— Я же в отпуске, не хочу, чтобы меня кто-то беспокоил, поэтому и выключил телефон, — нарочито небрежно произнёс Цай Исянь, будто только что вернулся с курорта.
— Ну теперь-то пора взяться за работу по-настоящему? У тебя впереди ещё куча программ, — с тревогой проговорила агент. Столько съёмок требовали его участия, что она сама уже не справлялась.
— Да я ведь травмирован, — возразил Цай Исянь. — Думаю, они поймут. Он прекрасно знал: его задание ещё не завершено, и новая работа лишь помешает сосредоточиться.
— Время никого не ждёт! Если твоя популярность упадёт, тебя тут же заменят. А потом уж точно не будет столько возможностей, — сокрушённо сказала агент.
— Ладно, понял. Но у меня есть одно условие, — под давлением Цай Исянь всё же согласился. Он знал: дело касалось не только его самого — за кулисами трудились десятки людей, и он не мог их подвести.
— Говори, какое условие? Я и компания постараемся всё устроить, — ответила агент, проявляя к нему поистине безграничную терпимость.
— Мой брат… болен. Каждый вечер я обязан возвращаться домой, чтобы ухаживать за ним, — вынужден был соврать Цай Исянь. Настоящая причина была слишком щекотливой, чтобы говорить о ней вслух.
— Какая болезнь? Я могу найти кого-нибудь, кто за ним присмотрит. Ты днём работаешь, а ночью ещё и ухаживаешь — так ты совсем измотаешься! — агент искренне переживала за его здоровье.
— У него рак. Я должен провести с ним последние дни, — голос Цай Исяня дрогнул. На самом деле это были его подлинные чувства.
— Ладно… Я уменьшу нагрузку, — тон агента сразу смягчился. Она хорошо знала его семью: у него остался лишь этот единственный родной человек. Какой смысл мешать ему?
— Тогда, если сегодня больше ничего нет, я пойду, — сказал Цай Исянь, засунув руки в карманы и, надев солнцезащитные очки, вышел из офиса.
— Брат, как ты себя чувствуешь последние пару дней? — спросил Цай Исянь, решив один вопрос и уже думая о следующем.
— Со мной всё в порядке. А ты как? — Цай Цзыхэн всё ещё тревожился за это дело.
Цай Исянь не знал, что ответить. Он провёл столько времени в доме Цяо Мими, но так и не добился никакого прогресса. Признаться в этом было стыдно.
— Брат, я всё ещё веду расследование. Дай мне ещё немного времени.
— Не торопись. Делай всё спокойно. Я обязательно продержусь, — сказал Цай Цзыхэн, не пытаясь утешить его. Напротив, его слова оказали сильное давление.
Цай Исянь выглядел уныло. Он понимал: его брат недоволен результатом. Особенно после того, как тот резко положил трубку.
Чтобы не вызывать подозрений у Цяо Мими, Цай Исянь поспешил вернуться домой и вновь превратился в прежнего себя.
Оказавшись дома, он наконец смог расслабиться. Направился в ванную, чтобы принять душ.
Только снял одежду, как раздался звонок в дверь.
— Что случилось? — в доме не было мужской одежды, поэтому ему пришлось накинуть халат Цяо Мими и выйти.
— Вы… кто по отношению к госпоже Цяо? Мы из управляющей компании, хотим проверить безопасность в квартире, — с любопытством спросили сотрудники. После смерти старого господина Цяо, отъезда госпожи Цяо за границу и отъезда приёмного сына в Америку в доме одной девушки появился полуголый мужчина — это вызывало вопросы.
— Извините, госпожа Цяо сейчас не дома. Приходите, пожалуйста, в другой раз, — Цай Исянь вдруг вспомнил, что он робот, и на мгновение забыл о своей роли.
— Хорошо, раз так, тогда уйдём, — сотрудники не стали настаивать и ушли.
Закрыв дверь, Цай Исянь почувствовал лёгкое сожаление. Ему следовало сказать, что он муж Цяо Мими.
В этом огромном особняке он оставался совершенно один. Дни тянулись медленно, и чтобы скоротать время, он репетировал реплики и совершенствовал своё кулинарное мастерство. Цяо Мими, желая скрыть его существование, даже уволила всех слуг — осталась лишь экономка Ванма, которая теперь приходила лишь по вызову.
Цяо Мими с детства была избалована и очень требовательна к еде. Цай Исянь изо всех сил старался угодить её вкусу.
Каждый день он смотрел кулинарные видео, чувствуя себя так, будто сидит в тюрьме. Со временем он даже начал с нетерпением ждать возвращения Цяо Мими.
Луна уже высоко взошла, а Цай Исянь три часа подряд сидел за обеденным столом, но так и не дождался её.
— Я вернулась, — вошла Цяо Мими, еле передвигая ноги.
— Ты вернулась! Посмотри, что я сегодня приготовил для тебя! — Цай Исянь включил режим «солнечного парня» и радостно предстал перед ней.
Но она нахмурилась и не выказывала никаких эмоций.
— У меня нет аппетита. Не буду есть, — сказала она и сразу направилась в спальню.
— Подожди… — Цай Исянь не знал, что с ней произошло, и последовал за ней в комнату. — Что случилось? — спросил он с невероятной нежностью.
Цяо Мими переключилась в «режим заботливого парня» — сейчас её душа была особенно уязвима, и ей хотелось утешения.
— Для чего я вообще так усердно работаю? Это ведь совсем не то, чего я хочу…
Она вдруг села, растрёпав волосы.
— Ты можешь не работать. Я буду тебя содержать! — в душе Цай Исянь ликовал. Наконец-то эта ненавистная женщина получила по заслугам — всё из-за преступлений её отца.
Он возлагал на неё всю вину.
— Ты чего? Слишком много смотришь фильмов Чжоу Синчи? На что ты меня будешь содержать? — Цяо Мими фыркнула и рассмеялась. Хотя она понимала, что это просто фраза из фильма, внутри у неё стало тепло.
— Не грусти. Расскажи мне, что случилось, я помогу найти решение, — Цай Исянь мог лишь говорить приятные вещи, чтобы её утешить.
Ему ещё ни разу не доводилось влюбляться, так что он считал это хорошей тренировкой перед настоящими отношениями.
— В компании всё решать приходится мне! Даже эти старые дураки из совета директоров не дают мне покоя. Как я с ними справлюсь? — Цяо Мими была в ярости и выплёскивала накопившееся раздражение.
Выговорившись, она почувствовала облегчение и стало легче на душе.
— Ладно, не злись на них. Мы взрослые люди, не будем мстить мелким подлостям. Прости их и пойдём есть. Посмотри, что я приготовил! — Цай Исянь взял её за руку и повёл в гостиную.
Каждый день слушать одно и то же — уши уже свернулись в трубочки. Цай Исяню было невыносимо скучно, но он робот и не имел права проявлять раздражение.
Цяо Мими легко поддавалась утешению. Выпустив пар, она сразу почувствовала себя лучше.
— Ладно, поели. Люди — железо, еда — сталь, без обеда и голодный падай. Зачем тебе с ними воевать? — Цай Исянь сел за стол и продолжал с ней беседовать.
Перед ним стоял стол, ломящийся от блюд, но он не мог ни к чему прикоснуться. Слюнки текли, но приходилось глотать их внутрь.
— Верно! Превратим горе в аппетит! — Цяо Мими жадно ела, не стесняясь перед роботом Цай Исянем и забыв о всяком образе благовоспитанной девушки.
Цай Исянь пожалел, что не поел заранее, пока она ещё не вернулась.
Эта женщина и правда много ест! Когда же у неё такой аппетит появился? Она съела всё до крошки, даже супа не оставила!
Цай Исяню казалось, что его сердце истекает кровью, глядя, как его труды исчезают, не дав ему ни капли удовольствия.
— Цай Исянь, твои кулинарные навыки становятся всё лучше. Так и дальше продолжай — я скоро располнею! — Цяо Мими отложила палочки и ущипнула его за щёчки обеими руками.
Цай Исянь скривился от боли, но не издал ни звука.
— Этот робот и правда слишком похож на человека — даже на ощупь как живой!
С появлением этого робота её ночная жизнь стала куда интереснее.
— Пойдём, споём в караоке! — обняла она Цай Исяня за шею.
— Дорогая, уже поздно, давай не будем выходить. На улице небезопасно, — поспешно отказался Цай Исянь. Ему совсем не хотелось снова показываться на публике.
— У нас же есть караоке дома — просто поднимемся наверх, — спокойно ответила Цяо Мими. Несмотря на то, что её образ и стиль одежды казались очень современными, на самом деле она вела довольно консервативный образ жизни: только дом и офис.
Цай Исянь замер, не зная, что сказать. За всё это время, проведённое в доме, он, будучи роботом, ни разу не поднимался на второй этаж. Это пробудило в нём любопытство. Возможно, наверху скрывался ответ, который он искал.
— Ой, ты же не можешь подниматься по лестнице! Что делать? — Цяо Мими уже на полпути вспомнила, что он робот, и расстроилась.
— Как же досадно… Значит, мне снова придётся развлекаться одной, — надула губы Цяо Мими. Робот был слишком тяжёл, чтобы она могла поднять его в одиночку. Она-то думала, что больше никогда не будет одна.
— Я могу! Я сам поднимусь! — вызвался Цай Исянь. Ему обязательно нужно было всё осмотреть.
— Ты теперь и лестницы покоряешь? Точно стоило отправить тебя на апгрейд! — Цяо Мими ещё больше убедилась, что поступила правильно.
Цай Исянь изобразил, будто ему трудно, и осторожно ступал по ступенькам. Цяо Мими стояла наверху и аплодировала ему.
Верхний этаж оказался ещё роскошнее, с более строгой и солидной мебелью. Цай Исянь предположил, что здесь раньше жили её родители, поэтому она редко сюда заглядывала.
— Давай скорее заходи! — Цяо Мими всегда приходила сюда, когда ей нужно было расслабиться после стресса.
Она перевела робота в «соблазнительный режим», чтобы вместе весело провести время.
— Давай споём вместе, хорошо?
Цай Исянь выглядел растерянно. Он хотел лишь осмотреться, а не участвовать в подобных развлечениях. Но выбора не было — пришлось играть свою роль.
— Давай споём что-нибудь драйвовое, хайтовую песню! — Цяо Мими распустила волосы и начала орать в микрофон.
— Что делать? Это совсем не мой стиль! — глаза Цай Исяня наполнились тоской. Если об этом узнают, как он сможет показаться людям в глаза?
— Быстрее! Танцуй со мной! — Цяо Мими потянула его за руку и начала прыгать.
«Ну и ладно, чёрт с ним!» — Цай Исянь стиснул зубы и начал раскачиваться в такт. К его удивлению, стресс действительно начал уходить.
— Может, хватит танцевать? Соседи пожалуются, — всё ещё чувствуя неловкость, сказал Цай Исянь.
— Не бойся, стены здесь с отличной звукоизоляцией — они ничего не услышат, — Цяо Мими уже не контролировала себя и даже не усомнилась в его словах.
Все его попытки найти отговорку провалились, и пришлось продолжать танцевать.
— Спой мне песню, — Цяо Мими, вся в поту, рухнула на диван, не в силах двигаться дальше.
— Я? — Цай Исянь усомнился в своих ушах.
— Конечно! Ты же «китайская музыкальная энциклопедия» — должен же что-нибудь спеть! — Цяо Мими считала, что в его памяти хранится огромная коллекция песен.
Пение было сильной стороной Цай Исяня. За годы он участвовал в сотнях мероприятий, и такая задача была для него пустяком.
— «Переплыв океан, чтобы увидеть тебя…» — запел он лирическую песню и сам погрузился в её атмосферу.
Цяо Мими, сидевшая рядом, вдруг расплакалась.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Цай Исянь.
— Ничего… Просто ты так прекрасно поёшь, я растрогалась, — ответила Цяо Мими. Несмотря на то, что она уже не юна и обычно держится стойко, в глубине души она тоже мечтала о любви и хотела, чтобы кто-то по-настоящему заботился о ней.
http://bllate.org/book/2819/308954
Готово:
