Благодарим за питательные растворы наших дорогих ангелочков: Пэнпэнпэн а и «Я ещё успею прочитать одну книгу» — по 40 бутылок; «Кошка, едящая рыбу» — 33 бутылки; HOTMILK и Ууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууууу…… — 30 бутылок; Яяялё. — 28 бутылок; Си-си, Двоюродная сестрёнка Луна, AAAAAACUP, Цзяньцзяцзяньцзяньцзянь, Цинъу, Айли — по 20 бутылок; kola_ — 17 бутылок; Си Бусянуань, Иси, «Жена Пять Пять — это я», Сясяся, «Девушка, которая рвётся в шопинг» — по 10 бутылок; Тутуту — 8 бутылок; Нань Юй, Тяньтяньтянь, «Сегодня Лань Яньян» — по 5 бутылок; «Клубника, личи и манго», «Лимонный газированный напиток с грейпфрутом» — по 3 бутылки; Сусу — 2 бутылки; Аньнин, «Сегодня я облысела?», murmur, 25041275 — по 1 бутылке.
Огромное спасибо всем за вашу поддержку! Я обязательно продолжу стараться!
— Если это причиняет тебе беспокойство…
— Это действительно вызывает большое беспокойство. Я вовсе не хочу становиться знаменитостью, или, точнее, я просто не готова к этому.
Фэй И не заметила, как глаза мужчины мгновенно потускнели. Она и вправду не подумала об этом аспекте. Лишь увидев своё фото на первых полосах всех газет, она осознала, насколько яркой звездой в мире футбола был тот самый мужчина, которого она ласково называла «поросячком».
Ей показалось, будто она только что проснулась после долгого сна. В ужасе она крепко обняла Кака. Фух… Он рядом. Это не сон.
— Но… я просто хотела, чтобы мы могли быть вместе…
Кака перебрал в уме все возможные решения, но ни одно из них не устраняло главную проблему: девушка не готова к славе. Он чувствовал себя подавленным и не знал, что делать. «Если это причиняет тебе страдания, то что мне делать?»
Фэй И не ответила. В комнате воцарилась тишина.
Единственным звуком остался лёгкий стук лопатки о сковороду. От аромата жареных яиц Фэй И с наслаждением глубоко вдохнула: «Как вкусно! Умираю от голода!» Увидев, как повар ставит тарелку с завтраком на стол, она резко вскочила и потянула Кака за руку:
— Идём есть, идём есть!
Но он не двинулся с места. Ну конечно — ведь это же тот самый мужчина, которого она не может сдвинуть с места. Всё в порядке:
— Пошли же, пошли, дорогой, пойдём завтракать.
— Но я ещё не придумал, как решить эту проблему, — с грустью сказал Кака. — Если я не смогу избавить тебя от этого беспокойства…
Фэй И удивилась:
— От какого беспокойства?
У неё отличная еда, любимый красавец рядом — какие ещё могут быть заботы?
— Ты же сказала, что не хочешь появляться в газетах.
Было ли это? Фэй И почесала затылок. Увидев явно расстроенный вид мужчины, она, кажется, наконец поняла. Снова сев, она спросила:
— Это была лишь мимолётная тревога. Возможно, такие заботы неизбежны, когда встречаешься с тобой, Кака? Милый, ради тебя это вовсе не проблема.
Ведь это же Кака — принц Сан-Сиро! Фэй И просто растерялась от внезапного натиска прессы. Но, успокоившись, поняла: это не так уж страшно. Пусть пишут, что хотят — они всё равно не помешают её любви.
— Будем любить друг друга, как захотим. Пошли завтракать, мой маленький поросёнок.
Эти слова — «будем любить, как захотим» — спасли его.
Кака встал:
— Ты забыла, о чём мы договорились прошлой ночью.
Как Фэй И могла забыть:
— Я люблю тебя. Сегодня люблю.
Кака на этот раз не спросил, как вчера: «А завтра?» Он знал, что завтра снова услышит то же самое.
— Я люблю тебя. Не только сегодня.
Фэй И покачала головой:
— Бразильский король любовных речей.
Кака ответил серьёзно:
— Только тебе.
Фэй И тут же кивнула, явно довольная:
— Мой король любовных речей.
После завтрака Фэй И предложила выйти на балкон. Там был бассейн, который в её глазах казался безграничным, сливаясь с небом в одно прекрасное живописное полотно.
Посидев немного, ей захотелось большего. Она вернулась в комнату, переоделась в купальник и нырнула в воду — это был её первый заплыв с тех пор, как она приехала в Неаполь. Вода, прогретая солнцем, была тёплой, словно в термальном источнике. Кака, наклонившись, увидел, как девушка, надев надувной круг, плывёт по поверхности — точно растаявший на солнце котёнок.
Его собственное воображение рассмешило его. Фэй И подняла на него глаза и позвала:
— Спускайся ко мне! Так приятно!
Кака покачал телефоном в руке:
— Мне нужно сначала кое-что решить.
Фэй И не стала его ждать. Она с трудом забралась на надувную лодку — неизвестно, откуда в их доме взялись такие игрушки; наверное, обязательный атрибут для бассейна. «Как же жарко!» — подумала она и быстро нырнула обратно в воду: не хватало ещё сгореть до корки.
Кака, услышав всплеск, мгновенно обернулся, испугавшись, что она упала. Увидев, как девушка выныривает, обнимая шею надувного фламинго, он наконец перевёл дух.
Девушка веселилась в бассейне, заполненном надувными игрушками, как ребёнок, и даже послала ему воздушное сердечко с подмигиванием. Кака не смог сдержать улыбки.
— Рики? Рики? — в телефоне обеспокоенно звала мать, не слыша ответа сына. — Мам, я здесь. Прости, немного отвлёкся.
— Ничего страшного. Это та самая девушка? — услышав в голосе сына явную улыбку, мать вспомнила утренние газеты и всё поняла.
Кака кивнул:
— Я начал новую жизнь. Ещё не успел вам рассказать. Она замечательная девушка.
Родители наблюдали за тем, как последние два года их старший сын становился всё более замкнутым, но никогда не жаловался им. Узнали о раздельном проживании лишь от Родриго. Старший сын всегда привык терпеть боль в одиночку, и это их очень тревожило.
Госпожа Симони была рада видеть сына таким живым и энергичным. От всего сердца она пожелала ему:
— Очень рада, что у вас всё хорошо. Когда вернёшься, обязательно зайди к маме. Я так по тебе соскучилась.
— Как только договоримся о времени, сразу приедем. Скоро начнётся сезон, а ей тоже пора возвращаться учиться.
Лицо Симони слегка дёрнулось:
— А вы сильно отличаетесь по возрасту?
Кака вздохнул:
— Да, примерно на семь лет.
Семь лет… Симони быстро прикинула: значит, девушке сейчас третий или четвёртый курс университета. Разница действительно немалая. Хорошо хоть, что её сын — не последний человек, иначе бы его точно обвинили в «поедании зелёного салата».
— Но она ведь может приезжать к тебе в любое время, верно?
— Она китаянка, мама. Фэй И приехала сюда только в отпуск.
Симони получила два важных сведения: девушку зовут Фэй И, она из Китая. А китайцы — это визы, бюрократия…
— Тогда вы всё обсудите. Мы с отцом дома. Диего скоро тоже вернётся в команду.
— Хорошо, мам.
Повесив трубку, Симони пошла к мужу, который сидел на лужайке и наблюдал, как Диего играет в футбол с соседскими детьми. Отведя его в сторону, она зашептала. Фуско не ожидал, что речь пойдёт о китаянке, и нахмурился:
— Нам нужно узнать об их традициях, чтобы случайно не обидеть. Как христиане, мы прекрасно понимаем, к чему это может привести. Это также проявление уважения.
Симони кивнула:
— Надо подготовиться заранее. Рики вернётся с ней до начала чемпионата, а она ещё учится в университете.
Фуско согласился:
— Сейчас схожу в книжный и на рынок, куплю литературу. Пусть Диего тоже поищет информацию в интернете.
Кака, закончив разговор, подошёл к краю бассейна. Девушка лежала на фламинго. Она наконец выбралась из воды и, увидев Кака, радостно воскликнула:
— Милый, скорее! Потяни меня сюда!
Она протянула ему длинную шею фламинго. Кака подумал, что она хочет выйти, и потянул игрушку к бортику. Но девушка вдруг приподнялась и обвила руками его шею, целуя.
В результате Фэй И увлекла Кака прямо в воду. Бассейн был глубоким. У Кака с детства остался страх перед водой — одно дело — спокойно зайти, совсем другое — упасть внезапно. Он начал судорожно барахтаться, пытаясь всплыть. Фэй И подплыла и обняла его за шею.
Кака инстинктивно открыл глаза. Всё было размыто, но он различал развевающиеся в воде волосы девушки и её глаза. И вдруг вспомнил тот самый случай в восемнадцать лет…
Его поцеловали.
И восемнадцатилетнего него тоже поцеловали.
Авторские заметки:
Благодарю за бомбы-«Ба-вань-пяо» моих дорогих: Суйюэ Цзинхао, 17254957, Двоюродная сестрёнка Луна, Цзяньцзяцзяньцзянь, Нань Юй, Цинтуань, «Жареный пирожок, а не вегетарианский», «Второй дедушка Мэнмэнда», Mucha и kola_.
Кажется, когда вечером смотришь короткие видео и впадаешь в эмо, писать особенно легко. А днём все ночные идеи улетучиваются — и я просиживаю пять часов впустую.
Сегодня ем кокосовую курицу!
Благодарю ангелочков, которые с 14:51:05 до 13:34:39 поддержали меня бомбами или питательными растворами!
Спасибо за «ракетную пушку»: Суйюэ Цзинхао — 1 шт.;
Спасибо за «гранату»: 17254957 — 1 шт.;
Спасибо за «мины»: Двоюродная сестрёнка Луна — 2 шт.; kola_, Цзяньцзяцзяньцзянь, Нань Юй, Цинтуань, «Жареный пирожок, а не вегетарианский», «Второй дедушка Мэнмэнда», Mucha — по 1 шт.;
Спасибо за питательные растворы: Суйюэ Цзинхао — 211 бутылок; kola_ — 85 бутылок; Rosamond·Stark — 80 бутылок; Юэйэ Хуэймин и Цзи Ли — по 20 бутылок; Юнь Цзуй и «Социофоб Кафка» — по 12 бутылок; Иси, Айли, Сямо или Мо, Двоюродная сестрёнка Луна, 19879009, Мо Юйвэнь, Линь Гоудань, Тяньтянь — по 10 бутылок; «Сегодня Лань Яньян», «Прохожий», Сюй Ао — по 5 бутылок; «Клубника, личи и манго» — 4 бутылки; Сусу и «Пять стихий, не хватает денег» — по 2 бутылки; Сяо Синь хочет обновления, «Сегодня я облысела?», Юань Юань, 25726194, 29634702, «Яичный блин с начинкой», Тяньтяньтянь — по 1 бутылке.
Огромное спасибо всем за вашу поддержку! Я обязательно продолжу стараться!
В восемнадцать лет он попал в аварию в бассейне: врачи диагностировали перелом позвоночника и сказали, что, возможно, он больше никогда не сможет играть в футбол. Позже, благодаря тщательному лечению, он полностью выздоровел, но страх перед водой остался навсегда.
Неожиданная атака девушки застала его врасплох. Воспоминания о восемнадцати годах хлынули на него, словно сцена из фильма Хичкока: резкий монтаж, и он — как героиня в душе, застывшая в ужасе. А потом она подплыла и поцеловала его. Ему показалось, что тогда, в восемнадцать, когда он терял сознание, она тоже приплыла — точно божественная дева в сиянии, целуя его и моля: «Мой возлюбленный сын, да благословит тебя Отец Небесный».
Как такое возможно?
Только когда Фэй И вывела его на поверхность, потрясение в его душе не утихало.
— Дорогой, я напугала тебя? — обеспокоенно спросила Фэй И. Она вспомнила, что у Кака в прошлом была травма в бассейне. Неужели она слишком резко бросилась в воду?
Услышав её голос, Кака пришёл в себя и покачал головой:
— Нет, просто… вспомнил кое-что из прошлого.
Фэй И ещё больше заволновалась: ведь это же та самая травма в бассейне! Значит, она действительно его напугала. Но, увидев её расстроенное лицо, Кака сам стал её успокаивать:
— Ничего страшного. Просто… я почувствовал облегчение. В восемнадцать лет я получил травму во время плавания, но чудом выздоровел. Только что я испугался, но мне показалось, будто тогда, в восемнадцать, я уже видел тебя.
Фэй И совершенно неуместно фыркнула:
— Да ты что! В восемнадцать я была ещё маленькой морковкой!
Взглянув на его безмолвное, ошеломлённое лицо, она невинно добавила:
— Ты сам так сказал.
Кака подумал, что эта девушка — не только ангел, спасающий его, но и маленькая проказница, умеющая выводить из себя.
Фэй И, хихикая, прильнула к его губам:
— Дай поцелую. Я здесь.
Мокрые волосы Кака торчали во все стороны, напоминая арбузную корку — это, конечно, портило его внешность. Фэй И захотелось немедленно найти фотоаппарат, чтобы запечатлеть этот момент. К счастью, Кака быстро пригладил волосы назад. Он знал наверняка: улыбка девушки после этого будет далеко не доброй.
Он уже научился. Жизнь заставила тридцатилетнего мужчину расти и приспосабливаться.
Теперь причёска снова безупречна. Подумав о том, что у него такой красавец-бойфренд, Фэй И не удержалась и принялась целовать его губы. Они то всплывали, то погружались в воду. Честно говоря, Фэй И очень хотелось снова утащить его под воду, но, вспомнив его испуганный взгляд, она пожалела: не стоит снова тревожить старые раны.
Теперь её больше волновало другое.
Он упал в воду в обычной белой футболке и шортах. Теперь футболка уже не была «обычной».
Кака посмотрел на руку, лежащую у него на груди, и сдался. Девушка целовала его так, что он не мог вымолвить ни слова и тем более отстранить её.
Кака не был святым — всё-таки разведённый мужчина с ребёнком. Но вызывающий взгляд девушки заставил его замолчать. Фэй И стало неудобно от того, как его нос упирался ей в лицо, и она слегка отстранилась. Однако поцелуй был настолько глубоким, что он всё ещё держал её близко.
Что ж, всего лишь поцелуй…
http://bllate.org/book/2797/304963
Готово:
