В полу внезапно зияла обугленная дыра.
— А-а-а!
— А-а-а!
Цинь Шуан, Джек, Чжу Сяоюй, Ли Ваньин и остальные в ужасе закричали, прижавшись друг к другу. Ши Кайкай и Янь Янь стояли ближе всех — она визжа, вцепилась в Янь Яня.
Экипаж заволновался, но капитан встал перед ними, защищая.
Цзябао только что взяла с барной стойки две новые бутылки минеральной воды, чтобы отнести их Линь Даосину.
Она услышала, как у него охрип голос, и знала: всего месяц назад ему сделали операцию по удалению полипов на голосовых связках, и сейчас ему категорически нельзя много говорить.
Она хотела, чтобы он пил побольше воды — хоть как-то смягчит горло. Но не успела сделать и нескольких шагов, как раздался выстрел. Цзябао в ужасе выронила бутылки, и те с грохотом упали на пол.
Линь Даосин резко вскочил и громко крикнул:
— Госпожа Инь, прошу вас, успокойтесь!
Инь Хун мгновенно развернула ствол в его сторону. Цзябао вскрикнула и, не раздумывая, бросилась к Линь Даосину, пытаясь повалить его на пол.
Линь Даосин рефлекторно обхватил её и резко развернулся, заслонив её собственной спиной от дула пистолета.
— Госпожа Инь, правда скоро всплывёт! Пусть придёт Фань Лина — я немедленно начну интервью! Лао Хань, включай камеру! — сердце Линь Даосина колотилось, но он сохранял хладнокровие.
Инь Хун глубоко выдохнула и медленно перевела взгляд с одного лица на другое. Постепенно она опустила оружие.
Никто не осмеливался встретиться с ней глазами. Недавнее затишье оказалось лишь обманчивым спокойствием, подобным глади моря перед бурей.
Гигантская волна могла нахлынуть в любой момент, опрокинуть яхту — и тогда все на борту бесследно исчезнут в этой безбрежной водной пустыне.
Пуля застряла в полу рядом с ногой Гу Хао. Тот обмочился от страха, и вокруг расползся резкий запах мочи.
Этот выстрел заставил всех вести себя тихо.
— Тогда начнём, — сказала Инь Хун и махнула пистолетом вправо, указывая Фань Лине. — Проходи и садись.
Фань Лина, потрясённая выстрелом, в последний раз взглянула на сына и, дрожа, заторопилась к указанному месту, но не знала, куда именно сесть. Она посмотрела на Линь Даосина, и тот слегка кивнул подбородком в сторону стула напротив. Фань Лина поспешно опустилась на него.
Линь Даосин погладил Цзябао по спине, отпустил её и, взяв стул, поставил его у барной стойки.
— Садись здесь, — сказал он.
За спиной — надёжная барная стойка, а напротив — он сам, чтобы постоянно держать её в поле зрения.
Цзябао уже почти успокоилась, но внезапный выстрел Инь Хун заставил её осознать всю серьёзность положения и вспомнить предостережение Линь Даосина: они, возможно, и жертвы одной беды, но Инь Хун держит в руках их жизни.
Цзябао собралась, насторожилась и послушно заняла место, указанное Линь Даосином. Чем ближе к нему — тем спокойнее она себя чувствовала.
Сев, она схватила его за руку и тихо сказала:
— Минералка… выпей хоть немного.
— Хорошо, — Линь Даосин похлопал её по руке.
Он подтащил ещё один стул к месту интервью, поднял с пола открытку и ручку, а также одну из бутылок воды. Открутив крышку, он сделал глоток и позволил воде задержаться в горле подольше, прежде чем проглотить.
Прокашлявшись, он кивнул Лао Ханю.
Тот, убедившись, что Янь Янь и Ши Кайкай вместе и в безопасности, немного успокоился, включил камеру и стал ждать команды Линь Даосина.
Линь Даосин заставил себя быстро взять себя в руки.
Глубокий вдох —
— Вы понимаете, в чём суть этого интервью? — начал он.
Фань Лина не знала, как ответить. Она взглянула на Линь Даосина, потом незаметно бросила взгляд на Инь Хун, но тут же отвела глаза — не смела задерживаться на ней дольше.
— Думаю, стоит напомнить вам одно: мы не знаем всего, что известно госпоже Инь. Она хочет, чтобы вы честно заговорили перед камерой. Поэтому надеюсь, ваши ответы не заставят её почувствовать себя обманутой.
Фань Лина поняла скрытую угрозу в его словах. Она изо всех сил пыталась сохранить спокойствие, быстро соображая.
Линь Даосин помолчал три секунды, сложил пальцы в замок на коленях и неторопливо произнёс:
— Давайте для начала поговорим о вашем отношении к жизни.
Фань Лина не поняла, зачем он начал с этого, и промолчала.
— Как вы, один из немногих выживших в катастрофе «Синхай», относитесь к тем, кто погиб?
Фань Лина задумалась.
— У нас мало времени. После вас я должен взять интервью у Вань Куня. Вы прекрасно понимаете, в какой мы ситуации. Советую воспользоваться шансом, — напомнил Линь Даосин.
В нескольких шагах Инь Хун пристально смотрела на Фань Лину:
— Неужели так трудно ответить? С этого момента, если вы будете думать дольше пяти секунд… — она подняла пистолет и направила его на Гу Хао.
Тот, царапая пол, попятился назад:
— А-а-а! Не убивайте меня! Мама! Мама! Не давай ей убить меня!
— Заткнись! — рявкнула Инь Хун.
— Хорошо, хорошо! Я всё сделаю, как скажешь! Спрашивай, что хочешь! — закричала Фань Лина в панике.
Линь Даосин остался невозмутим:
— Ответьте сначала на предыдущий вопрос: как вы относитесь к тем, кто погиб на «Синхае»?
— Мне очень жаль… правда. Они все такие несчастные…
— Вы ходили на похороны кого-нибудь из них?
— Нет… Я тогда лежала в больнице. Хотела пойти — некоторые из погибших были моими близкими коллегами, — но врачи не разрешили.
— А потом? На вторую, третью годовщину… В эти дни по телевизору каждый год показывают репортажи. Вы хоть раз навещали семьи погибших?
Фань Лина не ответила сразу. Через несколько секунд она тихо сказала:
— Нет. Я… боюсь таких скорбных встреч. И ещё… раз я выжила, а они — нет… боюсь, что моя встреча с их родными только усугубит их боль, напомнит им о трагедии.
— Значит, вы человек, глубоко уважающий жизнь и чужие чувства, — сказал Линь Даосин.
Фань Лина медленно кивнула.
— Как выжившая, вы, вероятно, испытали сильные эмоции. Были ли у вас мысли о том, насколько вам повезло?
— …Да. Я очень рада, что осталась жива.
— Вам кажется, что та катастрофа была ужасной?
Фань Лина кивнула:
— Да.
— Если бы время повернулось вспять, вы снова сели бы на «Синхай»?
— Конечно, нет.
— Значит, после всего пережитого у вас, наверное, остался страх перед морскими путешествиями?
Фань Лина быстро сообразила:
— Да, такой страх есть… Но на самом деле я вообще не хотела ехать сюда! Просто мне сказали, что тут нет интернета и сигнала — мой сын одержим играми, и я решила, что эти два месяца помогут ему избавиться от зависимости! Это правда!
Линь Даосин чуть улыбнулся:
— Я ведь не спрашивал об этом. Вам не нужно так много объяснять.
Заметьте: дыру в одежде зашивают, а на картине, куда упала капля чернил, добавляют несколько мазков, чтобы вписать пятно в композицию. Но если одежда цела, а картина чиста — зачем делать лишние движения?
Лишние слова лишь выдают желание что-то скрыть.
Фань Лина стиснула зубы и сжала собственные руки.
Она работала в отделе планирования интервью, и Линь Даосин почти не имел с ней дела, не знал её по-настоящему.
Но после нескольких фраз он уже мог сделать предварительный вывод: она умеет держать себя в руках, хитра и вовсе не простая противница.
С ней не получится так легко, как с Ло Юнцинем. Линь Даосин решил перейти к делу.
— Давайте сменим тему, — сказал он.
Фань Лина смотрела на него, ожидая вопроса.
— Как женщина, как вы относитесь к сексуальному насилию над женщинами?
— Что? — Фань Лина опешила.
— Особенно… когда жертвой становится школьница, а преступник — её учитель, — медленно произнёс Линь Даосин.
Лицо Фань Лины мгновенно изменилось — она что-то поняла или вспомнила.
Цзябао, сидевшая в лучшем месте для наблюдения, заметила эту перемену. Она повернулась к Линь Даосину и взглядом дала понять: продолжай в том же духе!
Но Линь Даосин был полностью сосредоточен на Фань Лине и не отвлекался.
— Пять лет назад я был ведущим новостей и каждый день читал выпуски не меньше получаса. Одна новость об изнасиловании запомнилась мне особенно. Хотите узнать, о какой?
Фань Лина не выглядела напуганной. Напротив, её спокойствие удивило Линь Даосина.
Ей было около сорока, внешность ничем не примечательная, ухоженность посредственная — обычная женщина её возраста: жена, мать, ходит за продуктами, ничем не выделяется. Но именно это «спокойствие» говорило о необычайной силе характера.
Линь Даосин уже перебрал в памяти все новости того года, связанные с изнасилованиями.
Ближе всего к дню защиты детей была та, что гласила:
«Бывший школьный учитель, осуждённый за изнасилование несовершеннолетней, вышел из тюрьмы и ищет журналистов, чтобы доказать свою невиновность».
Фань Лина резко задержала дыхание.
Линь Даосин замолчал на мгновение. По едва уловимой реакции он понял: попал в точку. Облегчение нахлынуло, но расслабляться было рано.
Эта новость вышла в марте того года. Любой, кто тогда её видел, никогда не забудет: общественное мнение взорвалось, обсуждения судебной системы, работы полиции и защиты несовершеннолетних взлетели в топы соцсетей и держались там целый месяц.
Когда он произнёс предположение, он ещё сомневался. Но реакция Фань Лины подтвердила всё.
Пауза закончилась.
— Вы помните эту новость? — спросил он, глядя ей прямо в глаза.
— …Смутно, — ответила Фань Лина.
— Тогда расскажите подробнее, о чём она была?
Фань Лина не смотрела на него. Её взгляд блуждал где-то в стороне, а из носа вырвался длинный выдох — будто отказ от сотрудничества, будто раздражение: «Ты и так всё знаешь, зачем тянуть?»
— Не помню, — сказала она.
Цзябао пыталась вспомнить ту новость, но у неё ничего не выходило.
В то время её оценки по физике и химии были низкими, и она целиком ушла в учёбу. В свободное время смотрела только мультфильмы и фильмы, новостями не интересовалась.
Старший брат иногда просил посмотреть вместе с ним, но она отказывалась:
— Когда ты сам будешь вести новости, я стану твоим первым зрителем.
Но теперь это уже невозможно.
Она глубоко вздохнула и снова уставилась на происходящее.
— Хорошо, напомню вам, — начал Линь Даосин.
— Примерно в марте того года мужчина, отбывший одиннадцать лет за изнасилование несовершеннолетней, обратился к СМИ с просьбой восстановить справедливость.
Он утверждал, что одиннадцатью годами ранее был учителем пятого класса. Однажды ученица по имени У пришла в полицию и заявила, что он её изнасиловал. Полиция провела расследование, учителя арестовали и приговорили к одиннадцати годам тюрьмы.
Теперь он заявлял, что девочка У училась плохо, часто нарушала дисциплину, и он однажды при всех её отчитал и даже наказал телесно. Из мести она и придумала этот ужасный план — оклеветать его в изнасиловании.
По мере рассказа Линь Даосина Ли Ваньин, Лао Хань и другие тоже вспомнили тот громкий скандал.
http://bllate.org/book/2749/300102
Готово:
