Чжоу Цинъяо, увидев, что он больше ничего не спрашивает, перевела тревожный и заботливый взгляд на Тан Сяокэ — ту самую беременную женщину, которую она случайно сбила. В её глазах мелькнуло искреннее раскаяние.
— Простите меня, пожалуйста, — сказала она. — Меня преследовал один человек, и я совсем не смотрела под ноги. Надеюсь, я вас не напугала… и вашего малыша тоже?
Тан Сяокэ почувствовала её искренность и сразу же покачала головой.
Она уже хотела сказать, что всё в порядке, но вдруг ощутила тупую боль в животе. Лицо её побледнело, руки вцепились в лацканы пальто Цзюнь Шишэна, на лбу выступил холодный пот, и она вся сжалась в его объятиях. Даже дыхание стало прерывистым от боли.
— Цзюнь Шишэн…
Мягкий, нежный голосок дрожал от мучительной боли.
Тан Сяокэ слегка повернула живые глаза, но, несмотря на внезапную боль, не испугалась — напротив, в её взгляде заиграла тёплая улыбка. По расчётам, двойня уже на восьмом месяце, а значит, считается доношенной. Она так долго ждала в больнице «Жэньминь» — вероятно, дети решили появиться на свет.
Цзюнь Шишэн сразу почувствовал, что с ней что-то не так. В груди вспыхнула тревога, и его нежный взгляд упал на бледное, страдающее лицо Сяокэ. Он обхватил её за талию и крепко прижал к себе.
— Сяокэ, что случилось?
Сяокэ чувствовала слабость, губы её побледнели, но уголки рта всё равно изогнулись в улыбке. Её ясные глаза встретились с глубокими, тёмными, как чернила, глазами Цзюнь Шишэна, и она обнажила ровный ряд белоснежных зубов. Дыхание, обычно ровное, теперь было прерывистым и слабым, но это ничуть не мешало тёплому сиянию в её взгляде.
— Дети…
Едва она произнесла это, глаза Цзюнь Шишэна засияли.
Он ведь специально привёз Сяокэ в больницу «Жэньминь» именно для родов.
На его тонких губах заиграла лёгкая улыбка, а в глубине глаз вспыхнула радость, граничащая с восторгом. Не раздумывая ни секунды, он наклонился, подхватил её под колени и талию и бережно поднял на руки.
Лэй Но, стоявший в толпе, усмехнулся, наблюдая, как Цзюнь Шишэн уносит Тан Сяокэ. Скоро в особняке семьи Цзюнь появятся надменный маленький господин и копия доктора Тан.
Хотя его выражение лица стало спокойнее, взгляд на Чжоу Цинъяо он не отводил ни на миг. Раз эта женщина появилась, за ней нужно следить постоянно и обеспечить её безопасность.
Чжоу Цинъяо осталась стоять на месте, как вкопанная. Она уже собиралась уйти, но вспомнила, что сама сбила эту беременную женщину, и решила последовать за ними.
Всё-таки она виновата — нужно дождаться, пока с пострадавшей всё будет в порядке, и только тогда уходить.
За дверью операционной Цзюнь Шишэн стоял, вытянувшись во весь свой высокий рост, и, вслушиваясь в происходящее внутри, нахмурил брови. Руки он засунул в карманы пальто, а ноги нервно переступали с места на место от напряжения.
Чжоу Цинъяо, движимая чувством вины, села на холодный стул и, глядя на этого хмурого, почти демонического красавца, вдруг вспомнила имя, которое он только что упомянул.
Хэ Цзюэ…
Неужели у того человека есть какая-то связь с ней?
Она хотела спросить об этом Цзюнь Шишэна, но вспомнила, что его жена сейчас рожает, и решила подавить любопытство. Вместо этого она мягко улыбнулась ему:
— Не волнуйтесь так сильно.
Цзюнь Шишэн бросил на неё холодный, пронзительный взгляд. Эта женщина явно интересуется Хэ Цзюэ, но при этом понимает, что сейчас не время задавать вопросы, и даже пытается его успокоить. Добрая душа.
Под его ледяным, почти демоническим взглядом Чжоу Цинъяо сразу замолчала.
Аура этого мужчины невероятно сильна — даже один взгляд заставляет почувствовать холод из преисподней.
Цяо Ижань прибыл вместе со своим ассистентом. Он тоже услышал, что Тан Сяокэ находится в операционной. Заранее он уточнил: операцию будет проводить очень опытный врач, так что, скорее всего, всё пройдёт гладко.
Он сделал шаг вперёд, но заметил сидящую на стуле стройную фигуру и удивился.
— Цяо Су?
Он стоял довольно далеко, поэтому видел лишь профиль, немного похожий на Цяо Су, и всё выглядело расплывчато. Длинные волосы прикрывали часть лица, и с такого ракурса женщина действительно была похожа на Цяо Су.
Услышав чистый, благородный голос, Чжоу Цинъяо тоже посмотрела в его сторону. Нахмурившись, она уставилась на неожиданно появившегося Цяо Ижаня. Вспомнив, что Тан Сяокэ тоже только что назвала её Цяо Су, она мягко улыбнулась:
— Здравствуйте, я Чжоу Цинъяо.
Это означало: она — не Цяо Су.
Цяо Ижань наконец разглядел её черты. Да, она действительно похожа на Цяо Су. В его спокойных, как озеро, глазах мелькнуло удивление. Неужели в мире бывают такие невероятные совпадения?
— Извините, я ошибся.
Извинившись, он перевёл взгляд на того, кто внешне казался совершенно спокойным, но на самом деле был напряжён больше всех — на надменного третьего господина Цзюня.
На его губах заиграла лёгкая усмешка.
Медленно подойдя, он оперся на холодную стену напротив Цзюнь Шишэна и с явным злорадством стал наблюдать за ним.
— Третий господин Цзюнь, вы разбираетесь в кесаревом сечении?
Цзюнь Шишэн и так был на пределе тревоги, а теперь, услышав эти слова, окончательно нахмурился. Он бросил взгляд на невозмутимого Цяо Ижаня, и его тонкие губы сжались в тонкую линию.
Он молчал — не хотел разговаривать с Цяо Ижанем.
Тот, впрочем, не обратил внимания на его холодность и, не скрывая насмешки, продолжил:
— Хм, я в этом очень хорошо разбираюсь.
— …
Цзюнь Шишэн упрямо молчал. Наш надменный третий господин просто игнорировал его.
Но Цяо Ижань не собирался так легко отпускать его. Он хотел, чтобы Цзюнь Шишэн понял, как нелегко его маленькой помощнице рожать детей. Тогда, возможно, он будет ещё больше её баловать.
— Обычно роды для женщины — это риск для жизни. Если в ходе операции допустить хоть малейшую ошибку, это может повредить матери или ребёнку. В худшем случае возможны осложнения.
Цзюнь Шишэн молча слушал, но его взгляд стал ледяным и угрожающим. Тонкие губы плотно сжались, ясно давая понять: третий господин крайне недоволен. Его ноги перестали метаться — он застыл и пристально уставился на беззаботного профессора.
— Я знаю!
Эти слова он буквально прошипел сквозь зубы.
Он пережил подобное ещё двадцать лет назад. Вспомнив Ань Я, он до сих пор не мог прийти в себя.
Сначала он с нетерпением ждал появления нового человека, потом начал волноваться, а теперь тревога полностью затмила первоначальную радость. Сейчас он думал только об одном: чтобы Сяокэ и дети остались живы и здоровы.
Цяо Ижань, будто не слыша его, продолжил:
— Хотите, расскажу подробно, как проходит кесарево сечение?
На самом деле, и сам Цяо Ижань нервничал, поэтому и отпускал шутки в адрес Цзюнь Шишэна. Новость о том, что его маленькая помощница носит близнецов разного пола, была прекрасной, но, зная её слабое здоровье, он тоже волновался.
— Первое: разрезается брюшная полость.
— Второе: вскрывается плодный пузырь.
— Третье: головка ребёнка покидает тело матери.
Цзюнь Шишэн медленно опустил ресницы, оставив длинные тени на щеках. Он молчал, но ледяной взгляд был устремлён на Цяо Ижаня.
— Вам нечем заняться?
Цяо Ижань не ожидал такого вопроса и на мгновение онемел.
Чжоу Цинъяо спокойно сидела на стуле, переводя взгляд с одного на другого. Её интерес к Хэ Цзюэ временно угас — теперь она с интересом наблюдала за этими двумя мужчинами, которые, несмотря на внешнее спокойствие, явно сильно переживали. От этой картины она невольно улыбнулась.
Цзюнь Шишэн косо взглянул на внешне невозмутимого Цяо Ижаня, и в его словах явно прозвучала угроза.
Ясно было: если Цяо Ижань не прекратит болтать, он не гарантирует, что не вышвырнет его за сто метров от операционной.
Цяо Ижань обиженно надул губы, но всё равно не собирался сдаваться. Он ведь тоже волновался за свою маленькую помощницу и просто пытался немного отвлечься.
— Четвёртое: плечи покидают тело матери, и можно увидеть пуповину, обвитую вокруг шеи.
— Пятое: ребёнок полностью извлечён.
Цзюнь Шишэн был в отчаянии. Он никогда не думал, что Цяо Ижань окажется таким болтливым именно в этот момент.
Подняв бровь, он с досадой посмотрел на профессора. Если бы не помощь и поддержка Цяо Ижаня ему и Сяокэ, он бы давно выгнал его. Сначала пришлось терпеть Чу Фэнбо ради Сяокэ, теперь вот Цяо Ижань — и тот ещё зануда, даже хуже Чу Фэнбо.
Он радовался, что Сяокэ нравится многим, но столько соперников — это уже головная боль.
Его хриплый, низкий голос прозвучал с лёгкой досадой:
— Цяо Ижань, у нас с вами счёт?
Иначе зачем тот, зная, как он нервничает, намеренно усиливает его тревогу? Такое поведение — настоящее подлость.
Он взглянул на элегантную внешность и безупречный наряд профессора и мысленно презрительно фыркнул. Этот так называемый гений медицины — настоящий «врач-зверь».
— Разве вы, как врач, не должны сейчас успокаивать меня, нервничающего родственника?
Цяо Ижань на этот раз решил проявить мудрость и замолчал. Он понял: пора остановиться. Увидев, насколько раздражён Цзюнь Шишэн, профессор решил, что лучше быть благоразумным.
— У нас счёт? Зачем мне вас успокаивать?
Он приподнял бровь, и этот лёгкий жест выглядел дерзко и вызывающе. Его спокойные, как озеро, глаза не выдавали ни малейшего волнения, но сам жест был настолько красив, что невозможно было отвести взгляд.
Цзюнь Шишэн, с его демонической, почти божественной внешностью, нахмуренный от тревоги и заботы, излучал такую же завораживающую ауру.
Он сжал губы и решил больше не разговаривать с Цяо Ижанем.
Тот, в свою очередь, тоже умолк.
Чжоу Цинъяо, наблюдая за их поведением, сразу поняла, что между ними давняя история. Такая забота и тревога — явные признаки глубоких чувств.
— С детьми всё будет в порядке, — сказала она, пытаясь разрядить обстановку, и снова мягко улыбнулась.
Цяо Ижань, который всё ещё волновался, теперь перевёл пристальный взгляд на Чжоу Цинъяо. В его глазах мелькнула задумчивость. Конечно, в мире бывают совпадения, и, возможно, она просто немного похожа на Цяо Су, но всё же…
— Госпожа Чжоу, как вы это поняли?
Он имел в виду роды.
Чжоу Цинъяо скромно улыбнулась. На самом деле, ей приходилось часто сталкиваться с подобным — она работала медсестрой и ухаживала за многими роженицами.
— Я медсестра по профессии. Ухаживала за многими беременными.
Цяо Ижань насторожился, но вежливо улыбнулся в ответ.
В последнее время он чувствовал, что где-то рядом таится угроза. Недавно он лично съездил в психиатрическую больницу и обнаружил, что Цяо Су исчезла.
А теперь вдруг появляется женщина, похожая на Цяо Су на пять-шесть баллов. Неужели это просто совпадение?
И где же скрывается Цяо Су? Кто её прикрывает? Иначе с учётом возможностей Цзюнь Шишэна найти её не составило бы труда.
— Госпожа Чжоу, а вы сегодня зачем пришли?
— Я пришла устраиваться на работу медсестрой.
Чжоу Цинъяо кивнула. Она действительно пришла на собеседование. Просто не ожидала, что её вдруг начнёт преследовать какой-то здоровяк.
Цзюнь Шишэн нахмурился, размышляя над её словами.
По её спокойному и мягкому выражению лица было ясно: она не лжёт. И когда он упомянул Хэ Цзюэ, она тоже не проявила особой реакции.
Его тёмные, как чернила, глаза окинули её одежду. Он видел несколько её фотографий — почти всегда она одета скромно и элегантно.
Вкус человека не меняется, даже если он пытается что-то скрыть.
Может быть, в мире и встречаются двое похожих людей, но три — это уже слишком подозрительно.
Значит, перед ним на сто процентов та самая женщина, которую ищет Хэ Цзюэ.
Услышав, что она пришла устраиваться на работу, Цзюнь Шишэн едва заметно улыбнулся. Возможно, это и вправду судьба — она сама пришла к ним.
— Тот человек хотел вас убить, — сказал он просто, но с абсолютной уверенностью специалиста.
Лицо Чжоу Цинъяо побледнело. Она растерянно посмотрела на него.
Неужели она кого-то обидела?
Почему на неё напали?
http://bllate.org/book/2754/300688
Готово:
