Чу Сюэюй был её кумиром. Ей нравились его песни, нравились его фильмы, и она вполне довольствовалась этой дистанцией — той самой, что делает обожание безопасным и чистым.
А Лу Шаосюй — мечтой.
Тем, на кого она всегда смотрела снизу вверх.
В тот день мечта внезапно воплотилась в реальность, кумир рухнул с пьедестала, и мир Сун Ин рухнул вместе с ним.
И виновата в этом была она сама.
Она видела, как Лу Шаосюй в белоснежной рубашке стоял у флагштока с речью — на семь десятых рассеянный, на три десятых серьёзный, галстук свободно развевался на ветру. Он был единственным таким пейзажем во всей школе.
Видела, как он сражался на баскетбольной площадке: юноша, свежий и красивый, обильно лил пот, девичьи визги вздымались до небес, а он запрокидывал голову, чтобы выпить воды, и капли стекали по его кадыку…
Прямо на её нежный, белоснежный животик.
Сун Ин впервые увидела на лице мужчины такое… кощунственное выражение. Крайне противоречивое: сдержанное и страстное одновременно. Он слегка хмурился, будто испытывал боль, но в то же время — высшее блаженство…
Гений и вправду гений: даже в этом деле у него оказался талант. Сначала терпеливо играл, потом усилил натиск, ритм подбирал безупречно.
Тогда же она впервые увидела себя настоящую.
Это была совсем не та Сун Ин.
От спальни до дивана в гостиной, а потом — обнявшись — в ванную.
Трёхчасовое видео она пересматривала всю ночь, постоянно ставя на паузу, чтобы дать сердцу передохнуть — иначе оно могло просто разорваться от перенапряжения.
Если через несколько дней её найдут мёртвой — причина будет одна: смерть от просмотра подобного видео. После такого кончины ей точно не позавидуешь.
В тот день она взяла отгул, не в силах идти на работу с двумя чёрными кругами под глазами от переутомления.
Ду Шэнань удивился, получив её звонок с просьбой об отгуле: Сун Ин редко брала выходные, всегда была образцом трудолюбия. Да и кроме того…
— Инин, сегодня же суббота. Ты совсем с ума сошла?
Сун Ин промолчала. Да, она сошла с ума. Иначе как объяснить, что посмела первой поцеловать Лу Шаосюя?
— Я проспала и всё перепутала.
— Отдыхай как следует. Как проснёшься — сходи на аромамассаж. В том салоне на улице Хуайхай, просто назови мой номер телефона.
После этих слов она вдруг почувствовала, как всё тело ноет — действительно, пора расслабиться.
Ей вспомнилась Чэнь Аньни, и она не удержалась, чтобы не спросить Ду Шэнаня:
— Ду Шэнань, у меня к тебе вопрос.
Вне рабочего времени Сун Ин не называла его «господином Ду».
— Спрашивай, маленький Ду всё расскажет.
Сун Ин:
— Если женщина сама целует мужчину, а он не отказывается… это значит, что он её любит?
Ду Шэнань:
— Нет. Просто я нормальный мужчина.
— …А если на следующее утро он приглашает её жить вместе?
Он зловеще хихикнул:
— Неужели ты веришь словам мужчины в постели?
Сун Ин перевернулась на другой бок:
— Не в постели. Утром, когда уже встали.
— О-о-о… — Ду Шэнань всё так же смеялся. — Ты ведь знаешь, что по утрам у мужчин легко…
Сун Ин резко повесила трубку. Она и вправду сошла с ума, если стала просить совета у этого дурака.
Настоящая паника — вот что заставило её обратиться к нему, точно так же, как в ту ночь поступила Чэнь Аньни.
На каком основании та решила, будто Сун Ин может повлиять на решение Лу Шаосюя?
Даже если бы она и могла, раньше Лу Шаосюй, возможно, прислушался бы к её словам.
Но теперь… В лифте они сталкивались, а он даже не смотрел в её сторону, будто не знал её вовсе.
Сун Ин чувствовала неуверенность.
«Может, стоит обратиться к помощнику Сюй? — думала она. — Он хороший человек, самый доверенный сотрудник Лу Шаосюя. Если он захочет помочь — шанс появится».
— Мяу!
— Гав-гав!
Кошка и собака атаковали с двух сторон, и Сун Ин проснулась всего через два часа сна. Теперь, глядя на своих питомцев, она чувствовала себя виноватой — будто уже не могла смотреть им в глаза.
В ту ночь на диване эти двое сидели и смотрели, широко раскрыв глаза. Как Лу Шаосюй вообще смог… при таком аудитории?
«Наверное, у них сейчас миллион вопросов», — подумала она.
Сун Ин закрыла лицо руками и издала стон прямо под одеялом.
Кошачья лапка протиснулась внутрь, мягкая подушечка прикоснулась к её щеке. Большие, чистые глаза смотрели с детской непосредственностью. А собака и вовсе глупыш — у неё всегда был вид, будто умственные способности ограничены.
«Что же теперь делать?»
— Простите, вы больше не невинные малыши. Всё это вина Лу Шаосюя, — Сун Ин ткнула пальцем в собачий нос. — Поняли? Всё из-за вашего хозяина.
— Гав-гав!
— Да перестань уже! Он даже не навещает тебя. Скучаешь по нему?
— Гав-гав-гав!
Сун Ин улыбнулась и зарылась лицом в густую, тёплую шерсть Майора, тихо вздохнув:
— Я тоже по нему скучаю.
Уснуть снова не получалось — голову заполонили тревожные мысли. Она встала и решила оставить сон на ночь, снова запустив видео.
Ей очень хотелось узнать, что делал Лу Шаосюй после того, как она уснула.
Примерно в три часа ночи он вынес её из ванной и аккуратно уложил на кровать. Она явно была измотана до предела — даже не шевельнулась, позволяя ему распоряжаться собой.
А сам он выглядел бодрым. Минут десять он смотрел на её спящее лицо, потом собрался ложиться, но вдруг заметил деревянный книжный шкаф в углу.
На полу валялись несколько книг и листов бумаги — во время их… увлечённости они сбили их, но тогда никто не мог остановиться и обратить внимание.
Щёки Сун Ин вспыхнули. Она глубоко вдохнула и продолжила смотреть.
Лу Шаосюй подошёл и начал убирать. Аккуратно вернул книги на полки, но на последней замер, задумчиво нахмурившись.
Сун Ин увеличила кадр — ей едва удалось разглядеть обложку.
Она аж подскочила от испуга, вылетев из-под одеяла и разбудив спящего кота.
— Только не смотри! — прошептала она.
Но в видео мужчина уже листал книгу.
Из страниц выпала фотография и тихо упала рядом с ним.
Он нагнулся, поднял её и долго, хмурясь, разглядывал. Затем совершил поступок, которого Сун Ин никак не ожидала.
Лу Шаосюй забрал эту фотографию.
Сун Ин остолбенела. Что он задумал? Зачем её забрал?
Неужели он догадался, что на фото — он сам?
Невозможно. Любой, увидев эту фотографию, обратил бы внимание только на сияющую улыбку юной девушки в центре кадра. А размытая фигура на заднем плане — лицо, одежда — всё неясно.
Кошка уткнулась мордочкой ей в грудь, и подбородок защекотало. Словно она снова оказалась в том весеннем дне второго курса старшей школы, когда по всему городу летал тополиный пух и вызывал аллергию.
На уроке физкультуры Сун Ин с одноклассницей сбежали и сидели в западной роще, поедая мороженое.
— Если поймают, «Горилла» заставит нас бегать десять кругов.
Сун Ин зажмурилась от холода:
— Фу, да ладно! Он никогда не догадается, что мы здесь.
— Верно! Самое опасное место — самое безопасное. Здесь же прямо у кабинетов учителей — никто и подумать не посмеет.
Девушки сидели на каменной скамье и болтали. Пух прилип к волосам Сун Ин, ещё немного попал за воротник.
Её кожа была белой, и от зуда она почесала шею — та сразу покраснела нежно-персиковым.
Подруга смеялась:
— Ещё почешешься — станешь котёнком в пятнышках. Пойдём в медпункт за антигистаминным.
— Да брось, не так уж и страшно. Я не пойду.
Сун Ин откусила последний кусочек мороженого, левая щека надулась. На волосах торчал пух, лицо и шея покраснели розовато-вишнёвым. Подруге показалось это забавным, и она достала телефон, чтобы сделать снимок.
— Сун Ин, смотри сюда!
Та широко распахнула глаза — и в этот момент была запечатлена: с лёгким раздражением во взгляде. Она вскочила, чтобы отобрать телефон.
Но подруга была быстрее и убежала.
— Как вернусь в класс, все твои манхвы сдам завучу! — крикнула Сун Ин.
Подруга таинственно вернулась и указала на противоположную сторону:
— Тс-с, будь леди. Посмотри, кто там?
Сун Ин подняла глаза. На четвёртом этаже административного корпуса, у перил, стоял Лу Шаосюй. Он держал телефон, его профиль был холодным и красивым, фигура — прямой, как стрела.
Сердце её заколотилось, наполненное девичьими тайнами. Она упрямо отказывалась признавать чувства, но взгляд невольно следовал за этой фигурой — болезненно и страстно.
На фото запечатлелась лишь размытая тень его силуэта. Лицо, одежда — всё неясно.
Сун Ин распечатала фотографию и спрятала в ту самую книгу. Никогда не думала, что он её увидит.
Пусть увидит! Но зачем забирать?
Это же её вещь!
Сун Ин металась по квартире, как рассерженный котёнок, поклявшись во что бы то ни стало вернуть фотографию.
Не только ради Чэнь Аньни. Это было ради неё самой.
Днём Сун Ин получила звонок от Ду Шэнлиня. Она как раз закончила макияж и собиралась отправиться к дому Лу Шаосюя, чтобы «перехватить» его.
— Господин Ду?
— Это я. Услышал, что тебе нездоровится. Надеюсь, не помешал?
Сун Ин:
— Нет, уже лучше. Вам что-то нужно?
Ду Шэнлинь мягко улыбнулся:
— Пригласить тебя на ужин. Это считается делом?
Сун Ин нахмурилась. Что он задумал? Хочет переманить её?
В душе она так и подумала, но вежливо ответила:
— Господин Ду, не стоит. Мы же в одной корпорации — по делам можете обращаться напрямую.
— А если я хочу пригласить тебя как друг? Это дело или личное?
Ду Шэнлинь поставил её в тупик.
Откуда он узнал, что она сегодня на больничном? Знает ли об этом Ду Шэнань?
Голова закружилась. Она попыталась увильнуть:
— В эти дни у меня очень много работы, боюсь, не получится…
— Ничего страшного. Сегодня у меня ужин с господином Лу.
— Господином Лу? Лу Шаосюем? — вырвалось у неё.
На том конце провода наступила пауза:
— Да. Ты его знаешь?
Сун Ин криво усмехнулась:
— Слышала. Не близко. Где вы сегодня ужинаете?
Ду Шэнлинь назвал адрес — частный клуб с рестораном, баром и прочими развлечениями.
Сун Ин встала:
— Можно мне присоединиться? У меня как раз сегодня свободно.
Если Ду Шэнлинь откажет — проблема решится сама собой.
Если согласится — она получит шанс увидеть Лу Шаосюя.
Какая же она умница!
Ду Шэнлинь помолчал и рассмеялся:
— Хорошо. В половине шестого заеду за тобой.
Всё решилось так легко, что Сун Ин не верила своим ушам. Положив трубку, она переоделась в наряд, подходящий для такого заведения, и спокойно стала ждать.
Как говорится, «как раз захотелось спать — подали подушку». Но сердце её бешено колотилось: предстоял настоящий бой.
Нужно было заступиться за Чэнь Аньни.
Нужно было вернуть фотографию.
Не станет ли Лу Шаосюй мстить? Не будет ли специально поить её алкоголем?
Когда она увидела Ду Шэнлиня и вместе с ним вошла в клуб, сердце её то взмывало ввысь, то падало в пропасть. Он сразу заметил её нервозность.
— Не волнуйся. Просто ужин с друзьями, — Ду Шэнлинь открыл перед ней дверцу машины. — Ты сегодня прекрасна.
Конечно, прекрасна.
Она старалась выглядеть наилучшим образом. Сун Ин хорошо знала себе цену и была уверена в своей внешности. Взгляд Ду Шэнлиня выдавал восхищение.
Клуб оказался оформлен в классическом стиле с элементами сучжоуских садов — изысканно и утончённо, заставляя забыть обо всём мирском.
Ужин проходил на третьем этаже. Поднявшись на лифте и приблизившись к кабинке, Сун Ин облегчённо выдохнула: Лу Шаосюя ещё не было.
Будто в тот день, когда ждала результаты вступительных экзаменов.
Страшно, хочется убежать, но в то же время — поскорее узнать.
Какой-то мужчина поздоровался с Ду Шэнлинем, обменялся парой фраз, а потом бросил многозначительный взгляд на Сун Ин:
— Твоя девушка прекрасна! Затмевает мою спутницу, ха-ха-ха!
Ду Шэнлинь галантно отодвинул для неё стул:
— Пока только друг.
— Тогда тебе стоит постараться!
Сун Ин вежливо улыбнулась и села рядом с Ду Шэнлинем, краем глаза следя за дверью.
Он всегда заставлял себя ждать, и на таких мероприятиях обязательно появлялся последним.
Прошло почти полчаса, прежде чем Лу Шаосюй вошёл. Холодно и вежливо поздоровался со всеми — сцена повторялась почти дословно.
Заметив Сун Ин, он слегка замер, затем медленно перевёл взгляд на Ду Шэнлиня.
— Этот господин рядом с тобой кажется знакомым.
Ду Шэнлинь представил:
— Это Сун Ин, моя подруга.
— Здравствуйте, господин Лу, — Сун Ин с трудом выдавила слова.
— Вспомнил, — он слегка усмехнулся. — В прошлый раз госпожа Сун была секретарём Ду Шэнаня. Уже сменили хозяина?
Ду Шэнлинь:
— Так вы знакомы?
Выражение лица Лу Шаосюя оставалось непроницаемым. Его взгляд скользнул по ним обоим:
— Не особо.
http://bllate.org/book/2834/311058
Готово:
