Рано утром Лу Цзяньчуань проснулся. К его удивлению, Моци Юйши тоже уже проснулся и сидел у изголовья кровати, глядя на него, чем немало напугал парня.
— Что такое?
Моци Юйши покачал головой и ничего не сказал.
Лу Цзяньчуань пожал плечами и встал с постели. Ему нужно было привести в порядок распущенные длинные волосы: ходить с распущенными неудобно, но и возиться с прической поутру — та еще головная боль.
Когда он только попал сюда в результате перемещения души, ему так и хотелось схватить ножницы и срезать эти длинные пряди к чертям, потому что справиться с ними было невероятно сложно.
Позже, со временем, его движения стали более уверенными и привычными. Достав белую шелковую ленту, он небрежно собрал волосы в хвост. В ленту была вплетена крошечная синяя стеклянная бусина, в которую было заложено простейшее заклинание: ее назначение заключалось в том, чтобы надежно фиксировать прическу, дабы она не растрепалась во время боя.
Умывшись и приведя себя в порядок, Лу Цзяньчуань сообщил Великому Демону о планах на день.
Моци Юйши сразу же заявил, что идет с ним, и тогда Лу Цзяньчуань, прихватив двадцать флаконов своей Цветочной воды Цзяньчуаня, вместе с Моци Юйши вышел из постоялого двора.
Они направились в торговые ряды. Места для лотков занимали с самого рассвета, и рынок уже вовсю работал.
Лу Цзяньчуань отыскал место на повороте. Поскольку они пришли рано, у большинства прилавков народу еще почти не было. Он расстелил перед собой белозолотый шелковый платок и аккуратно выставил приготовленную цветочную воду.
Для продажи он отобрал изящные фарфоровые флаконы селадонового цвета. В каждом сосуде содержалась порция целебного раствора: действия трех капель хватало на пять дней, так что одного флакона гарантированно должно было хватить почти на два месяца непрерывного использования.
Достав свои талисманы, он устроился рядом с Моци Юйши, и они сели плечом к плечу.
— Старший, если вам скучно, можете прогуляться по окрестностям, — сказав это, Лу Цзяньчуань немного подумал и извлек из кармана пятьдесят духовных жемчужин первого ранга. — Если захотите купить какую-нибудь безделушку, здесь есть пятьдесят духовных жемчужин. Пусть это и немного, но на них вполне можно отыскать немало интересного.
Лу Цзяньчуань чувствовал себя немного неловко. Он был донельзя беден, а ведь перед ним — сам старший, могущественный эксперт, которого он пытается отделаться жалкими пятьюдесятью жемчужинами...
Впрочем, поделать было нечего: все деньги ушли на покупку цветов фэнжи, а оставшиеся пятьдесят духовных жемчужин первого ранга составляли абсолютно всё его состояние — в кармане звякало лишь несколько монет.
Подумав об этом, он уже хотел было забрать руку назад, как вдруг холодные пальцы собеседника накрыли его ладони, забирая жемчужины, а сам Моци Юйши посмотрел на него взглядом с едва заметной усмешкой.
От этого взгляда Лу Цзяньчуань смутился еще сильнее и, отвернувшись, старался больше не встречаться с ним глазами.
В глазах юноши Моци Юйши оставался фигурой крайне загадочной: он был и великим мастером, и хозяином Бессмертной Обители, однако пока не проявлял ровно никаких намерений, и было совершенно непонятно, чего именно он добивается.
Тем не менее, он неотступно следовал за Лу Цзяньчуанем повсюду. Неужели...
У Лу Цзяньчуаня мелькнула догадка: неужели Моци Юйши просто не может отходить от него слишком далеко?
Впрочем, размышлять об этом долго ему не пришлось — на пороге появился первый покупатель.
— Братец, а это что за вещица? Цветочная вода? Что она собой представляет? — прождав добрых полтора часа, рынок наконец ожил. У его прилавка то и дело останавливались люди, но, бросив взгляд-другой, сразу уходили, пока перед ним не замерла скромная и тихая с виду девушка-культиватор.
Похоже, ее привлекло само название.
Лу Цзяньчуань мягко улыбнулся и протянул ей талисман.
— Девушка, цветочная вода обладает свойством отпугивать насекомых, ее главное назначение — отгонять духовных комаров.
Вы ведь наверняка тоже изрядно страдаете от духовных комаров? Эта напасть активна все четыре сезона напролет, доставляя немало хлопот... Моя цветочная вода эффективно отпугивает их, а уже имеющиеся укусы помогает быстро излечить и снять зуд.
Услышав объяснение, девушка в розовом платье приветливо улыбнулась и поманила рукой другую девушку в фиолетовых одеждах, стоявшую неподалеку.
— Старшая сестры, иди сюда, я тут кое-что интересное нашла.
Девушка в фиолетовом подошла ближе. Она держалась с куда большим достоинством и выглядела несколько холодной и неприступной.
— И впрямь эта штука так хороша? — недоверчиво произнесла девушка в фиолетовом.
Лу Цзяньчуань с мягкой улыбкой изогнул губы и снова протянул талисман:
— Проверено Медицинским павильоном, никакой фальсификации.
Ознакомившись с талисманом, девушка тут же смягчилась в лице и кивнула:
— Заключения Медицинского павильона всегда заслуживают доверия.
Девушка в розовом взяла один флакон. Лу Цзяньчуань откупорил крышку, и в воздухе расплылся легкий аромат, напоминавший то благоухание цветов, то свежий фруктовый запах только что сорванных духовных плодов, мгновенно приносящий умиротворение.
— Как вкусно пахнет! И аромат такой необычный.
В глазах обеих девушек тут же мелькнуло желание совершить покупку.
— Обеим девушкам отлично подойдет такой аромат. Благодаря особой технике изготовления запах держится очень долго, поэтому средство прекрасно заменяет парфюмированные благовония.
Ковал железо пока горячо, Лу Цзяньчуань сходу продал два флакона. Вспомнив, как зазывал покупателей в онлайн-играх, выкрикивая рекламу в общий чат, он подумал, что в реальности у него едва хватало смелости раскрыть рот, и оставалось лишь смиренно ждать клиентов.
В деле отвешивания комплиментов девушкам Лу Цзяньчуань по-прежнему был слаб и не умел плести красивые речи. Тем не менее, обеим посетительницам он безумно понравился, и они одарили его лучезарными улыбками:
— Мы сначала попробуем. Если средство окажется стоящим, в следующий раз приведем подруг.
Лу Цзяньчуань тотчас продемонстрировал ряд белых зубов:
— Тогда огромное вам спасибо!
Он установил цену в пятнадцать духовных жемчужин первого ранга. Сами цветы фэнжи стоили примерно по две жемчужины за штуку, а с учетом затрат на переработку и добавления фиолетовой жимолости цена получалась более чем демократичной.
Не успел он продать и двух флаконов, как с рынка вернулся Моци Юйши. Он вовсе не уходил далеко и все это время оставался в поле зрения Лу Цзяньчуаня.
В руке он сжимал белый бумажный свиток.
Лу Цзяньчуань сразу узнал его — это была газета Мира Культивации под названием Вестник.
Издаваемая единолично Чэньхайфу, она продавалась во всех крупных торговых домах по одному выпуску в день и освещала главным образом события в различных областях и происшествия, случившиеся за день.
Моци Юйши уселся рядом с Лу Цзяньчуанем и, заметив, что целебной жидкости на прилавке убавилось на два флакона, слегка поджал губы в едва заметной улыбке.
Лу Цзяньчуань наклонился к нему, разделяя чтение новостей.
[В последнее время, по наблюдениям мастеров Стадии Золотого Ядра, мир Чэньхай ждет тысячелетняя зима. Ожидается, что холода продлятся от восьмидесяти до ста дней, температура резко упадет. Культиваторам ниже Стадии Конденсации Меридианов следует побеспокоиться о тепле и не относиться к этому легкомысленно.]
[Вчера патрульный отряд Рынка Лоюань задержал шайку разбойников из восьми человек. Преступники долгое время выслеживали на рынке мелких культиваторов, обладавших средствами, и нападали на них сразу за пределами торговой зоны. Вся похищенная добыча конфискована, потерпевших просят обратиться в офис стражи для опознания и возврата имущества.]
Лу Цзяньчуань мысленно возликовал — разве это не те самые типы, что пытались прижать его ранее? Наболевший вопрос наконец разрешился, иначе каждый выход за городские ворота сулил бы низкоуровневым культиваторам сплошные неприятности.
[День свадьбы: в начале следующего месяца глава секты Входящего Меча справляет свадьбу. Избранница его необычайно талантлива — в двадцать три года успешно завершила Конденсацию Меридианов, пара идеально подходит друг другу, вызывая всеобщее восхищение. Согласно заявлению секты Входящего Меча, в назначенный день в ресторане Фуюй на Рынке Лоюань пройдет торжественная церемония. Гостем может стать каждый: будут накрыты роскошные столы с духовными угощениями, приглашаются все практикующие.]
Широкий размах, ничего не скажешь, — подумал Лу Цзяньчуань с завистью. Богатеи всегда живут на широкую ногу.
— Духовные угощения? — переспросил Моци Юйши.
На лице Лу Цзяньчуаня промелькнуло слюноотделение:
— Это пища, насыщенная духовной энергией. Вроде рыбы, которую я готовлю — в ней лишь капля духовной силы, а на банкетах подают блюда из куда более сильных духовных зверей, в качестве основы используют преимущественно духовный рис, а прочие ингредиенты — сплошь редкие и дорогие духовные травы... Большинство таких кушаний стоят целое состояние, а стоимость одного только обеда заставляет потерять дар речи, не говоря уж о застолье на манер шведского стола.
И добавил:
— Говорят, хорошим духовным поварам платят баснословные гонорары.
Моци Юйши слушал с заметным интересом и слегка кивнул.
Создавалось впечатление, что Моци Юйши совершенно ничего не смыслит в Мире Культивации — по крайней мере, Лу Цзяньчуань со своим багажом полузнаний попаданца ориентировался здесь гораздо увереннее.
Тем временем у прилавка то и дело появлялись случайные прохожие. Кто-то находил цену завышенной, но нашлось немало девушек с тугими кошельками, прикупивших по нескольку флаконов. На фоне соседних рядов торговля шла на удивление бойко.
Отчасти этим успехом он был обязан Моци Юйши: тот сидел рядом, обладая незаурядной внешностью и отрешенной аурой, что мощно притягивало женские взоры и обеспечивало приток клиентов.
Сам же Лу Цзяньчуань выглядел утонченным и интеллигентным, так что оба они явно превосходили средние стандарты рынка. Девушки, даже стараясь не смотреть в их сторону, то и дело бросали украдкой восторженные взгляды.
Лу Цзяньчуань никак не ожидал, что все двадцать флаконов разойдутся в мгновение ока.
Когда товар закончился, кое-кто из опоздавших даже записался в очередь на завтрашний день, и Лу Цзяньчуань пообещал снова развернуть лоток.
Заполучив звонкую монету в виде духовных жемчужин, Лу Цзяньчуань сразу после закрытия лавки направился прямиком на цветочный рынок за фиолетовой жимолостью. Торговец, у которого он ее брал, как раз завез новую партию, на этот раз чуть более крупную.
Лу Цзяньчуань выкупил всё подчистую, но запасов всё равно не хватило — ему требовалось целых двести штук. Продавец никак не ожидал столь крупных запросов, так что ему пришлось срочно поднимать на уши родственников и знакомых, чтобы по сусекам собрать нужное количество.
— Цветы фэнжи тоже нужны, отдавайте всё.
Расплатившись духовными жемчужинами, Лу Цзяньчуань обнаружил, что у него осталось ровно столько, чтобы хватило на аренду алхимической комнаты.
Закончив закупки, они по пути в пилюльную мастерскую проходили мимо доски объявлений и заметили свежие правительственные извещения о наборе учеников.
Более десятка ярко оформленных свитков пестрели на доске объявлений, а бумага различных цветов и высокого качества подчеркивала щедрость крупных сект — все они набирали себе адептов.
Это был самый распространенный способ набора для крупных объединений: оповещение через объявления и прием учеников в фиксированных точках.
Помимо этого, многие секты и кланы напрямую отправлялись в земли смертных в поисках одаренных самородков, из-за чего среди простого народа ходило столько легенд о заветной мечте стать небожителем.
Как-то раз одна секта отыскала в мирских селениях ученика с потрясающими задатками, который, по слухам, меньше чем за год почти завершил Конденсацию Меридианов.
Вот только на сей раз набор начался раньше срока. Вероятно, из-за приближения суровой зимы секты стремились собрать свежую кровь заранее, чтобы избежать потерь.
У Лу Цзяньчуаня тоже имелись подобные планы, но расклеивать здесь объявления он не собирался, планируя отправиться на поиски людей напрямую в нужные места.
Создание собственной секты требовало решения множества задач. Набрать учеников — дело обязательное, но самой большой головной болью было официальное получение знамени школы.
Оформление школьного стяга и таблички — предприятие грандиозного масштаба.
По наведенным им справкам, для основания секты прежде всего требовался земельный участок, который служил бы штаб-квартирой, и к выбору этого места предъявлялись строгие требования.
Существовал ряд обязательных условий для подачи заявки, и важнейшим из них являлась как раз земля, которая становилась вратами секты.
Участок должен был успешно пройти квалификационный отбор.
Стандартов оценки существовало четыре, по возрастанию: Травяной Ручей — Духовный Павильон — Благословенная Земля — Небесный Грот.
Эти ранги определяли концентрацию духовной энергии в районе врат, уровень комфорта и уникальность местности, оцениваемые в совокупности.
Требовалось достичь хотя бы уровня Травяного Ручья, чтобы пройти отбор и получить низшую квалификацию горной обители малого масштаба.
Что же до крупных гор и сект, их обители почти сплошь располагались в Небесных Гротах и Благословенных Землях. Те же, что красовались на доске объявлений, занимали по меньшей мере ранг Благословенной Земли, а в основном — Небесного Грота.
Лу Цзяньчуань при всем желании пока мог рассчитывать лишь на самый скромный Травяной Ручей, а о прочем предстояло думать в будущем.
Однако с землей — это лишь полдела. Следом шла проверка различного оборудования, среди обязательных условий которой значились: как минимум одна грядка духовного зерна первого ранга, два духовных зверя и хотя бы один ученик.
Лишь после того, как все эти базовые требования оказывались выполнены, секта получала официальную табличку.
Имея на руках такую табличку, сектантские врата считались законными, находились под защитой Ассоциации Сект и вносились в официальные реестры.
Все эти хлопоты были довольно мелкими и хлопотными. Неизвестно, слушал ли его Моци Юйши, но всю дорогу Лу Цзяньчуань монотонно бубнил Великому Демону на ухо о планах по строительству местной секты. Моци Юйши шел рядом, внимательно слушая его рассуждения, не перебивая, однако Лу Цзяньчуань чувствовал, что тот вникает в каждое слово.
Общение между ними складывалось на удивление легко и непринужденно.
Во второй половине дня Лу Цзяньчуань засел в Медицинском павильоне варить цветочную воду. Моци Юйши тем временем возвращался внутрь его тела, чтобы отдохнуть, и каждый раз, когда раздавалось это мерное дыхание, Лу Цзяньчуань невольно расслаблялся и сам погружался в ленивую дремоту.
Ближе к ужину, закончив все восемьдесят порций, Лу Цзяньчуань шумно выдохнул и слегка перевел дух, прислонившись спиной к стене алхимической комнаты.
Он рассчитывал сбыть всю эту цветочную воду и, обеспечив стабильный приток мелких монет, вплотную заняться осуществлением плана по набору учеников.
И в этом плане теперь появилась новая фигура — Моци Юйши.
Уровень культивации Лу Цзяньчуаня был слишком мал, это любой мог определить с первого взгляда. С Моци Юйши дело обстояло иначе: он казался окутанным тайной, по меньшей мере превосходил Лу Цзяньчуаня в силе и обладал мощной аурой, так что с его поддержкой дело должно пойти куда гладче.
Вернувшись на постоялый двор, Лу Цзяньчуань поделился этой идеей.
— Я тебе нужен? — неторопливо произнес Моци Юйши, устраиваясь на кушетке.
Лу Цзяньчуань кивнул и изложил свой замысел во всех подробностях.
Ему предстояло заняться вербовкой людей!
Выслушав его состарившимся взглядом, Моци Юйши неожиданно с ходу дал согласие.
— Правда? — Лу Цзяньчуань удивился столь легкой уступчивости.
Моци Юйши кивнул:
— Угу.
— Тогда у меня будет гораздо больше простора для маневра.
На самом деле Лу Цзяньчуань вовсе не собирался заставлять Моци Юйши заниматься какими-то серьезными делами — от него требовалось лишь побыть живым талисманом, эдакой ходячей вывеской, стоило тому лишь молча встать в нужном месте.
Лу Цзяньчуань прозанимался медитацией до глубокой ночи. Упорядочение потоков духовной силы приятно освежило тело, и после умывания на него накатила непреодолимая сонливость.
Выйдя из купальни, он увидел, что Великий Демон развалился на кушетке с расслабленным видом, словно в нем вовсе не было костей. Верхнюю часть его духовного халата уже сорвало, оставив лишь нижнюю сорочку, ворот которой от ленивой позы широко распахнулся, а темные пряди рассыпались вокруг — поистине картина внезапно открывшейся весенней красоты.
Лу Цзяньчуань торопливо отвел взгляд, мысленно повторяя: не смотри на то, что непристойпо!
— Спокойной ночи, — бросил он, забираясь под одеяло. Изначально он собирался предложить старшему лечь на кровать, но тот спал с закрытыми глазами, и выражение его лица казалось донельзя безмятежным, так что тревожить его Лу Цзяньчуань не стал.
В ту ночь Моци Юйши не вернулся в тело Лу Цзяньчуаня: так и оставшись лежать на кушетке, он проспал до самого утра, в то время как Лу Цзяньчуань мирно видел сны на собственной кровати.
http://bllate.org/book/25338/3020515
Готово:
