Первый юный господин нахмурился и сказал:
— Отойди. Разве не видишь, что я думаю? И впрямь — слепая служанка! Больше не заходи в главный дом. Вот Ер — та понимает моё сердце и никогда не докучает мне, как ты.
Он резко оттолкнул руку Люйхэ.
Та обхватила ладонью ушибленное место и, обиженно надувшись, выпалила:
— Да ведь Ер всё равно станет наложницей молодого господина Дая! Рано или поздно её выведут из дома. Юный господин, чем же она так хороша?
— Замолчи! Кто это болтает? Неужели сама Ер сказала такое? Невозможно! Она никогда ничего подобного не говорила!
Лицо первого юного господина мгновенно потемнело — он явно не желал слушать подобных слов.
— Правда! Разве вы не замечали, что каждый раз, когда молодой господин Дай приходит, он приносит Ер всякие безделушки? И она всегда их принимает! Если бы у неё не было на это мыслей, разве стала бы брать подарки?
Люйхэ была не глупа: она знала, что приводит факты, о которых все и так слышали, и первый юный господин не сможет ей не поверить.
— Вздор! Ничего подобного нет. Цзысинь просто благодарит Ер за прежнюю заботу. И всё!
Первый юный господин произнёс это не только для Люйхэ, но и для самого себя.
— Если вы так говорите, значит, так и есть. Но, не сочтите за дерзость… Осмелюсь ли я поспорить с вами? — спросила Люйхэ, глядя на него с уверенной улыбкой.
— Хорошо, уступлю тебе. Какой спор? Говори.
— Я спорю, что Ер откажется стать вашей служанкой-фавориткой ради молодого господина Дая. Если я выиграю, то пусть тогда я стану вашей служанкой-фавориткой. Согласны?
Глаза Люйхэ блестели, в них читалась надежда и полная уверенность в победе.
— О, вот оно что… Кто сказал, что я хочу, чтобы Ер стала моей служанкой-фавориткой? Посмотри на неё — разве она красива? Да и матушка вряд ли одобрит такое.
Так он проговорил вслух, но в мыслях вновь всплыло то, что произошло днём.
Дело в том, что первый юный господин уже два года учился в Шаншофане. Вначале он часто ссорился и даже дрался с другими учениками, но со временем завёл несколько друзей. Хотя, конечно, все эти царские детишки были осторожны и хитры — каждый держал ухо востро. И Хунхуэй не был исключением: с ранних лет он научился держать язык за зубами.
Детство в императорской семье коротко. Так, например, накануне Пятнадцатый принц, который был старше Хунхуэя всего на четыре-пять лет, впервые провёл ночь со своей служанкой-фавориткой. На следующий день в Шаншофане он выглядел не в своей тарелке, и все над ним подшучивали. Хунхуэй, не понимая причины, тоже смеялся вместе со всеми.
Тогда Пятнадцатый принц разозлился и бросил ему:
— Племянничек, у тебя ещё молоко на губах не обсохло! Ты вообще понимаешь, над чем смеются? Зачем присоединяешься?
Хунхуэй растерялся. Действительно, в доме Четвёртого бэйлэя царила строгая дисциплина, и слуги никогда не осмелились бы рассказывать ему о таких вещах. Если бы об этом узнала госпожа или сам Иньчжэнь, виновным не поздоровилось бы. Поэтому в этом вопросе Хунхуэй был чист, как лист бумаги, и теперь другие мальчики свободно «рисовали» на нём, как хотели.
— Иди сюда, племянничек, — сказал Пятнадцатый принц, — дядя объяснит тебе, что такое служанка-фаворитка…
И он подробно просветил Хунхуэя в вопросах взаимоотношений между мужчиной и женщиной, а другие мальчики добавляли от себя. Так Хунхуэй узнал, что у старших служанок есть особая обязанность — обучать юного господина тайнам любви. Это показалось ему удивительным.
И первым человеком, о котором он подумал, была Ер. Поэтому, вернувшись домой, он сразу стал искать её — хотел взглянуть и понять, почему именно она пришла ему на ум.
Ведь Ер была далеко не красавица — гораздо менее привлекательна, чем Люйхэ или Люйин. Почему же он подумал именно о ней? Может, потому что она с детства за ним ухаживала? Но ведь, как рассказывал Пятнадцатый дядя, его собственную служанку-фаворитку выбрала не первая служанка, а матушка.
Хунхуэй никак не мог разобраться в своих чувствах. А теперь Люйхэ предлагала пари, что Ер откажется быть его служанкой-фавориткой, и это вызвало у него упрямое сопротивление.
— Хорошо, держу пари! А если проиграешь, я отдам тебя замуж. Видимо, тебе уже не терпится выйти за муж?
Его слова прозвучали жестоко, будто он считал Люйхэ бесстыдной.
Люйхэ задрожала, но назад дороги не было. Теперь ей предстояло либо стать служанкой-фавориткой первого юного господина, либо быть немедленно выданной замуж — а этого она страшно боялась.
— Хорошо. Но если я выиграю, вы не забудете своего обещания? Пусть я стану вашей служанкой-фавориткой.
Люйхэ быстро пришла в себя и твёрдо ответила.
— Хорошо, обещаю. Если выиграешь, я скажу об этом матушке. Думаю, она не откажет мне в такой мелочи. Правда, тебе придётся пройти обучение у неё.
Первый юный господин отнёсся к этому безразлично.
Как раз в этот момент в комнату вошла Ер. Они переглянулись — неужели она всё слышала?
— Ер, почему ты только сейчас? Я тебя искала, а тебя нигде не было, — тут же спросила Люйхэ.
Ер удивлённо взглянула на неё. «Разве Люйхэ не знала, что я в своей комнате?» — подумала она, но вслух сказала:
— Простите, мне немного не по себе стало, и я отдохнула в своей комнате. Юный господин, Люйин сказала, что вы меня звали. Что прикажете?
Она не дала Люйхэ продолжить расспросы и сразу обратилась к Хунхуэю.
— А, да… Ер, скажи мне: когда ты повзрослеешь, хочешь остаться в доме и выйти замуж за кого-нибудь из слуг или предпочитаешь уйти на волю? Скажи прямо — я заранее всё устрою.
Ер растерялась. Как на это ответить?
— Юный господин, я хочу получить свободу и уйти из дома, — наконец сказала она, признавшись в самом заветном желании. Может, он пожалеет её за долгую службу и действительно отпустит?
Лицо Хунхуэя мгновенно побледнело. Люйхэ же едва сдерживала улыбку — всё шло так, как она и предполагала.
— Значит, ты так сильно любишь этого Дая Цзысиня, что хочешь уйти от меня? — не сдержался Хунхуэй, и на лице его появилось гневное выражение.
Ер оцепенела. «Что? Откуда такие слова? Я никогда не говорила, что люблю молодого господина Дая!»
— Юный господин, вы, верно, ошибаетесь. Я не…
— Хватит! Я всё понял. Когда придёт твой срок, я сам дам тебе свободу — пусть ты и Цзысинь будете жить счастливо. Я устал. Уходи.
Он не дал Ер объясниться и велел ей выйти. Люйхэ тут же потянула её за руку и вывела из комнаты.
С тех пор, как Хунхуэй сказал Ер эти слова, он каждый раз чувствовал неловкость, встречая её. Сначала Ер ничего не замечала, но со временем поняла, что с ним что-то не так. Однако что она могла сказать? Спросить: «Что с вами?» — когда он и так избегает разговоров? Даже если бы она знала, что причина в её словах, она всё равно не стала бы менять своё решение. Поэтому Ер сделала вид, что ничего не замечает.
Прошёл месяц. Хунхуэй постепенно пришёл в себя. Ведь Ер была совсем не красива — он подумал о ней первой лишь потому, что она с детства за ним ухаживала и между ними возникла привязанность. Но теперь он всё осознал и вернулся в обычное состояние. Увидев это, Ер с облегчением вздохнула:
— Хорошо, что юный господин сам всё понял. Иначе мне было бы нелегко. Рано или поздно другие заметили бы, и пошли бы сплетни.
С этого времени молодой господин Дай всё ещё иногда приносил Ер маленькие подарки, но она больше не принимала их. Как бы он ни уговаривал, она отказывалась — даже бросала или ломала вещи. Лучше потерять подарок, чем репутацию! Вскоре она стала избегать молодого господина Дая: «Не могу отказать — уйду с глаз долой». Всякий раз, когда он приходил во двор, Ер поручала Люйин принимать его, а сама уходила.
Хунхуэй тоже это заметил и стал реже приглашать Дая Цзысиня домой, предпочитая встречаться с ним на улице. Хотя он уже не держал зла на Ер, он не собирался помогать ей сблизиться с Цзысинем. Кто знает, вдруг тот окажется для неё плохой партией? Возможно, он даже защищает её, и однажды она будет благодарна ему за это. Эта мысль приятно согрела Хунхуэя.
Так молодой господин Дай почти перестал появляться в их дворе. Ер вздохнула с облегчением: «Какая между нами разница в положении? Нам не быть вместе. Да и я вовсе не питала к нему чувств». Теперь она чувствовала себя гораздо свободнее.
Слухи о ней и молодом господине Дая постепенно сошли на нет. Все уже не обращали на них внимания — появилась новая тема для обсуждения: Люйхэ внезапно отправили к госпоже, чтобы наставница Юй «хорошенько её обучила». Никто не знал, когда она вернётся, и слуги были в недоумении.
Во дворе ходили разные слухи. Одни говорили, что Люйхэ чем-то прогневала юного господина, и тот избавился от неё. Другие возражали: если бы он её не любил, просто выгнал бы из дома. Зачем отправлять к госпоже? Наверное, готовят её к чему-то важному — может, скоро вернётся?
Но никто официально ничего не объяснял. Кто же скажет: «Люйхэ отправили на подготовительные курсы для служанки-фаворитки»? Ведь первому юному господину ещё так мало лет! Такие разговоры могут повредить репутации. Поэтому всё замяли, и история сошла на нет.
http://bllate.org/book/2717/297918
Готово:
