— Два господина, прошу наверх! Кого из девушек желаете — обсудим за столом! — Девушки по-прежнему помахивали веерами перед ними: — Проходите, господин, молодой господин!
Отовсюду веяло благоуханием. Цзюйюэ с наслаждением вдыхала аромат и протяжно вздохнула:
— Говорят, женщины пахнут чудесно — и это правда! Сегодня я впервые тайком сбежала из дома, так что вы уж постарайтесь как следует развлечь меня и господина! За это не пожалею серебра!
— О да, да! По вашей одежде сразу видно — щедрые гости! — Девушки и так были в восторге от их внешности: один юн и прекрасен, другой — чист и статен. А упоминание серебра разожгло их пыл ещё сильнее, и они едва не прилипли к гостям.
Цзюйюэ весело улыбалась, позволяя окружить себя, и при этом бросала взгляды на глубокие вырезы тонких шёлковых лифчиков. Одну из девушек такой взгляд смутил, и она лёгким шлепком веера по голове сказала:
— Проказник! Молодому господину всего четырнадцать, и он впервые в Цинъяньлоу… Как же сразу смотрит туда, куда не следует? Ужасно стыдно!
Цзюйюэ почувствовала приятную дрожь, ухмыльнулась и провела рукой по груди девушки:
— Просто не видела раньше! Любопытно же! Хе-хе!
— Ой, негодник! — Девушка покраснела, решив, что её выбрали, и тут же прижалась к нему.
Едва Цзюйюэ ощутила на себе её пышную грудь, как снова широко улыбнулась и бросила кокетливый взгляд:
— Ого, у тебя грудь даже больше, чем у моей мамы!
В этот момент она словно заметила, как Лоу Янь, идущий рядом в окружении других красавиц, слегка дёрнул уголками глаз.
— Молодой господин никогда не трогал? — Девушка, которую звали Чуньэр, прислонилась к её плечу. — Тогда сегодня ночью Чуньэр напоит вас хорошенько!
И, наклонившись к самому уху, прошептала:
— Пусть господин насладится вдоволь…
С этими словами она протянула руку и нежно коснулась ворота Цзюйюэ, уже собираясь проникнуть внутрь прямо при всех.
Цзюйюэ, плотно перетянувшая грудь повязкой, чтобы не выдать себя, тут же схватила её за запястье и, всё так же кокетливо улыбаясь, сказала:
— Ты Чуньэр? Подожди, сначала выпьем!
Чуньэр, чья рука была остановлена, рассмеялась и прижалась к ней:
— Проказник!
Поднявшись на второй этаж, Цзюйюэ отстранила двух девушек, почти обвившихся вокруг неё, и подошла к Лоу Яню, схватив его за запястье:
— Господин, мы же договорились — сегодня вы со мной до самого утра! Пьяными уйдём или не уйдём вовсе!
Лоу Янь опустил глаза, мельком взглянул на неё и едва заметно усмехнулся:
— Да.
Услышав, как этот обычно холодный и высокомерный господин теперь так покорно отвечает ей, Цзюйюэ решила, что её импровизированная роль удалась на славу.
— Ах, зачем «до самого утра»? Останьтесь-ка у нас на пару дней! — вмешалась Чуньэр, тесно прижавшись к ним вместе с Сюйсюй и распахивая дверь в номер «Тяньцзы». — В эти дни у нас особенно оживлённо!
Едва они уселись, как в комнату вошла женщина лет сорока. Судя по одежде, она не походила на обычную толстую и вызывающе разодетую хозяйку борделя, но все девушки, окружавшие гостей, мгновенно встали и почтительно поклонились:
— Мама Лань!
«Так и есть, — подумала Цзюйюэ, — настоящая хозяйка. Пусть и в возрасте, но одета со вкусом — неудивительно, что название заведения тоже не пошлое».
— Ах, два молодых господина! — Мама Лань подошла, улыбаясь. Хотя одежда её была изысканной, походка всё равно выдавала женщину из квартала увеселений. — Сразу видно: благородные особы! Только скажите… не из сыскной службы ли вы?
Цзюйюэ невольно посмотрела на Лоу Яня. Тот аккуратно отстранил руку девушки, положенную ему на плечо, и спокойно ответил:
— Конечно нет.
— Ой, по вашей речи слышно — учёный человек! Значит, пришли повеселиться? Главное, не из сыскной службы… — Мама Лань помахала шёлковым платком. — Мы каждый год посылаем подарки властям, так что с нами никто не смеет связываться. У нас одни несчастные девушки, ни одной добровольно проданной честной девицы!
Цзюйюэ бросила взгляд на Лоу Яня — тот лишь лёгкой усмешкой показал, что не придаёт словам хозяйки значения. Тогда она тоже улыбнулась и сказала:
— В таких местах обычная проверка — дело привычное. Цинъяньлоу — лучший в столице, вас, конечно, держат в поле зрения. Я хоть и молода, но в доме есть чиновники, так что кое-что знаю. Мама Лань, вы ведь привыкли к обыскам? Почему же так боитесь, что вас проверят именно сейчас?
— Ах, молодой господин, вы не знаете… — Мама Лань нахмурилась. — Через пару дней Великой Императрице исполняется восемьдесят! Со всего континента Шифан съехались гости, дворцы переполнены, а те, кто не попал во дворец, остановились в квартале увеселений. Все гостиницы забиты! Наши комнаты заняты наперёд, и в такие дни обыск — прямой убыток! Кто же захочет терять деньги?
Цзюйюэ весело махнула рукой:
— В моём доме и правда есть чиновники, но я-то сама не из их числа! Мне всего четырнадцать, я пришёл сюда впервые! Не волнуйтесь, Мама Лань, просто подайте нам хороших девушек!
Девушки тут же зашептались ей на ухо. Цзюйюэ, обладавшая острым слухом, уловила обрывки: «оба девственники», «пришли впервые», «молодому господину четырнадцать», «белый наряд — это учитель, которого привёл юнец».
Мама Лань кивнула, теперь улыбаясь ещё теплее:
— Простите, господа, что испортила вам настроение! В нашем Цинъяньлоу множество прекрасных девушек. Те, что перед вами, — одни из лучших!
Чуньэр и Сюйсюй тут же налили им вина. Лоу Янь лишь взглянул на бокал и не притронулся. Цзюйюэ же взяла чашу, проверила — ни яда, ни снадобий, — и, сделав глоток, изобразила, будто впервые пробует алкоголь: закашлялась, выдохнула и воскликнула:
— У вас в таком большом доме всего десяток девушек?
— Молодой господин шутит! — засмеялась Мама Лань. — У нас почти сотня красавиц! Но сегодня особенно много гостей — десятки уже заняты, все номера заполнены. Этот — последний свободный «Тяньцзы». Некоторых даже вызвали в дома чиновников, вернутся только через пару дней…
— Так уж и много гостей? — Цзюйюэ бросила взгляд на Лоу Яня. — Господин, разве мы не видели на втором этаже несколько открытых дверей? Как же это последний номер?
Лоу Янь слегка прищурился и спокойно ответил:
— Возможно, Мама Лань шутит.
— Ха-ха! — расхохоталась хозяйка. — Господа слишком наблюдательны! Но я не шучу: номер действительно забронирован, просто господа ещё не прибыли.
— Сейчас уже Чоу-ши! — возразила Цзюйюэ. — Скоро рассвет. Если они не пришли до сих пор, вряд ли придут сегодня. Приведите всех свободных девушек — выберем сами!
Мама Лань замялась.
— Молодой господин, нам не нравимся? — обиженно спросили девушки, опуская веера на стол.
Цзюйюэ подмигнула Лоу Яню, давая понять: «Плати!»
Но тот сделал вид, что не понял, и не шелохнулся.
«Чёрт! Пришёл в бордель без денег? Хочешь, чтобы я оставила тебя здесь в залог?» — мысленно выругалась Цзюйюэ. Она пожалела, что не попросила у него серебра заранее. Убедившись, что он действительно не собирается платить, она сама вытащила из кармана слиток в десять лянов и бросила на стол.
Девушки мгновенно охладели. Мама Лань тоже посерьёзнела:
— Молодой господин, этих десяти лянов не хватит даже на одну ночь с одной из наших девушек. Вы всерьёз думали, что сможете выбрать из всех?
Цзюйюэ опешила. Десять лянов — целое состояние для простого человека! Этого хватило бы на десять дорогих блюд в Байвэйцзюй! А тут даже одну ночь не купить!
Она бросила взгляд на Лоу Яня, не веря, что он действительно без денег. Тот наконец встретился с ней глазами и едва заметно пожал плечами — мол, нет.
Цзюйюэ глубоко вдохнула, готовая встать и уйти, но тут увидела презрительные взгляды хозяйки и девушек. Для женщин, привыкших к роскоши, такое пренебрежение было особенно обидным.
Сжав зубы, она вытащила из кармана серебряный билет и хлопнула им по столу:
— Сто лянов!
Чуньэр и Сюйсюй переглянулись, но всё же подошли, начав массировать плечи гостям.
— Вы же обещали щедро заплатить, если мы вас хорошо развлечём! — сказала одна из девушек. — Сначала десять лянов, потом сто… Вы и правда пришли повеселиться?
— Я пришёл развлекаться, а не сжигать деньги! — огрызнулась Цзюйюэ. — Сто лянов — мало?
Чуньэр прикрыла рот ладонью и засмеялась:
— Сто лянов — это, конечно, мало… Но раз уж молодой господин такой милый и наивный, Чуньэр проведёт с вами ночь!
Сюйсюй, давно пленённая внешностью Лоу Яня, не стала торговаться и, наклонившись к его уху, прошептала:
— Господин, Сюйсюй тоже останется с вами… Только будьте добры ко мне.
Лоу Янь улыбнулся и обернулся к ней:
— Вы правда думаете, что у него всего сто лянов?
Сюйсюй и Мама Лань тут же перевели взгляды на Цзюйюэ.
Цзюйюэ замерла, не веря своим ушам, и уставилась на Лоу Яня, который наконец взял бокал и сделал глоток.
http://bllate.org/book/2672/292570
Готово:
