцзюнь скрылась в административном корпусе.
Ей было немного грустно.
Не из-за того, что Мо Шанцзюнь будто бы не заботится об их результатах.
А потому, что она вдруг осознала: расстояние между ними невидимо, но неумолимо растёт.
Не только в мастерстве, но и в кругозоре, в мышлении.
— Пиии! — Лан Янь свистнул в свисток, привлекая внимание второго взвода, и махнул рукой. — Ладно-ладно, давайте обсудим содержание зачёта...
Второй взвод слушал рассеянно.
Неизвестно, заразились ли они уверенностью Мо Шанцзюнь, но психологическое давление исчезло, уступив место странной, но непоколебимой уверенности в себе.
Когда они сами перестали верить в возможность поражения, их действительно стало почти невозможно победить.
С пяти до семи утра, целых два часа, они пребывали в состоянии возбуждённого азарта.
Лан Янь лишь покачал головой с лёгким вздохом.
Он не знал, радоваться этому или огорчаться.
Мо Шанцзюнь полностью изменила их — перековала, переродила. Но теперь, без неё, ему становилось всё труднее управлять взводом.
Нужно было найти баланс.
В семь утра взвод заранее пообедал и собрался на грузовик, чтобы отправиться на место зачёта.
Мо Шанцзюнь всё это время оставалась в кабинете.
Она составляла план тренировок на следующий квартал.
Услышав за окном чёткие, размеренные шаги, она оторвалась от клавиатуры, подошла к окну и опустила глаза.
Последний строй аккуратно и быстро занял места в грузовике.
Да, теперь они действительно похожи на настоящих солдат.
Мо Шанцзюнь отвела взгляд и снова посмотрела на экран компьютера. Её лицо стало чуть серьёзнее.
Четыре часа дня. Кабинет.
Закончив план тренировок, она распечатала бумажную копию и положила на стол Ланя.
В этот момент зазвонил телефон.
Звонил Лан Янь.
— Закончили? — сразу спросила Мо Шанцзюнь, едва сняв трубку.
Лан Янь, уже готовый радостно сообщить ей результат, на секунду опешил от её спокойного тона.
— Ага, только что закончили, — ответил он с явным воодушевлением.
По его голосу Мо Шанцзюнь сразу поняла ответ.
— Первое место?
— Первое! — с жаром подтвердил Лан Янь. — Среди первых трети участников большинство — наши! В среднем по взводу — первое место! Политрук в восторге, говорит, вечером устроим банкет!
— Хм.
На этот раз Мо Шанцзюнь не стала лить холодную воду на их радость.
Квартальный зачёт представлял собой комплексное испытание: не отдельные упражнения с оценками, а единый маршрут — кросс по пересечённой местности, горный бег, скрытное передвижение, стрельба с элементами скалолазания, преодоление «минного поля» и так далее. Итоговый результат определялся по сумме индивидуальных показателей и количеству бойцов, первыми достигших финиша.
Три месяца она работала с ними, часто бывала в первом и третьем взводах — поэтому результаты зачёта были для неё вполне предсказуемы.
Хотя ей не нравилось слово «большинство».
— Мы вернёмся примерно в половине шестого, — сказал Лан Янь и вдруг вспомнил: — Вы с Ли Ляном и Линь Ци в семь уезжаете?
— Да.
— Тогда времени в обрез, — нахмурился Лан Янь.
Мо Шанцзюнь подумала и сказала:
— Празднуйте без меня.
— Нельзя! Вы главная героиня! Все хотят отпраздновать вместе с вами!
— Праздновать не буду. Разве что разбор ошибок провести.
Лан Янь: «...»
— Но сегодня некогда, — добавила Мо Шанцзюнь спокойно.
— Ты просто... ха! — Лан Янь не знал, смеяться ему или плакать.
— Потом поговорим.
— Ладно.
Они повесили трубку.
Лан Янь сказал, что вернутся в половине шестого, но Мо Шанцзюнь не придала этому значения. Она отправила наставнику сообщение с результатами зачёта — пусть порадуется — и пошла пробежаться по плацу.
Едва перевалило за пять, как грузовик второго взвода уже въехал на территорию части.
Мо Шанцзюнь постепенно сбавила темп бега.
Грузовик остановился метрах в десяти от неё. Задние двери распахнулись, и бойцы, как один, выскочили наружу и бросились к ней.
В этот момент Мо Шанцзюнь словно увидела на борту грузовика Ланя, скорбно смотрящего на всё это.
Она сочувственно посмотрела на него пару секунд.
— Товарищ старший лейтенант! Мы заняли первое место!
— Товарищ старший лейтенант! Посмотрите, какие у нас знамя и грамота!
— Товарищ старший лейтенант! Мы вас не подвели! Вы бы видели лица первого и третьего взводов...
Бла-бла-бла.
У Мо Шанцзюнь зазвенело в ушах.
— Неплохо, — сказала она, когда шум немного стих, бросив им сухую похвалу.
...
Все замолкли.
— Это всё?.. «Неплохо»? — кто-то не поверил своим ушам.
— Разве, — Мо Шанцзюнь бросила на него взгляд с лёгким недоумением, — это так уж круто?
...
А как же иначе?! Ведь они поднялись с последнего места на первое!
— Ладно, очень круто, — Мо Шанцзюнь вовремя поправилась, чтобы хоть немного поддержать их самооценку.
Но в её голосе по-прежнему чувствовалась откровенная фальшь.
Второй взвод уже был глубоко ранен, и её вялая похвала не принесла им ни капли утешения.
— Кхм-кхм, — Лан Янь прочистил горло и, подойдя к краю толпы, громко объявил: — Расходитесь! У товарища старшего лейтенанта в семь отъезд. Пусть соберётся. В шесть — ужин в столовой.
— Товарищ старший лейтенант! Вам помочь собраться?
— Товарищ старший лейтенант! Скажите слово — и мы сами всё упакуем!
— Эй, а как же Линь Ци, старшина Ли и Сян Юнмин?
— Давайте и их вещи заодно соберём! Секундное дело!
...
Толпа загудела.
Пока они спорили, перебивая друг друга, кто-то вдруг оглянулся в поисках Мо Шанцзюнь — и с изумлением обнаружил, что её уже нет на месте. Подняв глаза, они увидели, как она неторопливо направляется к административному корпусу.
Бойцы переглянулись и, словно по уговору, приняли решение:
— За ней!
У Мо Шанцзюнь разболелась голова.
http://bllate.org/book/2887/318883
Готово:
