Теперь, когда Янь Юньчунь сама предложила уйти из дома Ванов, госпожа Лю по справедливости должна была немедленно освободить Ван Хао. Лян Чжоувэнь дал обещание Янь Юньнуань — и, как человек чести, непременно его сдержит. Он лично отправился в дом рода Янь, чтобы вручить письмо госпоже Ли.
Госпожа Ли недоумевала: Янь Юньнуань провела в частной школе меньше суток, а уже прислала письмо и даже поручила Ляну Чжоувэню доставить его собственноручно. Лян Чжоувэнь не знал содержания послания, но ясно было одно — дело срочное, иначе бы Янь Юньнуань не торопила его так настойчиво.
— Племянник, от всего сердца благодарю тебя! — улыбнулась госпожа Ли. — Малышка Сяо Цзюй ведёт себя чересчур опрометчиво. Как она посмела просить тебя принести письмо! Прошу прощения за неё, племянник. Надеюсь, ты не осудишь её за это.
— Тётушка, вы слишком строги, — ответил Лян Чжоувэнь. — Я и Сяо Цзюй — лучшие друзья. Это пустяк. Если понадобится моя помощь, тётушка, не колеблясь, прикажите.
Лян Чжоувэнь и вправду был добрым и отзывчивым юношей, и госпоже Ли он очень нравился. Когда он ушёл, она вновь развернула письмо Янь Юньнуань и задумалась: «В доме Ванов случилось несчастье — нужно выяснить, в чём дело». Неужели это связано с Янь Юньчунь? Или, быть может, с Янь Юньмэй? Госпожа Ли тут же велела няне разузнать, что именно произошло в доме Ванов, раз Янь Юньнуань так спешила известить её.
— Чунь-эр, ты понимаешь, что говоришь? — спросил господин Ван. — Хао-эр десять лет стоял за тебя. Неужели ты не выдержишь и дальше?
Господин Ван и мать Ван Хао не сумели прожить вместе до старости, и он не хотел, чтобы сын повторил их судьбу. Янь Юньчунь была доброй, понимающей — такую невестку не сыскать. Единственное — она не могла родить детей. Но Ван Хао не придавал этому значения, и господин Ван не имел права возражать.
Теперь же злая госпожа Лю заточила Ван Хао и вынуждает Янь Юньчунь уйти от мужа. Господин Ван решил защищать Янь Юньчунь любой ценой.
— Отец, простите меня… — тихо сказала Янь Юньчунь. — Отпустите Чунь-эр, пожалуйста!
Она была по-настоящему измучена. Продержаться десять лет — это не шутка. Только она сама знала всю горечь этих лет, и никто другой не мог этого понять.
Госпожа Лю громко рассмеялась:
— Господин, вы сами слышали! Это Янь Юньчунь сама хочет уйти из дома Ванов. Давно пора! Может, к этому времени у Хао-эра уже было бы несколько детей. Насильно мил не будешь, господин. Лучше отпустить её. И ей, и нам — всем будет лучше. Разве нет?
Но господин Ван больше не желал слушать госпожу Лю.
— Няня! — приказал он. — Уведите госпожу Лю и заприте в её покоях. Пока я не дам разрешения, никто не имеет права её навещать!
Он говорил при всех — даже при Ван Цзине — и явно не собирался щадить госпожу Лю.
— Цзинь-эр, видишь? Так отец обращается со мной! — воскликнула госпожа Лю. — Что я сделала не так? Ты что, думаешь, я спрятала Хао-эра? Да он же мой родной сын! Разве мать способна на такое? Я ещё не дошла до того, чтобы губить собственного ребёнка!
Господин Ван пристально посмотрел на неё:
— Так Хао-эр действительно не у тебя?
Госпожа Лю кивнула несколько раз подряд:
— Господин, клянусь небом! Если я спрятала Хао-эра, пусть меня постигнет ужасная смерть! Теперь вы верите мне?
У неё всё же оставались какие-то границы — но она лишь хотела вынудить Янь Юньчунь уйти из дома Ванов.
Янь Юньчунь, вероятно, до сих пор не пришла в себя. Возможно, лучше, что она ничего не знает. Няня уже собралась что-то сказать, но взгляд господина Вана остановил её. Пусть госпожа Лю останется в главном зале.
— Если ты не прятала Хао-эра, то где он? — спросил господин Ван.
— Господин, и я хотела бы знать, куда он делся! Кто разберёт, что у него на уме? Говорят, женившись, забываешь мать. Хао-эр, наверное, уже и не вспоминает обо мне. Хоть бы дал мне шанс позаботиться о нём!
Господин Ван растерялся. Неужели правда не госпожа Лю? Тогда что происходит?
— Яньжань, проводи старшую сноху в её покои! — приказал он. — Я сейчас же отправлюсь на поиски старшего сына. Цзинь-эр, пойдёшь со мной!
Он не верил, что в уезде Дунлинь нельзя найти живого человека. Ван Цзинь тут же кивнул:
— Конечно, отец, я пойду с вами!
Главное для Ван Цзиня — чтобы отец не стал изгонять госпожу Лю. Ради этого он готов был на всё.
Между тем Янь Юньмэй неторопливо крутила на запястье нефритовый браслет. Похоже, в будущем ей предстоит встать на сторону госпожи Лю — а значит, противостоять самому господину Вану.
— Отец, решение Чунь-эр окончательно, — сказала Янь Юньчунь. — Прошу вас, дайте согласие.
Она была слишком упрямой. Ван Яньжань попыталась уговорить её:
— Старшая сноха, не торопись с этим решением! Сейчас главное — найти старшего брата. Пожалуйста, послушай отца и отдохни в покоях. Когда брат вернётся, всё обсудим, хорошо?
— Да, старшая сноха, — подхватил Ван Цзинь. — Отец и я сейчас отправимся на поиски старшего брата. А ты пока отдохни в доме.
Янь Юньчунь всегда была добра к Ван Цзиню. Благодаря ей он даже познакомился с Янь Юньмэй — и влюбился. Женитьба на Янь Юньмэй состоялась только благодаря старшей снохе. Ван Цзинь знал, что госпожа Лю не любит Янь Юньчунь, и даже пытался уговорить мать — безрезультатно.
Янь Юньчунь покачала головой:
— Яньжань, Цзинь-эр, я ценю вашу заботу. Но решение принято. Прошу вас, уважьте мой выбор.
Ван Яньжань растерянно посмотрела на Ван Цзиня: «Что делать, брат?» Она прекрасно понимала, что за всем этим стоит госпожа Лю. Но устраивать скандал при всех — значит выставить семью на посмешище и унизить госпожу Лю. Ван Цзинь лишь пожал плечами — он был бессилен. Тогда Ван Яньжань перевела молящий взгляд на Янь Юньмэй.
Янь Юньмэй с трудом подошла к Янь Юньчунь:
— Старшая сноха, подумай хорошенько. Выпущенная стрела не возвращается. Если ты скажешь это вслух, пути назад не будет.
— Сестра, спасибо за предостережение. Я всё понимаю, — ответила Янь Юньчунь. — Отец, даже если я уйду из дома Ванов, вы всё равно останетесь моим отцом.
Господин Ван вздохнул:
— Сейчас Хао-эра нет дома. Если мы сами примем решение отпустить тебя, как мы посмотрим ему в глаза, когда он вернётся?
Это было не то, что можно решить наспех. Янь Юньчунь улыбнулась:
— Отец, я оставлю ему письмо. Уверена, он никого не станет винить.
Она больше не могла мучить Ван Хао. Лучше уйти, чем смотреть, как он остаётся один, без детей и наследников. Госпоже Лю даже не пришлось подливать масла в огонь — господин Ван уже начал склоняться к согласию.
Ван Яньжань металась, как на раскалённой сковороде. Если уйдёт такая замечательная старшая сноха, Ван Хао непременно обвинит их всех. А виноваты, конечно, Янь Юньмэй и госпожа Лю. Больше всего Ван Яньжань ненавидела их обеих.
— Хорошо, Чунь-эр, — сказал наконец господин Ван, закрыв глаза. — Я согласен. Дом Ванов навсегда останется твоим домом. Ты всегда можешь сюда вернуться. Двери для тебя открыты.
В глубине души, возможно, он и сам ждал этого дня. Пусть Янь Юньчунь уйдёт, а Ван Хао женится снова и заведёт детей. Это будет жестоко по отношению к ней, но ради сына — всё ради сына.
Он компенсирует ей всё, что сможет — деньгами и имуществом.
— Благодарю вас, отец, — сказала Янь Юньчунь. — Сейчас же всё подготовлю. Подождите немного.
Она осторожно высвободила руки из ладоней Ван Яньжань и Янь Юньмэй и вышла из главного зала. Господин Ван бросил на госпожу Лю ледяной взгляд: «Ты довольна?»
Когда Янь Юньчунь вернулась, в руках у неё было написанное от руки прошение об уходе. Она протянула его не господину Вану, а госпоже Лю.
— Матушка, надеюсь, вы найдёте для него хорошую невесту.
Госпожа Лю без колебаний взяла бумагу и пробежала глазами. Да, всё верно — добровольный уход. Причина — «бездетность», одно из семи оснований для развода. Наконец-то злоба в её груди улеглась.
Затем Янь Юньчунь подошла к господину Вану и вручила ему письмо:
— Передайте это ему, пожалуйста. Что до моего приданого…
Она не успела договорить — в зал вошла госпожа Ли.
На ней было изысканное светло-зелёное шёлковое платье с вышитыми белыми лилиями, поверх — полупрозрачная зелёная накидка, а на плечах — шаль из нежно-жёлтого шёлка, идеально сочетающаяся с нарядом. Белоснежная кожа её шеи украшалась ожерельем из жемчуга и изумрудов. Волосы были уложены в аккуратную круглую причёску, увенчанную несколькими заколками с зелёными камнями, а остальные пряди мягко ниспадали на плечи. Серьги с изумрудами дополняли образ.
С тех пор как Янь Юньнуань оправилась, госпожа Ли словно ожила. Няня быстро доложила ей, что Янь Юньчунь собирается уйти из дома Ванов, и госпожа Ли немедленно отправилась сюда.
Янь Юньчунь всегда была её послушной дочерью. Отдавая её замуж за Ван Хао, госпожа Ли знала, что дочери будет нелегко — ведь госпожа Лю её недолюбливала. Но всё же она согласилась. Теперь же годы страданий Янь Юньчунь подошли к концу — и госпожа Ли решила забрать её домой.
На Янь Юньчунь было надето глубокое синее парчовое платье с белыми цветами сливы, вышитыми по подолу. Тонкий стан обхватывал белый пояс из парчи. Волосы были собраны в причёску «жуи», увенчанную лишь одной нефритовой заколкой в виде сливы — просто, но со вкусом.
Янь Юньнуань с твёрдым взглядом подошла к матери. Госпожа Ли шагнула вперёд:
— Чунь-эр, я пришла, чтобы увезти тебя домой.
Она взяла дочь под руку и направилась к выходу, даже не взглянув на господина Вана и госпожу Лю. Господин Ван почувствовал неловкость, как и Ван Яньжань — она думала, что госпожа Ли станет уговаривать Янь Юньчунь остаться.
Госпожа Лю недоумевала: откуда госпожа Ли узнала? Неужели в доме Ванов у неё есть шпионы? От этой мысли её бросило в дрожь. Какая хитрая и коварная женщина!
— Свекровь, не уходите! — воскликнула госпожа Лю. — Мы не хотели изгонять Чунь-эр! Это она сама решила уйти!
Госпожа Ли даже не обернулась:
— Чунь-эр, пойдём домой.
Янь Юньчунь всё ещё находилась в оцепенении. Как госпожа Ли узнала? Разве она не понимает, какой позор обрушится на дом Янь из-за её ухода? Янь Юньчунь уже решила: уйдя из дома Ванов, она не вернётся в дом отца. Лучше исчезнуть в неизвестности и провести остаток жизни в тишине и покое.
Но вот госпожа Ли появилась здесь — и даже привела служанок.
— Свекровь, подождите! — крикнул господин Ван.
— Господин Ван, не смейтесь, — ответила госпожа Ли. — Моя дочь добровольно покинула ваш дом. Мы больше не родственники.
Её лицо застыло в холодной улыбке. Господин Ван надеялся, что госпожа Ли уговорит дочь остаться — но теперь это было невозможно.
Ван Яньжань бросилась к Янь Юньчунь и схватила её за руку:
— Тётушка Янь, умоляю, остановите старшую сноху! Она хочет уйти!.. Старшая сноха, подожди! Брат ещё не вернулся. Давайте дождёмся, пока отец и Цзинь-эр его найдут, а потом всё обсудим! Прошу тебя, не уезжай с тётушкой Янь! Я сделаю всё, что захочешь, только останься!
Янь Юньчунь знала, как Ван Яньжань к ней привязана.
— Сестрёнка, я ценю твою доброту, — мягко сказала она. — Но все эти годы я не знала покоя. Я правда устала. Пожалуйста, дай мне уйти. Не предай нашу дружбу.
Неожиданная искренность Янь Юньчунь застала Ван Яньжань врасплох. Она медленно разжала пальцы.
— Старшая сноха, я обещаю… Ты всё равно останешься моей сестрой.
Янь Юньчунь нежно обняла её. В это время Янь Юньмэй подошла к госпоже Лю и помогла ей сесть. Госпожа Лю холодно наблюдала за прощанием Янь Юньчунь и Ван Яньжань.
Госпожа Ли увела дочь из дома Ванов. Ван Яньжань подошла к госпоже Лю и вспыхнула гневом:
— Ты довольна? Ты изгнала старшую сноху! Теперь, наверное, захочешь избавиться и от меня! У тебя сердце из камня!
Перед госпожой Лю она была словно рассерженный петух. Янь Юньмэй сделала ей знак глазами:
— Сестрёнка, нельзя так говорить с матушкой! Она всегда тебя баловала. Не обижай её. Послушай старшую сноху — извинись перед матушкой. Уверена, она тебя простит.
Она потянула Ван Яньжань за руку, чтобы подвести к госпоже Лю, но та резко вырвалась:
— Брат, ты видишь? Это та самая «хорошая» жена, которую ты так хотел! Она помогает матери изгнать старшую сноху! Когда вернётся старший брат, посмотрим, как ты перед ним оправдаешься! И ты, не думай, что раз ты моя старшая сноха, я буду тебя бояться или уважать! Я ещё не сказала тебе всего! Наверняка это ты настраивала матушку против старшей снохи! Всё из-за тебя, ты злая и коварная женщина!
http://bllate.org/book/2463/270801
Готово:
