Рассветало едва-едва, когда Янь Чэньи проснулся. Пошевелив головой, он бросил косой взгляд на мужчину, который оплел его своими руками и ногами, заключив в крепкие объятия, и тихо вздохнул.
Каждое утро повторялось одно и то же: Сыбо неизменно прижимал его к себе, словно какую-то подушку стоило Янь Чэньи попытаться встать, как тот мгновенно просыпался.
Стоило ему приняться за одежду, как за спиной послышался шорох. Повернув голову, Янь Чэньи с беспомощной горькой улыбкой глянул назад: Сыбо, лениво зевая, как раз усаживался на постели и, высоко подняв руку, по-детски наивно протирал глаза.
— Чэньчэнь, мне так спать хочется, — пробормотал Сыбо, подавшись вперед и обняв Янь Чэньи за талию. Закрыв глаза, он принялся доверчиво тереться большой головой о его плечо и что-то невнятно бормотать.
— Хочешь спать — продолжай спать, я сам пойду в уездный город, — Янь Чэньи приподнял руку и легонько ущипнул его за ухо. Стоило ему это произнести, как Сыбо тут же недовольно засопел.
— Я пойду с Чэньчэнем! — разомкнув объятия, он тут же принялся торопливо одеваться, двигаясь с поразительной быстротой.
Вдвоем они позавтракали, покормили кур и вышли из дома. Путь от деревни до уездного центра был не слишком далек — быстрым шагом можно было добраться меньше чем за час.
Янь Чэньи за последнее время уже привык ходить туда и обратно, так что усталости не боялся. О Сыбо и говорить нечего: ноги у него длинные, одним шагом он покрывал расстояние в полтора шага Янь Чэньи. К тому же для него это был первый выход за пределы родной деревни с самого момента пробуждения, поэтому на душе у него царило жгучее возбуждение.
Все вокруг казалось ему диковинным.
Уезд Хуаян, конечно, не мог похвастаться оживлением крупных городов, но через него обязательно пролегал путь всех направлявшихся с юга столицы торговцев, так что на улицах уездного центра всегда толпилось множество купцов.
Таверна, куда Янь Чэньи держал путь сегодня, скорее заслуживала именоваться постоялым двором: это было самое крупное заведение во всем уезде, трехэтажное, да еще и с просторным задним двором.
Поскольку Янь Чэньи уже однажды бывал здесь вместе с дядей Ваном (тем самым, что вывозил помои), дорогу он помнил.
Крепко держа за руку глазеющего по сторонам Сыбо, Янь Чэньи тихо предупредил его:
— Здесь полно народу, смотри не потеряйся. Чуть позже я куплю тебе всяких безделушек, а пока давай сделаем одно дело.
Сыбо весело и беззаботно позволил увести себя за собой. На самом деле его просто привлекали пестрые, сияющие всеми цветами радуги товары на торговых лотках.
Янь Чэньи бросил на него быстрый взгляд, покачал головой и вздохнул: еще хорошо, что Сыбо абсолютно ничего не смыслит в таких вещах, иначе вздумай он замереть перед прилавком с румянами, неизвестно, стал бы смущаться или нет.
В таверне яблоку негде было упасть. Едва они переступили порог, как к ним тут же подбежал сонный на вид парнишка-служка и с улыбкой поинтересовался:
— Уважаемые, вы покушать или комнату снять?
— Ни то ни другое, братец-служка, подскажи: я слыхал, вы в этой таверне ищете счетовода? — Янь Чэньи сложил руки в приветственном жесте и улыбнулся.
Служка окинул их оценивающим взглядом, решив, что парень выглядит совсем юным, а вот мужчина за его спиной с мрачным лицом смотрится весьма внушительно.
Впрочем, внешность обманчива, а глупцов среди работников таверны не водилось. Служка тут же кивнул, жестом приглашая их пройти во внутренний двор, и по дороге затараторил:
— Не стану скрывать, братец, вообще-то счетовод у нас в заведении был. Только человек оказался нечист на руку, всё норовил у хозяина потихоньку серебришко умыкнуть, вот хозяин его в шею и выгнал. С тех пор народу на это место приходило немало, да только у хозяина запросы высокие, ни один ему не угодил. — С этими словами он вздохнул, искоса глянув на идущего рядом Янь Чэньи. Заметив, что тот слушает со спокойной и вежливой улыбкой, служка мысленно отметил, что этот малый по крайней мере воспитан.
— Хозяин, — служка постучал в дверь и ввел их внутрь. — Хозяин, вот этот братец говорит, что пришел наниматься в нашу таверну счетоводом.
Хозяин оказался сухопарым стариком лет шестидесяти на вид, с длинной-предлинной бородой, но с на редкость доброжелательным выражением лица — по крайней мере, с первого взгляда в нем не чувствовалось ничего въедливого или злобного.
— Ступай к своим делам, — махнул рукой хозяин. Служка немедленно повернулся и вышел, аккуратно затворив за собой дверь.
— Садитесь, не стесняйтесь, — старик сделал приглашающий жест, предлагая Янь Чэньи присесть.
Янь Чэньи сел, и Сыбо тут же устроился рядом с ним.
И надо же такому случиться: стоило им войти в эту таверну, как Сыбо всю дорогу держался с абсолютно непроницаемым лицом, не говоря ни слова и даже не глупышка-улыбаясь.
Честно говоря, когда этот мужчина сохранял полное отсутствие всяких эмоций на лице, он действительно мог внушить трепет — по крайней мере, со стороны казался совершенно нормальным человеком.
Хозяин бросил быстрый взгляд на Сыбо, затем перевел глаза на Янь Чэньи и крайне вежливо осведомился:
— Как ваша фамилия, уважаемый?
Янь Чэньи сложил руки в почтительном жесте и с улыбкой ответил:
— Не смей называть уважаемым, фамилия моя Янь.
Хозяин на мгновение замер, задумался и произнес:
— Редкая нынче фамилия.
Янь Чэньи лишь улыбнулся в ответ, не став продолжать.
Сыбо покосился на хозяина, затем перевел взгляд на Янь Чэньи и ерернулся на студии. Ему уже начинало надоедать сидеть на месте: во дворе он заметил подвешенную птичью клетку, в которой жила красноклювая майна, и это жутко его заинтересовало.
— Наверняка хозяин развесил объявления во всех деревнях. Я увидел вчера и решил попытать счастья, — Янь Чэньи не стал тратить время на пустые любезности и сразу перешел к делу.
Хозяин кивнул и подозвал его ближе:
— Не стану скрывать от вас, голубчик, у меня здесь скопилась целая гора гроссбухов, которые требуют порядка. Вы и сами понимаете: в уезде Хуаян это единственная столь крупная таверна, поэтому все финансовые дела невероятно запутаны.
С этими словами он взял лежавшую под рукой амбарную книгу и протянул Янь Чэньи, предлагая ознакомиться.
Янь Чэньи открыл ее и перелистал несколько страниц. Хотя все записи велись традиционными иероглифами, пересчитать дебет с кредитом не составляло особого труда. Если же свести все в единую таблицу, картина станет ясна с первого же взгляда.
Он лукаво повел глазами, понимая, что его собственное положение довольно необычно, а потому придется выторговать кое-какие условия.
— Хозяин, в этой книге есть несколько ошибок в расчетах. Но главное даже не в этом: расходы и доходы каждого дня записаны крайне небрежно. Пусть зелень и редька — сущие гроши, но вы же прекрасно знаете, что капля камень точит; если запустить это дело надолго, от бухгалтерии таверны вовсе ничего не останется, — Янь Чэньи пролистал страницы и, положив книгу перед глазами хозяина, указал на строки. — Есливести строгий учет ежедневных трат и прибылей, добавить сюда ежемесячные итоги и закупочные цены на овощи, можно будет легко проводить сравнение. В конце или даже в середине месяца будет достаточно взглянуть на книгу, чтобы четко видеть сумму доходов за этот период. Более того, появится возможность сопоставить ее с выручкой за прошлый месяц и точно рассчитать процент прироста прибыли.
Всё, что он говорил, было лишь элементарной статистикой, но хозяин слушал его, раскрыв рот от изумления и совершенно потеряв дар речи. Разве местные жители могли додуматься до такого? Все они — люди из глуши, пусть даже грамотные, но кто в эту эпоху владел наукой точного расчета?
Старик выглядел так, будто ему на голову свалилась неслыханная удача. Он тут же громко крикнул, веля ожидавшему за дверью служке принести чайник свежего чая.
Сыбо поднялся со стула, подошел к Янь Чэньи и, легонько потянув за рукав, тихонько заныл:
— Чэньчэнь, пойдем домой, здесь еда такая противная.
Янь Чэньи кивнул и велел ему не шастать где попало.
Хозяин бросил на Сыбо долгий взгляд, немного подумал и поинтересовался:
— Уважаемый, а этот господин — ваш старший брат?
Янь Чэньи слегка опешил, но тут же мягко улыбнулся:
— Не буду скрывать от вас, хозяин, у моего старшего брата не все дома, а больше некому о нем позаботиться. Так что, если вы согласитесь меня нанять, я вряд ли смогу находиться здесь целыми днями. Пожалуй, смогу приходить раз в три дня.
Хозяин с сомнением нахмурился, хотя ему безумно хотелось проверить, действительно ли Янь Чэньи способен навести порядок в бухгалтерии так, как только что расписывал.
— Если у вас, голубчик, действительно есть выдающиеся таланты, я готов пойти вам навстречу. Но что за проценты вы упомянули? — старик оказался человеком ушлым: всё остальное он понял, но вот это словосочетание осталось для него загадкой.
Янь Чэньи загадочно улыбнулся, подумав про себя: еще чего, всё тебе расскажи! Вся его ценность сейчас заключалась как раз в том, чтобы за счет подобных фокусов пустить пыль в глаза этому старику.
Лукаво блеснув глазами, он протянул руку, взял чистый лист бумаги для рисования, достал из рукава самодельную перьевую ручку с чернилами и зашуршал по бумаге, выводя чертеж. Затем он молча подвинул готовую таблицу к хозяину и замер в ожидании реакции старика.
Хозяин взглянул на чертеж и тут же вскочил со стула, складывая руки в почтительном поклоне:
— Уважаемый, у вас есть иные соображения? Пусть эти черточки и клетки понятны не до конца, но по одному их виду чувствуется невероятная глубина. Раз этот парень говорит столь уверенно, значит, и в деле он наверняка хорош. Попробовать в любом случае стоит, а если не справится — выставить вон всегда успеет.
— Я смыслю немного, но помочь таверне поднять доходы — это мне по силам. Только вот насчет жалованья...
— Десять лянов серебра в месяц, еда и кров за счет заведения, как вам такое, уважаемый? — поспешно выпалил хозяин.
Янь Чэньи легко улыбнулся и кивнул, приветствуя старика сцепленными руками:
— А что насчет графика?..
— Ну... — хозяин замялся, но, вспомнив доброжелательную улыбку парня, скрепя сердце кивнул: — Будь по-вашему, приходите на службу раз в три дня. Но, уважаемый, предупреждаю сразу: допустите хоть малейшую промашку — пеняйте на себя, я церемониться не стану.
Янь Чэньи тут же отвесил старику глубокий поклон. Работа не пыльная, плата щедрая — он был готов радоваться впотьмах, с какой стати ему создавать себе проблемы.
— Премного благодарен вам, хозяин, — с улыбкой подписав контракт и оставив отпечаток пальца (вообще-то в этом не было особой нужды, но Янь Чэньи решил подстраховаться на случай, если старик попытается перенять его нехитрые приемы, а потом прогнать прочь), он добавил: — Раз так, я сразу же займусь приведением книг в порядок. Будьте добры, распорядитесь, чтобы моему старшему брату вынесли поесть.
Хозяин кивнул и отдал припоминание слугам, а сам остался сидеть рядом, наблюдая, как Янь Чэньи ловко водит по бумаге странной бамбуковой палочкой.
Хотя метод письма показался ему несколько необычным, главное, чтобы написанное можно было разобрать: в конце концов, это всего лишь счетоводная лавка при таверне, кого волнует, красивый у него почерк или нет.
Сыбо устроился за каменным столом во дворе, с аппетитом уплетая паровой пампушках и запивая его супом из свиных ребрышек. Презрительно скривив губы, он бросил недоеденный пампух обратно в тарелку, вбежал в комнату и, заметив склонившегося над записями Янь Чэньи, дернул его за рукав.
— Чэньчэнь, поехали домой, здесь еда такая невкусная.
Хозяин, сидевший неподалеку и перебиравший костяшки на абакусе, проверял только что приведенные Янь Чэньи в порядок счета и с изумлением обнаружил, что всё сходится до последней монетки. У парня определенно была голова на плечах: работал он и быстро, и безошибочно.
От слов Сыбо у хозяина слегка помрачнело лицо, но спорить он не стал — в конце концов, глупо было бы обижаться на дурачка.
Янь Чэньи виновато улыбнулся хозяину, перевел взгляд на надувшегося Сыбо и тихо прошептал:
— Потерпи немного, съешь хоть что-нибудь, а вечером вернемся — я куплю тебе куриную ножку и сварю вкусный суп.
Сыбо радостно закивал и вернулся во двор доедать обед.
А хозяин тем временем заприметил это про себя, подумав: надо же, а этот паренек, похоже, отлично разбирается в стряпне?
http://bllate.org/book/24843/2938002
Готово:
