Те задания закалили Юнь Сивэнь, сделав её всё более сдержанной, но лишили многого из того счастья, которое по праву должно было ей принадлежать. Иногда Юнь Чжаньао ловил себя на мысли: а не ошибся ли он тогда, позволив ей встать на этот путь? Но каждый раз, глядя на её выдающиеся достижения, он не мог сдержать гордости. Она словно рождённая воительница — лишь на поле боя раскрывала весь свой ослепительный блеск!
Вот уже столько лет Юнь Чжаньао наблюдал, как Юнь Сивэнь шаг за шагом шла к сегодняшнему дню, пребывая в этом внутреннем противоречии, — и вот она стала существом, до которого многим теперь не дотянуться!
Юнь Чжаньао говорил — и вдруг замолчал. Юнь Сивэнь отложила кисть и взглянула на него:
— Что случилось? Хочешь что-то сказать?
— Сивэнь, — спросил Юнь Чжаньао, глядя на неё, — который уже год?
Вопрос прозвучал будто ниоткуда, но Юнь Сивэнь сразу поняла, о чём он. В её глазах мелькнуло воспоминание, и голос стал чуть рассеянным:
— Седьмой.
— Уже седьмой? Как быстро летит время! — вздохнул Юнь Чжаньао. Семь лет назад ей было всего семнадцать. Семнадцатилетняя девушка… Юнь Чжаньао вдруг не захотелось вспоминать дальше.
Заметив его выражение лица, Юнь Сивэнь спокойно произнесла:
— Остался ещё год.
— Сивэнь, — внезапно спросил Юнь Чжаньао, нервно сжавшись и боясь услышать слова обиды, но не в силах удержаться, — ты не злишься на меня?
Юнь Сивэнь улыбнулась:
— За что? За то, что забрал меня из приюта? Или за то, что вырастил?
Юнь Чжаньао нахмурился:
— Ты знаешь, я не об этом.
Юнь Сивэнь редко упоминала приют, и Юнь Чжаньао тем более никогда не касался этой темы. То место словно стало запретной зоной для них обоих — глубоко спрятанной в сердцах, куда не стоило заглядывать. Поэтому сейчас, когда она так естественно заговорила об этом, Юнь Чжаньао был удивлён.
— Это всего лишь один этап моей жизни, — легко сказала Юнь Сивэнь. — Нет смысла его избегать. А всё, что случилось со мной после того и до сегодняшнего дня, — мой собственный выбор. Никто другой тут ни при чём. Разве ты думаешь, что, если бы я не захотела, кто-то смог бы заставить меня что-то делать?
На её лице появилась уверенная улыбка. Да, с того самого дня, когда она решила уйти с Юнь Чжаньао из приюта, судьба Юнь Сивэнь находилась только в её собственных руках.
Юнь Чжаньао облегчённо улыбнулся. Впервые за долгое время отец и дочь откровенно проговорили всё, что накопилось в душе. Юнь Чжаньао чувствовал: возможно, Юнь Сивэнь вот-вот примет ещё одно важное решение в своей жизни.
Заметив его тревогу, Юнь Сивэнь отложила кисть:
— Цзинь Чуань — отец Баобао, но не обязательно станет моим мужем. Мне нужно время, чтобы разобраться в собственных чувствах. И, думаю, ему тоже. Как я уже говорила: я не стану отказываться, но и не стану ничего навязывать.
Юнь Чжаньао кивнул. Раз у Сивэнь есть собственные планы, ему нечего добавить.
— В Австралии что-то случилось? — спросил он, и его лицо стало серьёзным.
Юнь Сивэнь кивнула:
— Да. Но не волнуйся: Баобао я передам Цзинь Чуаню. Уверена, он сумеет её защитить.
— И сама будь осторожна. Остался всего год. Боюсь, старик Ван хочет выжать из вас всё до капли. В оставшееся время работы вам не оберётесь, — сказал Юнь Чжаньао с лёгким презрением. Сам он вспомнил, как перед окончанием службы едва не издох от переработок.
Юнь Сивэнь лишь усмехнулась:
— Зато подкоплю побольше на пенсию.
Юнь Чжаньао закатил глаза: «С твоим-то состоянием хватит на десять жизней!» Он и не знал, что Сивэнь такая жадина.
Юнь Сивэнь, увидев его выражение, ничего не стала объяснять — лишь загадочно улыбнулась.
Поездка в Австралию была утверждена, и Юнь Сивэнь собиралась вылететь заранее, чтобы подготовиться к заданию. Но перед отлётом она получила неожиданное уведомление.
— Значит, ты боишься, что мы не справимся с заданием, и поэтому посылаешь своего доверенного человека следить за нами? — редко для неё резко и прямо спросила Юнь Сивэнь. Её тон заставил инструктора Вана на другом конце провода нахмуриться.
— Сивэнь, ты же понимаешь, что я не это имел в виду! Как я могу не верить в ваши способности? Вы — мои лучшие ученики, гордость всей моей жизни!
— Обращайтесь ко мне по позывному, — холодно ответила Юнь Сивэнь. — Раз это приказ, мы подчинимся. Но передайте вашим людям: пусть сами позаботятся о своей безопасности. У нас не будет времени заниматься чем-то, кроме задания!
С этими словами она повесила трубку, не дожидаясь ответа. Инструктор Ван смотрел на телефон, из которого доносился гудок, и с горечью покачал головой. Он знал, что так и будет.
Перед вылетом инструктор Ван, следуя указаниям Юнь Сивэнь, долго и подробно наставлял Чу Цзюня, велев ему во всём подчиняться её распоряжениям. Чу Цзюнь внешне согласился, но что творилось у него в душе — знал только он сам.
Глядя на собирающихся товарищей и вспоминая слова инструктора Вана, Чу Цзюнь про себя усмехнулся: «Слушаться её? Если я стану слушаться её, то даже не пойму, как умру!» Его взгляд невольно скользнул по лицу Чжан Шэна, который с воодушевлением чистил свой пистолет. В глазах Чу Цзюня на миг мелькнуло чувство вины — и тут же исчезло. «Прости, брат!»
Когда Цзинь Чуань узнал, что Юнь Сивэнь с Баобао вылетают в Австралию заранее, он удивился, но ничего подозрительного не почувствовал и спокойно организовал для них всё необходимое.
— По прилёте за вами пришлют машину. Вас отвезут в мой дом там. Можешь быть спокойна — безопасность гарантирована. Без моего разрешения даже он туда не попадёт.
— Хорошо, — легко согласилась Юнь Сивэнь.
Она поняла, что «он» — это, конечно же, Цзинь Чжуаньсюн. Австралия — его территория, и ради безопасности Баобао Юнь Сивэнь не собиралась отказываться от помощи Цзинь Чуаня. Ведь после той особой встречи с Оуэнем и Цзинь Чжуаньсюном она уже хорошо поняла, за кого тот человек: мужчина, способный ударить в спину собственного сына, вряд ли пощадит тех, кто посмел ему перечить!
Три дня спустя в международном аэропорту Цзинду, в зале вылета, стояла группа привлекательных молодых людей. Прохожие невольно переводили на них взгляды. Юнь Сивэнь посмотрела на эту компанию и почувствовала лёгкую головную боль.
Цзинь Чуань, глядя на Оуэня и Инь Ифаня, которые стояли единым фронтом, не уступал им ни на йоту в напоре. В глазах обоих соперников он выглядел типичным самодовольным выскочкой. Атмосфера вокруг стала ледяной.
Цзинь Чуань первым нарушил молчание:
— Мистер Мэйсэр, вы всё ещё здесь? Если не ошибаюсь, при подписании контракта ваш отец настоятельно просил вас скорее возвращаться домой?
Оуэнь холодно усмехнулся:
— Господин Цзинь, вы слишком далеко заглядываете! Семейные дела нашей семьи вас не касаются. Мне здесь очень комфортно, и я не планирую уезжать в ближайшее время. Кто знает, может, вдруг решу съездить в Европу, чтобы повидаться с Сивэнь и Баобао!
Цзинь Чуань с лёгкой завистью заметил:
— Вам, мистер Мэйсэр, повезло — вы можете позволить себе отдыхать, когда захочется. А я не могу бросить дела и улететь с ними. Мне не по себе от мысли, что они летят так далеко одни. Но, увы, у меня нет такой вольной жизни, как у вас!
Его слова явно намекали, что Оуэнь бросил свои обязанности ради удовольствий. Оуэнь на миг потерял дар речи — ведь это действительно так, просто никто раньше не осмеливался говорить ему об этом в лицо.
Инь Ифань, увидев, что Оуэнь попал впросак, тут же перевёл разговор:
— Господин Цзинь, раз вы сами не можете позаботиться о Сивэнь и Баобао, зачем тогда отправляете их в такую даль? Разве это не эгоизм?
Цзинь Чуань не спешил отвечать. Он сначала взглянул на Юнь Сивэнь, а потом мягко улыбнулся:
— Всё, чего она хочет, я поддерживаю безоговорочно. И я не думаю, что Сивэнь не в состоянии позаботиться о себе. Господин Инь, вы ведь знаете её много лет — она не цветок в оранжерее. Ей нужно лишь полное доверие и свобода!
Улыбка Инь Ифаня стала натянутой:
— Ха-ха! Не знал, что господин Цзинь так искусно умеет очаровывать женщин. Восхищён, честное слово!
— Это идёт от сердца, — невозмутимо ответил Цзинь Чуань, — никаких особых приёмов не нужно.
Трое выдающихся мужчин оказались в одном кадре ради одной женщины. Сцена была не гармоничной, но чрезвычайно притягательной для глаз.
— Видите? Третья мировая началась! Пока счёт один ноль в пользу Цзинь Чуаня! — с воодушевлением комментировал происходящее Осри, сидя неподалёку со своими товарищами из «Анье». Он даже не пытался говорить тише, и его слова легко долетели до ушей Юнь Сивэнь и Цзинь Чуаня.
Оба одновременно бросили на него ленивые, но предостерегающие взгляды. Осри вздрогнул от холода, пробежавшего по спине. «Они всё больше становятся похожи друг на друга!» — подумал он, но вслух, конечно, не сказал ни слова.
— Папа, когда ты приедешь? — вовремя спросила Юнь Баобао, смягчив напряжённую атмосферу.
Слово «папа» заставило сердца Оуэня и Инь Ифаня потяжелеть. Один лишь факт, что он — родной отец, уже ставил их на недосягаемое расстояние. И, вероятно, за всю жизнь они не смогут сократить эту пропасть.
Цзинь Чуань подошёл к дочери и опустился на корточки. В его глазах светилась нежность:
— Через несколько дней я прилечу к вам с мамой. Отвезу вас на нашу собственную ферму — там много милых животных. Тебе обязательно понравится!
— Ура! Папа, поскорее приезжай! Мы с мамой будем ждать тебя, чтобы вместе погулять! — радостно воскликнула Юнь Баобао.
Юнь Сивэнь смотрела на неё и чувствовала лёгкую вину. Она знала: Баобао с её высоким интеллектом вовсе не интересуется животными. Но возможность провести время с отцом — это то, чего девочка действительно ждала. Ведь с самого рождения у неё не было рядом фигуры отца. Никто — ни Оуэнь, ни Инь Ифань — не мог заменить этого. Хотя Баобао никогда не говорила об этом вслух, в глубине души она всегда мечтала о нём. Юнь Сивэнь прекрасно это понимала, просто все эти годы предпочитала делать вид, что не замечает.
— Пора, — подошёл Гу Син. — Нам пора проходить.
Хотя ему и не хотелось мешать семейному прощанию, самолёт, увы, не ждёт.
Цзинь Чуань встал и серьёзно посмотрел на Гу Сина:
— Господин Гу, прошу вас позаботиться о Сивэнь и Баобао. Всё в Австралии уже организовано. Если возникнут какие-то трудности, обращайтесь к моим людям без стеснения.
Гу Син лёгко усмехнулся:
— Господин Цзинь, вы очень предусмотрительны. Тогда мы с радостью воспользуемся гостеприимством Сивэнь и Баобао!
Услышав, что Гу Син изменил обращение с «господин Цзинь» на «господин Цзинь», Цзинь Чуаню стало приятно. Похоже, этот человек, преданный Юнь Сивэнь до мозга костей, уже не так враждебно к нему относится.
— Баобао, — наклонился Цзинь Чуань и погладил дочь по голове, — в Австралии живи в папином доме. Хочешь есть или играть — говори дедушке-управляющему. Там твой дом, поняла?
Цзинь Чуаню вдруг показалось, что эту малышку невозможно избаловать. Если бы она попросила звезду с неба, он бы, наверное, отправился в космическое агентство за ракетой!
— Угу! — радостно кивнула Юнь Баобао. Глядя на лицо, так похожее на её собственное, она чувствовала невероятное счастье. Наконец-то она поняла: быть с отцом — это настоящее блаженство!
http://bllate.org/book/2857/313416
Готово:
