Тун Лоси изобразила искреннее удивление и ответила:
— Как это не найти? Я нашла их в такси. Оказывается, вчера, когда ехала домой, забыла там.
Яо Юй нахмурилась и перевела взгляд на Фэн Цзинчжи. Та пристально смотрела на неё, и Яо Юй, сглотнув, поспешно сказала:
— Ладно, ладно, раз нашли — и слава богу.
Она махнула рукой, давая понять Тун Лоси, что та может уходить. Та почтительно кивнула и лишь после этого вышла.
Именно эта непроизвольная реплика Яо Юй и выдала её истинные намерения!
Фэн Цзинчжи не сводила с неё глаз и холодно произнесла:
— Заходи ко мне в кабинет.
Яо Юй кивнула, чувствуя лёгкую тревогу, и последовала за ней.
В кабинете Фэн Цзинчжи все жалюзи были опущены. Яо Юй стояла перед ней, опустив глаза.
— Ты подстроила всё это, — с нахмуренным видом сказала Фэн Цзинчжи.
Яо Юй сглотнула и, с трудом скрывая досаду, ответила:
— Менеджер Фэн, я просто не выношу её… Вы же столько лет влюблённы в мистера Сина, а эта девчонка — кто она такая?
— Мои дела тебя не касаются! — резко оборвала её Фэн Цзинчжи, и в её голосе прозвучала ледяная жёсткость.
Яо Юй не ожидала такой вспышки гнева и инстинктивно сжалась в плечах.
Фэн Цзинчжи пристально смотрела на неё:
— Ты хоть подумала, чем для тебя всё это обернётся, если она расскажет об этом Сину Мояо?
Яо Юй надула губы:
— Я всего лишь хотела помочь вам немного проучить её!
«Неужели я так неудачно польстила?» — мелькнуло у неё в голове.
Фэн Цзинчжи фыркнула:
— Впредь не лезь не в своё дело. На этот раз, если Син Мояо узнает об инциденте, я прикрою тебя. Но в следующий раз не вздумай ничего подобного. У меня свои планы. Можешь идти.
Яо Юй стиснула зубы. Хотя ей было досадно, возразить она не могла.
Она молча развернулась и вышла.
Выйдя из кабинета, она сжала в руке несколько листов бумаги так сильно, что те уже были мятые до неузнаваемости. Злобно глядя на документы, она подумала: «Так я и недооценила Тун Лоси!»
Как ей вообще удалось найти эти два листа? Если бы она сама не спохватилась и не сболтнула лишнего, все бы сразу поняли, что это была её задумка.
И ведь Тун Лоси заявила, что нашла бумаги в такси — ей же пришлось согласиться! Если бы она упрямо настаивала, что Тун Лоси никак не могла их найти, ведь она сама их спрятала, то это прозвучало бы как чистосердечное признание!
«Эта маленькая стерва ещё и умна!» — с досадой подумала Яо Юй.
Она фыркнула и вернулась к своему рабочему месту. Быстро проверив ящик стола, она обнаружила, что два документа спокойно лежат на месте. А в руках у неё — те же самые бумаги. Неужели это какой-то фокус?
Чем больше она думала, тем злее становилась. Проиграть какой-то девчонке!
На сорок девятом этаже, в кабинете главы корпорации.
— Цзинь Лье, узнай, что сегодня произошло в административном отделе.
Цзинь Лье кивнул и вышел. Син Мояо, оставшись один, достал телефон, откинулся на спинку кресла и что-то набрал.
Цзинь Лье вернулся очень быстро.
— Президент, я выяснил.
Он кратко пересказал события и в конце добавил, что всё уже улажено.
Син Мояо хмыкнул. Значит, кто-то специально решил потрепать его малышку.
— Есть ещё кое-что, президент… — начал Цзинь Лье, но запнулся.
— Говори!
— В первую ночь, когда мисс Тун вышла на работу, её заставили остаться на всю ночь и обработать все данные в одиночку. Всю работу повесили на неё.
Брови Син Мояо нахмурились. Вот почему в ту ночь его малышка так поздно не вернулась домой и соврала, будто просто уснула в офисе!
Цзинь Лье осторожно взглянул на президента. Тот сидел, нахмурившись, с тёмными, глубокими глазами — явно был в ярости.
И действительно:
— Позови сюда Фэн Цзинчжи.
— Есть!
Когда Цзинь Лье снова появился в административном отделе, все уставились на Тун Лоси, решив, что он пришёл за ней. Однако он направился прямо в кабинет менеджера Фэн.
— Менеджер Фэн, президент просит вас подняться, — спокойно и вежливо произнёс он.
Сердце Фэн Цзинчжи ёкнуло. Так быстро!
Она гордо поднялась, не глядя по сторонам, и вышла.
Цзинь Лье следовал за ней.
Тун Лоси с надеждой смотрела, как Цзинь Лье пришёл и ушёл, размышляя, зачем Син Мояо вызвал Фэн Цзинчжи. Не зная почему, но при мысли о том, что Фэн Цзинчжи влюблена в Син Мояо, она почувствовала лёгкую кислинку в душе.
В кабинете президента.
Увидев Син Мояо, Фэн Цзинчжи по-прежнему держала голову высоко, сохраняя прежнее высокомерие, но в её глазах уже мелькала нежность и глубокая привязанность.
Син Мояо отложил ручку, сложил пальцы и холодно, без тени эмоций посмотрел на неё.
Под его взглядом Фэн Цзинчжи почувствовала горечь и с горькой усмешкой начала:
— Такое редкое явление — сам президент Син вызывает меня. Что случилось?
Действительно, они редко оставались наедине — можно было пересчитать по пальцам одной руки. С тех пор как он вернулся и занял пост исполнительного президента, они почти не встречались.
От первоначального восторга и радости она постепенно пришла к разочарованию и боли. Только она сама знала, через что ей пришлось пройти.
— Менеджер Фэн, я вызвал вас лишь для того, чтобы сказать одну вещь, — холодно, сдержанно и элегантно произнёс Син Мояо.
— Говорите прямо, — ответила Фэн Цзинчжи, изображая сильную и непробиваемую женщину, хотя на самом деле это была лишь маска.
— Я хочу сказать вам, что Тун Лоси — мой человек. Вы прекрасно понимаете, что можно делать, а чего нельзя.
Значит, он вызвал её именно для того, чтобы предупредить: не смей трогать Тун Лоси!
Какой бы сильной ни казалась женщина, сейчас Фэн Цзинчжи почувствовала, как её сердце пронзила острая боль, будто кровавые раны разверзлись по всему телу!
Она слегка покачнулась, но тут же собралась и, улыбаясь сквозь боль, ответила:
— Президент, все в корпорации «Син» уже давно знают, что Тун Лоси — ваш человек. Кто посмеет ей грубить?
— Хорошо. Надеюсь, вы помните свои слова. Если я ещё раз узнаю, что вы подкладываете ей свинью, не рассчитывайте на нашу дружбу.
Что такое холодность? Что причиняет наибольшую боль?
Каждое слово Син Мояо в этот момент ранило её до глубины души! Сердце сжималось так сильно, будто вот-вот остановится, и она потеряет сознание!
Фэн Цзинчжи глубоко вдохнула несколько раз, чтобы справиться с болью.
— Всё, можете идти. Я сказал всё, что хотел, — Син Мояо больше не смотрел на неё и вернулся к работе.
Фэн Цзинчжи была глубоко ранена. Эта обида давила на грудь, а его холодное отношение усиливало боль. В этот момент она не ушла, а подошла к его столу и остановилась всего в двух метрах от него.
— Син Мояо, ты правда забыл её? — спросила она, глядя ему прямо в глаза. — Ты действительно влюбился в Тун Лоси? Почему? Я столько лет любила тебя, а ты даже не замечал?
Её вопросы заставили Син Мояо замереть. Он отложил ручку и снова поднял глаза. Его благородная и элегантная внешность теперь была омрачена гневом.
Фэн Цзинчжи не отводила взгляда.
— А на каком основании ты задаёшь мне эти вопросы? И почему я вообще должен на них отвечать? — поднял он бровь.
Фэн Цзинчжи почувствовала, как дыхание перехватило.
— Ты не можешь её забыть, правда? Ты не любишь по-настоящему Тун Лоси! Син Мояо, ты холодный человек. Я любила тебя столько лет, а ты не смягчился. А эта девчонка вдруг завоевала твоё сердце? Не верю.
Син Мояо лишь пожал плечами:
— Думай, как хочешь.
Для Фэн Цзинчжи это был ответ. Значит, она угадала: Син Мояо не смог забыть ту женщину. Они любили друг друга так сильно — как можно забыть за четыре года и полюбить кого-то нового?
— Президент, я пойду, — с улыбкой сказала она и развернулась.
— Кстати… — раздался за спиной холодный голос Син Мояо. — Сколько бы ты ни проработала в корпорации «Син», результат будет один и тот же. Если захочешь уйти — уходи в любой момент.
Фэн Цзинчжи почувствовала, как её сердце будто сжимает невидимая рука, мучительно сдавливая и терзая.
Он что, выгоняет её?
Фэн Цзинчжи не обернулась. Она просто вышла, закрыв за собой дверь.
Син Мояо смотрел на дверь, долго не произнося ни слова.
Фэн Цзинчжи почти пошатываясь вернулась в свой кабинет. Все заметили её бледное и осунувшееся лицо, но она держалась прямо, не желая показывать слабость. Яо Юй, увидев её состояние, сразу поняла: её сильно ранили. И теперь она ещё сильнее возненавидела Тун Лоси.
На третий день Тун Лоси наконец смогла нормально уйти с работы. Перед уходом она получила SMS от Син Мояо: «Жду тебя на парковке под зданием».
Она спустилась в подземный паркинг и села в уже ожидающий автомобиль.
— Домой? — спросила она, поворачиваясь к нему.
— Нет, сегодня поедем в одно место, — загадочно ответил Син Мояо.
Тун Лоси удивилась:
— Что ещё за место?
Он не ответил, а просто притянул её к себе, как уже привык, и обнял.
Цзинь Лье тронулся с места. Хотя Тун Лоси и было любопытно, она не стала спрашивать — всё равно бы не ответил.
Когда пейзаж за окном стал знакомым, она выпрямилась и удивлённо посмотрела на Син Мояо:
— Мы едем в больницу… к маме?
Она вдруг вспомнила, что давно не навещала мать.
Син Мояо лишь улыбнулся:
— Не хочешь?
Тун Лоси энергично покачала головой:
— Конечно, хочу!
Автомобиль остановился у входа в больницу. Син Мояо и Тун Лоси, держась за руки, вошли внутрь. Врачи и медсёстры сразу узнали Тун Лоси, а увидев Син Мояо, тоже приветливо кивнули.
Ведь именно этот великий человек привлёк в их больницу лучших специалистов страны!
Син Мояо игнорировал любопытные и восхищённые взгляды, уверенно ведя Тун Лоси за руку. Та же чувствовала себя неловко от такого внимания.
Она смущённо опустила голову и молча шла за ним.
Позади доносились шёпоты медсестёр:
— Это и есть президент Син? Какой красавец!
— Да, мисс Тун так счастлива.
— Ах, раньше ей так тяжело жилось… Теперь, наконец, наступили лучшие времена.
— Надеюсь, у неё всё будет хорошо.
Тун Лоси улыбнулась, глядя на высокую, статную спину Син Мояо, и почувствовала в нём свою опору и любовь. Встреча с ним — самое большое счастье в её жизни.
Син Мояо привёл её в VIP-палату на верхнем этаже. Оказалось, мать уже перевели из обычной палаты, а она, дочь, даже не знала об этом!
Тун Лоси почувствовала вину — она слишком долго не навещала маму.
Она первой ворвалась в палату и бросилась к кровати, где увидела свою мать.
Се Жу Шуан вязала свитер, но, услышав шум, подняла глаза и увидела вбегающую дочь.
— Мама! — Тун Лоси бросилась к ней и крепко обняла. — Ты как? Прости, я так долго не приходила.
Се Жу Шуан ласково похлопала дочь по спине — она тоже была очень рада видеть её:
— Со мной всё в порядке, разве не видишь?
Тун Лоси облегчённо кивнула, отпустила мать и села на край кровати, внимательно разглядывая её.
Се Жу Шуан уже полностью пришла в норму — больше не было и следа прежнего безумия. Она снова стала той элегантной женщиной, какой была раньше.
Она погладила дочь по голове, чувствуя спокойствие.
Затем она перевела взгляд на Син Мояо, стоявшего у кровати, и вежливо кивнула:
— Мистер Син, присаживайтесь.
Этот мужчина излучал благородство и величие, недоступное простым людям. Его ясные черты лица и благородная внешность выдавали в нём человека высокого положения.
Син Мояо кивнул и сел на диван.
Се Жу Шуан посмотрела на дочь:
— Почему ты пришла? Разве не на работе должна быть? Устала?
Тун Лоси радостно покачала головой:
— Мама, разве можно устать от встречи с тобой?
— Ты у меня… Я как раз вяжу тебе свитер. Почти готов. Жаль, не успею к твоему дню рождения.
Лоси удивилась:
— День рождения?
Ах да! Сегодня же её день рождения!
— Мама, неважно! Любой свитер от тебя для меня — лучший подарок на день рождения! — прижалась она к плечу матери.
— Уже такая взрослая, а всё ещё такая привязчивая. Не стыдно? — улыбнулась Се Жу Шуан и многозначительно посмотрела на молчаливого Син Мояо.
Лицо Тун Лоси вспыхнуло. Она кашлянула, вспомнив, что так и не представила маме Син Мояо. Мать видела его впервые на помолвке, и та ситуация была… особенной.
— Э-э-э, мама, это…
http://bllate.org/book/2618/287000
Готово:
