— Почему перестала есть? — спросил Тао Си, глядя на Цици, которая сидела напротив, погружённая в задумчивость.
— Ой, ем, ем, конечно ем! — Цици очнулась, словно после сна наяву: она так уставилась на Тао Си, что даже не заметила, как засмотрелась. Пусть он и вправду красив, но характер у него ужасный. Она же человек глубокий, ценящий внутреннее содержание — как это она всё время глазеет на него?!
Хотя… Тао Си и правда ест с такой изысканной грацией, что Цици почувствовала себя рядом с ним особенно грубой и неотёсанной.
Слуга, назвавший блюдо «секретным рецептом главного повара», вовсе не лукавил: жареная курица оказалась восхитительной, а соус настолько вкусным, что Цици готова была съесть ещё парочку. Она ела с таким наслаждением, что в итоге объелась до отвала и всё равно допила ещё две миски сладкого супа.
— Этот повар просто чудо, — с восторгом сказала она. — Не захотел бы он перебраться во дворец Восточного Моря?
— Лучше, чем повара во дворце Восточного Моря? — небрежно спросил Тао Си. По уровню изысканности жизни семьи Цици он знал: мастера кухни во дворце Восточного Моря уж точно не лыком шиты.
— У каждого своё, — задумчиво ответила Цици. — Хотя сейчас повара во дворце плохо жарят курицу, зато рыбу готовят отлично. Кстати, помнишь, ты говорил, что конфисковал у медведя-демона жареную рыбу — и она была вкусной? А тот медведь ещё жив? Может, предложить ему переехать во дворец Восточного Моря и развить свой кулинарный талант?
— Тот медведь-демон? — беззаботно отозвался Тао Си. — Недавно искал мёд и пчёлы ужалили его до смерти.
— Ццц, бедняга, — покачала головой Цици с сочувствием.
Когда они вернулись на облаке в горы Таоюань, уже стемнело. Тао Си доставил Цици прямо к её хижине на озере.
— Не слишком ли неудобно тебе здесь живётся? — спросил он.
— Нет-нет, — поспешно ответила Цици. На самом деле она использовала хижину лишь для сна, а кровать и циновка были такие мягкие и удобные, что и желать больше нечего.
— Если что-то понадобится, скажи мне, — сказал Тао Си.
Цици не понимала, почему он вдруг, спустя столько времени, заговорил как настоящий хозяин и проявил такую заботу. Подумав, она спросила:
— Слушай, а в горах Таоюань есть какие-нибудь «Сутры сердца»? Одолжишь почитать?
— «Сутра сердца»?! — переспросил Тао Си с недоверием и внимательно осмотрел Цици с ног до головы, чтобы убедиться, что перед ним не подмена, а именно она. Неужели жареная курица вдруг вознесла её дух до просветления?!
— Зачем тебе «Сутра сердца»?
Цици не решалась признаться, что боится слишком поддаваться внешней красоте и хочет укрепить свою волю. Вместо этого она сказала, что её сила резко возросла, и теперь ей нужно укреплять духовную основу, поэтому и захотелось почитать «Сутру сердца».
— В книгохранилище полно таких текстов. Я подберу тебе те, которые ты сможешь осилить. А на каком уровне ты вообще читаешь? — спросил Тао Си.
— Ну… как «Троесловие»? — осторожно предположила Цици.
Тао Си кивнул. Отлично. Если бы Ао Цици родилась человеком, она бы наверняка стала бездельницей и расточительницей из знатной семьи.
— Ты хотя бы грамотная? — с сомнением уточнил он.
— Конечно! — обиженно надула губы Цици, будто получила глубокое оскорбление.
— Ну, хоть что-то, — сказал Тао Си. Хорошо ещё, что в своё время Цзюнь Ин устроила переполох и Цици не родилась в горах Таоюань — иначе ему пришлось бы пятьсот лет только за ней присматривать.
Уровень понимания «Сутры сердца» у Цици оправдал все ожидания: она умела лишь читать иероглифы, но постичь их смысл было выше её сил. Прочитав пару дней, она решила, что восхищаться прекрасным — естественно для любого существа, и её чрезмерное беспокойство по этому поводу лишь доказывает недостаток духовной зрелости.
Отказавшись от попыток постичь «Сутру сердца», Цици каждый день проводила с Тао Си: помогала ему готовить цветочную росу, тренировалась в боевых искусствах и играла с другими духами. Дни проходили весело и нескучно. Наконец настал день, когда роса была готова. Тао Си специально попросил у Цици красивый хрустальный сосуд, чтобы перелить в него росу — в нём она смотрелась особенно изящно.
— Попробуй, — сказал он, зачерпнув ложкой немного росы и поднеся ей.
Цици колебалась: она помнила вкус морской воды и двух других неизвестных жидкостей. Тао Си улыбнулся и слегка поднял руку, приглашая её отведать.
Цици зажмурилась и сделала глоток. На удивление, роса оказалась ещё ароматнее и свежее прежней.
— Вкусно!
— Действительно неплохо, — согласился Тао Си, допив остатки с ложки. — Мне нужно съездить в Небесную обитель по делам. Подожди меня здесь.
— Может, сходить вместе? — предложила Цици, зная, что он отправляется хлопотать за её третьего брата.
— Не надо, — покачал головой Тао Си. На самом деле его поездка за «росой из ста цветов» — лишь предлог, чтобы поговорить с Небесным Императором. — Просто жди меня здесь.
Цици кивнула. Тао Си поручил Чжу Цину присматривать за ней и отправился в Небесную обитель.
Как только Тао Си уехал, Цици потеряла интерес к тренировкам. Даже когда духи звали её погулять, она не шла. Вместо этого она сидела на камне у входа в горы Таоюань и смотрела в небо. Вернувшись вечером в хижину, она сразу засыпала, а утром снова спешила занять своё место у входа, иногда даже забывая поесть.
Время в Небесной обители и в человеческом мире течёт по-разному: пока Цици томилась в тревоге, для Тао Си прошло всего несколько мгновений — лишь хватило, чтобы договориться о встрече с Небесным Императором.
Тао Си взял на себя вину за то, что Чу Шан приняла на себя небесный гром вместо него. Небесный Император давно недолюбливал его — полубога с демонской аурой, — но теперь ничего не мог поделать. Удивлённо узнав, что Тао Си пришёл ходатайствовать за третьего наследника Восточного Моря, он всё же выслушал.
Тао Си заявил, что вина лежит на нём, а наследник Восточного Моря лишь пострадал по несчастью. Он дал Небесному Императору множество обещаний, выгодных Небесам, и продолжал убеждать, пока тот не остался доволен. Тогда Император небрежно кивнул и фальшиво произнёс: «Не стоит так утруждаться». Наказание третьего брата Цици его и вовсе не волновало — он махнул рукой, и того немедленно выпустили из Ледяной Бездны.
— Твой третий брат уже вернулся во дворец Восточного Моря.
— Правда?! Замечательно! — обрадовалась Цици. — Большое тебе спасибо! Говори, чего хочешь — я всё исполню!
— О? — Тао Си поддразнил её. — А вдруг я попрошу что-то неприличное?
— Не боюсь. Ты не из таких, — честно ответила Цици с глуповатой улыбкой.
— Видимо, ты всё-таки не так глупа.
— Я и не глупая! Братья с детства говорят, что я умница. Цзиньэр и Иньэр тоже подтверждают: я быстро всему учусь. Я вообще молодец!
— Ладно-ладно, такая замечательная принцесса, — усмехнулся Тао Си. — Раз уж ты такая умница, не хочешь съездить домой, проведать третьего брата?
— Не-а, — неожиданно для него ответила Цици.
— Знаю, что он в порядке — и ладно. Не обязательно же ехать лично.
— Ты уж очень… беззаботна, — подыскал он слово.
— Хе-хе, просто боюсь, что как только приеду, они меня больше не выпустят. Я ещё не наигралась!
— Раз не наигралась, поедем тогда на окраину столицы?
— На окраину?! Там же всё высохло, смотреть грустно.
— Я уже попросил Небесного Императора вернуть обычный уровень осадков в эти земли, и он согласился. Не хочешь взглянуть, как там теперь?
— Ну, почему бы и нет? Всё равно гулять — так гулять, лишь бы куда-нибудь выбраться! — Цици не была привередлива: для неё любой пейзаж — новинка, и любая прогулка — радость.
— Собирай вещи. Я позову Чжу Цина, и через четверть часа встретимся у входа в горы.
Цици кивнула и бросилась в хижину собирать сумку.
Эм… Подушку обязательно взять — её привезла Цзиньэр из Восточного Моря. Циновку тоже — без неё спится неспокойно. Чашки из набора, который Цзиньэр уложила в сумку Цянькунь, ещё не доставала… А, и палочки! В трактирах чужие палочки неудобные. Заодно возьму пару мисок — вдруг придётся есть на природе.
Она уложила всё, что пришло в голову, в сумку Цянькунь и, заметив, что уже почти опаздывает, выскочила наружу. Тао Си и Чжу Цин уже ждали у входа.
— Готова! — задыхаясь, сказала Цици.
Тао Си кивнул, вызвал облако, и вскоре они уже были на окраине столицы.
— Почему ничего не изменилось? — удивилась Цици, глядя на высохшую, жёлтую землю.
— Может, время в Небесной обители течёт медленнее, и эффект ещё не проявился? — предположил Чжу Цин.
Но Тао Си покачал головой.
— Здесь раньше было много дождей. Даже если их количество уменьшилось вдвое, земля не должна была высохнуть до такой степени.
— Точно, — подтвердил Чжу Цин. — Трещины слишком глубокие, будто здесь вообще не было осадков.
— Цици, вызови немного воды, — велел Тао Си.
— Хорошо, — Цици, чувствуя себя в долгу перед ним, охотно подчинилась. Она наложила заклинание, и из её пальцев хлынул поток воды на иссохшую землю — и мгновенно исчез, не оставив и следа.
— Это… — Цици сама заметила неладное: вода будто впитывалась чем-то невидимым.
— Спустимся, — решил Тао Си. Они приземлились на склоне холма.
— Может, спросить у местного духа земли? — предложил Чжу Цин. Тао Си кивнул. Цици, никогда не видевшая духов земли, с любопытством вытянула шею.
— Приветствую вас, божественный господин и принцесса! — запыхавшийся дух земли поклонился им.
Цици пожалела его: несмотря на прохладную погоду, тот был весь в поту, а кожа — чёрная и сухая, будто вот-вот потрескается, как земля под ногами.
— Скажи, дух земли, почему окраина столицы вдруг превратилась в такую пустыню? — спросил Тао Си.
— О, божественный господин! — дух земли, наконец найдя, кому пожаловаться, с жаром заговорил. — Всё началось пятьсот лет назад, когда вы проходили здесь своё небесное испытание! Это должно было стать благословением для наших земель, но Небеса заявили, что вы нарушили законы Дао, и наложили наказание: тысячу лет уменьшать дожди вдвое. Раньше здесь и при половине дождей народ жил неплохо. Но сейчас… — он тяжело вздохнул, — земля превратилась в пустыню, где и жить-то невозможно!
— Помните ли вы, — осторожно спросил дух, — что в том месте, где вы проходили испытание, росла груша?
Тао Си, конечно, помнил. Чу Шан любила сидеть под той грушей и разговаривать с ним. Именно там он и принял небесный гром. Теперь всё становилось на свои места…
— Груша? — вспомнила Цици. — Разве тот странный парень в синем, которого мы встретили в городе, не был духом груши? Какое совпадение!
— Похоже, в мире не бывает случайных встреч.
Тао Си не знал, какую связь имел дух груши с Чу Шан, но теперь понял: тот целенаправленно искал Цици, зная, что она — перерождение Чу Шан.
— Значит, он тебя узнал? У вас с ним счёты? — Цици не уловила истинного смысла слов Тао Си и решила, что дух груши мстит ему за старые обиды.
— Узнал ли он меня… трудно сказать.
Тао Си вспомнил их встречу: дух груши слабее его и не мог разглядеть его истинную сущность. Кроме того, кроме ночи испытания он никогда не видел Тао Си в человеческом облике. Скорее всего, его целью всегда была Цици — или, точнее, Чу Шан. Возможно, он даже не знал, что спутник Цици — тот самый лис-демон, прошедший испытание.
— Вы уже встречались с этим духом груши? — удивился дух земли.
Цици кивнула.
— Ах, этот дух груши! — вздохнул дух земли. — Когда вы, божественный господин, проходили испытание, одна молния ударила и в грушу, дав ей разум. Обычно неодушевлённым предметам нужны тысячи лет, чтобы пробудиться, но благодаря этой удаче дух груши всего за сто лет обрёл человеческий облик. Ему следовало усердно культивировать Дао и стремиться к бессмертию, но вместо этого он стал творить зло! Из-за него земля здесь высохла: он пустил корни глубоко в почву и высосал всю влагу. Другие растения без воды просто не могут выжить!
http://bllate.org/book/2835/311100
Готово:
