Нань Вэй не сопротивлялась, позволяя ему сжимать её подбородок.
— Я…
Она хотела сказать ему, что она — Нань Вэй, а не старшая сестра Чанълэ, что он попросту ошибся. Ведь она, Нань Вэй, никогда раньше не видела его — так о каком забвении может идти речь?
Но, долго колеблясь, так и не нашла в себе смелости произнести это вслух. Она боялась: стоит ему узнать, что она не настоящая Чанълэ, как он в ярости разразит войной — и страдать от этого будут её народ и земли Нань.
— Хуэй-эр, — Ли Чэнцзинь отпустил её подбородок, нежно провёл пальцами по покрасневшей коже, а затем вдруг сжал её руку и безапелляционно заявил: — С сегодняшнего дня ты принадлежишь мне. Даже если однажды я откажусь от тебя, ты всё равно останешься моей.
Нань Вэй моргнула и растерянно уставилась на него.
— Почему ты… откажешься от меня?
— В твоей голове хоть немного логики есть? Запомни раз и навсегда: ты можешь быть только моей — Ли Чэнцзиня.
Он наклонился и жадно впился губами в её шею, оставив там отчётливый след.
— Запомнила, — пробормотала Нань Вэй, потирая больное место, и недовольно кивнула.
— Умница, — усмехнулся Ли Чэнцзинь и быстро чмокнул её в уголок губ.
Нань Вэй невольно вздрогнула, щёки её вспыхнули, и она чуть не забыла, как дышать.
«Во рту у него, наверное, яд, — подумала она. — Иначе откуда у меня от одного поцелуя сердце заколотилось и всё пошло кувырком?»
…
Небо темнело, сумерки сгущались. Хотя они уже вступили на территорию Далиана, до императорского дворца оставался ещё немалый путь.
Ли Чэнцзинь решил остановиться в ближайшей гостинице и отдохнуть до утра, чтобы на рассвете продолжить путь в столицу.
Комната Нань Вэй находилась на самом верхнем этаже. Чтобы их никто не беспокоил, весь этаж был снят целиком — только для неё и Ли Чэнцзиня.
Ли Чэнцзиню стало скучно в гостинице, и он снял свадебный наряд, надев вместо него белые одежды с едва заметным узором. Серебряная диадема с изображением дракона собирала его чёрные волосы в высокий хвост, и он выглядел точь-в-точь так, как должен выглядеть юный красавец из мечтаний влюблённых девушек.
Переодевшись, он спросил Нань Вэй, не хочет ли она прогуляться с ним.
Нань Вэй покачала головой. Ли Чэнцзинь ничего не сказал и вышел из номера.
На самом деле ей очень хотелось пойти, но она не могла — у неё не было другой одежды, кроме свадебного наряда.
Ночь становилась всё глубже, а Ли Чэнцзинь всё не возвращался. Нань Вэй сидела у окна и задумчиво смотрела на редкие звёзды в небе.
Она не знала, будут ли её помнить во дворце после её ухода и кто теперь кормит дворцовых бездомных кошек.
Внезапно дверь распахнулась — и вот он уже лежал на кровати.
Нань Вэй застыла на месте, переводя взгляд с раскрытой двери на Ли Чэнцзиня, лежащего на постели. «Что только что произошло?» — мелькнуло у неё в голове.
— Чего стоишь? Иди скорее закрой дверь.
— А… — Нань Вэй послушно подошла и закрыла дверь.
Когда она обернулась, её неожиданно окутало холодное тело.
Он уже успел встать с кровати. Его кожа была ледяной.
— На улице так холодно, — сказал он. — Стоит солнцу сесть — и сразу становится прохладно.
Окружённая его холодом, Нань Вэй тоже почувствовала озноб.
— Да, немного прохладно, — согласилась она.
— Погрей мне руки, — попросил Ли Чэнцзинь, резко распустив пояс на её талии и ловко проскользнув ледяными ладонями под слои одежды, чтобы прижаться к её коже.
— А-а… — Нань Вэй резко вдохнула от холода, но не шевельнулась, стиснув зубы и застыв, словно кукла, чтобы согреть его своим теплом.
— Глупышка, — нахмурился Ли Чэнцзинь, вытащил руки и аккуратно перевязал её пояс. — Это наказание за то, что ты посмела забыть меня, наследного принца.
Нань Вэй было обидно, но она не могла ничего сказать. Однако её жалобное выражение лица всё выдало.
— Ладно, ладно, — увидев её несчастный вид, Ли Чэнцзинь засомневался, не переборщил ли он. — Больше не посмеешь забывать меня?
— Не посмею… — Нань Вэй опустила голову, глядя в пол, словно обиженный котёнок, вызывая сочувствие у любого, кто на неё взглянет.
— Хватит корчить из себя жертву, — проворчал Ли Чэнцзинь. — А то подумают, будто я тебя обижаю.
Он вынул из-за пояса изящную шкатулку и сунул её Нань Вэй в руки.
— Это… — Нань Вэй с восхищением перебирала красивую шкатулку, не в силах оторваться. Открыв её, она почувствовала тонкий, изысканный аромат. — Пудра? Какой чудесный запах!
— Подарок, — равнодушно бросил Ли Чэнцзинь. — Увидел на улице, понравилась шкатулка — купил.
Его слова звучали так фальшиво.
На самом деле он купил её именно потому, что подумал: «Ей понравится эта шкатулка».
— Спасибо, ваше высочество, — радостно сказала Нань Вэй, любуясь пудрой. За всю свою жизнь, кроме пары белых нефритовых серёжек-месяц от матери, ей никто никогда ничего не дарил.
— Зови «муж».
— Спасибо, муж.
Ли Чэнцзиню всё ещё было прохладно в комнате, но он не хотел снова заставлять её греть его тело. Поэтому он спустился вниз, чтобы выпить немного вина и согреться.
После нескольких кубков он слегка опьянел, и в желудке разлилось приятное тепло.
— Пожар!
— Быстрее тушите!
— Беда! Горит комната наследной принцессы!
— Спасайте наследную принцессу!
— Ваше высочество! Ваше высочество!!
Ли Чэнцзинь спокойно потягивал вино, но, услышав, что горит комната его невесты, мгновенно протрезвел.
Пламя бушевало. Люди с вёдрами воды, только что набранной из колодца во дворе, метались в панике, пытаясь добраться до верхнего этажа.
На самом деле внутри всё было не так уж страшно. Нань Вэй почувствовала сквозняк, встала, чтобы закрыть окно, но нечаянно опрокинула подсвечник. Горящая свеча упала на занавеску у кровати — так и начался пожар.
Горели только тканевые драпировки и занавеси, сама Нань Вэй не пострадала. Поэтому она спокойно вышла из комнаты и, под пристальными взглядами толпы, невредимой покинула охваченное огнём помещение.
Ли Чэнцзинь уже намочил одежду и собирался ворваться внутрь, чтобы спасти её, но увидел, что она цела и невредима, и облегчённо выдохнул.
Однако, едва выбравшись наружу, Нань Вэй на мгновение замерла у двери — и без колебаний снова бросилась в огонь.
Сердце Ли Чэнцзиня болезненно сжалось. Он яростно крикнул: «Ты с ума сошла?!» — и ринулся вверх, чтобы вытащить её из огня.
— Ваше высочество, нельзя рисковать!
— Да, огонь слишком сильный!
…
Слуги пытались его остановить, но Ли Чэнцзинь холодно бросил:
— Прочь с дороги.
*
Огонь в комнате изначально был не слишком сильным, но когда Нань Вэй распахнула дверь, ветер раздул пламя, и оно охватило почти весь этаж.
Уворачиваясь от падающих горящих балок, Нань Вэй с трудом добралась до стола, чтобы забрать забытую там шкатулку с пудрой.
Но огонь уже пожирал мебель, и стол превратился в пепел — от шкатулки не осталось и следа.
Нань Вэй была в отчаянии: ведь это был второй подарок в её жизни! Первым были белые нефритовые серьги-месяц, которые подарила ей мать перед свадьбой.
Безысходно, она развернулась, чтобы уйти, но пламя разгорелось ещё сильнее, и она оказалась в ловушке — ни вперёд, ни назад.
— Наследная принцесса! Наследная принцесса!
Люди кричали, выливая ведро за ведром воды из колодца, но огонь был слишком мощным — несколько вёдер ничего не меняли.
Ли Чэнцзинь, не обращая внимания на протесты окружающих, без колебаний бросился в пылающий ад.
Едва войдя, он увидел её — растерянную, загнанную в угол.
— Ты совсем жить разучилась?! — рявкнул он, бросаясь к ней, и, схватив на руки, с разбега вылетел в окно, разбив раму своим телом.
Оказавшись на земле, Нань Вэй судорожно хватала ртом воздух, всё ещё не веря, что жива.
— Если не хочешь выходить за меня замуж, это ещё не повод сжигать себя заживо! — сердито сказал Ли Чэнцзинь, прижимая её голову к своей груди.
— Я не…
— Заткнись.
Нань Вэй хотела объясниться, но он не дал ей и слова сказать.
— Ваше высочество… — Нань Вэй не любила, когда её неправильно понимали. Она действительно не хотела сжечь себя и не отказывалась от брака. Но, не договорив, она снова была прервана.
Ли Чэнцзиню явно не понравилось, что она снова назвала его «ваше высочество».
— Ты слишком много болтаешь, — проворчал он, приподнял её подбородок и поцеловал в мягкие губы.
☆
3. Исключение ради тебя
Наследная принцесса чудом выжила. Народ Далиана решил, что она — небесная дева, и именно поэтому небеса защитили её от огня. Такой пожар не мог не убить обычного человека! С тех пор народ Далиана стал почитать её как божественную покровительницу.
Однако императорский двор Далиана думал иначе: для них «наследная принцесса» была всего лишь красивым названием для трофейной невесты из Нань.
Императрица никак не могла понять: когда Нань предложил мирный брачный союз, император Сюаньу отказался, но Ли Чэнцзинь настоял, заявив, что ради блага народа он готов жениться на принцессе Нань и положить конец войне.
Ли Чэнцзинь и Нань Вэй наконец добрались до императорского дворца Далиана. Согласно придворным обычаям, поскольку свадебная церемония в Далиане ещё не состоялась, они формально не считались мужем и женой. Оба поселились в Восточном дворце, но в разных павильонах.
Наследный принц жил в павильоне Чэнъэнь, самом восточном здании Восточного дворца, а наследная принцесса временно разместилась в недалеко расположенном павильоне Ичунь.
Едва прибыв во дворец, Ли Чэнцзинь сразу отправился кланяться императору и императрице, а Нань Вэй проводила служанка Цзиньнян в павильон Ичунь, чтобы познакомить с обстановкой.
Войдя в павильон, Нань Вэй поразилась: повсюду сверкало золото, изысканные изделия из разноцветного стекла и нефрита заполняли комнаты, и она от изумления даже рта не могла закрыть.
— Ваше высочество, вы устали после долгой дороги, — сказала Цзиньнян. — Отдохните скорее. Завтра с утра вам нужно будет явиться в павильон Юнхэ, чтобы кланяться императору и императрице.
Нань Вэй действительно чувствовала усталость. Зевнув, она спросила:
— А его высочество? Когда он придёт?
— Его величество занят государственными делами, а наследный принц, как будущий правитель Далиана, обязан помогать отцу в управлении страной, — деликатно ответила Цзиньнян.
«Значит, не придёт», — поняла Нань Вэй.
Она уныло опустилась на стул, и усталость как рукой сняло. Опершись подбородком на ладонь, она задумалась.
Цзиньнян, увидев, что ей больше нечего делать, тихо вышла.
*****
В павильоне Янсинь Ли Чэнцзинь вместе с императором Сюаньу разбирал императорские указы.
— Ваше величество, посмотрите, как усердствует Чэнцзинь! Только что вернулся — и сразу помогает вам с делами, — с материнской гордостью сказала императрица, входя в зал.
— Хорошо, — одобрительно кивнул император Сюаньу, отложив перо и взглянув на сына.
— Чэнцзинь, через несколько дней день рождения старшей дочери канцлера Инь, госпожи Инь Цинсян. Ты уже решил, что ей подарить?
Ли Чэнцзиню это не понравилось: он знал, что мать снова пытается свести его с дочерью канцлера.
— Подарю несколько украшений, — рассеянно ответил он, не отрываясь от бумаг. — Девушки же любят такие вещи.
— Канцлер Инь — важнейший сановник. К его дочери нужно отнестись серьёзно. Если однажды она станет твоей наложницей…
— Мать, — перебил Ли Чэнцзинь, — я только что привёз наследную принцессу. Церемония её официального вступления ещё не состоялась. У меня нет времени думать о наложницах.
Императрица вздохнула, глядя на сына с досадой и разочарованием.
— Слушай, Чэнцзинь, эта наследная принцесса — всего лишь военный трофей. По-моему, церемонию можно и отменить.
— Мать, — Ли Чэнцзинь уже был крайне недоволен, но старался сохранять спокойствие, — мне нужно помогать отцу с указами. Если у вас нет других дел, лучше отдохните в своих покоях.
— Ты такой упрямый… — Императрица бросила взгляд на императора Сюаньу, который едва заметно кивнул. С досадой она покинула зал.
http://bllate.org/book/2482/272858
Готово:
