Листок Сюй Хуаня был безупречно чист — лишь в том самом задании, где Ян Ча ошиблась, он аккуратно расписал всё решение.
Перелистав на первую страницу, она обнаружила, что Сюй Хуань не выполнил первое задание и потерял за это три балла — именно поэтому он занял второе место.
Ян Ча резко сжала контрольную в руках.
В день олимпиады Ян Ча сняла очки, которые носила постоянно.
Сегодня, как назло, пошёл сильный снег. Группа участников, сопровождаемая учителями, собралась у школьных ворот.
Ледяной ветер пронизывал до костей, заставляя всех дрожать от холода.
Семья Ян прислала за Ян Ча роскошный микроавтобус. Как только он подъехал к месту проведения экзамена, тут же привлёк завистливые взгляды толпы.
До начала экзамена ещё оставалось время, и Ян Ча пригласила учителя и одноклассников из Городской школы №1 зайти в автобус, чтобы согреться.
Учитель, разумеется, с радостью согласился.
Ли Мэннуань тоже вошла в микроавтобус. Увидев, что Чан Сяо сидит рядом с Ян Ча в самом дальнем углу, она заняла место поближе к выходу.
Хотя Чан Шао обычно жил роскошно, на публике он всегда держался скромно и никогда не устраивал подобных показных выходок, как семейство Ян.
Ли Мэннуань приехала вместе с няней на обычном такси — ничем не отличаясь от других учеников.
Сюй Фан появился очень поздно и не стал заходить в автобус, а просто устроился в углу у школьных ворот.
Ли Мэннуань знала, что он её терпеть не может, и в душе закипела от злобы.
Что с ним такое? Почему он упрямо влюблён в эту мерзкую Ян Ча?!
Ведь всё, что есть у Ян Ча, теперь есть и у неё — а он всё равно цепляется за эту девчонку!
В этот момент к ней подошёл тот самый очкастый мальчик, который её боготворил, и протянул ей горячий чай:
— Не переживай. Я с тобой. Я не дам Ян Ча причинить тебе вред. Хочешь согреться?
Ли Мэннуань взяла стаканчик, опустила глаза и вдруг приняла решение.
Она вытащила из кармана чёрный предмет, похожий на ручку, и передала его парню:
— Ты можешь… положить это на Ян Ча?
Они сидели довольно далеко друг от друга, да и вокруг шумели ученики, так что их разговор никто не мог подслушать.
Парень на мгновение замялся, но затем кивнул.
Ли Мэннуань улыбнулась нежно:
— Ты такой добрый ко мне~
Примерно через полчаса участников пригласили в аудиторию. Ян Ча сошла с автобуса и увидела вдалеке, как Сюй Фан один идёт к зданию экзамена.
Она быстро подбежала:
— Сюй Фан! Почему ты так поздно пришёл? Тебе не холодно?
На самом деле Сюй Фан пришёл давно, но знал, что Ян Ча о нём заботится, поэтому ответил:
— Только что пришёл. Не холодно.
Ян Ча, увидев его растерянный вид, не удержалась от смеха:
— После экзамена зайди ко мне. Тётя уже сварила кашу из лотоса и фиников.
Её голос стал тише:
— Она ещё тёплая, в автобусе. Я никому не сказала, так что приходи потихоньку, ладно?
Девушка стояла совсем близко, и от неё пахло тёплым, нежным ароматом, от которого сердце Сюй Фана готово было растаять.
Он замер.
— О чём вы тут шепчетесь? — внезапно вмешался очкастый мальчик, встав между ними. — Что за тайны? И ещё какая-то каша?
Сюй Фан похолодел лицом. Он редко проявлял дружелюбие к кому-либо, кроме Ян Ча.
— Ян Ча, пора идти в аудиторию, — сказал он и, не дожидаясь ответа, сразу ушёл.
Когда все уже вошли в класс, очкастый мальчик незаметно подмигнул Ли Мэннуань.
Та не смогла сдержать сладкой улыбки. Скоро Ян Ча получит по заслугам!
Все ученики из Городской школы №1 писали в одной аудитории, но сидели далеко друг от друга — расстояние между пятью участниками было значительным.
Ян Ча и без того хорошо знала математику, а после недавних занятий с репетитором и Сюй Хуанем даже начала осваивать математический анализ, так что олимпиадные задачи ей не казались особенно трудными.
Она тщательно проверила работу несколько раз, и как раз настало время сдавать листы.
Выйдя из аудитории вместе со всеми, Ян Ча направилась к двери.
И тут учитель вдруг окликнул её:
— Девушка, подождите.
Ян Ча удивилась:
— Учитель?
Тот подошёл к двери и закрыл её.
— Вы не совершали ли нарушения правил?
Ян Ча растерялась:
— Какое нарушение?
Лицо учителя стало суровым:
— Вы не списывали?
Ян Ча тоже посерьёзнела. Хотя она и была мягкой по характеру, но подобные обвинения были для неё неприемлемы:
— Учитель, не стоит говорить без доказательств.
Учитель настаивал:
— Тогда позвольте вас обыскать.
Это уже переходило все границы. Семнадцатилетнюю девушку без всяких оснований требовали обыскать при всех! Обычного ученика на её месте, наверное, хватил бы истерический припадок.
Но Ян Ча была из семьи Ян. Внутри она кипела от гнева, но внешне оставалась спокойной:
— У вас есть доказательства моего списывания?
Учительница перевела взгляд на Ли Мэннуань.
Ли Мэннуань медленно подкатила инвалидное кресло ближе к Ян Ча:
— Да, я видела, как Ян Ча списывала. Если я не ошибаюсь, в её кармане должен быть шпаргалочный прибор.
Она говорила с такой уверенностью, будто действительно всё видела.
Её убеждённость заставила всех поверить в её слова.
— Это...
— Не похожа она на того, кто будет списывать.
— При таких деньгах вряд ли учится хорошо! Наверняка расточительница!
— А раз не даёт обыскать — точно скрывает что-то!
— Давай быстрее сдай шпаргалку, не задерживай нас!
Ли Мэннуань бросила взгляд на камеру наблюдения в углу.
Ранее она велела отключить запись, а теперь приказала снова включить её — и заодно запустить прямую трансляцию.
Как только шпаргалка будет найдена у Ян Ча, об этом узнает не только школа, но и весь мир.
Она хотела превратить Ян Ча из гениальной богини в посмешище!
Голоса в классе становились всё громче, и кто-то даже закричал:
— Эй, ты! Быстро доставай шпаргалку! Нам домой пора!
Ян Ча беспомощно огляделась вокруг. Её объяснения в этот момент звучали жалко и бессильно:
— Я не списывала. Я не списывала!
Язык — всего лишь кусок мягкой плоти, но он острее любого клинка.
Если даже нежной принцессе не дают уснуть из-за горошины под матрасом, то как такая хрупкая девушка, как Ян Ча, устоит перед этим жестоким давлением?
Сюй Фан быстро подошёл и встал перед ней:
— Хватит уже.
Юноша словно рыцарь, защищающий принцессу, стал живым щитом между ней и толпой.
Ли Мэннуань сжала кулаки. Подняв голову, она спросила:
— И ты тоже будешь защищать эту обманщицу?
Сюй Фан холодно ответил:
— После всего этого я уже прекрасно вижу, кто здесь настоящий монстр.
На лбу у Ли Мэннуань вздулась жилка:
— Сюй Фан!
Учитель наконец потерял терпение:
— Девушка, покажите содержимое карманов.
Ян Ча мягко отстранила Сюй Фана:
— Ничего страшного. Я сама справлюсь. Не хочу, чтобы тебя втянули в это.
Она повернулась к толпе и сняла куртку, протянув её учителю:
— Проверьте, пожалуйста.
Учитель тщательно обыскал одежду, но шпаргалки так и не нашёл.
Ли Мэннуань бросила взгляд на очкастого парня в толпе. Увидев его растерянное лицо, она поняла: Ян Ча, вероятно, заранее обнаружила устройство и переложила его куда-то ещё.
— Не может быть, — настаивала Ли Мэннуань. — Я точно видела! Если его нет в кармане куртки, значит, он где-то ещё!
Лицо Ян Ча побледнело:
— Ли Мэннуань, хватит клеветать!
Ли Мэннуань будто испугалась её вида и невинно посмотрела на окружающих:
— Я просто... не хочу, чтобы кто-то обманывал всех ради высокого призового фонда...
Толпа ещё больше разозлилась:
— Тебе мало славы и денег? Зачем списывать и отбирать шанс у нас, бедных студентов? У некоторых из нас даже за учёбу платить нечем!
Ян Чэнъянь, ехавший в машине и смотревший трансляцию, так разъярился, что пнул переднее сиденье:
— Чёрт, быстрее езжай!
Затем он крикнул в телефон:
— Неважно, законно это или нет! Сделайте что-нибудь, чтобы остановить это немедленно!
Сидевший рядом Сюй Хуань велел водителю сбавить скорость, а затем вырвал у Ян Чэнъяня телефон:
— Твой босс немного глуповат. Не слушайте его. Ждите снаружи и ни в коем случае не входите.
С этими словами он повесил трубку.
Ян Чэнъянь возмутился:
— Ты что, с ума сошёл? Мою сестру...
Сюй Хуань не отрывал взгляда от экрана:
— Гарантирую головой — с твоей сестрой ничего не случится.
Тем временем Ян Ча сжала кулаки:
— Хорошо... Раз вы считаете, что я списала, тогда... обыщите меня!
Она подняла руки, не оказывая сопротивления.
Учитель шагнул вперёд, чтобы начать обыск, но в этот момент из толпы раздался громкий крик:
— Это не она!
Все вздрогнули от неожиданности.
Очкастый мальчик выскочил вперёд и, собрав всю решимость, выкрикнул:
— Нет! Ян Ча не списывала!
Пока все ещё не успели осознать его слова, он обрушил ещё одно потрясение:
— Списывала Ли Мэннуань! А шпаргалка — в кармане Сюй Фана! Я всё видел!
Аудитория взорвалась.
Сюй Фан на мгновение замер, затем машинально засунул руку в карман — и вытащил оттуда шпаргалочное устройство!
Этот неожиданный поворот ошеломил всех. На прямой трансляции комментарии, полные оскорблений в адрес Ян Ча, внезапно стихли.
Ли Мэннуань сжала подлокотники инвалидного кресла. Она никак не ожидала, что в самый последний момент этот очкарик всё испортит!
С трудом сохраняя спокойствие, она спросила:
— Ты понимаешь, что говоришь?
Очкастый мальчик виновато обратился к толпе:
— Простите... Я больше не могу врать. Ли Мэннуань, дочь мэра, неоднократно шантажировала меня, заставляя помогать ей сдавать школьные экзамены. На этот раз она приехала на олимпиаду и снова попыталась меня использовать, но я отказался. Тогда она заставила Сюй Фана помочь ей списать и даже решила воспользоваться случаем, чтобы оклеветать нашу школьную богиню Ян Ча! Вся эта сцена — её собственная постановка, чтобы оклеветать Ян Ча!
Такое самоубийственное признание заставило Ли Мэннуань посмотреть на Ян Ча.
Та больше не выглядела испуганной и беспомощной. Наоборот, она слегка улыбнулась ей.
Сердце Ли Мэннуань вдруг похолодело — она поняла, что попала в ловушку.
Несколько участников были вызваны в кабинет директора Городской школы №1.
Туда же прибыли двое полицейских.
Очкастый мальчик не испугался их присутствия и продолжал настаивать, что Сюй Фан и Ли Мэннуань связаны.
На шпаргалке действительно обнаружили отпечатки пальцев только Сюй Фана и Ли Мэннуань. При наличии свидетельских показаний и вещественных доказательств Ли Мэннуань всё равно отказывалась признавать вину:
— Как я могла списать? Проверьте сами! Ответы Сюй Фана не могут полностью совпадать с моими!
Директор уже подготовил копии работ обоих и сравнил их. Действительно, некоторые ответы различались.
Ли Мэннуань немного успокоилась:
— Я вообще не списывала! Этот очкарик просто врёт!
Очкастому мальчику было нечего возразить:
— Но это ещё не доказывает твою невиновность!
Ли Мэннуань холодно усмехнулась:
— Учитель, по-моему, это Ян Ча сговорилась с ним, чтобы оклеветать меня! Я ведь самая невиновная здесь!
До этого молчавший Сюй Фан нахмурился:
— Замолчи!
Ни директор, ни полицейские не верили, что Ян Ча могла списать. Любой здравомыслящий человек видел: именно она невиновна. Её работа получила самый высокий балл в аудитории, а все решения подробно расписаны на черновике.
А вот у Ли Мэннуань всё иначе: на черновике были лишь решения простых задач, а сложные вообще не затронуты.
http://bllate.org/book/2759/301108
Готово:
